Оглавление

Пролог

— Я вот уже подъезжаю.

— Давай скорее, мне уже на поезд надо.

Это незатейливый диалог двух хороших друзей, каждый из которых много сделал для развития другого.

Олег, который подъезжал, человек предприимчивый и деловитый. С ним всегда можно было договориться — и договориться так, что в проигрыше не останешься. У него были две отличительные черты: он умел убеждать, и у него была лысая голова, что, кстати, очень привлекало противоположный пол. Ему было чуть больше тридцати лет, а если быть точным — тридцать один.

Иван, который спешил на поезд, не обладал ни навыком убеждения, ни лысым черепом, но имел другие достоинства: он красиво улыбался и умел найти общий язык с любым собеседником. Стоит отметить исполнительность Ивана: если ему дают какое-то задание, он его всегда качественно выполняет. Конечно, помарки в выполнении заданий встречались, но они до того незначительные, что их можно даже не исправлять, и, что самое главное, они не несли никаких последствий. Не перфекционист, конечно, но и не тяп-ляп. Ему было двадцать три года.

Когда «убедительный» человек приехал, он был с дочкой, путешественник был занят сбором сумки. Ваня второпях открыл дверь Олегу, поздоровался с ним и с дочкой (она хорошо знала его) и продолжил свои сборы, понимая, что крайне неосмотрительно поторопил водителя.

Олег, оценивая обстановку, устало сказал:

— Ты собирайся, не торопись, я пока на улице в кофейню зайду, кофе попью с дочкой.

— Спасибо тебе, друг, что-то я правда много на себя взял, хотел собраться быстро, все и сразу.

Когда Ваня проводил друга и дочку, то продолжил упаковывать вещи.

Олег какой-то задумчивый сегодня. О чем-то думает. Да он всегда думает. Деловой человек, что сказать.

Иван всегда поражался его мыслительному процессу. Казалось, он обдумывает все, и это автоматически отражается на его кошельке. Чем больше он мыслит, тем больше его кошелек.

В этих мыслях Иван даже не заметил, как был сложен последний носок в сумку. Еще раз оглядев содержимое, он накинул куртку (на улице была осень), закрыл дверь и с ощущением, как будто что-то забыл, пошел с сумкой в кофейню. Всегда было ощущение неуверенности, как будто что-то еще не положено. Наверное, это потому, что в свое время он не сделал много важных вещей, в основном таких, которые заставляют тебя что-то делать, быть всегда в движении. Например, у него была идея прачечной самообслуживания в общежитии. Идея хорошая. Олег даже сказал: «Деньги есть, с тебя бизнес-план». Но Ваня был так рад, ведь так просто нашлись деньги, что попросту забыл о бизнес-плане. Забыл. Надел наряд преуспевающего человека, и этого ему оказалось достаточно. Может быть, поэтому его постоянно мучило чувство неуверенности. Ну, да ладно. Он спустился вниз, как думал, в кофейню, но Олег ждал его на улице с кофе в руках. Точно, можно же взять кофе с собой.

— Извини, Олежа, что пришлось долго меня ждать, но мы в графике. Где твоя дочка? — примирительно заявил Ваня.

— Все в порядке, Ванюша. Тебе же надо на поезд, — парировал, отвечая таким же тоном, Олег. — Дочка уже в машине.

Они дружно сели в автомобиль и поехали на ж/д вокзал.

Подъехать прямо к входу вокзала мешал шлагбаум, но для Олега это было вообще не препятствие. Он привык и любил ради интереса договариваться.

— Давай я как-нибудь поучаствую в переговорах. Давай я скажу, что типа я привез почтовую корреспонденцию, — будто с вызовом произнес Ваня.

— Есть вариант получше. У меня в кармане есть красная корочка, как у представителя госструктур, просто покажу, даже окошко в машине открывать не буду, и они как миленькие поднимут ограждение — ответственности побоятся, — победно произнес Олег.

— А если они вдруг попросят открыть окошко и ознакомятся с корочкой повнимательнее? Я так понимаю, у тебя там председательский билет? По-моему его цвет ни капли не отличается от служебного, — с сомнением сказал Ваня.

— Вот вечно ты, — понимая всю опасность этой затеи, ответил Олег.

— А давайте подъедем и попросим, чтобы нам открыли шлагбаум, мы ведь просто завезем Ваню и уедем, — вступилась девочка.

— По-моему, это самая правильная мысль, умница, солнышко! — Папа одобрительно потрепал дочку за волосы.

— Пап, у меня же укладка, ты испортишь прическу! — быстро проговорила девочка.

— Прости, милая, я совсем забыл, что у людей с волосами могут быть какие-то сложности, — поглаживая свою лысину, произнес Олег.

— На том и порешили: ты включаешь все свое убеждение, я строю охраннику подкупающую улыбку, а дочка, не знаю, тоже будет невинно улыбаться, — подытожил Ваня.

Троица подъехала к будке со шлагбаумом и охранником внутри, каждый осознавал свою роль. Только Олег приставил палец к кнопке открытия окошка, намереваясь начать свою убедительную речь, как тут же шлагбаум открылся!

— Ты ему что-то показал? — не веря произошедшему, сказал Ваня.

— Видимо, мой автомобиль сделал всю работу за нас, — кивая головой в сторону затонированного стекла будки, поблагодарив охранника, ответил водитель.

Действительно, у Олега была шикарная машина — внедорожник; не открыть шлагбаум такому автомобилю было бы преступлением.

— Наверное, они подумали, что приехала какая-то шишка, начальник, и, чтобы не уволили, поторопились открыть.

— Опять же, побоялись ответственности!

— Как бы то ни было, путь свободен, можем ехать.

Олег всегда относился неуважительно к людям, готовым прикрыться спиной другого. Виду он, правда, никогда не подавал, но Ваня это чувствовал.

«Наверное, его защитная реакция на такие лица — доброжелательность», — подумал Ваня, вспомнив про улыбку, которая была отпущена охраннику.

Без приключений они доехали до входа, остановились, и Олег принялся помогать Ивану выгружать содержимое багажника.

— Ну что, прощайте, ребятки! — трогательно запел Ваня.

— Как будто ты навсегда уезжаешь, всего-то три недельки, — вторил ему Олег.

— Я приеду по-любому уже другим человеком. Буду по-другому на вещи смотреть, мировоззрение поменяется, погостить все-таки еду, — с опаской проговорил Ваня.

— Не дрейфь, Вано, выпустишь пар, наберешься сил, приедешь обновленным человеком, и мы наведем тут шороху! — потирая руки, сказал Олег.

На этой многообещающей ноте друзья крепко пожали руки, Ваня подмигнул девочке, и Олег, чтобы не вызвать подозрения, быстро уехал. Ваня поглядел ему вслед, повернулся к входу:

— Ну, вперед, к новой жизни! — уверенным шагом с тяжелой сумкой Иван потопал к поездам.

Часть 1.
Знакомство

Глава 1

Рвение начать новую жизнь поутихло, как только Ваня услышал голос полицейского:

— Содержимое к осмотру, все из карманов вытаскиваем и через арку проходим.

«Только этого не хватало!» — подумал Ваня, ощупывая полные карманы. Запрещенного у него ничего с собой не было, но все равно из-за этой возни можно опоздать на поезд.

— Вы можете аппаратом, который у вас на руке, посмотреть, нет ли у меня чего-то металлического? Я вам все скажу, что у меня в карманах, а вы меня пропустите, не прибегая к полному разбору.

— Извините, молодой человек, правила, — ответил полицейский.

До того это было убедительно сказано, что Иван молча вытащил все из кармана и прошел через арку. Да и выяснять отношения уже было некогда — поезд вот-вот должен был подъехать.

Как же приятно слушать тишину, когда проходишь через арку, кажется, что ты белейшей души человек. Иван собрал с лотка все содержимое карманов, взял сумку и торопливым шагом пошел к информационному стенду. Его поезд был на пятом пути, посадку уже объявили.

«Как хорошо, что я не стал спорить с полицейским, тогда бы точно на поезд опоздал», — подумал Иван.

В принципе, он ощущал, что мог бы добиться свободного прохода, и так, чтобы полицейский еще пожелал счастливого пути. Наверное, добиваться своего у него перешло от Олега. Это качество так его привлекало, когда Ваня с восхищением смотрел, как из любых переговоров друг выходит победителем, что, сам того не ведая, копировал действия своего протеже.

«Я тебя запомнил!» — с улыбкой, глядя в сторону полицейского, подумал Иван. Запоминать он никого не собирался, хотелось хоть как-то выйти непобежденным из этой ситуации, чтобы последняя мысль была за ним.

Поняв, куда идти садиться на поезд, Ваня целенаправленно побрел к путям.

— Мой путь пятый, — вспоминая, себе под нос пробубнил путешественник. Добравшись до цели, он пораскинул мозгами: «О, мой поезд, та-а-ак, мне нужен второй вагон, в какую сторону идти?»

Поглядев вправо и влево, Иван оценил одинаковое расстояние: что в одну, что в другую сторону. Лишние метры идти не хотелось, вдруг он бы пошел в одну сторону, а там был бы плюс один вагон, пришлось бы возвращаться, а это делать — лишние движения. Он решил спросить у проводника. Правда проводник был в форме и с пистолетом.

«Вот это нынче обмундирование дают!» — осознавая, что шутить в вагоне теперь опасно, подумал Ваня.

— Это второй вагон?

— Нет, вам точно не сюда, — отозвался с важным видом проводник.

— А где он?

— Слушай, парень, я не знаю, там, наверное. — н показал в одну из сторон. — Я здесь охраняю заключенных, вышел покурить.

«Теперь его неприветливость многим объясняется», — осознавая всю опасность заданной ему задачи, Иван побрел в указанном направлении.

— Четвертый, третий, о, следующий мой, вагон-ресторан, вагон для корреспонденции. Да что ты будешь делать! Вообще когда-нибудь будет второй? О, чудо! Хвала небесам! Мой!

На перроне одиноко стоял проводник, точнее проводница, женщина лет сорока в теперь уже в знакомом обмундировании, но без пистолета.

— Фух… опасения по поводу поведения в вагоне миновали, — весело подытожил Ваня.

— Все равно в вагоне нужно соблюдать тишину, — услышав это, отчеканила проводница.

— Ну, это само собой.

— Вы, кстати, последний пассажир в этом вагоне, — проверяя документы, сказала женщина.

— Как же мне повезло, — не понимая, как так получилось, ведь время было точно выверено, проходя в вагон-купе, сказал путешественник.

Теперь о качестве вагона. Ваня начал смотреть билеты на поезд в плацкарте, потому что всю жизнь там ездил. Да и привык, хоть играл в рулетку: повезет — не повезет с храпящим человеком ехать. В плацкарте был свой мир. Особенно это чувствуешь, когда через вагон идешь в туалет. Если, конечно, повезет, то он будет в обоих концах, а если ты вообще везунчик, то тебе попадется биотуалет, и, главное, он будет рабочим. Запах тут был разный: от густо-ароматного доширака до не совсем хорошо пахнущих вещей. Кто-то ест, кто-то растянулся на верхней боковушке, кто-то в карты играет. Чтобы понять эту особенную атмосферу, надо хоть раз здесь проехать. У читателя наверняка сложилось не очень хорошее мнение об Иване, но спешу сказать пару слов в его защиту. В плацкарте всегда относительно чисто. Да и стоили билеты в два раза меньше, чем в купе. Поэтому ему, как человеку, который рассматривает поездку как расстояние из пункта А в пункт Б, было все равно. Главное, не в общем вагоне ехать, где единственное, что ты можешь себе позволить, — это сидячие места. Если повезет, то попутчики из общего вагона раньше сойдут, и ты сможешь прилечь на скамейке. Билеты на общий вагон были самые дешевые. «Ну, это издевательство какое-то ехать сидя», — думал Иван.

Поэтому на сайте он сразу нажал на вкладку плацкарт. И так как он брал билеты всего лишь накануне поездки, то на особо шикарные места можно было не надеяться. Но чтобы верхняя боковушка у туалета, единственная и неповторимая, — это было вообще. Вроде был рабочий месяц, да и студенты все на учебе. Почему тогда все занято? Иван думал уже брать билеты на другое число, но нет — другое число уже будет поздно. Как же быть? Он начал уже просматривать страничку с билетами на общий вагон, как вдруг пришло осознание: не хочу я спать сидя, я лучше в вагоне-купе возьму, в комфорте доеду.

— Мне на следующее утро силы понадобятся. А что, если первый раз в жизни прокатиться тут? Будет что-то новое в жизни, будут впечатления, — предположил Ваня.

Тут же он зашел на страничку с «шикарными» билетами в вагоне-купе. Тут был полный порядок: в любом вагоне были свободные места, будь то нижние или верхние. В отличие от плацкарта здесь не было боковушек. Путешественник выбрал место на картинке, где ему было бы удобно сидеть, нажал на кнопку «Оплата».

— Ну, теперь пора платить за удовольствие! — смиренно сказал он себе.

Когда высветилась сумма, Ваня даже перезагрузил страницу, потому что не поверил в реальность суммы. Неужели это правда? Если да, то я всегда буду ездить в купе теперь. Цена места в вагоне купе отличалась от плацкарта всего на тысячу рублей. Он быстро нажал на кнопку «Оплатить» — мало ли, вдруг ошиблись — и закончил покупку билета на победной ноте. Ему казалось, что здесь ездят люди из другого теста — мажоры. Ване казалось, он вступил в их ряды.

Билет был куплен. Спустя все эти события, проводница, точно сканер, сверяла физиономию в паспорте со стоящим перед ней человеком.

— Ваше двадцать пятое место, — протягивая паспорт, заключила работница.

Ивана переполняли эмоции: так как он ни разу не ездил в купе, для него все здесь было в новинку. Он думал, что вагон будет с мраморными полами, с приятными девчонками-проводницами и с морем алкоголя. Мечтания его были прерваны одной единственной фразой:

— Следим за порядком, прибытие завтра в шесть утра.

И сказано это было не томным голосом желающей ночных приключений девчонкой, а уставшей стареющей женщиной — проводницей, у которой наверняка были дети, ждущие свою маму у стола с ложками в руках.

— Эх, тяжела доля проводников, — задумчиво произнес Ваня. И с этими словами ступил в новый для него купейный мир.

Вагоны купе отличались от плацкарта тем, что здесь отсутствовали боковушки, и дверь в помещениях для сна была закрыта. Проходя мимо очередной двери, просматривая таблички с номерами спальных мест, Иван все думал: когда же ему попадется его двадцать пятое место. Вагон уже подходил к завершению.

— Обманули, что ли? — Он все больше сомневался в правдивости билета. Может быть, стоило ему включить голову и по порядку можно было дойти до своего места, но Ваня был близок к панике, а, как известно, люди в таком состоянии не привыкли анализировать. Все же он вовремя пришел в себя и, когда увидел долгожданную цифру своего спального места, выдохнул с облегчением. В его купе было четыре спальных места, но ни одно не было занято.

— Сядут где-нибудь за городом, будет полное сборище людей, — не придав значения, подытожил Ваня. На столе был спальный комплект, точнее два, что полностью исключало возможность беседы с проводницей. Вот это продуманный сервис. Иван был не против общения, но так как он ехал домой, все мысли его были заняты встречей с родными, и вторжение в его раздумья с беседами его бы вывело из равновесия.

— Комплектов два, а значит, со мной должен ехать еще один человек, — подытожил путешественник. Он нажал на кнопку вызова проводника, а здесь была такая кнопка, чтобы узнать, когда должен сесть попутчик. Тем временем поезд уже шел по мосту через реку. Работница пришла, и Иван, дабы утолить жажду интереса, спросил ее.

— А попутчик ваш должен был сесть на первой станции, — заключила она.

— Если я не ошибаюсь, мы с первой станции начали путь, — заметил он.

— Ну… — понимая, что не получилось сострить, с улыбкой сказала проводница. — Видимо, ваш попутчик опоздал на поезд, и вы поедете один.

Нет! Не может так повезти в первый раз!

                                  * * *

А между тем поезд все дальше уносился в темное будущее, и все больше крепло осознание того, что Иван поедет один, предоставленный сам себе. Радость от покупки четырех мест по цене одного билета все больше крепла в нем. Спустя несколько часов просмотра в окно он решил создать уют в вагоне, раздеться, положить сумку под шконку и поесть. Все было сделано по порядку. Когда Ваня достал все содержимое пакета, чтобы подкрепиться, тут же обнаружил, что забыл салфетки, которыми руки протирать. Он особо не зациклился на чистоте, но смысл протереть руки сейчас все-таки был — это же общественное место, здесь ходят разные люди. Иван вспомнил, что, когда он поднимался по лестнице к дороге, ведущей на перрон, он увидел такую картину: девушка, пыхтя, преодолевала каждый сантиметр лестницы с тяжелой сумкой. Недолго думая, какой-то мимо проходящий парень взял из рук девушки сумку и, как показалось Ивану, с легкостью дотащил до начала лестницы.

— Красавчик, — поравнявшись с героем, сказал Ваня, — опередил-таки.

— А что? Я просто иду, никуда не тороплюсь, а тут девушка напрягается. Я думаю — что рукам бездельничать? Лучше помогу. Самое главное, девушка после оказанной услуги наградила меня приятной улыбкой. И до того она мне стала симпатична, что я не удержался и попросил у нее номер, она продиктовала мне цифры, я спросил ее имя, она ушла к поездам. Друг, которого провожал, точно порадуется за меня, — восторженно произнес знакомый.

— Я же говорю, красавчик! — украдкой оценивая привлекательность собеседника, сказал Ваня. — Ладно, я побежал на поезд, дай тебе руку пожму.

С этими словами они пожали друг другу руки, и путешественник поплелся по перрону.

— Наверняка у этого паренька были грязные руки, — предположил Ваня, — надо бы руки протереть.

Он порылся в пакете и с горечью понял — забыл.

— Так вот что я забыл, — ударив себя по лбу, с облегчением, что не запамятовал чего-то важного, сказал герой и, протягивая руку к кнопке вызова проводника, подумал, как построить диалог с уже знакомой проводницей.

Когда проводница зашла, Иван вступил:

— Извините, пожалуйста, у вас не будет салфетки? Я бы просто перекусил чего-то, а руки грязные.

— Ну, вы же не руки будете есть, — победно произнесла работница.

— А я смотрю, вы острая женщина, остроты прямо из вас льются, — с улыбкой произнес наш герой.

Эта, казалось бы, незначительная шутка чуть было не оставила его без салфеток. Проводница резко повернулась и гордо потопала к выходу из купе.

— Подождите, так у вас есть салфетки?

— Пятьдесят рублей, — на автомате проговорила работница.

— Конечно, конечно, — примирительно сказал Ваня.

Только тут он понял: а денег-то у него нет.

— Ой, кажется, у меня нет с собой наличных денег, все на карте, — шаря по карманам, сказал он. — Вам можно перевести деньги онлайн?

— РЖД еще не придумала такой сервис, — язвительно протараторила она.

— А вы сегодня в ударе, — не замечая ее остроты, с целью получить эти злосчастные салфетки, заключил путешественник. — Может, я тогда вам переведу на личный счет, а вы уж как-нибудь с РЖД решите вопрос?

— Как же вы мне дороги, уважаемые пассажиры, — с этими словами она удалилась за салфетками и через минуту пришла. — Вот ваши салфетки, помыться полностью, конечно, не хватит, но руки протереть самое то. Прикрыть дверь? Уединиться захотите, может быть?

Точно, в купе же есть двери.

— Будьте так любезны, — остроты уже начали ему нравиться.

Как только дверь была закрыта, увиденное Ваней повергло его в шок. На закрытой двери почти во весь рост было прикреплено зеркало. Это было до того незнакомое для человека, путешествующего исключительно в плацкарте, нововведение, что Ваня остановился и принялся строить себе забавные гримасы.

— Я предоставлен сам себе, мне никто не мешает, не отвлекает, как же здесь круто! — вслух сказал Ваня. — Отброшу все предрассудки и буду всегда ездить в вагоне-купе, не так здесь и дорого, а комфорт гораздо лучше, чем в плацкарте, и зеркало есть.

С этими словами он подмигнул себе в отражении, протер руки салфеткой и принялся есть.

«Может быть оттого, что у проводницы такая работа, ее защитная реакция — острить. Может, она совсем не злой человек, просто накопилась усталость за сорок лет, и она покорно ждет пенсии». Это предположение его удивило: ведь до пенсии еще двадцать лет, чего ее ждать? Сам Иван был приверженцем того, чтобы заработать денег и положить под процент в банк, за двадцать лет можно обеспечить себе солидный доход.

— Люди не такие, — вслух заключил он, — чем больше за них думает государство, тем меньше они сами на это способны. Хорошо, что я не такой.

Тем временем в этих мыслях трапеза была закончена. Ваня лег на шконку, колеса поезда монотонно стучали об рельсы, убаюкивая путешественника, он с улыбкой умиротворения закрыл глаза, и эта улыбка заморозилась на всю ночь.

Глава 2

Так как поезд должен был прийти в шесть утра, подъем был ранний. Не пришлось даже будильник слушать: постоянное открывание и закрывание дверей вагона разбудило Ивана, хотя он поставил подъем на час раньше. Ему не хотелось, когда поезд придет, впопыхах собираться. Но окончательно разбудил его голос проводницы: «Света, ты сдала смену?». И после этого она громко закрыла дверь в купе.

— Супер! Надеюсь, Света сдала смену, — сначала нервно, а затем, когда посмотрел на часы и понял, что разбудили его во время планируемого подъема, спокойно потянулся и принялся налаживать связи вчерашнего вечера. Почему-то всегда вечером хочется жить, а утром надо заново к этому приходить, появляется тревога за новый день. Вечером все понимаешь, особенно это проявляется в планах, а утром зависаешь. Еще вчера ты думал: «Вот это сделаю, еще это захвачу, глядишь, и к третьему подготовлюсь». Но наутро все вчерашние планы кажутся пресными, никакого интереса выполнять их нет. Ни интереса, ни мотивации. Приходится заново жить, а к вечеру жизнь опять налаживается — и так бесконечно. Плюс ко всему этому приписывается еще беспокойство: а что, если произойдет такое, чего я не смогу вынести? Ну, да ладно.

— Так, на какой мысли я вчера остановился? — попытался вспомнить путешественник. — Ну, да ладно, новый день — новые мысли, — заключил он.

И так каждый день. С одной стороны, ты можешь устать постоянно запускать этот маховик мыслей, а можно просто отдаться настоящему и не зацикливаться на прошлом. Только одно напрягало: а что если упускаешь что-то важное, как тогда быть? На этот вопрос Ваня пока не знал ответа, его устраивало то объяснение, что нужно жить настоящим. После водных процедур герой попросил у проводницы стакан, налил кипяточку и понес в свое купе. Когда он возвращался, пришлось столкнуться с трудностью: навстречу ему с дошираком шел какой-то мужик, нужно было как-то разойтись, учитывая, что ширина в вагоне купе даже меньше, чем в плацкарте, это могло быть проблемой.

— Посторонись, оболью! — выкрикнул Ваня.

Пассажир ловко шмыгнул в открытую дверь купе.

«Оказывается трудность не была какой-то напряжной, а просто событием, придающем краску началу дня», — подытожил в голове путешественник.

Бодрость от того, что приехал домой, подкрепленная еще холодной водой в умывальнике, задавала настроение на сегодняшний день. Ваню должны были встретить дед с бабушкой, и он уже выглядывал их на приближающемся перроне конечной станции.

«Да где же они? — недоумевал герой. — Надо выйти первым, чтобы на пустующем перроне сразу их найти. Решено». Ваня взял сумку и пошел в начало вагона на низкий старт. Как только поезд остановился, как только проводница опустила лестницу, Иван тут же рванул на перрон, но не успел: тут уже вовсю ходили пассажиры. «Хорош был план», — с досадой выдохнул Иван и тут же принялся оглядываться по сторонам в поисках родных. Не найдя никого знакомого, он сделал вывод: не приехали еще, останусь на месте и буду ждать их.

Тем временем дед с бабушкой также высматривали внука в потоке пассажиров, который начал потихоньку редеть.

— Да где же они? Неужели забыли? — все больше сомневаясь, запаниковал Ваня.

— Да где же он? Неужели в другом поезде?! — выкрикнул кто-то из толпы.

Если бы Ваня не знал этого голоса, он бы никогда не повернулся. Голос принадлежал старенькой, но очень бойкой и энер