Тебе легко сейчас включать альфа-самца и говорить, что я должна срочно уйти. Только вот наступит завтра, и ты опять свалишь в закат. Мне кажется, он и сам понял, что сказанул лишнего. Взгляд Злата потяжелел, пальцы сжались и тотчас бессильно разжались. – А если… если завтра не наступит? Если я никуда не денусь? – внезапно спросил он, подгребая меня под себя.
Златон любил быструю езду, неконтролируемую, опасную. Меня всегда восхищала – и пугала до чертиков – его страсть к адреналину. Этот мужчина не умел притормаживать, не знал значения слова «страх». Он жил на полную катушку. А я… я так не могла. Всегда оглядывалась, сомневалась, думала больше, чем делала. Выверяла каждое слово, надеясь любую ситуацию держать под контролем. Наверное, так бывает. Между людьми вспыхивает симпатия, а потом оказывается, что они слишком разные, и всё рушится.
Я до сих пор испытывала к нему что-то сложное. Не любовь, нет. Что-то иное, у чего не было научного определения. Что-то, перемешанное с болью. Потому что наши отношения кончились плохо.
Да и потенциальных ухажеров легко отпугивала фраза вроде: “После неудачного расставания с бывшим решила стать урологом, чтобы отрезать мужикам… как, вы говорите, вас зовут?”