Мне один мой товарищ, который рано умер и знал, что умрет, говорил: жизнь — это сужение. Вначале это очень широкая воронка, которая захватывает все, что ни попадя, а потом она становится все уже, уже, и остается только самое нужное, потом самое важное, потом самое главное, а потом — единственное.
Вот к этому единственному я и пришел.
