Кто — то сразу ловит, понимает,

Я же через ум дошла.

Кто — то притворяется, стреляет,

Я же не от их числа..

Кто — то мятый, и снаружи,

Завалив весь мир,

Я же с ним, обеззаружено,

Перевариваю сыр.

Наверно для тебя прогресс

К началу жизни передвинуть мебель.

Да, я соглашусь, у каждого свой интерес

На вкус, как разномненный ревня стебель.

Наверно для тебя черта,

Шагая, крылышками бяк,

Простить все косяки, любовь со мной,

Наверно, самый твой косяк…

Наверно не всерьез и жадно,

Ты понадеялся на быстроту,

Подмена мест, ты понимаешь…

Очередь моя дурак.

Прости, что не взатяг и не нежно,

А безудержно вежливо, в начале,

Под конец,… Доверчиво, не невинно.

Наивно и небрежно.

Любить? Любила,…

Сто ударов в сто секунд

Храню под серой клеткой,

По правде говоря, ты, просто был и,

Просто у меня…

Стихом спонтанным, спрятанным салфеткой.

Сама с собой сижу здесь

Так уютно,

Я не простужена и это не тюрьма,

Мир, визуальный мир,

Пусть будет неуклюжим и уклюжим,

Ясно то, что целая картина мира

Мне все так же не видна.

Здесь красиво, и все вещи, люди,

По своим местам,

Видела, как жизнь способна

Превращаться в хлам.

Не пойду гулять с друзьями,

Что торопят, спешат сами,

За уют я, между нами,

Все случается, увидь.

Для тебя планета движется,

И, с тобой любовью, когда предрешено

На глубину заплыть.

Кто-то увидит плач,

А, с другой стороны,

Чистый поток водопадной воды,

Обрушился, как спелый калач.

Кто-то увидит сон,

Кто-то в нём будет влюблен,

Мне же, наплевать,

Я — живой унисон.

Перезапуская рек течение,

Хруст и стук падения веток слышен,

Замкнутое увлечëнное влечение,

Против, и, дышу, напротив, чаще, тише.

Ограничены миры, созданием опьяненные,

Час назад был день, а,

Года два назад был ты,

И, другие, вдруг, тебялишëнные.

Рембрант[1] завещал по легкости

Белоснежной гадости,

Маяковской радости,

Свет, от маяка, который

Направляет на века

На выход, в шлюз.