Давно он понял, что своя земля — не та, которой ты владеешь, не вотчина, не поместье. Своя земля — это та, которую ты собой наполнил, ороднил, обогрел своим теплом. И уже не ты владеешь землей или она — тобой, а вы с ней — одно целое. Здесь, на такой земле, ты и живешь в воле.
