Оглавление

Как все начиналось

Очень давно родилась идея рассказать о небольшом провинциальном городке Н. и его жителях, а точнее жителях одного дома, и переплетающиеся с ними истории. Большого восьмиподъездного 129-квартирного дома.

Все, что будет описано, происходило реально. И начиналось все это в Советском Союзе, как говорят, когда деревья были большими. А я говорю, что тогда даже солнце светило по-другому. Столько народу, сколько в те года (80-е, самое начало 90-х) было во дворе, мне кажется, этот двор уже никогда не увидит. Хотя иногда думаю, что все в этом мире циклично и когда-нибудь там снова будет гулять детвора, ребята с магнитофоном постарше, кто-то будет выбивать ковер, кто-то — кататься на каруселях, играть в футбол или прятки, в «ножички» или банки, бегать у гаражей и лазать по крышам беседок. И все это происходило одновременно в нашем дворе. У каждого было свое занятие, но все мы были одним большим, уютным, добрым двором. Иногда мне кажется, что Анжелика Варум пела песню «Городок» именно про наш двор: «Где рождение справляют и навеки провожают всем двором».

Казалось, что уж я-то и мои родители никогда не будем старыми, всегда будем живы и здоровы. Но я подвел сам себя: как выяснилось, я тоже взрослею. И вспоминаю. И папы уже нет…

Возможно, мои рассказы покажутся сумбурными, я постараюсь их как-то систематизировать, что-то добавлять после, но уж простите. И тут стоит сказать, что это будут не только истории одного дома, это будут рассказы из жизни.

Город, в котором происходили описанные события, очень небольшой, если не сказать маленький. Обычный провинциальный городок с населением 30 тысяч человек, а сейчас и того меньше. Вместе с районом на тот момент было около 36 тысяч. До областного центра три часа езды — 250 км, до Москвы чуть больше — 300 км. Но Москва на тот момент для меня была чем-то далеким, потому что по работе отца мне приходилось ездить с ним в областной центр и очень, очень редко в столицу нашей Родины.

Не сказать, что я очень люблю читать, поэтому и сам постараюсь, чтобы и мои рассказы были короткими и емкими, как у великого русского писателя Чехова. Краткость — сестра таланта. Всегда нравилось это выражение.

Ну что ж, поехали.

Предприниматели

Обычная советская семья жила в квартире №2. Мама, папа и два брата с разницей в два-три года. Наверное, у каждого во дворе были такие ребята, с которыми вы не общались. Ну вот как-то так повелось. Просто жили сами по себе. Если и дружили с кем-то, то не в вашем дворе. Все их знали, здоровались, но на этом ваше общение заканчивалось. Такими и были братья Мироненко. Бывало, все играют во дворе, и смотришь, часов шесть вечера… пошли куда-то эти братья. Даже никогда не думал, куда они могут ходить, с кем дружить. Может, общались только с одноклассниками, которые проживали в другом дворе, может, просто уходили на рыбалку (были и такие во дворе). Тихие рыболовы. Все-таки правильно говорят, что человек воспитывается до пяти лет — пока лежит поперек кровати, потом воспитывать уже бесполезно. Так и эти. Странными их поступки, да и всей их семьи, выглядели уже потом, когда я повзрослел.

Рядом с нашим домом был большой мебельный магазин. Без названия. Это сейчас они красиво называются: «Гранд», «Все для дома». А тогда это просто был магазин «Мебель». Я помню, как мы ходили в этот магазин с мамой, с друзьями. Не покупать, а так, посмотреть на советские диваны. До сих пор помню этот широкий размах Советского Союза. Я имею в виду простор магазинов. Мы с ребятами в основном утыкались в витрину с какой-то фурнитурой, которая непонятно для чего. А вот чтобы мы что-то покупали в этом магазине с мамой, я не помню. С одной стороны магазина была стена без окон, только с дверью для погрузки-разгрузки, поэтому там было удобно играть в мяч. Особенно в «минус пять». Помнит кто такую игру? Надо было ударить по мячу в одно касание, чтобы он попал в стену и чтобы следующий игрок сделал то же самое. У кого не получилось сделать удар с одного раза, получал минус один. Это одно из немногих мест, откуда нас не выгоняли взрослые. Хотя и тут мы были не у дел, когда наш старый добрый ЗИЛ приезжал на разгрузку товара. А с другой стороны магазина был такой неухоженный угол, где образовывалась свалка. Кто-то выбрасывал из окон мусор, какую-то старую мебель, бутылки. Периодически его, конечно, убирали, иначе бы этот угол вообще был бы непролазным, но этот дом был малосемейным общежитием, так что народ периодически менялся и не желал благоустраивать его.

Так вот. Пока был Советский Союз, этот магазин успешно (или не очень) работал. Но с приходом, что называется, лихих девяностых он закрылся. Кто-то брал в аренду это помещение, делил его на более маленькие, прорубал новые входы, но полноценно этот магазин больше никогда не работал. И сейчас не работает. Был там не так давно.

Одним из арендаторов данного магазина и попыталась стать семья Мироненко. Не могу сказать, сколько лет было братьям на тот момент, но их отец уже подтягивал в бизнес и они постоянно крутились с ним рядом. Все трое — отец и два брата — ездили в те времена на трех одинаковых автомобилях ауди. Ауди 80. Для тех времен это было очень хорошо. Не новые, конечно, но зато три.

Я очень удивлялся, не по-детски завидовал предпринимательской жилке этой семьи и этим ребятам. Не помню, что они продавали в этом магазине, может, тоже мебель, но помню одно. Наверное, примерно через пару лет этих ребят пришлось искать по всей нашей большой области. Во дворе они не появлялись и по адресу не жили. Очень редко появлялись на одной машине и пропадали снова. Как стало известно потом, причина сего поведения очень банальна. Открыв магазин и получив первый доход, они сразу напокупали себе машин. Ну то есть вытянули деньги с оборота. Конечно, так не могло продолжаться долго. Даже не знаю, чем они занимаются сейчас и как передвигаются. Но уже тогда я понял, что, просто открыв торговую точку, став по документам предпринимателем, просто покупая и перепродавая товар, ты не становишься успешным, настоящим предпринимателем, это другое. Ну образ они себе создали. Я не желал им зла, я просто не знал их близко, чтобы делать какие-то выводы, но когда я видел их на трех одинаковых машинах, я почему-то не верил, что у них все серьезно и все получится. Наверное, это показушная успешность не выглядела настоящей. Может быть, торговать семечками в тот период было выгоднее. Но это уже совсем другая история.

Квартира №4

Неожиданно, но факт. Жила в этой квартире тетенька с дочкой, бабушкой и козой. Обычная такая коза, беленькая. Пасла козу девочка лет 8—10 на тот момент или бабушка лет 80. Жили они на первом этаже, поэтому, наверное, не так неудобно, как на десятом. Девочка больше общалась с козой, а не со сверстниками. И, знаете, я только сейчас понял, что совсем с другой стороны рассматриваю эту ситуацию, нежели тогда. Не то чтобы мне было смешно, ну, скажем так, не вписывалось в мои восприятия того времени. А сейчас начал писать и понял: наверное, держать козу в квартире для них было значительным подспорьем. Небогатая, неизбалованная семья, мужика в семье не было.

Впрочем, история не столько про козу, сколько про…

В те времена, когда это произошло, мне было 13 лет. Мой старший брат с мамой уехал поступать в вуз. Брат окончил школу, и надо было двигаться дальше. В нашем городе оставались только те, кого устраивали ПТУ, армия и у кого не было никакой возможности уехать. Нет, я люблю свой город и допускаю, что там можно жить, даже некоторым зарабатывать, но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что все-таки уезжать. Так вот… Они уехали в областной центр, жили там в какой-то общаге, ходили на экзамены, сдавали, зубрили. Я не совсем понимал, зачем надо куда-то уезжать, оставлять нас с папой. Жили же нормально.

Несмотря на мой юный возраст, хозяйство было полностью на мне. Когда отглаженные рубашки у папы заканчивались, готовые блюда заканчивались, в дело вступал я. Позже соседи рассказывали маме, зная, что ее нет в городе, но балкон завешен бельем, как будто никто никуда и не уезжал. Сварить картошки, макароны — это я мог тоже. И папе это нравилось. И мне очень нравилось быть самостоятельным. Никто не контролирует, как ты гуляешь. Немного, но что еще надо подростку? Игр в принципе было немного: прятки, колечко (если кто помнит) и просто беготня от подъезда к подъезду.

Я помню этот хмурый вечер, когда мы с ребятами вышли гулять и терлись у первого подъезда, где живет девочка с козой. Начался дождь, девочка вышла с зонтиком. Получилось, что зонтик оказался у меня. Мы открывали-закрывали, ветер выламывал спицы наружу. В общем, зонт мы сломали. Мы или я. Постояли мы под дождем, разошлись по домам.

Вечером дома звонок в дверь. Открываю — на пороге мама девочки. За спиной у меня папа.

— Николай Николаевич, — начинает она. — Ваш сын сломал зонт моей девочке.

Я сквозь землю был готов провалиться. Неидеальный, конечно, но очень не любил подводить родителей, хотя, конечно же, было. Решение отца было простым — папа тут же рассчитался за зонт, провел со мной беседу и больше никогда к этому вопросу не возвращался. Мама об этом так и не узнала.

Даже не знаю, почему, вспоминая детство и перебирая весь наш 129-квартирный дом, разбирая каждый подъезд, этаж по крупицам, с этой квартиры я вспоминаю именно эту историю. Ненастная летняя погода, самостоятельный и одинокий я.

«Богатые тоже плачут»

Ребята начала восьмидесятых и люди постарше наверняка помнят сериал «Богатые тоже плачут». А еще помните, как модно было называть детей именами из сериалов, фильмов? Это было всегда.

Но если в Советском Союзе имена давали в честь действительно великих людей, космонавтов, актеров