Оглавление

Странные люди

Отгремела братоубийственная гражданская война. И медленно, но верно некогда великая держава, снова мучаясь от многих бед, возрождалась. Строились заводы, за ново отстраивались, обживались, сожжённые дотла деревни. А некоторые даже превращались в маленькие города. Вот и эта деревня, не отставала. Здесь на берегах одноимённой с городом речки, вырос, больше похожий на готический замок, завод. Что кормил городок, и близ лежащие деревеньки.

В тот злосчастный, по своему, прекрасный вечер, группа из около десятка комсомольцев, после не долгого парт собрания отправилась в глубь, обрамлявшего городок леса. Под чутким руководством бывалого партизана, они шли расправляться, а за одно может и спасти, нескольких пропавших детей.

— Товарищи, прошу не разбредаться. — Произнёс бывалый партизан. — Скоро совсем стемнеет, можете заплутать.

— Не бойтесь, Евграфий Васильевич, мы эти леса знаем, как себя! — Произнёс молодой, и бойкий комсомольский активист Серёжа Плошкин.

На что Евграфий, лишь тяжело вздохнув, укоризненно взглянул на парня.

К тому моменту, когда группа, приблизилась к остаткам давно покинутой деревни, солнце уже почти село за горизонт. Но герои-спасители, чётко смогли разглядеть нескольких людей с факелами и тёмных мешковатых одеждах похожих на балахоны католических монахов, идущих к развалинам кладбищенской церкви.

— Похоже слухи не врут! — Произнёс кто-то из парней.

— Да уж, не вывели мы эту заразу. — Почти шёпотом произнёс бывалый партизан.

Вылазка была затеяна, как вы уже наверное поняли, ради спасения пропавших детей. Где-то годом ранее, не далеко от городка, объявились странные люди. На них обратили внимание лишь после того, как стали пропадать дети. Да и то, милиция, в лице уже не молодого приверженца революции, не выявила в странных людях ни только, ни чего криминального, но и контрреволюционного. По крайней мере, народу и партийным чинам города, старый революционер, ничего не сообщил. Лишь коротко заявив:

— Трудяги, крестьяне!

Время тогда было такое, что ни к кому в голову и мысли дурной не пришло.

И на несколько месяцев, о том, вовсе забыли. Пока не пропал очередной ребёнок. И снова Дмитрий Павлович Блинчиков (участковый), не нашёл связи, между детьми и странными людьми.

Парни осторожно приблизились к ярко освещённым развалинам церкви. Действовали они кстати говоря (благодаря старому партизану), не хуже современного спецназа. И если бы парни были готовы к тому, что творилось в полу разрушенных стенах церкви, то всё, могло бы быть иначе. Но…

******

Как и планировал Евгений, проснулся в девятом часу. Поднявшись с кровати потянулся. С первого этажа, повеяло чем-то вкусным. Довольная ухмылка появилась на его лице. Парень шустро оделся, и не менее шустро, спустился на запах только приготовленного завтрака.

Кухня, была наполнена светом слабо согревающего сентябрьского солнца. А на столе по мимо кружки чая, имелась тарелка тоже с «дымящимися» блинчиками. Тут же стояла небольшая стеклянная баночка со сметаной. В очередной раз улыбнувшись, он снова потянулся, и не успел опустить руки, а на его груди, со спины, легли нежные девичьи руки.

— Доброе утро! — На несколько секунд опередил он, девушку.

И повернувшись, поцеловал её в губы.

— Давно встала? — Усаживаясь за стол, но резко поднявшись вспомнив, что не умылся, произнёс он.

— С рассветом! — Улыбнулась она. — Не зря же ты, зовёшь меня жаворонком!

Закончив утренние процедуры, он вернулся за стол. Ещё раз чмокнул (теперь уже в щёчку), своего жаворонка, приступил к ликвидации блинчиков.

— А ты, что не ешь?

— Уже! — Произнесла, она улыбнувшись.

Расправившись с блинами, Евгений одним махом осушил уже остывший чай.

— Чем собираешься заняться? — Хоть и зная ответ, лукаво улыбнувшись, произнесла девушка.

Прежде чем ответить, парень закурил. Успев, заметить явное не одобрение в глазах, жены (сама то оно бросила год назад).

— Пойду, копать могилки! — Пыхнув в потолок, сказал он.

Не взирая на конец сентября, день и правда был хорош для работы на улице. Яркое солнце, и абсолютный штиль.

Евгений спустился с крыльца. И его настроение резко упало. По мимо нескольких больших пластиковых вёдер наполненных с горкой, на аккуратном газоне, валялось примерно ещё столько же яблок.

— Забыла сказать, ночью ветер был сильным, я аж проснулась. — Послышался за спиной голос жены.

— Одной «могилкой» больше, одной меньше… — Горько усмехнувшись произнёс он.

«Кладбище», оказалось не далеко. Евгений случайно нашёл это место, когда ходил за грибами. Небольшая полянка окружённая густо растущими ёлками и более крупными деревьями. Тогда он пожалел, что не нашёл его в детстве. Ведь сотни раз проходил мимо.

А ныне здесь уже имелась могилка. С уже похороненными в ней яблоками. Кстати парень любил чёрный юмор, по этому на краю зарытой ямы, стоял крест, из относительно толстых веток, связанных тонкой, медной проволокой.

— Ну, приступим! — Произнёс он, и воткнул в землю острие лопаты.

Дополнительным плюсом здесь служила, легко поддающаяся раскапыванию, земля. Поэтому Евгений, вместо задуманной ранее метровой глубины выкапывал почти стандартные для могилы, два метра.

За секунду до того, как лопата ударилась обо что-то твёрдое, за спиной Евгения, послышался музыкальный голос его жаворонка. Она ведь обещала составить ему компанию:

— А здесь действительно подходящее место для последнего «приюта».

— Я, что-то нашёл?!

— Может клад! — Особо не надеясь на это, произнесла она.- Я слышала, что где-то здесь, была церковь!

До него тоже доходили такие слухи, и однажды, лет так пятнадцать назад (ещё в юности), он пытался найти её.

Парень, ещё раз воткнул в то место лопатой. Звук, повторился. Откинув лопату, он почти скрылся в уже прилично разрытой яме. И теперь принялся копать руками. В том месте, где обо что-то ударилась лопата, обнаружился кирпич. Который в свою очередь оказался, крупицей, вполне себе приличной кладки.

— Что там? Стена? — Приблизившись произнесла Ксения (таково было имя её).

— Да, похоже я всё таки, нашёл, церковь! — Не прекращая работать руками, произнёс Евгений.

Примерно через час, может и больше, чета Красновых (такова их фамилия), разрыла косой вход в подземелье.

— Открываем?! — Взглянув на перепачканную жёнушку, радостно произнёс Евгений.

Ответ пришлось ждать с минуту, да и то, он не был ожидаемым:

— Может кого, позовём?

Евгений хмыкнул, но вместо слов, просто дёрнул за проржавевшую ручку, (возможно) дубовой двери.

******

В действительности, пожилой участковый соврал о непричастности «странных людей», к исчезновению детей. В тот день, когда он пожаловал к ним, произошло то, чего по его размышлениям случиться, никак не может.

А всё дело, заключалось банальней некуда. Если не знать деталей. А как говорится, ДЬЯВОЛ живёт именно в них.

Встретили его без особого страха, и сразу отвели к главному. На тот момент, «странные люди», расквартировались в давно брошенном доме лесника. Блинчикова, провели через тёмные сени. В комнату, что освещалась не много по лучше, всего остального здесь. Света оказалось достаточно, чтобы разглядеть сидевшего у окна человека.

— Здравствуйте, товарищ! — С порога начал Блинчиков — Я…

Хотел было он, продолжить свою речь, вот только человек, сидящий у окна, поднял руку с вытянутым указательный палец вверх:

— Здравствовать я тебе, Блинчик, не желаю, но увидеться, рад.

Участковый обомлел. Так с ним не разговаривал никто. Никто, уже лет двадцать.

Блинчиков нашёл в себе силы, жаль их хватило ровно до того момента, когда говоривший поднялся и приблизился к нему.

— Да как же это, — дрожащим голосом произнёс Блинчик — мы же, мы же…

— Ну, продолжай. — С явной усмешкой произнёс тот.

Блинчик по прежнему, мямлил. Перед его глазами стоял человек, которого он лично заживо сжёг. Его и ещё, с десяток монахов. Время было такое.

Страх уступил место обречённости. Колени подогнулись, и он рухнул на пол. Собеседник снова ухмыльнулся. И не спеша отвернувшись от Блинчика, вернулся к окну.

— Короче, будешь мне служить. А предашь… — Человек у окна, усмехнулся.

И эта усмешка, заставила Блинчика покрыться мурашками. Позднее ему придётся увидеть какова плата за предательство. И будет рад, что не пошёл на это.

И так, как вы помните комсомольцы, подобрались к развалинам церкви. Они заворожённо смотрели на происходящее в её стенах. Возможно лишь старый партизан, оставался относительно спокойным. В гражданскую он видел и не такое.

На полу был изображён не ведомый никому из них символ. Отдалённо напоминавший свастику. Старый партизан, сам носил не что подобное на фуражке. Правда не долго. Очень «быстро» власть большевиков, отказалась от этого символа, оставив лишь звезду. Которая в свою очередь, в размноженном виде, тоже имелась в этом символе. С десяток людей в балахонах из мешковины, стояли на против алтарной части церкви. В метре от сильно повреждённой стены, имелись три столба, напоминавшие языческих идолов. С той разницей, что лица, были искорёженные в муках. Но ужасное было, далеко не это. И даже не разодранные, детские тела у подножья «идолов». Весь ужас, и мерзость, творилась на столбах. Один из балахонов, выкрикивая что-то, на смешанном идише и латыни (по крайней мере, так посчитал один из комсомольцев, тот самый Серёжа Плошкин, он учился на втором курсе московского университета), вырезал у ещё живого мальчика (лет двенадцати), глаза. По мимо умирающего на столбе мальчика, на соседнем столбе, пыталась в ужасе сжаться, девочка не много старше. Она уже давно, перестала кричать. Теперь лишь, трясясь от ужаса, ждала своей очереди.

Бойкий активист Серёжа Плошкин, не выдержал первым. С криком, рванул на балахоны. А за ним, спустя несколько секунд, все остальные. Старый партизан, был разъярён, но на «поле» битвы, попал последним.

Балахоны оказались сильным соперником. По началу побеждавшие комсомольцы, потеряли боевой дух. Враги, выровняли свои шансы. А несколькими минутами позже, и вовсе нанесли им сокрушающий удар.

Оставшихся в живых, главный приказал связать и бросить в одну из камер, подземелья. Надо сказать, старый партизан, тоже, был среди живых. Бился он справно, как молодой. Может быть по этому, когда оставшихся повели в казематы, лидер балахонов, приказал отвести его к себе.

******

Спускаться по каменным ступеням, в открывшуюся черноту, Евгений не торопился.

— Может, всё таки кого ни будь позовём? — Снова почти с мольбой, сказала Ксения.

— Зачем? Боишься?

Она признаваться не стала, просто жалобно взглянула мужу в глаза.

— А как же, твои диггерские вылазки, в юности? — Усмехнувшись произнёс Евгений.

— Ну, там были гарантии. Да и проводники опытные. А тут? — Выпрямившись, и почти с гордостью сказала жена.

— А тут, я! — Закуривая произнёс Евгений. — Если помнишь, я с друзьями той же, фигнёй страдал.

Ксения сдаваться не собиралась, всё ещё продолжала смотреть на мужа, как кот из Шрека.

— Там темно, мы же ни фига не увидим! — Эти слова ей показались серьёзным аргументом.

— А телефон, на что?! -Усмехнувшись произнёс Евгений и стал на ощупь проверять, собственно его наличие. Обыскивая себя, Евгений смотрел на жену.

И по её лицу, начинал понимать, она выиграла.

— Ты, дома его, на зарядке оставил. — С улыбкой во всё лицо, произнесла Ксения.

Парень, отчаявшись поник. Но в следующий миг, снова во спрял:

— За то, ты, свой прихватила. — Шустро выудив из её кармана модернизированную «раскладушку».

Ксения надула губки, как маленькая девочка. И сделала вид, что готова расплакаться.

— Хорошо, не хочешь идти, оставайся. — Сказал он, и стал без опаски, спускаться вниз.

И естественно когда его ноги коснулись каменного пола подземелья, она, оказалась за его спиной.

— Идём! — полу обиженно произнесла Ксения.

— Идём. — Довольный собой, произнёс Евгений.

Фонарик в «раскладушке», был хорош. Освещался коридор на два метра вперёд. Они шли не спеша, словно в музее. В прочем, здесь и правда, могло сложиться такое впечатление. На стенах, имелись выгравированные рисунки. Вот только, время, над ними нещадно по работало. Не каждый рисунок можно было разобрать.

— Ой! — Не вскричала, а просто пискнула, Ксеня.

— Ты чего?! — Не поворачиваясь сказал Евгений.

— Кажется, по моей ноге, крыса, пробежалась.

— Крыса! Интересно.

Евгений направил свет фонарика на их с женой ноги. Версия жены, подтвердилась. Верней лишь от части. Они успели заметить лишь крысиный хвост, исчезнувший в стене.

— Держись за меня! — Произнёс и чуть ускорил шаг, он.

По коридору, они шли ещё минут десять, когда с лева, кончилась каменная кладка, и появились ржавые, толстые прутья.

— Сюрприз. — Сказал Евгений.

— Это точно! Посмотри вон туда!

Ксения протянула руку между решёткой. И её указательный палец, как выяснилось, указывал на сидящие у стены кости. Чуть в стороне, нары. На «первом» их этаже тоже белели человеческие останки.

— Похоже их оставили умирать от голода. — Предположил Евгений.

— Не спеши с выводами. — Наблюдательная жёнушка, приоткрыла со скрипом дверь, камеры.

— Хочешь войти? — Изумляясь смелости второй половинки, произнёс Евгений.