ыла потрясена.
Верин тепло улыбнулась. Один паренек как-то сказал, что ее улыбка напоминает ему о любимой матери. Остается надеяться, что хотя бы в этом он не соврал. Чуть погодя он попытался воткнуть кинжал ей под ребра, и последнее, что он увидел, была ее улыбка.
— Переоденься и ступай к остальным, — распорядился Ранд. — И вот что, Наришма. — Взгляд Ранда сделался твердым и суровым. — Если ты расскажешь об этом хоть кому-нибудь, я тебя убью.
Даже если то, что вы сделаете, приведет к желаемому результату, наверняка будут и другие последствия, совершенно неожиданные. Никак не менее трех, и одно из них, скорее всего, окажется неприятным
