Это же твоё время, тебе решать, на что его тратить; это твоя жизнь, тебе выбирать, какие твои иллюзии – любви, таланта или успеха – однажды рухнут и швырнут тебя на землю, поранив обломками».
О, эта умилительно пылкая тяга всем быть удобным, лет до тридцати я сам ею страдал… но с возрастом она опалит душу и пройдёт, сменившись осторожной избирательностью, кого сажать на шею, а кому давать от ворот поворот.
Сказка – тёмная вещь, доктор… и зачастую опасная. А худшее в ней то, что основана она всегда на неких реальных событиях. И если сказка страшна… насколько же чудовищна правда?
Но больше всего внимание привлекало мягкое выражение миндалевидных глаз под густыми уголками бровей. О глазах этих мне не удалось сказать иначе, кроме как «яркие».
У таких созданий приятный голос, тон которого не меняется даже в минуты гнева, точно за них говорит кто-то, кто гнева не знает. Глубокие глаза – точно сквозь зрачки тоже глядит кто-то другой, древний и мудрый,
Красота и гармония лечат не хуже пилюль, микстур и припарок; иногда лучшее, что можно сделать с искалеченной душой, – увезти её в золото и зелень, морскую лазурь и цветочную пестроту.
«…Это же твоё время, тебе решать, на что его тратить; это твоя жизнь, тебе выбирать, какие твои иллюзии – любви, таланта или успеха – однажды рухнут и швырнут тебя на землю, поранив обломками».
