Юнона
Коридор, в котором горели небольшие электрические лампочки, показался Андрюше и Сибирочке очень длинным в первую минуту, пока они шли по нему вслед за ворчавшим себе что-то под нос Никсом. В конце коридора была небольшая дверь, откуда лились потоки света и слышались громкие голоса, какие-то хлопки и смех.
- Ступайте вперед. Там сцена. Мистер Билль и Эрнест Эрнестович сейчас придут туда. Мне надо по делу. Да раздевайтесь же, наконец! Не в этих же неуклюжих отрепьях вы полезете туда! - уже совсем грубо обратился к Андрюше и его спутнице их новый знакомый.
Потом он в одну секунду скрылся куда-то, точно провалился сквозь землю.
Андрюша и Сибирочка остались одни. В несколько секунд они дошли до конца коридора, который теперь значительно расширился, и очутились на пороге двери.
Шум, хлопанье в ладоши и крики - все это разом оглушило их. На сцене, залитой электрическим светом, прыгали и кувыркались какие-то люди. Они становились то на плечи друг другу, то на голову один другому, образуя высокую живую пирамиду. Ниже всех стоял на полу толстый и сильный, как барс, человек; на его плечах, растопырив ноги, находился другой; на голове этого другого стоял третий; на вытянутых руках этого третьего, едва касаясь руками его ладоней, ногами кверху, как бы повис четвертый, а на пятках четвертого плясал какой-то странный танец, весь состоящий из плавных телодвижений, хорошенький и подвижный, как обезьянка, мальчик лет двенадцати, с беспечным, веселым лицом.
- Это знаменитый русский акробат Иванов со своею труппой. А вы, верно, новые артисты? - услышал Андрюша чей-то нежный голос за собою.
Говорила тоненькая, высокая девочка, немногим старше Сибирочки, красивая и нежная блондинка, хрупкая, как цветок.
- Я Герта, дочь директора Шольца, - произнесла девочка, улыбаясь задушевной и милой улыбкой, пожимая руку Андрюши и целуя его спутницу в ее бледную щечку. - Ах, что за прелестное дитя! - воскликнула она с восхищением, только сейчас разглядев прелестные локоны Сибирочки и ее искрящиеся, как звездочки, синие глазки. - Чудо, что за девочка! Я должна показать тебя моей Элле, голубка! О, ты еще не видала Эллы?.. Не испугайся ее... У Эллы черное тело, но душа розовая, как утренняя заря. Элла, моя Элла, где ты?
- Элла здесь, госпожа! - послышался грубый, как из трубы, глухой голос, и Сибирочка с невольным криком попятилась назад.
Перед нею и Андрюшей появилось странное существо, черное, как сажа, со сверкающими белками посреди общей черноты лица, с курчавыми короткими волосами, с расплющенным носом и толстой, синевато-бурой выпяченной губой. На небольшом, но удивительно сильном, с крепкими мускулами теле негритянки была надета полосатая, желтая с черным, юбка
люди. - Цезарь и Юнона
Коридор, в котором горели небольшие электрические лампочки, показался Андрюше и Сибирочке очень длинным в первую минуту, пока они шли по нему вслед за ворчавшим себе что-то под нос Никсом. В конце коридора была небольшая дверь, откуда лились потоки света и слышались громкие голоса, какие-то хлопки и смех.
- Ступайте вперед. Там сцена. Мистер Билль и Эрнест Эрнестович сейчас придут туда. Мне надо по делу. Да раздевайтесь же, наконец! Не в этих же неуклюжих отрепьях вы полезете туда! - уже совсем грубо обратился к Андрюше и его спутнице их новый знакомый.
Потом он в одну секунду скрылся куда-то, точно провалился сквозь землю.
Андрюша и Сибирочка остались одни. В несколько секунд они дошли до конца коридора, который теперь значительно расширился, и очутились на пороге двери.
Шум, хлопанье в ладоши и крики - все это разом оглушило их. На сцене, залитой электрическим светом, прыгали и кувыркались какие-то люди. Они становились то на плечи друг другу, то на голову один другому, образуя высокую живую пирамиду. Ниже всех стоял на полу толстый и сильный, как барс, человек; на его плечах, растопырив ноги, находился другой; на голове этого другого стоял третий; на вытянутых руках этого третьего, едва касаясь руками его ладоней, ногами кверху, как бы повис четвертый, а на пятках четвертого плясал какой-то странный танец, весь состоящий из плавных телодвижений, хорошенький и подвижный, как обезьянка, мальчик лет двенадцати, с беспечным, веселым лицом.
- Это знаменитый русский акробат Иванов со своею труппой. А вы, верно, новые артисты? - услышал Андрюша чей-то нежный голос за собою.
Говорила тоненькая, высокая девочка, немногим старше Сибирочки, красивая и нежная блондинка, хрупкая, как цветок.
- Я Герта, дочь директора Шольца, - произнесла девочка, улыбаясь задушевной и милой улыбкой, пожимая руку Андрюши и целуя его спутницу в ее бледную щечку. - Ах, что за прелестное дитя! - воскликнула она с восхищением, только сейчас разглядев прелестные локоны Сибирочки и ее искрящиеся, как звездочки, синие глазки. - Чудо, что за девочка! Я должна показать тебя моей Элле, голубка! О, ты еще не видала Эллы?.. Не испугайся ее... У Эллы черное тело, но душа розовая, как утренняя заря. Элла, моя Элла, где ты?
- Элла здесь, госпожа! - послышался грубый, как из трубы, глухой голос, и Сибирочка с невольным криком попятилась назад.
Перед нею и Андрюшей появилось странное существо, черное, как сажа, со сверкающими белками посреди общей черноты лица, с курчавыми короткими волосами, с расплющенным носом и толстой, синевато-бурой выпяченной губой. На небольшом, но удивительно сильном, с крепкими мускулами теле негритянки была надета полосатая, желтая с черным, юбка и белая матроска с красным воротником. Огромные золотые кольца были продернуты в ее уши, а на голой шее, такой же сильной и мускулистой, как и все тело, висело в несколько рядов обмотанное коралловое ожерелье.
- Вот мой друг - Элла. Она называет меня своею госпожою, но мы с нею подруги. Она плохо
Глава VIII
Первый урок
Усилившееся рычание Цезаря, огромного льва с налитыми кровью глазами, возвестило о его недовольстве. Он тяжело поднялся со своего места, то есть из угла клетки, где успел улечься у ног укротителя, и направился к Сибирочке, все еще продолжая рычать.
Лицо девочки стало бледнее снега. Она беспомощно оглянулась назад. Если бы здесь был Андрюша, Сибирочка крикнула бы о помощи, и ее названый брат увел бы ее отсюда.
Но Андрюши не было здесь. Он занимался с m-r Пьеро и Робертом в своей уборной, разучивая с ними новые штучки и клоунские выходки, которыми надеялся потешать публику уже в конце этой недели.
- Не бойся ничего, Цезарь не тронет. Назад, Цезарь! - крикнул мистер Билль и, прежде нежели лев исполнил его приказание, изо всей силы ударил его бичом.
Цезарь с ревом отпрянул на прежнее место и, как послушный пес, улегся у его ног. Сибирочка с благодарностью взглянула на англичанина и не узнала его. Оловянные глаза мистера Билля горели, как факелы. Лицо, обычно спокойное, теперь было грозно. Казалось, в этом лице сосредоточилась вся его страшная сила, которою он властвовал над своими страшными зверями. Когда Цезарь с глухим ворчанием улегся у ног своего повелителя, последний приказал Никсу:
- Никки, начинай, пожалюйста, приручать к ребенку львицу!
- Юнона, сюда! - звонким голосом крикнул Никс.
Так как старая, ужасного вида львица не слушалась его, продолжая бродить по клетке из угла в угол, мистер Билль снова пустил в ход свой бич.
Юнона сделала скачок и завыла от гнева и боли.
- Сюда, Юнона, сюда! - закричал снова Никс, и, раньше нежели львица подошла к мальчику, он неожиданно очутился у нее на спине.
- Подойди к ней и дай ей это! - приказал мальчик, бросив Сибирочке кусок сырого мяса, вынутый им из кожаной сумки, повешенной у него через плечо.
Девочка дрожащей рукой взяла кусок и сделала шаг навстречу львице.
Львица сощурила глаза и потянула носом. Потом медленным шагом приблизилась к мясу и очутилась около девочки. Ее огромная пасть была широко раскрыта. Она щелкала зубами от нетерпения получить лакомый кусок.
- Отойди в самый дальний уголок и позови ее оттуда! - еще раз скомандовал Никс, в то время как укротитель не спускал со зверя своего теперь ярко горевшего взора.
Сибирочка безмолвно повиновалась. Она вытянула руку вперед и позвала своим нежным голоском:
- Сюда, сюда, Юнона!
Львица на этот раз изменила своей медленности и быстро подошла к девочке, все еще, очевидно, надеясь получить лакомый
руку. Не бойтесь ее черноты.
И маленькая Герта так ласково взглянула на Андрюшу и его маленькую подругу, что те не имели духу отказать ей в ее просьбе и оба протянули руки негритянке. Элла нежно, как хрупкую вещицу, пожала крошечные пальчики Сибирочки и так тряхнула руку Андрюши, что у мальчика буквально искры посыпались из глаз.
- Элла показывается публике как силачка, - поторопилась объяснить Герта своим новым знакомым.
- О, она, должно быть, страшно сильна, - согласился Андрюша. - Я думал, что она собирается оторвать мне руку или вывихнуть плечо! - прибавил он со смехом.
- Это она по дружбе... А вот когда Элла рассердится, то действительно ее сила может многим повредить. Смотрите, смотрите, она уже начинает сердиться, - проговорила Герта, живо оборачиваясь назад.
Братья-акробаты окончили между тем свои упражнения и, спрыгнув, как мячики, на пол, окружили Эллу.
Двое старших, которым было уже, по-видимому, лет около двадцати, сильные и рослые парни, подошли к негритянке.
- Слушай ты, черная кукла, продай мне твои кораллы, я подарю их моей сестре! - произнес старший и без церемонии схватился за красное
очень строго, а оловянные глаза проницательным взглядом окинули обеих девочек - Герту и Сибирочку, стоявших за кулисами и любовавшихся силачкой Эллой, которая без труда нанизывала на каждый палец по десятифунтовой гире и легко, как перышками, вертела ими над головой.
Сибирочка заволновалась. Она была далеко не из трусливого десятка. Она, не задумываясь, побежала бы в темную тайгу ночью, но войти в клетку ко львам, к этим страшно рыкающим, свирепым великанам, страшно боялась, и дрожь охватывала все тело девочки при одной мысли об этом. Но Герта не дала ей много думать о ее новом положении и всячески старалась ободрить ее.
- Пойдем, я помогу тебе одеться, - ласково обнимая подругу, проговорила она и повела Сибирочку в небольшую уборную, где артистки при помощи горничной одевались к спектаклю.
Сибирочке не понадобилось звать горничную. Герта и освободившаяся от своих упражнений Элла помогли ей одеться. Они натянули розовое шелковое трико на стройное тело Сибирочки, коротенькую, всю в блестках, зеленую юбочку и, распустив ей локоны по плечам, растрепали их так, что они вдруг стали как-то похожими на львиную гриву.
- Помни, входить ко львам надо всегда в этом костюме, чтобы они привыкли к тебе, и волосы ты всегда взбивай таким образом: они примут тебя на первых порах за львенка и не тронут ни за что! - предупредила Герта Сибирочку и вместе с Эллой повела ее на сцену.
Там уже посреди подмостков возвышалась клетка, в которой метались взад и вперед из угла в угол оба зверя. Мистер Билль и Никс уже стояли готовые в своих обычных розовых трико и зеленых с блестками трусах. Мистер Билль держал в руках огромный бич и заряженный револьвер на всякий случай.
- Ну, пускай начинайте... С Богом!.. Никки, вы показайт вашему новому подруга, что надо делайт! - скомандовал мистер Билль.
- Ступай за мною, - коротко приказал Никс и, взяв за руку Сибирочку, смело направился с нею к дверям клетки.
В эту минуту девочка искренне пожалела, что не умерла с дедушкой там, далеко в сибирской тайге.
Что-то щелкнуло позади нее. Это ударил своим бичом мистер Билль по железным прутьям клетки. Потом он спокойно открыл дверцу и очутился среди львов, трепля их гривы и говоря им что-то по-английски. Оба льва, тихо урча себе под нос, стали ластиться к укротителю, тереться головами о его ноги и, поднявшись на задние лапы, старались дотронуться мордами до его лица.
Сибирочка, забыв свой недавний страх, пораженная, глядела во все глаза на эту сцену. Голос Никса разбудил ее от ее задумчивости.
- Ну, что же ты? - крикнул он ей прямо в ухо и довольно грубо толкнул ее вперед.
Сибирочка тихо вскрикнула и подалась было на мгновение назад.
Но было уже поздно. Тяжелая дверь с грохотом захлопнулась за нею.
Она вместе с Никсом и мистером Биллем очутилась в клетке Цезаря и Юноны
Глава VIII
Первый урок
Усилившееся рычание Цезаря, огромного льва с налитыми кровью глазами, возвестило о его недовольстве. Он тяжело поднялся со своего места, то есть из угла клетки, где успел улечься у ног укротителя, и направился к Сибирочке, все еще продолжая рычать.
Лицо девочки стало бледнее снега. Она беспомощно оглянулась назад. Если бы здесь был Андрюша, Сибирочка крикнула бы о помощи, и ее названый брат увел бы ее отсюда.
Но Андрюши не было здесь. Он занимался с m-r Пьеро и Робертом в своей уборной, разучивая с ними новые штучки и клоунские выходки, которыми надеялся потешать публику уже в конце этой недели.
- Не бойся ничего, Цезарь не тронет. Назад, Цезарь! - крикнул мистер Билль и, прежде нежели лев исполнил его приказание, изо всей силы ударил его бичом.
Цезарь с ревом отпрянул на прежнее место и, как послушный пес, улегся у его ног. Сибирочка с благодарностью взглянула на англичанина и не узнала его. Оловянные глаза мистера Билля горели, как факелы. Лицо, обычно спокойное, теперь было грозно. Казалось, в этом лице сосредоточилась вся его страшная сила, которою он властвовал над своими страшными зверями. Когда Цезарь с глухим ворчанием улегся у ног своего повелителя, последний приказал Никсу:
- Никки, начинай, пожалюйста, приручать к ребенку львицу!
- Юнона, сюда! - звонким голосом крикнул Никс.
Так как старая, ужасного вида львица не слушалась его, продолжая бродить по клетке из угла в угол, мистер Билль снова пустил в ход свой бич.
Юнона сделала скачок и завыла от гнева и боли.
- Сюда, Юнона, сюда! - закричал снова Никс, и, раньше нежели львица подошла к мальчику, он неожиданно очутился у нее на спине.
- Подойди к ней и дай ей это! - приказал мальчик, бросив Сибирочке кусок сырого мяса, вынутый им из кожаной сумки, повешенной у него через плечо.
Девочка дрожащей рукой взяла кусок и сделала шаг навстречу львице.
Львица сощурила глаза и потянула носом. Потом медленным шагом приблизилась к мясу и очутилась около девочки. Ее огромная пасть была широко раскрыта. Она щелкала зубами от нетерпения получить лакомый кусок.
- Отойди в самый дальний уголок и позови ее оттуда! - еще раз скомандовал Никс, в то время как укротитель не спускал со зверя своего теперь ярко горевшего взора.
Сибирочка безмолвно повиновалась. Она вытянула руку вперед и позвала своим нежным голоском:
- Сюда, сюда, Юнона!
Львица на этот раз изменила своей медленности и быстро подошла к девочке, все еще, очевидно, надеясь получить лакомый кусок. Сибирочка отбежала от нее снова в угол и еще раз позвала оттуда зверя.
Равнодушный до этой минуты Цезарь тоже поднялся и потянулся, в свою очередь, за своей супругой.
Теперь уже Сибирочка не отступала больше, а поджидала, по приказанию мистера Билля, обоих зверей. Они медленно подползли к девочке, та протянула руку, и Юнона осторожно приняла из ее маленькой ручки первый кусок.
- Погладь ее и Цезаря, только не бойся и смотри им в глаза прямо и смело! - послышался новый приказ.
Сибирочка робко протянула руку и коснулась дрожащим
Все любили кроткую, ласковую, заботливую девочку, а негритянка Элла просто обожала ее. Для
Глава VI
Новые люди. - Цезарь и Юнона
Коридор, в котором горели небольшие электрические лампочки, показался Андрюше и Сибирочке очень длинным в первую минуту, пока они шли по нему вслед за ворчавшим себе что-то под нос Никсом. В конце коридора была небольшая дверь, откуда лились потоки света и слышались громкие голоса, какие-то хлопки и смех.
- Ступайте вперед. Там сцена. Мистер Билль и Эрнест Эрнестович сейчас придут туда. Мне надо по делу. Да раздевайтесь же, наконец! Не в этих же неуклюжих отрепьях вы полезете туда! - уже совсем грубо обратился к Андрюше и его спутнице их новый знакомый.
Потом он в одну секунду скрылся куда-то, точно провалился сквозь землю.
Андрюша и Сибирочка остались одни. В несколько секунд они дошли до конца коридора, который теперь значительно расширился, и очутились на пороге двери.
Шум, хлопанье в ладоши и крики - все это разом оглушило их. На сцене, залитой электрическим светом, прыгали и кувыркались какие-то люди. Они становились то на плечи друг другу, то на голову один другому, образуя высокую живую пирамиду. Ниже всех стоял на полу толстый и сильный, как барс, человек; на его плечах, растопырив ноги, находился другой; на голове этого другого стоял третий; на вытянутых руках этого третьего, едва касаясь руками его ладоней, ногами кверху, как бы повис четвертый, а на пятках четвертого плясал какой-то странный танец, весь состоящий из плавных телодвижений, хорошенький и подвижный, как обезьянка, мальчик лет двенадцати, с беспечным, веселым лицом.
- Это знаменитый русский акробат Иванов со своею труппой. А вы, верно, новые артисты? - услышал Андрюша чей-то нежный голос за собою.
Говорила тоненькая, высокая девочка, немногим старше Сибирочки, красивая и нежная блондинка, хрупкая, как цветок.
- Я Герта, дочь директора Шольца, - произнесла девочка, улыбаясь задушевной и милой улыбкой, пожимая руку Андрюши и целуя его спутницу в ее бледную щечку. - Ах, что за прелестное дитя! - воскликнула она
домой обедать, а в восемь уже снова отправлялись в театр, где и выступали перед публикой
- Басты
- ⭐️Бесплатно
- Лидия Чарская
- Сибирочка
- 📖Дәйексөздер