автордың кітабынан сөз тіркестері Зачарованное место. Медиапотребление, медиаграмотность и историческая память сельских жителей
В нашем исследовании, как мы уже говорили выше, мы тоже столкнулись с разного типа сельскими поселениями, в части из которых были достаточно явно выражены городские черты, хотя формально они назывались сельскими поселениями, а в других все еще преобладали сельские. Но и в тех и в других мы видели сохраняющиеся черты сельской культуры, уже не крестьянской, но еще не городской. Наши наблюдения подтверждают выводы исследовательской группы «Европейского социального исследования» относительно ценностей россиян. По сравнению с жителями европейских стран у россиянина «слабее выражены потребности в новизне, творчестве, свободе и самостоятельности и ему менее свойственны склонность к риску, стремление к веселью и удовольствиям» [Магун, Руднев, 2010, с. 19]. Можно предположить, что этим объясняется стабильная популярность культуры китча, с которой мы столкнулись в процессе анализа предметов культуры, хранящихся в домах сельских жителей, и при обсуждении с ними кино- и телевизионного контента.
еодору Шанину и его коллегам удалось рассмотреть этот процесс комплексно — с исторической, политической, социологической и культурологической точек зрения [Шанин, 1992; Шанин, 2019]. Несколько этапов «раскрестьянивания», которые ими были описаны, имели разные причины и цели. Катализатором могли быть политическая и экономическая стратегия (отрыв от земли и коллективизация), управленческая целесообразность (отрыв от крестьянского двора/дома и многоэтажное строительство в сельских поселениях), попытки управления процессами урбанизации и внутренней миграции (изменение направления миграции рабочей силы — крестьяне перестали искать работу на чужой земле и стали перебираться в города) и т.д.
Метафора «глобальной деревни» М. Маклюэна в российских деревнях и сельских поселениях с плохими дорогами и каналами коммуникации приобретала особую значимость.
Рассматривая тему с позиций cultural studies [Williams, 1961; Hoggart, 1957], мы можем говорить о том, что многоканальное телевидение, представленное преимущественно городскими и столичными каналами, предлагает слепок городской культуры
Привычные практики, большая часть которых в период, когда проводилось наше исследование, еще сохранялись в быту сельских жителей, лишь переносились на другую платформу. Причем достаточно часто они продолжали существовать параллельно — в прежних и новых формах. Самостоятельный поиск культурного контента не приводил к существенно большей избирательности и критичности. Люди продолжали слушать привычную музыку и смотреть хорошо знакомые фильмы на новых носителях, ценя более высокий уровень качества звука и изображения, но не проявляя стремления к ставшему легкодоступным новому контенту
мы считали важным с помощью медиатеорий и эмпирических исследований показать невозможность «победоносного шествия» городской медиатизированной культуры в сельской среде.
По мнению сторонников, это должно было обеспечить сельским жителям «поставку» городского образа жизни и «открытие» сознания
сельская Россия — «другая Россия» — зачарованное место, где настоящее никак не может проститься с прошлым
Мы ставили перед собой задачу — зафиксировать изменения медиапрактик, а знания, эмоции, историческая память и т.д. были лишь контекстом для разговоров.
мы — сотрудники и студенты Лаборатории медиаисследований Высшей школы экономики — поехали в российские села, чтобы наблюдать и фиксировать первые изменения зрительских привычек и предпочтений, связанные с цифровизацией