С самого начала нашей дружбы с Десмондом мама как-то сказала мне: «Мы не нахлебники. И по возможности должны платить добром за добро». — «Конечно-конечно... Но мы не совсем...» — «Да, мы бедны, — яростно перебила меня мама. — Но нам никогда, слышишь, никогда не следует этого стыдиться».
И теперь Десмонд по субботам пил чай у меня в гостях, но первое посещение нашего скромного жилища, несомненно, потрясло его. Когда мы вышли из парка и свернули в не самый престижный район под названием Йоркхилл, Десмонд с нескрываемым отвращением разглядывал дешевые лавки и принюхивался к чудовищным запахам жареной рыбы с картофелем фри, доносившимся из открытых дверей заведения Антонио Мосено, который, уже облаченный в передник, стоял на пороге и призывно махал мне рукой:
— Здрасте, здрасте, мистер Шеннон! Зеленый горошек готов. Жареная картошка поспеет минут через двадцать.
— Друг? — осторожно поинтересовался Десмонд.
— Да, и очень хороший. Если я прихожу за жареной картошкой на пенни, он всегда дает мне двойную порцию.
