Уходи со мной, — просил он ее утром. — Я буду тебе хорошим и верным мужем, Тарья.
Но она качала головой, снова заплетая свои длинные волосы в венок вокруг головы.
— У меня был один муж. Одним он и останется. Я все еще люблю его, Хиль.
— Я не прошу любить меня, — говорил Свенсен, а внутри все рвалось и горело, — достаточно того, что я люблю тебя. Просто будь со мной. У тебя еще могут появиться дети, а я буду счастлив стать их отцом. Тарья, будь со мной, пожалуйста.
Она доплела косы, глядя ему в глаза, опустила взгляд, раздумывая.
— Если эта ночь принесет плоды, я выйду к тебе. Обещаю. Но если нет — никогда не приходи больше, Хиль.
Он все-таки схватил ее и поцеловал, и на мгновение она снова стала мягкой и покорной и прильнула к нему, как ночью.
— Я вернусь через месяц, — сказал он жестко, — и ты выйдешь ко мне, беременная или нет. Обещай, женщина.
Взгляд ее дрогнул, и этого ему было достаточно.
— Если не выйдешь, — добавил он, — я зайду внутрь, чего бы мне это ни стоило, и заберу тебя из этой самой кельи, Тарья
