Дело в том, что женщин, ищущих в браке убежища, гораздо больше чем они добровольно сознаются; а сверх того они находят, что брак оправдал их доверие к нему
1 Ұнайды
Не соблазняйте меня, Годфрей, сказала она. — Я и так довольно несчастна, и без того довольно легкомысленна. Не соблазняйте меня стать еще несчастней, еще легкомысленней!
1 Ұнайды
Заметьте, что капля чаю для женского язычка то же, что капля масла для угасающей лампы
1 Ұнайды
Это был веселый, общительный человечек, имевший, впрочем один недостаток — восхищаться кстати и некстати своими шуточками, и не ощупав наперед почвы, опрометчиво пускаться в разговор с незнакомыми ему людьми.
1 Ұнайды
Он сообщил нам о своем изобретении нового состава для разведения краски. Из чего состав делался, не знаю, но могу сказать в двух словах, что он сам делал: он вонял.
1 Ұнайды
детстве вы себе копались да пачкались в грязи и делали из нее пироги, а выросши, копаетесь да пачкаетесь в науке, рассекаете пауков, портите цветы.
1 Ұнайды
Этим объясняется ночь и утро после дня рождения. Но как объясните вы все случившееся с тех пар? Ведь с тех пор алмаз перевезли в Лондон, с тех пор его заложили мистеру Локеру. Неужели вы сделали то и другое, опять-таки сами того не зная? Разве, уезжая при мне в субботу вечером на паре пони, вы была пьяны? И неужто вы во сне пришли к мистеру Локеру, когда поезд доставил вас к цели путешествия? Извините меня, мистер Франклин, но хлопоты эта вас так перевернуло, что вы сами не в состоянии судить. Чем скорее вы столкуетесь с мистером Броффом, тем скорее увидите путь из трущобы, в которую попала.
Мы пришли на станцию минуты за две до отхода поезда.
Я наскоро дал Бетереджу мои лондонский адрес, чтоб он мог написать ко мне в случае надобности, обещав с своей стороны известить его о новостях, которые могут представиться. Сделав это и прощаясь с ним, я случайно взглянул на прилавок, за которым продавались книга и газеты. Там опять стоял замечательный помощник мистера Канди, разговаривая с продавцом. Наша взгляды мигом встретились. Ездра Дженнингс снял шляпу. Я ответил ему поклоном и вошел в вагон в ту минуту, как поезд тронулся. Мне, кажется, легче стало, когда мысли мои перенеслись на новое лицо, по-видимому, не имевшее для меня никакого значения. Во всяком случае я начал знаменательное путешествие, долженствовавшее доставить меня к мистеру Броффу, дивясь, — а, правду сказать, довольно глупо дивясь, — тому, что мне пришлось видеть пегого человека дважды в один день!
Время дня, в которое я прибыл в Лондон, лишало меня всякой надежды застать мистера Броффа на месте его деятельности. Я проехал с железной дороги на квартиру его в Гампстеде и обеспокоил старого законника, одиноко дремавшего в столовой, с любимою собачкой на коленях и бутылкой вина возле него.
Я гораздо лучше передам впечатление, произведенное моим рассказом на мистера Броффа, описав его поступки по выслушании меня до конца. Он приказал подать в кабинет свеч, крепкого чаю, и послал сказать дамам своего семейства, чтоб его не беспокоили ни под каким предлогом. Предварительно распорядясь таким образом, он сначала осмотрел шлафрок и затем посвятил себя чтению письма Розанны Сперман.
Прочтя его, мистер Брофф обратился ко мне в первый раз еще с тех пор, как мы заперлись с ним в его комнате.
— Франклин Блек, проговорил старый джентльмен, — это весьма серьезное дело, во многих отношениях. По моему мнению, оно так же близко касается Рахили, как и вас.
Заметьте, что капля чаю для женского язычка то же, что капля масла для угасающей лампы.
В следующие двадцать четыре часа изучите повнимательнее вашу супругу. Если в течение этого времени добрая леди не выкажет чего-нибудь вроде противоречия, Боже упаси вас! Вы женились на чудовище.
