Я думала, что, если буду работать упорнее, все сложится как по волшебству. Но это было не так; моя самооценка зависела от успеха в студии. Личное счастье не могло появиться само собой. Я должна была строить его, но не стала. И жизнь продолжилась без меня.
— Про что, Джони?
Я улыбаюсь.
— Про нас.
Он обнимает меня. Я чувствую биение его пульса и могу сосчитать все оттенки карего в его глазах.
Рен наклоняется, как будто хочет поцеловать, но замирает.
— Я выбрал нас уже очень давно, Миллер, — говорит он.
Я открываю глаза и улыбаюсь ему, а потом перевожу взгляд на наклейку в ладони.
— Ты добыл мне Капризного Цыпу?!
— Он твой, делай с ним что хочешь, — говорит Рен.
