если б вы знали, как я прост душой, вы бы ничего не заключили дурного из этого. В один день я сойдусь с человеком - и как будто двадцать лет жил вместе. Ты да ты. За что вы нападаете понапрасну на мою простоту и добродетель
Я заняла! Опомнитесь! неужели вы еще не протрезвились? Напротив, я хотела спросить вас, скоро ли вы мне отдадите семьсот рублей за лошадь?
Иван Савич остолбенел.
- За лошадь? - повторил он.
- Да, за лошадь.
- Я не шучу, баронесса! - сказал он.
- И я нет, - отвечала она.
И оба с князем, указывая на Ивана Савича, хохотали и кричали: она! она!
- Да, в самом деле! - сказал князь, - ну, ты, граф, не будешь теперь так повесничать перед ее подобием.
- Жизнь коротка! надо жуировать! -
Я вас так люблю... - сказала она робко, почти шепотом.
- Это очень глупо - любить! - говорил Иван Савич, намазывая голову помадой.
- Что ж мне делать, я не виновата!
- И я не виноват, что не люблю тебя.
Может быть, тут кто-нибудь из знатных есть; а у ней что ни вечер, то князь, то граф! услышат - и мне и вам достанется! Я вам по-дружески сказал, а вы и пошли... Надо, господа, знать тон, приличия, как с кем обращаться!
Ведь это не мешает тебе бывать у меня.
- Не мешает! Рассказывайте! Я видела, как вы близко с ней рядом сидели да шептались...
Она зарыдала. Иван Савич махнул рукой и пошел прочь.
- Постойте, - сказала она, - возьмите ваши деньги: я от барина не хочу!
