— Неважно, кем были его родители, — говорит он по делу, да и, будем откровенны, чести у него больше, чем у прочих, родившихся и выросших среди роскоши и богатства, — произнес Каташи, поднимая лежавший неподалеку меч. Несколько раз взмахнув им, проверяя баланс, он принял боевую стойку, и лезвие клинка объял жаркий огонь, совсем как тот, что горел в его взгляде.
