автордың кітабынан сөз тіркестері Как убить литературу. Очерки о литературной политике и литературе начала 21 века
Нет, Интернетом литературу не смыло, и мор на литераторов не напал. Происходит другое. Русская литература институционально возвращается к, условно говоря, допушкинскому состоянию. Поэтому легко могу представить в недалеком будущем ситуацию с узкой элитой, которая будет читать худлит преимущественно по-английски (уже читает) – как еще в пушкинские времена читала по-французски. И с остальными массами, которые будут пробавляться легким чтивом (уже пробавляются). Или станут скорее «зырить видяшки», чем утомляться всякими буквами.
1 Ұнайды
…Всё расхищено, предано, прожито,
в жертву отдано Бог весть кому.
Только мы, погрузиться не в силах
в город горний, живой водоем,
знай, пируем на тихих могилах
и военные песни поём.
…Всё расхищено, предано, прожито,
в жертву отдано Бог весть кому.
Только мы, погрузиться не в силах
в город горний, живой водоем,
знай, пируем на тихих могилах
и военные песни поём.
Хочешь хлеба и зрелищ? купи и телик включи.
Хочешь мира духовного – никого ничему не учи.
Хочешь блага ближнему? – не мешайся, в сторонке стой.
Зачем тебе сложности? Ты – человек простой.
Был простой советский, теперь – хрен знает каков
будешь всегда, ныне и присно и во веки веков.
Скажи «аминь» и рассыпься галькой у кромки вод.
Длинноногое время войну переходит вброд.
Хочешь хлеба и зрелищ? купи и телик включи.
Хочешь мира духовного – никого ничему не учи.
Хочешь блага ближнему? – не мешайся, в сторонке стой.
Зачем тебе сложности? Ты – человек простой.
Был простой советский, теперь – хрен знает каков
будешь всегда, ныне и присно и во веки веков.
Скажи «аминь» и рассыпься галькой у кромки вод.
Длинноногое время войну переходит вброд.
Главным образом – женщины; количество слушателей-мужчин в каждой группе – не более пятой части. Это вполне отражает общий тренд в современной российской прозе, у которой, как можно заметить, всё более женское лицо.
А что возмущаться? Когда мы заявляем, что никакой единой литературы нет, что никакой иерархии нет, что вкус – это отжившее понятие, – это нормально. Когда публикуем деятелей масслита, которые, оказывается, тренды современной литературе задают, а над «серьезными» авторами лишь снисходительно иронизируют, – это тоже как бы в порядке вещей. А когда видим список, в котором эти самые «серьезные» авторы игриво перемешаны с самодеятельными, – отшатываемся, как от страшного сна. Логика?
…На «ПродаМане» вовсю идет конкурсная движуха: литмобы и собственно конкурсы.
Я читаю серию Ирины Котовой «Королевская Кровь». […] Огромный мир, множество героев, как следствие – множество сюжетных линий, и вовсе не всё про любовь и секс.
Замечательно.
В то же время законодательные нормы – недавно изготовленные – предписывают зорко следить, чтобы детям (тем самым, до 18) не попала в руки литература, «способная вызвать […] желание употребить […] алкогольную и спиртосодержащую продукцию», «отрицающая семейные ценности», «оправдывающая противоправное поведение» и, разумеется, «содержащая нецензурную брань».
Каждая профессия имеет свой критический максимум – максимальное количество занимающихся ею людей. Когда он пройден, профессия либо исчезает, либо сохраняется, но резко теряет в статусе и востребованности.