Не в силах закричать, я мысленно взмолилась о помощи и услышала, как ворвался крон.
3 Ұнайды
у, но я не в состоянии полноценно работать
1 Ұнайды
Все целы, ничего непоправимого не случилось. Ещё раз обдумай случившееся и поищи возможные варианты самостоятельного спасения. Как бы поступила в этой же ситуации, если бы не впустила в себя страх. Ты сильнее его, всегда помни об этом.
1 Ұнайды
Это очень важно, чтобы вырваться отсюда. Продолжайте.
– Тогда почему вы постоянно спрашиваете, что происходит?
«Он слышит мои мысли?» – ужаснулась я.
На лице мужчины зародилась улыбка, от которой стало не по себе. Я посмотрела на твёрдо очерченные губы и судорожно втянула воздух. Мы стояли слишком близко, и пусть это было во сне, меня всё равно охватило сильное волнение.
– За полчаса мы можем снять мерки, – осторожно заметила она. – Пошив нарядов займёт несколько недель.
ведьмы с торжествующим видом запрыгнул кролик
Как теперь отпустить ту, что способна одним лишь присутствием дарить столь приятные ощущения?
Но это была хорошая боль, она подсказала мне, что я жива, что мои руки и ноги могут двигаться. С трудом, но я поднялась.
А в следующий миг начался ураган.
Он кружился над головой, унося жутких прожорливых тварей в небытие, но меня не трогал. Сверху опустилось пламенное кольцо и отсекло от меня существ из магического сна. Будто охранный амулет, оно не подпускало ко мне ни одну тварь, и я знала, кто меня защищает.
– Любимый! – сорвалось с губ, и вдруг всё замерло. Исчезли твари, растаяла тьма, и даже огонь застыл, образуя невероятно красивые лепестки, а сверху ко мне опустился мужчина, который значил для меня больше, чем жизнь. Я кинулась в объятия Даррака и крепко-крепко прижалась к его телу.
– Ты жив… Ты спас меня! Обычную ведьму…
Первые мгновения он не шевелился, словно сам был поражён случившимся. Правда, в следующую секунду очнулся и крепче прижал меня к себе.
– Ты не перестаёшь меня удивлять, Таура. Я уже думал, что для нас всё закончено, но потом твой голос прозвучал в сознании, словно вытянул меня… И ты хоть понимаешь, что стоишь в середине кольца из очистительного пламени? Любая ведьма, в сердце которой живёт лишь тьма и ненависть, сейчас корчилась бы в муках, а ты улыбаешься мне и выглядишь счастливой.
Я подняла голову и спросила:
– И что это значит? Я нечувствительна к очистительному пламени?
– Глупышка, – нежно улыбнулся он мне. – Это значит, что ты хороший человек. А я был неправ, считая всех ведьм ужасными созданиями. Прости, что не поверил тебе.
– Прощаю, – с улыбкой ответила я. – Ведь я тебя люблю. Сильно-сильно!
– Я знаю, – шепнул он, и глаза крона влажно заблестели. – Сейчас я вижу всё, что творится у тебя в мыслях. И в сердце. И вот мой ответ.
Он наклонился и впился в мои губы, подчиняя себе, завладевая мной, моими мыслями и желаниями, присваивая моё сердце и душу. Ведь я никогда и никого не смогу полюбить так, как этого человека.
Гаэдэ подрядила служанок, отправив одну в сад за гусеницей, а вторую в подвал за паутиной. Я же поставила на огонь вычищенный до блеска котелок и налила в него стакан дождевой воды, в которой растворила свою слезинку.
– Кеерл. – Девочка поймала кролика, который встрепенулся и, запрыгнув на стол, попытался сунуть нос в заготовку для зелья. – Горячо! Какие ещё туманные шнурки? Успокойся! Таких не бывает.
Я же замерла от услышанного. По шее пополз морозец. Питомец же вырвался из рук ребёнка и запрыгал по кухне, роняя посуду. Раздался звон, крики. Мы все пытались поймать животное, но никак не получалось, пока я не крикнула:
– Хорошо! Пусть будут шнурки. Неси!
Кеерл навострил ушки и упрыгал с кухни, чтобы вскоре вернуться с мотком ниток в зубах.
– Это моё! – ахнула Лора. – Я хотела связать тёплый шарф.
– Я оплачу вам стоимость, – успокоила её и, когда кролик уложил клубок мне под ноги, спросила: – Бросить в котёл?
– Надо нарезать на отрезки, – сказала мне Гаэдэ и показала, какой длины. – Примерно так, если я поняла.
– Займитесь. – Я сунула в руки дворецкому ножницы, а потом повернулась к Лоре. – А вы будете мешать зелье.
Женщина побелела как снег. Видимо, перспектива приложить руку к тому, что в любой момент может взорваться, её не сильно порадовала.
– Я?!
– После всего, что произошло, вы ещё чего-то боитесь? – удивилась я.
– А? – Она растерянно моргнула. – Вообще-то, не очень… Так, привычка.
Женщина решительно взялась за деревянный стержень. Вернулись девушки с добычей, и я принялась за работу. В этот раз Гаэдэ не вмешивалась и лишь помогала. А мне пришлось действовать по наитию, ведь зелье должно было приоткрыть мне щёлочку в мир магического сна, но при этом защитить нас и не дать монстрам почуять магию дочери крона.
Судя по виду зелья, у нас всё получилось.
Варево казалось туманом, а не жидкостью. Он клубился вокруг нитей, на которых настоял кролик. Я выудила один шнурок, и он начал извиваться, будто живой. Кеерл прижал уши к спинке и пошевелил носиком.
– Он хочет попробовать, – шепнула Гаэдэ.
Я присела и протянула нить. Питомец схватил самый кончик, и вдруг всё изменилось.
Глава 48
Гаэдэ
Когда няня пропала, я поначалу не поверила глазам. Мгновение назад она стояла тут, протягивая кролику нить, объятую туманом, и вдруг исчезла. И Кеерл пропал вместе с ней.
– А-а-а! – заорала Лора и села на пол, прикрывшись деревянной мешалкой.
Катерн тоже попятился, но взял себя в руки и нервно заявил:
– Ничего страшного не случилось. Няня – ведьма. Значит, сейчас не произошло ничего из ряда вон выходящего.
Вот только это было не так. Уверена, Таура не ожидала подобного поворота событий. Как и кролик. Кстати, о нём… Если мысли няни были мне недоступны, то его я могла слышать. Зажмурившись, сосредоточилась и попыталась различить знакомый голосок зверька.
«Шнурки! – услышала где-то рядом. – Нужно больше шнурков!»
Распахнув глаза, я выхватила из котла всё, что там было, и кинулась на звук мыслей животного.
– Гаэдэ, стой! – закричала домоправительница, но с пола не в