— Мама, — взмолилась Молли из дома, — очень же красиво, хватит его бить!
— Сверну его цыплячью шейку! — вопила мамаша, продолжая преследование.
— У меня для вас плохая новость: она срастется, — орал я, мчась по двору.
Мы оба верили в невозможное, и сами были лучшим доказательством того, что иногда оно происходит. Но если на свете может произойти все что угодно, то я хотел только одного: чтобы он остался.
— До невозможности противно вас трогать, — заявил он, подхватив меня под руки. — Вы — противоестественное существо.
— Вот и положи на место! — возмутился я и бесполезно пнул воздух ногой.
