Дан возвращается к письму, и я рядом явно лишняя… Я делаю шаг в сторону, а в голове складывается план – сперва спросить у Марка, какие новости, затем пойти в библиотеку, записать новую песню, дочитать учебник.
Папа стискивает перила с такой силой, что я боюсь, что раздастся хруст и побежит трещина, но ни капли вины за собой я не чувствую. На самом деле я чувствую что-то очень похожее на злорадство.
Кто бы знал, что бесить людей… весело!
