На лестнице стояла тётушка Забота, она кивала, приседала в реверансе и вела себя довольно нелепо, она всегда такая.
Мужчина обернулся и скользнул взглядом по дому: новый, ладный, из светлого дерева – любо-дорого посмотреть.
– Пора нам красить наш дом, Малыш, – сказал мужчина. – Тебе какой цвет нравится: красный, белый или жёлтый?
– Красный, – сказал Малыш
Он посмотрел на Щепкина и подумал о хозяине магазина. Ему и так вечерами поговорить не с кем было, а теперь Малыш ещё и фарфоровую даму разбил.
– Мы уезжаем через пятнадцать минут, – сказала мама. – Побудь здесь, я за тобой зайду.
– Мне надо поговорить с хозяином, – ответил Малыш.
– Вот как, – удивилась мама, – надо? Он, возможно, зайдёт, если у него будет время. Не забудь вежливо сказать спасибо. Слов нет, как он тебя сегодня выручил.
– В том и беда, – тоскливо ответил Малыш и снова посмотрел на Щепкина.
Когда мама вышла из комнаты, он долго шептался с Щепкиным и всё ему объяснил, так что, когда хозяин наконец пришёл, Щепкин уже был готов.
– У нас тут очень плохо получилось, – начал Малыш. – Понимаешь, мы играли, как будто я – это ты, и я поставил Щепкина на полку, потому что если я как будто ты, то у меня нет Щепкина и поговорить с ним я не могу, а потом мне надо было быстро показать ему кое-что в окне, и я сшиб твою даму, и у неё отвалилась голова. Вот она.
– Ой, как жалко, – сказал хозяин, – я хранил её в память о доме, где провёл детство.
– Конечно, тебе обидно, – сказал Малыш, – и грустно. Но что делать, я не знаю. И я подумал, что могу отдать тебе Щепкина. Он гораздо лучше дамы, потому что он разговаривает, а это помогает, когда ты один.
Хозяин магазина внимательно посмотрел на Малыша. Откуда этот мальчик знает, что ему бывает очень одиноко?
– Я теперь хорошо тебя понимаю, я же побыл тут у тебя, – сказал Малыш. – Щепкин стоит на полке, но только дай честное слово, что не отдашь его тем двум девчонкам, потому что Щепкин их боится.
Тут прибежала мама, она очень торопилась.
– Автобус сейчас придёт, – сказала она. – Мы можем взять этот плед? Спасибо! Я его завтра привезу.
Она завернула Малыша потуже в плед, хозяин помогал как мог.
– Теперь не замёрзнешь, – сказал он Малышу.
Малыш только головой мотнул. Он смотрел на полку, где стоял Щепкин. Малыш сказал про себя «пока» и
надпись, а сиденье оказалось одновременно коричневым и матовым. Малыш, как обещал, стал протирать руль. И всё тёр его, и тёр, а хозяин стоял под окном и смотрел на него с довольным видом.
Пока Малыш полировал велосипед, к магазину бодрой рысью прицокал конь. Он тянул за собой лёгкую повозку, в ней сидели Кнопка с папой. Они приехали в магазин по делам. Кнопка заметила в витрине Малыша, показала папе, и теперь они оба вместе с хозяином магазина наблюдали, как Малыш надраивает руль. Он тоже заметил их и страшно смутился. Он как будто почувствовал себя выставленной на продажу вещью, на которую все глазеют. Он поскорее вылез из витрины и спрыгнул на пол, как раз когда Кнопка и остальные входили в магазин.
– Что вам дать сегодня? – спросил хозяин магазина.
– Сегодня нам надо много всего, – ответил папа Кнопки, – потому что завтра праздник, семнадцатое мая.
– И мы получили аванс за новую книгу, – добавила Кнопка.
– Вот оно
быть тряпка на прилавке.
Малыш осторожно пробрался к велосипеду. Вблизи тот был ещё прекраснее, чем когда смотришь на него с улицы через стекло. И на нём была красивая надпись, а сиденье оказалось одновременно коричневым и матовым. Малыш, как обещал, стал протирать руль. И всё тёр его, и тёр, а хозяин стоял под окном и смотрел на него с довольным видом.
Пока Малыш полировал велосипед, к магазину бодрой рысью прицокал конь. Он тянул за собой лёгкую повозку, в ней сидели Кнопка с папой. Они приехали в магазин по делам. Кнопка заметила в витрине Малыша, показала папе, и теперь они
– А мама сейчас завтракает, – сказал Щепкин, – но мы об этом не думаем.
– Ни за что не думаем, – сказал Малыш.
Но сам только о том и думал.
Малыш был очень голоден, ведь он не позавтракал сегодня.
рассказали, – кивнул Щепкин. – Пойдём лучше домой, здесь неинтересно, когда принцесса такая
– Она повторила всё за мной, как я тогда показывал ей в магазине, – сказал Малыш. – Она сердится на нас, а мы всё ещё не рассказали ей, что тогда случилось.