– Нифонтов приходил к тебе? – спросил он у Ярцева, вспомнив разговор с Андреем. – Угрожал, предлагал сотрудничество?
Кирилл покачал головой:
– Он тогда казался таким… ну что может простой препод? Однако оказался с очень большими связями. Я не знаю, кто стоял у него за спиной. Но при необходимости, думаю, мне бы нашли за что впаять хороший срок. Потому и кинулся сразу после того, как ко мне наведался твой напарник, к Захару.
– И чем он мог тебе помочь?
– Я должен был знать, не приходили ли к нему. Кто знает, насколько глубоко вы будете копать.
– На глубину закопанного трупа, – ответил Гуров, намекнув, что в данном деле его интересует только убийство Нелли. Но если что-то в этом деле пойдет не так… – Возвращайтесь домой. Подписку о невыезде вам доставят на работу. И пока дело не закончится, город не покидать.
Ярцев сглотнул и кивнул. Пить хотелось все сильнее, официант с водой все не шел. Катастрофически не хватало воздуха. Вот ведь идиот, перетрусил, а ему, по сути, нечего же пришить. Нечего! Ярцев даже стукнул кулаком по небольшому журнальному столику. Правда, сделал он это после того, как этот Гуров ушел.
Выпив залпом бутылку воды, Кирилл решил прогуляться. Было душно, хотелось на воздух. Хотелось, чтобы над головой было небо, а не потолок. Чтобы можно было глотать ледяной воздух, как воду, пока не сведет зубы.
Пошатываясь, словно пьяный, от охватившего его опустошения, директор завода «Изумруд» Кирилл Ярцев вышел на улицу.
Его телефон оповестил о приходе сообщения, пришлось долго фокусироваться, чтобы прочитать, буквы расплывались перед глазами, и невероятно хотелось спать.
