Как хорошо, когда впереди зима!.. Когда есть время подумать, помолчать наедине с собой, полежать на диване с книжкой про Ходжу Насреддина, и не нужно суетиться, придумывая, как с толком использовать каждую минуту вожделенного лета!
Нельзя ни на что рассчитывать всерьёз, когда-то учила его бабушка. Ко всем своим планам и мечтаниям нужно прибавлять – как бог даст.
Не даст, и ничего не будет.
– А если я желаю, чтобы мне поклонялись? Чтоб возлагали цветы? И молодожёны произносили на ней клятвы верности?
– На могиле? – уточнил Кант. – На вашей? Клятвы верности?
– Но на вашей произносят!
– Это просто глупая причуда, – уверил Кант.
Гостей должно быть не меньше трёх – по числу граций, и не больше девяти – по числу муз.
– Нас получается больше, – призналась Мура.
– Это не слишком удобно для беседы, – огорчился Кант. – Но в новогоднюю ночь любые увеселения идут на пользу душе!..
Меркурьеву показалось, что он всё же немного гордится своей могилой.
– Рад, – сказал Кант, поворачиваясь к Меркурьеву и Муре. – Рад вас видеть вновь. Как давно мы не встречались?
– Больше года.
– Вы освежили в памяти моё неравенство? – осведомился Бессель.
Ты молодой, Вася, береги время. Всё, что ни есть, до единой минуточки. Зря не растрачивай – на глупости, там, на ссоры, на злобу, на пустяки. Оно пройдёт, как песок просыплется, ничего не останется. А столько хорошего вокруг, Вася!
– И чего нам делать-то теперь? – спросил Саня, набычившись. – В ментуру бежать? Так от них толку никакого не будет, дело закрыто – свалился пьяный, мало ли их падает!..
