старейшее учебное заведение в Париже, часть Парижского университета).
Было горячее время для историков. Прошла пора простого «собирательства» исторических фактов и антикварных вещей. Все сильней назревало сознание необходимости обобщения материала и расширения горизонтов. Не могли уже удовлетворить отдельные находки, относившиеся к разным странам и к разным культурным эпохам. Поиски становились все планомерней.
Энергичный Джузеппе Фиорелли в начале шестидесятых годов возобновил раскопки Помпеи и повел их со всей научной обстоятельностью. Эрнест Ренан только что вернулся из большой экспедиции по Сирии, где он искал памятники Древней Финикии. Лепсиус с поразительным успехом работал над археологическим «воссозданием» Египта.
Итак, нужное слово сказано. Человек, вдосталь хлебнувший унижения в детстве и юношестве, долго погрязавший в тине коммерции, рвется к возвышенному. В этом – объяснение и языковедческой страсти, и «глобтроттерства» (Globetrotter – английское слово, обозначает неутомимого путешественника. В точном переводе: «топтатель земного шара»), и, наконец, превращения сорокачетырехлетнего миллионера в своеобразного вольнослушателя парижского университета – Сорбонны (Сорбонна –
лежала рукопись книги. Она была написана по-французски – не все ли равно ему было, на каком языке писать! В ней было описание Великой стены, спектакля китайского театра, процессии сёогуна и много других наблюдений и соображений. Строгий критик сказал бы, что в ней слишко
утешественника. Вот, например, отзыв о Тяньцзине:
«В Тяньцзине больше 400 тысяч
1859 года он в Смирене, на малоазиатском берегу, оттуда едет на Кикладские острова
Девятнадцать дней длилось это путешествие. Караван состоял из двенадцати верблюдов с поклажей и оружием. К Шлиману присоединились в Каире два других путешественника – итальянские графы, братья ди Басси. Об этом обстоятельстве он не преминул тщеславно сообщить отцу и сестрам
хочу в Грецию. Там я хочу жить. Просто поразительно, что существует такой великолепный язык! Не знаю, что скажут другие, но мне кажется, что Греции предстоит большая будущность и недалек уже тот день, когда греческое знамя будет развеваться над Айя-Софией… (Айя-София – христианский храм Святой Софии в Константинополе, переделанный турками в мечеть). Удивительно, что Греция, триста
Он не мог изменить своей привязанности к Греции и ко всему греческому. По воскресеньям он целые дни проводил за конторкой, переводя трагедии Софокла с древнегреческого
году родился сын, названный Сергеем. Шлиман попытался едва ли не с пеленок начать воспитывать его по-своему, в спартанском духе. Это еще больше обострило отношения м
писано:
«В возрасте, когда другие учатся в гимназии, я был рабом, и только в двадцатилетнем возрасте дорвался я до языков. Поэтому мне недостает фундаментальности знания. Ученым я, должно быть, не стану никогда, но хоть что-нибудь я должен успеть сделать. Я должен жить для науки».
- Басты
- ⭐️Биографии и мемуары
- Моисей Мейерович
- Шлиман
- 📖Дәйексөздер