Оглавление

Александр Пастухов
Интерес и будущее

Екатеринбург 2024 г.

Александр Пастухов
Интерес и будущее
Аннотация

Данные заметки являются продолжением размышлений о природе, влиянии и месте интереса (далее по тексту — «И») в жизни человека и общества. Рассчитано на широкий круг читателей, которому небезразличны судьба и благополучие России. Ссылки на предыдущие опубликованные материалы представлены в библиографии.

Ключевые слова: интерес, развитие, цивилизация, Россия, искусственный интеллект

Abstract

These notes are a continuation of reflections on the nature, influence and place of interest (hereinafter referred to as «I») in the life of a person and society. Designed for a wide range of readers who are not indifferent to the fate and well-being of Russia. Links to previous published material are provided in the bibliography. These notes are a continuation of reflections on the nature, influence and place of interest (hereinafter referred to as «I») in the life of a person and society. Designed for a wide range of readers who are not indifferent to the fate and well-being of Russia. Links to previous published material are provided in the bibliography.

Предисловие

Всем известно, что прогнозы — дело неблагодарное и, зачастую, малопродуктивное. Автор, конечно же, не претендует на роль оракула — тем более, что после сравнительно сонного двадцатилетия нас, весьма вероятно, ждет множество неожиданностей. Но в ракурсе рассматриваемой проблемы ему хотелось обозначить некоторые тенденции ближайшего будущего, способные положительно повлиять на удовлетворение жизненных «И» обычных людей.

Экономические и общественные интересы России в предстоящем десятилетии

В определенной степени вызывает удивление тот факт, что пандемия и последующие военные действия, вопреки утверждениям многих экспертов, не привели к катастрофическому падению экономики России. А это и прямо, и опосредованно указывает на оставшийся ресурсный и хозяйственный потенциал, реализуемый в экстремальных обстоятельствах (дифирамбы в адрес профессионализма соответствующих органов по этому поводу представляются явно завышенными). И можно только ориентировочно предполагать, насколько бы вырос уровень развития государства при относительно грамотной политике властных структур в нормальных условиях.

Можно последовательно разбирать провалы в экономической политике в прошедшее тридцатилетие, но для краткости остановимся на примере охраны окружающей среды. Современные методы модернизации производства на основе информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) позволяют с достаточной точностью планировать и осуществлять декаплинг (уменьшение количества ресурсов и экологического воздействия на единицу производства продукции) практически по всей промышленной сфере, что отвечает синергии экономических и экологических «И». В России основными отраслями-загрязнителями являются металлургия, химическая промышленность и утилизация отходов, но наилучшие доступные технологии (НДТ) применяются недостаточно активно вследствие слабой стратегии в промышленной политике и ничтожного финансирования (240 млрд. руб. на 2024—2026 г. г. по статье «Охрана окружающей среды).

Вместе с тем, такое ненормальное положение в материальной сфере не может сохраняться неопределенно долгое время: рано или поздно, будут формироваться рациональные предпосылки для устойчивого экономического роста минимум 4—5%, позволяющего через 10—12 лет удовлетворить не только базовые, но и более утонченные материальные потребности всех социальных групп. Резкое снижение стоимости многих вещей и услуг приведет к постепенному выравниванию качества жизни, и традиционные критерии статусности, определяемые, в первую очередь, доходом, будут смещаться из числа приоритетных в число прочих: значимость богатства в индивидуальном и групповом менталитете перестанет играть ключевую роль.

Формирование и управление спросом, независимо от объекта, нередко основывается на возбуждении искусственного созданного «И». Известное английское выражение: «бесконечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода, и как…» в рыночной интерпретации можно дополнить фрагментом: « появляются новые товары и услуги». Это, действительно, бесконечный источник рождения новых «И» — порой мимолетных, преходящих и ограниченно полезных, которые под влиянием моды, рекламы превращаются в объекты неумеренного потребления определенными группами.

Постепенное обрастание индивидуумов и домохозяйств избыточными приобретениями автоматически сокращает сроки их фактического использования. Особенно это касается дорогостоящих вещей (недвижимости, транспорта, предметов роскоши). Рациональное будущее, скорее всего, освободит от бремени владения с переходом в форматы ознакомительных «И» и краткосрочных потребностей (аренда, временное или периодическое использование и т. п.).

Финансово-экономические трансформации в переходный период

Состояние мировой финансовой системы вызывает все большую озабоченность в большинстве государств, ведущих активную внешнеэкономическую деятельность.

К самым острым глобальным проблемам относятся надувание финансового пузыря, на порядок превосходящего реальное богатство (количество товаров и услуг), и растущая несбалансированность между товарным производством и объемом финансовых инструментов, находящихся в обороте. Количественное смягчение (печатание денег без обеспечения), предпринимаемое властями для купирования кризисных явлений, спекуляции на фондовых биржах и размножение деривативов (производных финансовых инструментов) не создают реальной стоимости, но фатально усиливают финансовое напряжение.

Компания БКС (Россия) приводит следующие данные за 2017 г.: $58 трлн. — стоимость гособлигаций, $116 трлн. — стоимость акций и корпоративных облигаций, $1000 трлн. (оценка) — стоимость всех деривативов. Одномоментное (пока — теоретический вариант) превращение денег в товары со стороны даже небольшого числа экономических агентов или повышение ставки Федерального резерва США на 5% неизбежно приведет к обрушению этой пирамиды и глобальному финансово-экономическому кризису. В результате, финансовые «И» большинства населения окажутся растоптанными.

Основополагающие «И» власти и бизнеса десятилетиями остаются стабильными или стремятся к диверсификации и масштабированию по мере открытия новых возможностей; для достижения привычных целей в ход идут поверенные и обкатанные способы фальсификации, неумеренной пропаганды и ограничительно-принудительного воздействия.

Сегодня многие специалисты считают деньги товаром: такую позицию можно принять в разрезе сегмента децентрализованных финансов, но в рамках удовлетворения традиционных «И» и потребностей деньги являются всего лишь инструментом. Финансовые спекуляции, как средство ущемления сторонних «И», никак не попадают в категорию действий, жизненно необходимых обществу, поскольку не создают новых ценностей. Через какое-то время, когда финансовые игры, ведущиеся алгоритмическими способами, постепенно утратят статусность и популярность, на передний план выйдут духовные активы и творческие мотивы, не требующие столь одиозного и нерационального экономического механизма.

Эволюцию финансовой системы желательно синхронизировать с процессом общей демократизации общества. Вполне вероятно развитие нового сектора децентрализованных финансов, обеспеченных государственными гарантиями сохранности средств граждан на базе систем распределенного реестра (DLT) или технологий последующих уровней в симбиозе с квантовыми вычислениями. В рамках финансовой перестройки искусственный интеллект (ИИ) позволит значительно повысить достоверность статистической финансово-экономической информации, что приведет к более точному прогнозированию и пониманию реального положения дел.

Социальное расслоение и пути его преодоления

Капитализм за три столетия своего доминирования последовательно укреплял конфликт «И» всех социальных групп, отдаляясь от декларируемых целей прогресса. Но время неумолимо, и ветшающие одежды классической демократии едва прикрывают слабеющие мускулы когда-то натренированной диктатуры.

Неизбежный переход от капитализма к новой социально-экономической системе будет происходить не одномоментно и с вероятными обострениями — слишком много различий у стран и регионов в уровне развития. Одна из главных характеристик такого перехода — сокращение объема классического наемного труда и неэквивалентного обмена «И» между работодателями и исполнителями. Однако, до придания устойчивости обозначенному тренду, более чем возможен этап подавления конкуренции ресурсами транснациональных корпораций (ТНК) и настойчивого формирования пула целевых потребителей их продукции, далеко не всегда синхронизированной с общественно необходимыми потребностями по качеству и цене.

С другой стороны, высокий динамизм появления новых направлений провоцирует представителей бизнеса на неоправданные и непродуманные действия: призерами оказываются единицы, а большинству достаются потери и разочарования, поскольку современный рынок — это парад брендов, достигших качества, престижа, статусности и поддерживающих навязанный «И» к дорогим товарам и услугам, инициированный и подкрепленный высокоэффективной рекламой. Весьма вероятно, что в недалеком будущем экспертизу качества будет осуществлять ИИ, раскрутка брендов маркетинговыми инструментами минимизируется, а рыночная продукция окажется настолько индивидуализированной, что ценность торговых марок закономерно отойдет на второй план.

Уже существующее изобилие товаров, примерно одинаковых по потребительским качествам, в силу избыточности приводит к прекращению потребления и превращению в отходы некоторыми группами, не достигая даже заявленных сроков эксплуатации. Справедливости ради следует сказать, что это не означает чрезмерного потребления большинством населения, не располагающего соответствующими доходами. Но есть надежда, что дефицит доступных по цене материальных вещей будет последовательно ослабевать, а его минимальный уровень ограничится только новейшими образцами и свойствами.

Но пока разрыв доходов между социальными слоями, своими корнями уходящий в далекое прошлое, продолжает усиливаться практически во всем мире. Вспомним Сенеку: «Беден не тот, у кого мало что есть, а тот, кто хочет иметь больше» и «Каков предел богатства? Низший — иметь необходимое, высший — иметь столько, сколько с тебя довольно». При буквальной трактовке и в его высказываниях можно усмотреть противоречия, но суть предельно ясна — избыточность неприлична, рациональность — почитаема.

Примерно о том же говорил Эпикур: «Многие, накопив богатство, нашли не конец бедам, а другие беды». Мыслитель не случайно акцентировал внимание на отрицательной динамике сознания, сопровождающей процесс накопления, когда для подлинной эмоциональной жизни не остается ни «И», ни сил, ни времени.

Многие сверхобеспеченные люди знают или слышали про закон убывающей предельной полезности, но его действие в отношении некоторых индивидов, озабоченным золотыми унитазами, вызывает большие сомнения. И все-таки более естественное (хотя и далеко не единственное) объяснение неумеренному накоплению — тривиальная и неутолимая зависть к вышестоящим и сладостное упоение своего превосходства над остальными. Дополнительный ноль в чековой книжке, никоим образом не является эквивалентом личностного роста ее обладателя в интеллектуально-нравственном отношении, но неизбежно приводит к ломке множества судеб и снижению устойчивости мировой системы.

Возможно, кому-то покажется резонерством, но стоит прислушаться и к Конфуцию: «Когда государство управляется согласно с разумом, постыдны бедность и нужда; когда государство не управляется согласно с разумом, то постыдны богатства и почести». Уровень развития цивилизации за 2,5 тыс. лет изменился радикально, но пятая часть населения России по-прежнему прозябает почти что в нищете.

Процесс перераспределения и выравнивания доходов отнюдь не будет мирным и безмятежным. Многие представители элиты окажут жесткое сопротивление, их ресентимент (озлобленность) будет зашкаливать, но ряд представителей крупного бизнеса из новой формации, не относящихся к историческим семьям и династиям, скорее всего, осознает свою потенциальную роль в судьбах цивилизации и радикально сменит персональные ориентиры.

В современной России этот процесс пока вряд ли возможен, так как устоявшийся формат власти — это плохо калькированная американская модель, превратившаяся за три десятилетия в профанацию демократического устройства и все более приобретающая автократический окрас; коалиция власти и капитала воспрепятствует сглаживанию расслоения всеми доступными и незаконными способами.

Исследование, проведенное в США в 2010 г. (URL: https://www.pnas.org/doi/10.1073/pnas.1011492107), содержит анализ более 450 тыс. ответов на Индекс благополучия Gallup-Healthways. Его основные выводы: «рост дохода не всегда добавляет счастья, но снижение дохода несет отрицательные эмоциональные последствия. Можно допустить, что $75 тыс. в год — значение, выше которого прирост достатка не поднимает чувственного благополучия, определяемого факторами темперамента и жизненных обстоятельств. И в целом, существуют ясные указания необязательности влияния чрезмерных доходов на базовые „И“ у подавляющего числа людей».

Рациональное потребление и растущее многообразие приведут к угасанию рыночного соперничества и расширению обеспечивающей общественное признание конкуренции нематериальных «И». Исключение составит интеллектуальная сфера, в которой, ввиду уникальности продукции, возможен диктат по условиям предложения. Кроме того, выравнивание условий жизни будет достигаться равнодоступностью к общественным благам по фиксированному спектру индивидуальных «И», соответствующему уровню экономического развития.

В общественных «И» — безотлагательное введение вместо минимального размера оплаты труда (МРОТ) более объективного индекса — необходимого размера оплаты труда (НРОТ), который определяется не только по размеру медианной заработной платы, но и с учетом следующих изменений:

— уточнение учетной корзины продовольственных, промышленных товаров и услуг в соответствии с реальными потребностями населения;

— территориальная корректировка потребительской инфляции путем ценового мониторинга торговых сетей с помощью ИИ;

— ежемесячная актуализация интегральной суммы потребительской корзины с учетом реальной инфляции.

В техническом плане такие мероприятия гораздо проще насаждения социального рейтинга и осуществимы уже сегодня. Совершенно очевидно, что через 2—3 года они могут быть доведены до высокого уровня достоверности при наличии политической воли государства и искреннего желания улучшить благополучие своих граждан.

Последовательность действий по уравновешиванию доходов можно было бы дополнить соотношением прожиточного минимума и максимума. Введение последнего показателя, конечно, потребует глубокой аналитической подготовки и всестороннего общественного обсуждения, причем неизбежно ожесточенное сопротивление со стороны обеспеченных слоев. Именно фактическое превышение прожиточного максимума может служить базой для прогрессивного налогообложения, а общее снижение за определенный промежуток времени (например, 3—5 лет) — основанием для предоставления налогового вычета.

При росте объема и ассортимента потребляемых объектов продолжается параллельное выстраивание иерархий материальных и ментальных «И», связанных с радикальными изменениями в цивилизационном развитии. Процесс идет крайне неравномерно, поскольку аудитория их носителей весьма переменчива и импульсивна. Тем не менее, по мере насыщения ассортимента материальных потребностей и пресыщения второстепенными технологическими новациями, у новых поколений можно ожидать постепенного смещения их интегральных «И» в духовно-нравственную сферу.

Предложения автора о законодательном ограничении доходов вполне вписываются в общую логику уравновешивания социально-экономической системы путем предотвращения гегемонии отдельных компонентов. Никого не удивляют действующие антимонопольные акты, препятствующие бесконтрольности разрастания собственности в определенных отраслях. Лимитирование капиталов при таком же подходе имеют более универсальный характер, так как воздействуют на весь спектр производственных и общественных отношений.

Нацеленность актуальной и долговременной кампании по ослаблению социального неравенства, включающей постепенный переход представителей финансовой элиты к общественно признаваемому уровню достатка и потребления, следует обеспечить предварительным согласием всех заинтересованных сторон на поэтапную реализацию. Комплексность такого алгоритма должна включать индикативный, налоговый, юридический, этический, статусный и стимулирующий компоненты.

В достижении баланса личных и общественных «И» важную роль играет соотношение в индивидуальном менталитете эгоцентричного и альтруистичного начал. Очевидно, что в классической рыночной экономике индивидуализм заметно довлеет над бескорыстием. Однако, с развитием коммуникационных каналов, сфер общения и роста аудитории альтруистические мотивы будут набирать силу, потому что общественная активность и признание будут становиться приоритетными «И» для растущего числа индивидов, особенно в составе подрастающего поколения.

Эволюция человечества, как вида разумных существ, все-таки предполагает движение к новому уровню духовных и этических «И», отторгающему предрассудки и наслоения прошлых эпох, чему в третьем тысячелетии активно способствует НТП, в перспективе ведущий к осознанию второстепенности избыточных материальных благ. По мере заката капиталистической системы вещные и денежные параметры статусности будут замещаться интеллектуальными критериями.

Гражданская активность как критерий зрелости общественных интересов

Сегодня в России говорить о каком-либо классовом противостоянии бесперспективно, поскольку существующая структура работающего населения никаких классов не содержит. В какой-то мере к пролетариату можно отнести работников ОПК, но постоянная финансовая подпитка наемного персонала и жесткая дисциплина исключают даже намеки на возникновение конфликтных ситуаций. А о социальной активности многострадальных работников бюджетной сферы и говорить неприлично.

В остальном российский трудовой спектр исключительно пестрый: сложилось множество мелких социальных групп, полностью разобщенных и имеющих самые разные «И». Контингент, способный на открытые массовые выступления при существующих законодательных ограничениях и агрессивной информационно-пропагандистской накачке, не может самоорганизоваться спонтанно: сложно представить, что может объединить программистов, работников «Пятерочки», дальнобойщиков, пенсионеров и т. д.

К тому же динамика общественных «И» имеет волнообразный характер. Если в 19-м веке забота об общественном благе лежала на плечах интеллигенции, то в период 20-50-х г. г. 20-го века наблюдался взрывной рост «И» всех социальных слоев, затем наступило временное затишье на умеренном уровне общественной активности, сменившееся резким падением в последние 30 лет. Не оставляет надежда, что успешный старт нового курса России, сопровождаемого колоссальным ростом коммуникационных возможностей, постепенно возродит общественный «И» с тенденцией дальнейшего массового охвата.

Пока же насаждение тотального страха путем вынесения приговоров с запредельными сроками участникам безобидных акций, сопровождаемых информационной разгонкой официальными СМИ, на фоне оправдания противоправных действий некоторых военнослужащих эффективно подавляет гражданскую активность, загоняя людей в узкий мирок собственных проблем.

В периоды катаклизмов и потрясений жизненно необходимо не просто сближение, но возможно более полное их слияние «И» руководства страны и рядовых граждан, переход «И» высшего слоя в фазу самоограничения на период выхода из тупика, с полным осознанием сопричастности к судьбе своего Отечества. При таких действиях их имена будут занесены в историю, как спасителей страны.

Пока же складывается впечатление, что общение в социальных сетях формирует довольно примитивный и слабо действующий «И» к гражданской активности. Какой-либо положительной динамики нет и в помине. Отдельные видеосюжеты и однообразный текст сообщений, содержащих важные для общества тенденции и факты, вызывают (или не вызывают) кратковременную реакцию на происходящее и слабо формируют устойчивые представления о неприемлемости существующего пути развития страны.

Между тем, наработки в сфере контекстной рекламы и реалити-шоу могли бы существенно повысить эффективность донесения острых и вопиющих проблем до широкого пользователя, но все предпринимаемые властями действия (законодательные — на уровне депутатов и исполнительные — на уровне силовых органов) «душат на корню» малейшие проявления несогласия с проводимой политикой — вплоть до вынесения запредельных сроков лишения свободы по надуманным или сфабрикованным доводам.

Коммуникационные каналы взаимодействия социальных групп

Пропаганда исторически является наиболее эффективным способом жесткой ориентации индивидуальных или групповых «И» на ложные или несуществующие ориентиры и маршруты. В российском информационном пространстве в последние годы произошло очевидное смещение событийной и аналитической повестки к полюсу безальтернативного одобрения действий власти на всех уровнях.

Но даже в условиях сложившейся пассивности населения в отношении принимаемых политических и экономических решений, отнюдь не отвечающих многолетним ожиданиям улучшения качества жизни, время от времени проступает запрос на реальные перемены.

Достоверное измерение общественных настроений, конечно же, и в «И» самой власти: некоторые результаты, отражающие реальное положение дел, несомненно доводятся до руководства страны, однако для выбора и своевременной корректировки генерального курса (если на то есть политическая воля) необходима полноразмерная картина с наиболее чувствительными взаимосвязями.

Для перманентного мониторинга общественного самочувствия, регулярно оценивающего текущие и долговременные «И» всех социальных групп, мало подходят считающиеся так называемые репрезентативными совокупные выборки с обобщенными вопросами, не учитывающими пол, возраст, образование и т. п.

Более эффективным методом представляется выявление насущных «И» отобранных фокус-групп и надежная оценка целевых метрик с помощью ИИ. С учетом постоянного пополнения персональных баз данных (БД) такой подход с каждым годом становится все менее проблематичным.

Общественное мнение — достаточно наглядный показатель баланса «И», если формулировки проблем или тенденций хорошо отшлифованы и лишены провокационных подсказок, состав опросных аудиторий всесторонне учтен профилями участников и алгоритмы обработки данных максимально оптимизированы.

Еще более впечатляющие ожидания связаны с развитием ИИ, каналы взаимодействия с которым более подробно рассмотрены в разделе «Продолжение размышлений о динамике интересов при появлении искусственного интеллекта».

Здесь же отметим, что ИИ с хорошей достоверностью может предоставить исчерпывающую и систематизированную информацию о публикациях и высказываниях официальных лиц и общественных деятелей, что со временем затруднит для власти манипулирование аудиторией с помощью перенастраиваемых аргументов. Другими словами, ложь если не будет наказана, то однозначно зафиксирована. Это позволит более обдуманно подходить к процедуре выборов и выражению доверия тому или иному лицу.

О некоторых базовых интересах России

Россия в третьем десятилетии 21-го века по собственной инициативе нанесла краеугольным «И» чрезвычайно болезненную травму, сместившую страну на периферию мирового развития и нуждающуюся в долговременной реабилитации. Для полноценного возврата в существующее цивилизационное русло и участия в прокладке нового маршрута понадобятся коллективная воля и концентрированные усилия всего российского общества.

Одним из базовых «И» России является уровень ее социально-экономического развития. В настоящее время в силу различных причин он является ужасающе низким (2022 г. — ВВП на душу населения по паритету покупательной способности — 59-е место, ВВП на душу населения номинальный — 63-е место в мире, данные МВФ).

Вызывает удивление тот факт, что при наличии множества научных публикаций, аналитических докладов, интервью, созданных профессиональными экономистами, до сего времени отсутствуют фундаментальные работы, ретроспективно демонстрирующие сценарии возможного развития страны с начала тысячелетия с учетом потенциально благоприятных факторов: уникального ассортимента ресурсов и оптимального их использования, примеров успешных государственных инвестиций и экономических моделей, продуманного выбора приоритетных отраслей развития, реализованных в других странами.

Интегральные оценки некоторых экспертов возможных темпов развития (6—8%) представляются вполне разумными, и есть интуитивное ощущение, что даже не самая идеальная реализация упущенных возможностей могла бы обеспечить 5—6% прироста и возвращение России в тройку ведущих экономик мира по абсолютному объему ВВП. Параллельное проведение справедливой социальной политики позволило бы достичь трехкратного улучшения качества жизни основной массы населения (субъективная оценка автора) и вывести страну в мировые лидеры цивилизационного развития.

В условиях неопределенности личной и общественной жизни следует возрастает роль базовых «И», генерация которых наиболее эффективна при акценте на концептуальные цивилизационные вопросы и вариативную картину будущего.

Стране потребуются недюжинные усилия и стальная воля, чтобы 70% ее населения получили приемлемые условия существования, хотя имеющихся в распоряжении ресурсов при их рациональном употреблении вполне достаточно и для гораздо более серьезного рывка.

Парадоксально, но в то же время симптоматично, что самые важные для социального развития отрасли — здравоохранение и образование — оказались на последних местах по бюджетному финансированию с отрицательной динамикой (усредненно: 2012 г. — 5%, 2024 г. — 4% бюджета), тогда как десятки стран тратят на эти цели 10—20% и выше. По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) Россия в 2020 г. занимала 121-е место. Более наглядного доказательства вопиющей безответственности государства в декларируемом «удовлетворении» коренных «И» большинства населения трудно представить.

Единственным массовым механизмом воздействия на существующую власть остается консолидация «И» граждан под руководством влиятельных групп из первого эшелона и научной элиты на идейно-методологически проработанном фундаменте.

В конкретном ракурсе можно отметить сравнительно новое направление «солидарная экономика». В этой концепции цель развития современной России формулируется как рост качества жизни, включающего достойный уровень доходов и социального развития общества, бережное отношение к природе, моральное и физическое здоровье личности за счет капитализации национальных активов, позволяющей достичь баланса разных форм собственности, включая её солидарные форматы.

Замысел не вызывает никаких возражений, поскольку баланс собственности есть составная часть интегральной солидарности «И» большинства населения, но детальный маршрут достижения заявленных целей все-таки до конца не ясен. Кроме того, систематизация и концентрация индивидуальных «И» в новых организационных форматах потребует радикальных изменений в структуре государственных «И», в первую очередь, концентрации усилий на региональном и муниципальном уровнях.

Мир на пороге глобального противостояния национальных интересов

В послевоенный период противостояния двух социально-экономических систем, несмотря на периодические обострения обстановки, наблюдалось определенное равновесие, поддерживаемое рядом ключевых соглашений об ядерном сдерживании и мирном существовании. Постепенно, под теми или иными предлогами, фундаментальные договоренности подвергались деструкции и даже денонсации. В результате, мир приближается к порогу полного разрушения политики ядерных гарантий, и на горизонте не просматривается контуров новой системы мировой стабилизации.

Борьба за территории и ресурсы в глобальном масштабе усилилась после основного колониального передела, но при этом и ставки выросли несоизмеримо: у ряда государств, помимо экономических целей, появился острый «И» к мировому господству и тотальному доминированию.

После сравнительно спокойного тридцатилетия мир с начала 20-х годов входит в период обострения застарелых и рождения новых военных конфликтов и противостояний. Причем инициаторами выступают страны с наибольшим военно-техническим потенциалом, и это происходит на фоне нарастающих социально-экономических проблем в большинстве из них.

В следующие десятилетия изменения мироустройства неизбежны, но крайне неопределенны. Угроза дезинтеграции крупных государств маловероятна, хотя полностью и не исключена. Это касается практически всех крупнейших держав: США, Китая, Индии, России, в каждой из которых существуют очаги потенциальной напряженности, а также ЕС, где в ряде государств тлеют центробежные тенденции.

Достаточно много скрытых и явных противостояний, связанных с территориальными спорами (особенно — в Юго-Восточной Азии). Одна из главных причин — переплетение и противоречивость «И» различных территорий и административных образований, вызванная историческими несправедливостями и неравномерным социально-экономическим развитием. Нельзя не учитывать рыхлость и забюрократизированность государственных структур и полное отсутствие в большинстве крупных государств ярких и пассионарных лидеров, поддерживаемых дееспособными командами.

Тем не менее, скрытые процессы по росту национального самосознания, дальнейшее развитие мировой торговли и осознание несопоставимых последствий при их решении военным путем вынудит участников конфликтов к поступательному взаимному учету национальных «И» и решению геополитических проблем невоенными средствами.

Вследствие нарастания противоречий и быстрой смены обстановки одним из практических вариантов может стать создание новых альянсов, осуществляемых на основании четкого соблюдения общепризнанных правил и условий, или образование ситуативных союзов и объединений на базе соглашений, ограниченных по срокам и объему взаимных обязательств на уровне взаимоприемлемых «И», но позволяющих повысить общую субъектность и экономический суверенитет участников.

И стоит обратить внимание на роль наднациональных групп «И» в формировании политики блоков и отдельных государств. По мнению автора, в будущем возрастет влияние солидарных межгосударственных объединений более открытого типа, обеспечивающих результирующий позитивный эффект для их участников.

Нельзя исключить, что верхний слой «золотого миллиарда» в осуществлении программы социального расслоения попытается дифференцировать доступ к интеллектуальным ресурсам по различным параметрам, включая и т. н. социальный рейтинг, активно внедряемый в Китае.

Геополитическая обстановка в Европе более чем тревожная. Стабильность и эффективность ЕС неуклонно снижаются, в значительной степени, вследствие запредельной бюрократизации и ослабления единства его членов. Удивляет апатичность и даже недееспособность лидеров ЕС, отсутствие среди них «тяжеловесов», способных на решительные и креативные шаги, какие нередко встречались в 20-м веке.

Существующие всемирные организации (ООН, ВОЗ, МОТ, МАГАТЭ и т. д.), как площадки взаимодействия национальных «И», в последнее время демонстрируют имитацию активной деятельности, в значительной мере утратив свое влияние и авторитет; всемирные форумы и саммиты превратились в великосветские тусовки без значимых результатов. Назрела потребность реорганизации таких институтов, но о реальных проектах повышения их эффективности в публичном поле пока нет информации. В частности, имело бы смысл привязать размер членских взносов к релевантным страновым показателям (ВВП, экологический вред и т. п.).

Укрепление баланса геополитических «И» или создание нового равновесия при современном состоянии системы международного права практически неосуществимо. Помимо существующих институтов, необходим новый мировой орган обеспечения глобальной безопасности и разработка принципиально новых теоретических положений и практических средств правового сопровождения.

Предположительно, будущие структуры мирового масштаба будут создаваться параллельно, с учетом формирования новых полюсов и центров влияния. Представляется крайне необходимым, при достижении повсеместной военно-политической стабильности, предусмотреть в этой архитектуре создание надправительственных органов — Совета Безопасности с расширенным и действующим функционалом, а также Верховного суда по нравственности, основной целью которого будет гарантирование перманентной приемлемой устойчивости мироустройства на основе динамичных этических скреп и норм, меняющихся во времени и обстоятельствах.

Обозревая историю даже на уровне любителя, можно отчетливо проследить за последние семь тысячелетий множество войн между племенами, государствами, княжествами и другими территориальными образованиями. В подавляющем большинстве случаев в основе их подготовки и проведения лежали экономические причины, обусловленные геополитическими и материальными «И» власть предержащих.

Но в определенные периоды мир обходился без войн, хотя многие государства и занимались подготовкой к ним. Существовали договоры, которые как выполнялись, так и нарушались, но народы уставали от кровопролития и стремились к мирной жизни. В эру ИИ и других высоких технологий становится более доступным эффективный контроль соблюдения существующих глобальных соглашений, а также выполнения мероприятий, препятствующих фатальному накоплению межгосударственных противоречий на высшем уровне, поскольку военные конфликты никогда не были предметом жизненных «И» обычных людей.

Последние несколько лет мир наполнен взаимными угрозами, предупреждениями, ростом военных бюджетов в сочетании с общими призывами к неприменению силы и переговорам. Необходимость радикальных компромиссов обусловлена стойким ощущением, что ядерное оружие, как фактор всеобщего сдерживания, в среднесрочной перспективе потеряет свою значимость, и борьба технологий выйдет из-под контроля настолько, что все мировые войны покажутся малосущественными фрагментами истории. Наилучшее решение — глобальный и бессрочный общественный договор о неприменении силы в любых ее проявлениях.

Не подлежит сомнению, что войны в определенной степени способствовали НТП, особенно — в последние 300 лет, однако вызванные ими материальные и интеллектуальные потери многократно превзошли заявленные цели, не говоря уже об утрате популяционного потенциала. Возможно, в будущем с помощью ИИ удастся сконструировать фундаментальную базу знаний по итогам всех военных конфликтов, и человечеству во всей полноте предстанет ужасающая картина бесчисленных жертв, награбленных богатств и несопоставимых убытков, упущенных выгод и недоразвития их участников в угоду сиюминутным «И» их зачинщиков. Тогда во всей масштабности выявится колоссальная диспропорция между затратами, направленными на разрушение, и жалкой кучкой персоналий, чьи «И» удовлетворялись в том или ином случае.

В мире функционируют сотни интеллектуальных центров по аналитике настоящего и прогнозированию будущего, а фундаментальные и доктринальные документы по преодолению кризисных или катастрофических ситуаций — редкость в публичном пространстве. Возможно, ряд наработок имеет исключительно значимый и секретный характер, но при стремительном развитии событий они просто потеряют свою актуальность.

В известных концептуальных платформах недостаточно ключевых идей, способных обосновать планируемые усилия и затраты по наращиванию и обновлению разрушительных средств. В ходу либо затасканные жупелы свободы и защиты национальных «И», либо высосанные из пальца террористические угрозы при отсутствии системной и эффективной работы по их нейтрализации. Необходим теоретический и идеологический прорыв в формировании образа будущего, отражающего национальные «И» большинства государств.

Вооруженные конфликты последнего периода и потенциальная угроза новых противостояний в самых разных регионах неоспоримо свидетельствуют об актуальности достижения и закрепления суверенитета и территориальной целостности как ключевой нормы международных отношений: мир еще очень далек от того уровня развития, когда межгосударственные границы потеряют свое первостепенное значение.

Предстоит усовершенствовать и конкретизировать соотношения суверенитета и права наций на самоопределение с всесторонним учетом «И» сторон. Например, установление переходного периода, по истечении которого проводится финальный референдум по данному вопросу, или выплата компенсации выходящим богатым регионом остающейся части государства за потенциальный ущерб в течение определенного периода времени.

Растущие в 21-м веке национальные «И» и самосознание многих государств, которые традиционно считались периферийными, дают основания предполагать, что они будут успешно противостоять мировой закулисе, многие века стремящейся взять под свой полный контроль цивилизационное развитие. Доводы в пользу всесилия транснациональных корпораций (ТНК) в последнее время только множатся, хотя их полное доминирование над национальными «И» крупных восточных государств и ряда стран на других континентах, стремящихся в категорию развитых, представляется довольно сомнительным.

В мировом сообществе все более будет утверждаться императив интеллектуального и нравственного эволюционирования, исключающего травматичные способы борьбы за «место под солнцем» и всемерно поощряющего достижения во имя всеобщего блага: абсурдно было бы допустить появление человечества с целью быстрого самоуничтожения, но полностью закономерно — для обогащения мироздания новой формой гармоничного сочетания материи и сознания.

Обычно термин «перфекционизм» употребляют в применении к индивиду, но в 21-м веке складываются объективные условия (хотя и неодинаковые — в силу различных причин) для формирования генеральных национальных «И» в этом дискурсе. Приходит понимание необходимой расстановки сил и распределения ресурсов для оптимизации, в ходе которой власти и верхние слои попытаются сбалансировать свои и общественные «И» с целью получения максимального эффекта. Поскольку в таком ракурсе какие-либо статистические данные и экспертные оценки отсутствуют, в качестве примера можно было бы обратить внимание на скандинавские страны и Южную Корею, но стремительные метаморфозы наверняка выведут на авансцену новых исполнителей.

Национальные интересы России

Одним из главных национальных «И» России является установление и укрепление связей с максимальным числом государств, способных принести ей пользу в любом качестве и количестве. В организационном плане такое взаимодействие наиболее продуктивно в рамках межгосударственных объединений типа БРИКС.

Скептицизм ряда экспертов относительно его дееспособности, исходя из достигнутых за 15 лет довольно скромных результатов, вряд ли стоит непосредственно проецировать на будущие показатели. Во всяком случае, последний год ознаменовался существенными организационными сдвигами: в 2024 г. официальными членами станут 4—5 государств (под вопросом — Саудовская Аравия), а заявки на присоединение (по разным источникам) подали 23—25 стран.

И это вполне симптоматично. Многие правительства осознают будущую многополярность мироустройства и сопутствующую ему диверсификацию национальных «И». В то же время, они ищут способы сотрудничества, не ограниченные слишком жесткими рамками. В будущей большой коалиции, по мнению автора, смягчат ныне действующий принцип консенсуса, что послужит осуществлению более гибкой и многосторонней деятельности.

России более чем по силам, учитывая ее, хотя и пошатнувшийся, авторитет и ресурсный потенциал, извлекать максимум политической и экономической выгоды не только участием в БРИКС, но и более масштабным проникновением в страны Африки и Латинской Америки, где до сих пор вспоминают СССР. Что касается бывших советских республик, то надежды на воссоединение с ними абсолютно беспочвенны, однако как долговременное сотрудничество, так и многосторонние ситуативные контакты на знакомых территориях и рынках расширять крайне полезно и дальновидно.

Складывается стойкое убеждение, что методы защиты национальных «И» в большинстве стран, определяющих мировое развитие, как-то измельчали и становятся похожими на аргументы уличных конфликтов. Бесконечные саммиты вообще не завершаются глобальными соглашениями, характерными для последней четверти 20-го столетия, а принимаемые решения выглядят сырыми и слабо просчитанными. Результат — стратегические ошибки и колоссальный ущерб как для инициаторов конфликтов, так и для второстепенных участников.

Россия в этом ряду далеко не последняя. Постоянные заявления властей о достижениях ВПК и ряда других отраслей на фоне перманентного ухудшения в удовлетворении элементарных «И» не сулят стране и ее национальным «И» в ближайшем будущем ничего хорошего, так как устойчивость социально-экономической системы неумолимо слабеет.

Правящий слой России, в принципе, живет по заветам А. Шопенгауэра. Не меняя смысла, можно перефразировать его высказывание: «Все для нас, и ничего для остальных». Эгоизм элиты зашкаливает и соответствует другому суждению философа: «Если бы нам был предоставлен выбор между собственным уничтожением и гибелью всего прочего мира, то нам нет нужды говорить, куда в огромном большинстве случаев склонился бы этот выбор». При таких подходах размахивание ядерной дубинкой базируется на гипотезе: «мы сможем уцелеть, а после нас — хоть потоп», и напрашивается однозначный вывод — политической безответственностью национальные «И» втаптываются в грязь.

Все более усугубляется органическая несовместимость традиционных «И» (ценностей) граждан с осуществляемым в России курсом на превентивную нейтрализацию мнимых угроз путем бесцеремонного расходования общенародных ресурсов. Стратегические горизонты России неумолимо сужаются пи росте внешних экономических и политических ограничений.

В терминах офтальмологии — налицо политическая близорукость при ощутимом отсутствии государственной дальнозоркости. Жесткие решения российских властей на разрыв двухсторонних взаимоотношений и выход из международных соглашений под предлогом ответа на введенные торгово-экономические ограничения в конечном итоге несут долгосрочный ущерб общенациональным «И». Тревожит усиление конфронтации России с преобладающим военно-техническим потенциалом НАТО без каких-либо признаков сближения позиций.

Объективности ради надо отметить, что в этих условиях отдельные позитивные сдвиги на российском пространстве все-таки происходят, например, в ИКТ, авиа- и двигателестроении, но системные изменения, особенно при дефиците ресурсов, откладываются на неопределенный срок.

Чтобы преодолеть эти крайне нежелательные тенденции, руководящий корпус России должен быть заточен на высочайшей ответственности в служении Отечеству, как главного критерия отбора и оценки деятельности на государственных должностях. Материальная компенсация за выдающиеся усилия и добросовестность должна быть соответствующей, но не чрезмерной. Достижение феноменальных результатов отмечается адекватными премиями, в том числе, Государственными или ведомственными. Второй критерий оценки — полная прозрачность действий с использованием объективных метрик. Третий критерий — исключение безнаказанности за превышение полномочий и потворство преступным деяниям.

Реализация общенациональных «И» в решающей степени зависит от внутренних факторов. В рамках данной темы следует еще раз остановиться на территориально-административном делении с социально-экономической точки зрения. Чересполосица территорий с различным статусом усугубляет неравномерность их развития во внутреннем и внешнем контурах. Компенсирующие финансовые вливания со стороны центральной власти не имеют под собой проработанной методологической базы и осуществляются эмпирически в режиме ручного управления. Таким образом, укрупнение территорий и предоставление им более высокой самостоятельности по критически значимым направлениям является очевидным и наиболее актуальным мероприятием будущей административной реформы.

Обоснование территориальных границ суперрегионов — архисложная, но жизненно необходимая задача. Именно при ее решении возможно создание нового и более справедливого баланса «И» при минимизации и неуклонном снижении протекционизма и коррупции. Укрупнение территорий позволит исчерпывающе обеспечить этнические и культурные потребности коренных и малых народов, удовлетворение которых должно происходить без малейшей дискриминации и при поддержке исторических обычаев, традиций и инициатив.

И, самое главное: если сегодня допустить парад суверенитетов, то в будущем уже никогда не удастся возродить великое государство — останется только его славная история. Но еще не все потеряно. Еще жив «И» к России, как к государству временно победившего социализма, как к цивилизации нового типа, опередившей свое время.

Интегральный национальный «И» России — ее абсолютная суверенность именно в конституционном понимании. Ни о каком суверенитете верховной власти (а такие трактовки существуют и продвигаются в массы) в принципе не может быть речи, поскольку ее единственное предназначение — полномочное исполнение целей и задач, определенных в «И» народов, населяющих нашу страну — и не более того.

Будущее поставит Россию перед трудным, но неизбежным выбором способа развития свободных и неосвоенных территорий с целью максимальной полезности для собственных национальных «И» и обоснованного учета глобальных «И» в ресурсном и экологическом отношении. Например, передача Китаю в аренду на длительные сроки значительных площадей в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке нуждается в глубочайшей экспертизе юридической обоснованности, экономической выгоды и биосферных воздействий, иначе последствия таких решений могут оказаться катастрофическими.

Интерес и научно-технический прогресс

Во времена СССР в ходу была шутка: «Ученый — это человек, который удовлетворяет свой „И“ за счет государства». Но именно в этом игривом изречении скрывалась не только определенная гармония личных и общественных «И», но и моральное удовлетворение от повышения самооценки и ощущения персональной полезности своему Отечеству. А достигнутые результаты находились отнюдь не на обочине маршрута мирового научно-технического прогресса (НТП).

Ряд аналитиков, основываясь на фактологической (нельзя исключать — тенденциозной) информации, высказываются о замедлении (отрицательной цикличности) НТП в последние 50 лет. В задачи данной работы не входит детальное рассмотрение указанной проблемы, но можно отметить некоторые качественные моменты, способствующие ее наличию.

1 Неравномерность развития основополагающих направлений, обусловленная, прежде всего, уровнем целевого финансирования и концентрацией кадрового потенциала на наиболее прибыльных тематиках.

2 Отсутствие прорывных достижений на уровне товарного производства в сферах, представляющих наибольшую значимость для общечеловеческого существования (медицина, экология, транспорт, продукты питания).

3 Несогласованность мирового сообщества в отношении к наиболее значимым цивилизационным проблемам.

Однако, в последнее десятилетие наблюдался взрывной подъем исследований и положительных результатов, часть из которых уже получила адекватную коммерциализацию (ИКТ, электротранспорт, генетика, материалы). В 2007–2022 г. г. в мире, по оценкам Website Planet, появилось огромное количество стартапов, но только около 2 тыс. из них в 57 странах обрели рыночную стоимость более $1 млрд. (одна треть — в 2021 г.). В данном сегменте очевидно успешное слияние научно-технических и коммерческих «И».

Еще больший оптимизм внушает поступающая из всех частей света информация о новых открытиях. Отбрасывая в сторону неизбежный рекламный мусор, можно с уверенностью предполагать, что в предстоящие 20—30 лет мир действительно получит корневые технологии, способные перевернуть жизненный уклад подавляющей части населения планеты, а ключевой задачей и характеристикой НТП должно стать нарастающее качество жизни при снижении ее стоимости. При этом, используя химическую терминологию, явление «И» выступит одновременно инициатором и катализатором цивилизационного развития и прогресса.

Теоретическая общедоступность прорывных технологий при их практическом воплощении, скорее всего, столкнется с рядом проблем, способных усилить популяционное расслоение. В первую очередь, речь идет о наиболее сложных инсталляциях, понятных наиболее подготовленной, и уже поэтому, довольно узкой группе профессионалов. Чтобы этого избежать, необходим общий подъем образовательной подготовки широких масс и очень продуманное, последовательное и наглядное внедрение выдающихся технических достижений, продвигающих бытие и сознание на качественно иной уровень. Конечно, речь идет о широком применении ИИ и сопряженных с ним практических приложений, но накопленный маркетинговый опыт позволяет достичь впечатляющей вовлеченности.

В последние несколько лет профессиональное сообщество захлестывает шквал научных работ, заметно опережая использования полученных результатов с желательной эффективностью. Например, количество проиндексированных публикаций в 10 развитых странах за период 2017—2020 г. г. по направлению «Клиническая медицина» составило около 2,5 млн. ед. Поэтому появление работоспособного ИИ оказалось весьма кстати: уже через несколько лет с его использованием будут созданы универсальные и отраслевые информационные банки, обеспечивающие мгновенный поиск и систематизацию сведений по любому запросу, для беспрепятственного доступа специалистам и всем желающим. Кратное сокращение времени на погружение и доходчивость форматов предмета исследования будут способствовать расширению и углублению познавательных «И», экономии ресурсов при исследованиях и разработках с ускорением коммерциализации.

Нельзя обойти вниманием и крайне нежелательный изъян современного НТП в виде роста фальсификаций, фабрикаций подтасовок, пристрастных интерпретаций результатов исследований, возникающих вследствие эгоистических «И» по самым разным причинам — от сохранения лица среди коллег и повышения статуса до обоснования полученного гранта. Воспроизводимость опубликованных данных зачастую колеблется в широких пределах — от 40 до 80% (более точную статистику, к сожалению, сложно найти). Такие казусы характерны и для сфер, связанных с обеспечением здоровья населения, что вызывает особую тревогу. Возможно, полноценная и объективная экспертиза исследований с участием ИИ окажется достаточно действенной наряду с другими механизмами купирования неприглядной тенденции.

Также налицо явный дисбаланс между количеством новых научных результатов и технических решений в сравнении с их коммерциализацией. Особенно это характерно для России. Существующая асимметрия, по-видимому, будет преодолена в ближайшие 20—30 лет: тотальное использование ИИ для проектирования уникальных материалов, разработки методов контроля, управления роботами и аддитивными технологиями многократно снизят себестоимость и время изготовления продукции и распахнут двери для необходимых инвестиций. Еще более захватывающие перспективы откроются при широком освоении атомно-молекулярной сборки материалов и изделий — мыслимых и немыслимых, органических и неорганических, позволяющих реализовать любые замыслы. Стремительное развитие будет подкреплено решением главной обеспечительной проблемы — предоставлением любого необходимого количества энергии по приемлемым ценам.

Несмотря на общий оптимистический фон мировых достижений, российские научно-технические разработки в условиях ухудшающего экономического положения жизненно необходимо сосредоточить на замещении критически важной импортной продукции: изделий микроэлектроники, лекарственных субстанций, семян, медицинского и обрабатывающего оборудования. Особое внимание следует обратить на принципиальное улучшение с обеспечением лекарствами — главным «И» для старшего поколения.

Еще 5—6 лет назад прогнозы о технологической сингулярности имели несколько фантастический оттенок, но с появлением полноценного ИИ — самого мощного инструмента за всю историю цивилизации — и удивительных темпов его прогресса, в будущем можно ожидать сколь угодно эпохальных открытий, когда самые невероятные замыслы обретают конкретные очертания.

Однако, определенный для технологической сингулярности срок (2045 г.), возможно, придется сдвинуть — и не столько по причине недостаточного количества новых идей для перехода в иное цивилизационное качество, сколько из-за отсутствия направляемых на эти цели финансовых и материальных ресурсов. В противовес этому фактору, даже если не брать в расчет такие экзотические способы масштабирования талантливых индивидов, как дубликация (биологическое тиражирование) и клонирование, НТП неизбежно предложит экономичные и эффективные способы роста и реализации индивидуального и коллективного потенциала, создаст синергию цивилизационного развития.

Новые технологические возможности, объективно способствуя интенсивному расширению научных «И», к тому же имеют больше шансов удовлетворить и коммерческие «И» индивида. Получение материального вознаграждения за интеллектуальную деятельность пока остается значительным мотивирующим фактором деятельности. По данным Всемирной организации интеллектуальной собственности WIPO, в 2021 г. мировая стоимость всех нематериальных активов (ПО, изобретения, товарные знаки, ноу-хау, произведения искусства и т. п.) компаний составила $74 трлн (2019 г. — $59 трлн., в 1996 г. — $6 трлн.). Пока эта сумма значительно уступает стоимости всех частных бизнесов и недвижимости ($290 трлн., данные БКС, Россия), но в условиях рыночной экономики влияние этого фактора в обозримом периоде будет усиливаться.

В отдаленном будущем к столь увлекательному занятию приобщится множество талантов из среды свободной и широко образованной молодежи, заряженной высокими целями, творческой энергией, растущим интеллектуальным потенциалом, доселе немыслимыми «И» с фантастическими комбинациями, и тогда достижение научно-технологических высот будет свидетельствовать об удовлетворении «И» самоутверждения и общественного признания лидеров инноваций.

По мере накопления и уточнения знаний об окружающем мире произойдет сближение и, даже конвергенция, «И» точных и гуманитарных наук за счет более объемного и многостороннего объяснения сложных явлений. Создание и объяснение полноцветной картины мироустройства также станет объектом внимания к решению фундаментальных задач, преображая до неузнаваемости структуру и палитру «И» на всех уровнях.

Разработка новых технологий с помощью ИИ, вероятно, будет включать все этапы — от идеи, дизайна, процесса изготовления до испытаний готового продукта (по аналогии с медпрепаратами) с учетом всех сертификационных требований, а оптимизация научно-технических проектов приведет к радикальному сокращению времени и затрат. Возможно, следующее предположение покажется дискуссионным, но нельзя исключить, что сроки осмысления и ее реализации технической идеи окажутся сопоставимыми вследствие ускорения проектных и производственных этапов.

Нарастающий охват ИИ всех значимых цивилизационных сегментов объективно расширит междисциплинарное взаимодействие и обмен «И» между индивидами и группами. Еще сравнительно недавно открытия на стыке наук были делом случая или стечения обстоятельств, то в будущем такой системный подход окажется единственно возможным.

Пока экспоненциальный рост объема доступной информации заметно опережает возможности ее обработки и вычленения полезного компонента, но человечество обязательно найдет способы более эффективного ее использования для всеобщего блага и понимания мироустройства. Вселенная бесконечна — бесконечен «И» к ее познанию!

Продолжение размышлений о динамике интересов с участием искусственного интеллекта