Камилла Шоканова

Живи без ДЦП, длинного носа и прочих заморочек!

От сильной духом девушки с диагнозом детский церебральный паралич

Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»

© Камилла Шоканова, 2019

Я и не инвалид в классическом понимании этого слова, но и не как все. Я отличаюсь. Раньше я не могла понять, за что мне это — ведь дети не должны рождаться уже обреченные на жизнь с комплексами априори. Но сейчас, будучи взрослой девушкой, я поняла, что есть вещи, которые не нужно понимать, их нужно просто принимать. Иногда комплексы «длинного носа» заставляют человека жить гораздо сложнее, чем те заморочки, которые связаны с ДЦП.

Я предлагаю каждому сменить фильтр.

Я уже выбрала фильтр, а вы?

18+

ISBN 978-5-4496-1233-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Оглавление

1. Живи без ДЦП, длинного носа и прочих заморочек!
2. Живи без ДЦП, длинного носа и прочих заморочек!
   1. Предисловие
   2. Глава 1
      1. День первый
      2. День второй
      3. День третий
      4. День четвертый
      5. День пятый
      6. День шестой
      7. День седьмой
      8. День восьмой
   3. Пауза №1 на умные мысли
      1. Как стать уверенной в себе, когда у тебя много недостатков, как и у многих, многих других?
   4. Глава 2
      1. День 1
      2. День второй
      3. Вечером
      4. День второй
      5. Год тому назад
      6. Полин уже 6 месяцев работала в клинике
      7. Оставалась неделя до первого дня приема
      8. День седьмой сеанса с Моникой
      9. Моника в коридоре
      10. День восьмой
   5. Пауза №2 на умные мысли
      1. Зима
      2. Нам всем бывает холодно
      3. Период, в который мне страшно вернуться
      4. Весна
      5. Здесь и сейчас
      6. История из жизни реального человека. (История без имен)
      7. Уход из семьи (далее от ее первого лица)
      8. Разительные перемены
      9. Секрет отца
      10. Лето
      11. Сила благодарности и прощения
      12. Осень
      13. Вы здоровы ровно настолько, насколько чувствуете себя здоровым
      14. Будьте сами себе самым лучшим доктором
      15. Не лечите следствия, искореняйте причину!
      16. Правильное питание — лучшая диета!
      17. Мы — есть то, что мы едим
   6. Заключительная глава

Живи без ДЦП, длинного носа и прочих заморочек!

Предисловие

Я была так зла на свою бабушку еще неделю назад.

«Чайник с грязью не будет давать хорошего чаю, если в него заливать очень много этого чая. Он так и останется грязным. Его нужно помыть»

Чем в принципе, я и занялась.

Я обратилась к психотерапевту — нужно же кому-то излить свою собственную грязь. Платишь деньги, тебя слушают и никаких переживаний о том, что ты кому-то докучаешь своими проблемами. По-моему, это самый разумный выход из любой непонятной ситуации.

Я была крайне зла, обижена и хотела, чтобы хоть кто-то послушал все мои субъективные обвинения в адрес бабушки. Писать это в социальных сетях — не самая гениальная идея. Говорить об этом другу — значит потерять друга, ведь никому не нравится слушать чьи-то проблемы. Хранить все в себе — значит сойти с ума. Поэтому обращение к психотерапевту — это лучший вариант, хотя и дорогой, следует признать.

Ну, для начала, мне, наверное, следует представиться, прежде чем погружать вас в свой собственный мир моих мыслей.

У меня очень красивое имя, которое многие коверкают, произнося его так, как им хочется. Сокращая его, давая прозвища — мне это крайне не нравится. Меня зовут Камилла и точка. В моем имени две «л», а не одна и я люблю, когда меня называют по имени.

У меня дцп и куча разных комплексов, связанных с этим заболеванием. А также конечно, как и у каждого из нас куча комплексов и тараканов в голове в целом, не связанных с дцп.

Я очень нетерпеливый человек, но это и минус, и плюс.

Во мне есть абсолютно все негативные стороны человеческой натуры, но хорошо, что и позитивные — баланс.

Во-вторых, я пишу эту книгу, чтобы кому-то помогла она. Я пока еще не знаю точно, что в ней будет, но уверена, абсолютно каждый найдет что-то полезное для себя. По крайней мере, мне очень хочется, чтобы так было. У меня есть чувство юмора, которое по всей видимости досталось именно от той бабушки, которую я еще продолжаю сейчас ненавидеть. Рана еще слишком свежая и нужно время, чтобы она затянулась.

Я не буду учить кого-то, как жить. Это не инструкция к жизни инвалида или руководство для родителей. (Надеюсь, что это не превратиться в то, что я озвучила. Тут смайлик с зубками, я бы поставила, если бы не моя лень)

Я поделюсь на своем опыте, как докатиться до такой жизни, до которой докатилась я. (Надеюсь, у вас здоровое чувство юмора).

В целом, я вижу свою жизнь сквозь комедийный фильтр. Мне все кажется смешным. Но так конечно не всегда было. Иногда у меня чб фильтр драмы. Так было до 19 где-то лет. Сейчас мне 28. Надеюсь, что когда вы возьмете в руки или скачайте на планшет эту книгу, мне не будет 40.

Я прошла через все круги подросткового ада жизни человека с ограниченными возможностями и с ограниченными правами. Я была отшельницей за все время моей учебы, мне три раза приходили мысли о суициде и я один раз даже попыталась это сделать, но не получилось — жить-то хочется. Наверное, не стоит писать, что меня постоянно дразнили и травили, где я только не была. Каждый из вас имеет представление, как не сладко живется подростку или ребенку, который отличается от других своих сверстников, учитывая, что в том возрасте у человека нет мозгов. Он не может себя защитить словом. И конечно спасибо всем моим Учителям и в прямом и в переносном смысле. Без вас у меня не было мотивации помогать другим людям и с дцп и просто с какими-то комплексами, поэтому прям спасибо школе с отсталыми в развитии учителями, которые вместо того, чтобы поддерживать одного единственного в школе ребенка с дцп кидали фразы — «семеро одного не ждут».

Ах да, я очень медленно писала диктанты и была круглой троишницей. Тройку ставили хотя бы за старания. Особо никто не рассматривал во мне писателя, каким я себя всегда считала, потому что мне всегда нравилось это гордое звание — писатель.

Спасибо вам большое. Обиду на вас не держу, потому что понимаю, время в 90-х было такое, что людям вообще впринципе было чуждо понятие «толерантность».

Сейчас это меняется, но как-то медленно, учитывая, что меня по-прежнему каждый, кому не лень называет пьяной. Меня выставляют из магазинов, боясь, что «пьяная наркоша» что-то разобьет или сломает. Некоторые извиняются, когда я объясняю, что есть просто такое заболевание, но я не пьяна. Но есть такие, которые даже и слышать не хотят ничего. Я очень, надеюсь, поменять мировоззрение второй категории людей. Да, я, конечно, понимаю, что у меня на лбу не написано «ДЦП» и что люди в СНГ особо не видят людей, как я. Но это же не значит что людей с дцп или другими заболеваниями нет. Их много, но они предпочитают сидеть дома.

Ну, что ж приступим к рассказу небольшому…

Бывало ли у вас такое, что вы ведете диалоги внутри себя с кем-то? У меня такое было, когда вела диалоги с психотерапевтом. На фоне этих диалогов, я написала небольшую историю в своей голове. И первая глава начнется именно с нее. Ну не пропадать же добру, пусть и пока иллюзорному?

Начнем с нее, а там посмотрим!

Глава 1

День первый

Психолог — Здравствуйте! Присаживайтесь, пожалуйста. Как вас зовут?

Клиент –Какая разница. Это не имеет значения. Тем более, что в моей анкете все данные указаны. Читайте!

Клиент был очень недоволен, раздражителен, и немного отстраненным. Было трудно заставить его говорить.

Психолог — Хорошо. Чем я могу Вам помочь?

Психолог был мастером своего дела и вел себя именно так, как полагается вести себя настоящему профессионалу.

Клиент — Наверное, у меня депрессия. Я не знаю, чем Вы можете мне помочь. Но раз уж вы психолог, то, наверное, поможете чем-то.

Психолог — Вы можете сесть, где вам будет удобно. Диван в вашем распоряжении. Начните говорить, когда захотите.

Клиент — Да, пожалуй, я сяду.

Клиент присел на кожаный диван.

Клиент — Я не знаю, как жить. Вот вкратце моя проблема.

Психолог — Опишите, что вы чувствуете.

Клиент — В этом-то и вся проблема. Я не хочу чувствовать. Возможно, у меня депрессия.

Психолог — Вы считаете, что у вас депрессия?

Клиент — Я же сказала, что вполне возможно это и не депрессия. Я пришла к вам, чтобы разобраться. Но, наверное, это не депрессия. Очевидно, нет.

Клиент продолжал в раздражительном тоне, а психолог в профессиональном.

Психолог — Как вы можете подробней описать свое состояние? Как понимаете, что не знаете, как жить? Что вы чувствуете?

Клиент — Я не хочу чувствовать то, что чувствую. Я опишу метафорически свои чувства. Это как будто я стою в белом чистом коридоре и передо мной лишь две двери… Мне страшно войти в любую из них. Одна красная, а другая черная. Хотя, наверное, цвета асфальта. Серая.

Клиент продолжал.

Клиент — За красной дверью мои мысли будут управлять мной. Это так ужасно. Я не смогу больше думать сама. Туда я категорически не хочу. Мне даже страшно думать об этом. Это же так ужасно потерять себя. Человек должен контролировать мысли, а не мысли человеком.

Клиент немного запаниковал и был встревожен.

Психолог — Продолжайте тогда, когда сможете. Если не хотите, можете больше не говорить о красной двери. Расскажите про серую.

Клиент — За серой дверью люди. И там нормальная жизнь. Но я тоже не хочу туда, потому что там мне придется испытывать эмоции. А это больно. Понимаете, за серой дверью люди влюбляются и испытают приятную эйфорию и это похоже на пульс. На графике линия поднимается вверх. Потом она обязательно падает вниз с такой же силой, с какой была наверху.

Клиент говорил все четко. Возможно, даже пугающе логично.

Психолог — А почему Вы думаете, что эта линия обязательно упадет? Она не может идти только вверх? Опишите подробно этот график.

Клиент –Вы не понимаете, потому что вы тоже находитесь за серой дверью. Там очень четкие Законы, которые работают всегда. Один из главных законов — «Любая эмоция имеет противоположную». То есть график — это как жизнь. А пульс — это эмоции. Все положительные эмоции идут вверх. Отрицательные — вниз. Еще пульс можно сравнить с резинкой. Когда вы ее натягиваете, то когда отпускаете, она сжимается. Это какой-то там закон из физики. То есть аксиома. Все, что идет вверх, обязательно рано или поздно пойдет вниз с такой же силой или высотой с какой пошло вверх. Если люди имеют что-то, то есть вероятность потерять это.

Клиент был агрессивен и не очень доброжелателен. Казалось, он не хочет говорить. Он долго молчал и думал о своем.

Психолог — Давайте представим..

Психолог не успел договорить фразу. Клиент встал и ушел в очень взвинченном состоянии, оборвав сеанс, даже не дав психологу договорить. Он просто встал и вышел из кабинета психолога.

День второй

Психолог совсем не ожидал увидеть клиента снова. Но он вернулся с какой-то точной готовностью к чему-то.

Клиент — Знаете, доктор, я к вам обратилась только потому, что я хочу жить. Эта фраза… Я ХОЧУ ЖИТЬ! Это все, что я хочу. Я думала вчера и поняла, что смерть — это то единственное постоянное, что неизбежно. А какой смысл приближать ее, если она все равно наступит. Это же нелогично. Нет, нет, умирать я точно не хочу.

Психолог — А почему вы думаете, что умрете?

Клиент — Я умру и вы тоже. Все умрут. Мне повторить то, что я только что сказала? Мне кажется, вы не понимайте, что лишь смерть является константой в жизни. Единственной и неизбежной. Она то, что мы можем все точно предсказать, что она будет.

Психолог — Вы сказали, что не хотите приближать смерть? Что вы имели ввиду?

Клиент — Я думаю, вы должны понимать, что есть такое понятие как суицид. Ну, так вот, я не хочу становиться суицидником.

Психолог — Правильно ли я вас понимаю, вы думаете, что должны совершить суицид?

Психолог держался очень профессионально, говоря ровным тоном. Он даже был одет в очень спокойные и приглушенные тона, и лак на ногтях был постельного цвета.

Клиент — Потому что сейчас есть два выхода или продолжать жить, или умереть. Но я не вижу логики во втором, потому что этот выход ждет всех итак. Я пришла к вам, потому что я хочу жить, но не знаю, как.

Психолог — Хорошо, тогда может быть продолжим с того коридора и двух дверей, о которых вы говорили.

Клиент — Ну давайте продолжим, если это поможет мне. Хотя вряд ли посторонний человек может помочь даже, если он психолог. Я считаю, что только сам человек может себе помочь. Ок, давайте о дверях и коридоре.

Психолог — Опишите, что за красной дверью и почему вы знаете, что там?

Психолог перевернул страницы своих заметок, чтобы освежить картину.

Клиент — Я ее уже открывала по незнанию. Там то, что называется депрессией. А это, полагаю, хуже смерти. Ведь после смерти ничего не чувствуешь. Это быстро и безболезненно. А вот депрессия — это пытка похуже смерти.

Психолог — Что такое «депрессия» по-вашему? Как вы ее чувствуете?

Клиент вдруг саркастически засмеялся над вопросом.

Клиент — Это самый глупый вопрос, который может задать психолог. Прочитайте в Википедии определение. Оно мне подходит. Не понимаю, зачем задавать такой глупый вопрос. А вы знаете, как это ощущается? Правда?

Психолог — Каждый думает, что его боль самая сильная, но поверьте у всех она ощущается по-своему и мне интересно именно ваше представление.

Клиент — Хорошо, я опишу понятным и вашим языком это чувство. Это когда ты боишься сойти с ума. Это когда уже моральная боль в груди становится физической. Я, правда, чувствовала на физическом уровне, что у меня в груди огромная черная дыра и мне от нее очень больно. Я не могла есть, спать — мне от всего было больно. И знаете, я не хотела даже тогда умирать. Я очень хотела жить. Но за красной дверью есть только один выход — люк смерти. Есть большая разница между депрессией и нежеланием жить. Когда у тебя депрессия, и ты находишься за красной дверью, ты очень хочешь жить, но от боли не можешь. А когда у тебя нежелание жить, то ты просто видишь мир как что-то бессмысленное. Это инстаграмные фильтры. Если исходная картинка просто отвратительна, то уже никакой фильтр ее не спасет.

Психолог — Но ведь можно сделать новую фотографию. Купить хороший фотоаппарат, поставить свет и получить красивую картинку. Вы не думали в этом ключе?

Клиент — Я думала, но когда стоишь в коридоре, то не видишь смысла вообще не в чем.

Клиент еще долго рассказывал про и коридор и две двери.

Психолог — А как вы, кстати, выбрались из красной двери в коридор? Как я понимаю, вы когда-то были за красной дверью, а сейчас вы в коридоре?

Клиент — Да, вы правильно понимаете.

Психолог очень заинтересовано слушал. Но клиент не очень охотно говорил.

Клиент — Попасть в эту дверь тоже сложно. Это ведь не так просто открыть ее и шагнуть. Я не понимала, куда я иду и что будет так сложно выбираться. Это было самое сложное, через что я проходила. Я не выбиралась напрямую в коридор. Между красной и серой дверью есть туннель. Я никогда бы и не подумала, что смогу пробраться через него. И никогда не смогла бы одна. Вообще-то говоря, понятным языком, из депрессии невозможно выбраться самой. Без сторонней помощи не обойтись. Я не знала об этом, когда входила в красную дверь. Что я вообще знала в 17 лет?

Психолог — А что вас подтолкнуло попасть за красную дверь? Где вы нашли туннель, ведущий от того, что за серой двери к красной? Я вас правильно понимаю, вы находились за серой дверью и попали за красную?

Клиент — Давайте на любую другую тему. Я точно сойду с ума, если буду думать об этом чертовом коридоре и о его дверях!

Клиент начал плакать. Он не хотел разбираться в своих проблемах, но знал, что проблемы нужно решать.

Психолог — Почему вы сейчас плачете? Это хорошо. Поплачьте.

Психолог наконец увидел слезы клиента. Было ощутимо, что клиент хотел плакать долгое время, но у него этого не получалось.

Клиент — Я прекрасно знаю и лучше вас, что это хорошо! Я просто, черт возьми, устала говорить об этих чертовых дверях и стоять в этом гребанном коридоре! Я просто так сильно устала. Пожалуйста, давайте поговорим о нормальном! Прошу вас!

Психолог принял роль друга и начал вести ненавязчивую беседу.

Психолог — Ну, хорошо, я вчера видела фильм «Пока не сыграл в ящик». Мне он очень понравился. Вообще я пересматривала его по второму кругу. Когда мне грустно, я смотрю такие фильмы или читаю мотивирующие книги. А какие вы смотрите фильмы или может книги больше вам нравятся.

Клиент — Да, я тоже смотрела этот фильм. Очень хороший! Осадок от него похож на «1+1» или «Побег из Шоушенка». Мне тоже нравятся иногда такие фильмы. Но жизнь — это не фильм и мне так тошно от этого. Я смотрела вчера чертову «Комнату».

Клиент отвечал с агрессией, но психолог просто продолжал слушать.

Клиент — Понимаете, иногда мне не хватает эмоций, то я переживаю их за кого-то. Это необходимость. Ведь я все еще жива. Хотя я и не знаю, как жить, но я хочу жить. Мне не хватало эмоций, когда человек борется за что-то. Ведь это означает хоть какой-то смысл. У героини был хоть какой-то смысл в этой жизни.

Психолог продолжал слушать, проникая в глубины души клиента и затрагивая какие-то невидимые стены, рассматривая их и иногда сопереживая или пугаясь.

Клиент — Я плакала, когда смотрела этот фильм, но не потому что она была в этой комнате и не потому что переживала ее боль за сына. Я только что вдруг поняла, что мне было жалко себя. Ведь это я стою в этом проклятом коридоре. А у нее хоть какой-то смысл.

Клиент плакал.

Клиент — Я еще на днях смотрела фильм «Комната», но как все выглядит в жизни. Режиссер как всегда все приукрасил, но я нашла себя там. Вы видели этот фильм?

Психолог — Нет, но вы можете рассказать о нем.

Клиент — Наверняка, вы слышали историю хоть одну, когда какой-то маньяк держал в заложниках девушек годами. И они даже рожали от него. Так вот этот фильм основан на этих историях.

Психолог очень внимательно смотрел на клиента и что-то записывал.

Клиент — Боже, как же мне хочется быть этим маленьким Джеком. Он ребенок по фильму героини, которую заперли, когда ей было 17. За 7 лет проведенных в заточении, она родила сына, которому было 5, когда они выбрались из заточения. Дети не понимают ужаса. И он тоже не понимал. Я тоже не хочу понимать. Но я уже не ребенок и не должна стоять в этом гребанном коридоре. Черт! Он сведет меня с ума! У меня такая сильная ярость от того, что я уже черт знает сколько месяцев в этом гребанном коридоре.

Клиент начал плакать навзрыд и крушить все. Психолог позволял ему это. Так продолжалось где-то 15 минут, пока у клиента не иссякли силы.

Клиент — А книги русской классической литературы такие депрессивные, что после них точно жить не хочется.

Психолог — А о каких книгах речь? Ведь, не все книги депрессивные.

Клиент — Этот чертов рассказ, который мне так советовали прочесть, где пациенты психбольницы более нормальные, чем сами доктора. Палата…. Не помню название, но, наверное, вы знаете, о каком рассказе я говорю. Я читала его давно и очень плохо помню, но осадок от него довольно неприятный. А эта чертова Муму с Герасимом. Ну зачем нужно изливать на бумагу депрессию свою внутреннюю! Черт! Терпеть не могу! Ни одного адекватного произведения из русской литературы я не помню.

Психолог — Ну, может быть есть рассказы или произведения, которые вам понравились? Не обязательно из русской литературы.

От очень спокойного тона психолога, клиент начал постепенно успокаиваться.

Клиент — Зачем же говорить об этой литературе? Хотя и чертов коридор тоже сведет с ума. Лучше о книгах! Ну ладно, если подумать я помню лишь ощущения от каких-то книг, но не помню сами истории. Во мне оставил роман «Птичка певчая» очень приятное ощущение. Ощущение весны, тепла и предчувствия, что все будет хорошо. Но это лишь сказка. В жизни не бывает так. И это грустно. Ладно, давайте я подумаю о других книгах. Гребанный Шантарам мне на ум приходит. А эта долбанная книга «Унесенные ветром» — это просто пустая трата времени. Я почти дочитала Унесенные ветром, но в конце бросила, потому что поняла, что эта история из прошлого абсолютно мне пользы не приносит. А этот Шантарам нашумевший! Я ожидала от него большего, когда читала рецензии. Но остановилась на каком-то моменте, где главный герой еле убежал от преследователей. Описание грязи Мумбая меня заставило бросить читать.

Психолог — Но ведь жизнь это не только красота. Вы согласны?

Клиент — Да! Браво! Вы наконец поняли мою мысль! Гребанная жизнь — это далеко не красота! И даже фильм «Жизнь прекрасна» такой дебильный! Потому что в реальной жизни концлагеря выглядят по-другому и люди там другие! И они бы давным-давно сломались! И жалко мне этого мальчика! Потому что когда он вырастет, то он поймет, в какую пещеру он попал! Это ужасно. Я не хочу жить в такой жизни, где столько боли, грязи и борьбы. Зачем? Ведь в итоге это напрасно. Все умрут.

Психолог — В жизни много чего хорошего. Не только боль и грязь. Вот вы чистите зубы каждый день? Вы знаете, однажды я была в походе и не чистила зубы 8 дней. Они у меня покрылись почти черным налетом, а потом я их почистила, и они снова стали белые.

Клиент снова начал плакать.

Клиент — Я хочу спать. Завтра поговорим. Я понимаю, что вы хотите мне помочь, и я думала, что готова, но вы понимаете, что я не могу?

Психолог — Приходите ко мне завтра. Вы очень устало выглядите.

Клиент — До свидания.

И перед уходом клиент, стоя в дверях кабинета, плакал и бормотал очень тихо, задыхаясь в слезах.

Клиент — Мне легче. Наверное, от слез.

Психолог — Не торопитесь решить все в один день. Постепенно вы снова почувствуете себя лучше. Поспите.

Психолог мило улыбнулся клиенту напоследок и когда клиент ушел, уткнулся в свои записи и добавлял новые заметки.

День третий

Психолог — Здравствуйте! Как вы себя чувствуете?

Клиент –Я отлично себя чувствую, но мне не стоит прерывать терапию. Хотя так хочется в такие моменты прервать. Я думаю о проблемах в последнее время и мне так не хочется о них думать. Но я знаю, что нужно что-то решить с коридором. Хотя мне кажется я должна войти в серую дверь и остаться там. Но мне страшно.

Психолог — Чего вы боитесь?

Клиент — Я была вчера за серой дверью и сейчас я за ней, но идти дальше не решаюсь. Вы знаете, это очень сложный вопрос, чего же я боюсь. Это как в песне поется: «Иметь или не иметь….».

Ведь, если «иметь», то это можно потерять…

Психолог — Подумайте, пожалуйста, хорошо, чего именно вы боитесь? Или возможно, вы захотите написать, что такое страх для вас.

Психолог дал клиенту ручку и бумагу, оставляя того со своими мыслями, стараясь не мешать.

Клиент не писал ничего, а лишь смотрел в какую-то точку и думал.

Спустя 10 минут клиент очень четко ответил.

Клиент — Ответственности. Вот то, чего я так боюсь.

Психолог — Что такое ответственность для вас? Вы можете подумать и написать это на бумаге, чтобы четче сформулировать мысли.

Клиент долго что-то писал, пытаясь сформулировать все. Психологу нравилась готовность клиента работать с ним. Психолог был даже поражен мужеством клиента. Ведь было видно, как сложно дается клиенту работа и что клиент прекрасно осознавал, что психолог лишь проводник, а не волшебная палочка, и что большую часть работы придется проделать самому клиенту.

Клиент — «Ответственность — как права, так и обязанности, которые нужно четко соблюдать. Это включает в себя дисциплину, подъем в то время, в которое НАДО. Это означает слова ДОЛЖНА и НАДО. Это труд. Чтобы взять ответственность, нужно быть очень смелым, нужно побороть все предрассудки и самого себя».

Психолог внимательно прочел написанное.

Психолог — Что означает «побороть себя»?

Клиент — Я даже думать об этом не хочу. Мне очень страшно и я опять чувствую ярость. Я избегала этой темы всю мою сознательную жизнь. Думала, что лучше не думать об этом. Но раз я уже пришла к вам, то я хочу распутывать потихоньку этот клубок многолетней давности. Все мои проблемы идут из детства. О Боже, сколько же всего придется перелопатить.

Клиенту стало печально и грустно от осознания, какую огромную работу предстоит проделать.

Клиент — От этого осознания мне еще хуже. Я просто не хочу думать об этом. Пожалуйста, помогите мне медленно начать распутывать. О нет, мои мысли снова слишком сильно заполняют мою голову. Мне сложно дышать! Давайте о чем-нибудь другом или скажите мне, что есть другой способ решить мои проблемы.

Клиент долго плакал. Это было похоже на жалость к себе. А у психолога просыпалась эмпатия и ему очень хотелось успокоить клиента. Но психолог понимал, что лучшая помощь — это решить проблемы клиента, а не снять с него ответственность за свою жизнь.

Психолог — Давайте поговорим о том, что вы больше всего любите делать!

Клиент — Да. Давайте.

Клиент начал рассказывать уже без агрессии.

Ну… если подумать я люблю чувствовать себя ребенком. Люблю беззаботность. Я люблю не думать о том, что моя жизнь не стандартная, если мягко говорить. Я обожаю такое состояние, когда забываешь, что у тебя есть тело. Я обожаю спать и видеть сны, потому что там именно та жизнь, которую мне бы хотелось иметь. Во сне мне не приходится ни о чем думать. Я больше всего на свете люблю летать во сне. Я пролетаю над океанами и зелеными прекрасными полями, я могу контролировать высоту полета одной только силой мысли.

Психолог — Как понять, что ваша жизнь нестандартная?

Клиент — Пожалуйста, не мучайте меня! Перестаньте. Сжальтесь. Вы причиняете мне боль.

Клиент начал плакать, как дитя.

Психолог — Все хорошо. Я не буду спрашивать у вас того, о чем вы не хотите пока говорить.

Психолог присел на диван к клиенту и обнял плачущего ребенка, потому что в тот момент клиент казался беззащитным ребенком. Постепенно клиент успокоился и они продолжили.

Психолог — А если говорить о занятиях, то что вам больше всего нравится делать.

Клиент — Я понимаю, какой ответ вы ждете. Наверное, вы ждете что-то из разряда рисовать, танцевать и петь. Дело в том, что я сама могу точно сказать решение моих проблем, но это решение влечет ответственность, а я не хочу думать об этом. Ведь если я скажу, что люблю танцевать, то мне надо будет развиваться в этом направлении. И развитие подразумевает ответственность. А это дисциплина… ну вы читали мое описание, что такое ответственность. Я думаю, вы понимаете, о чем это я.

Психолог– Да, вы правы. Но вы же все понимаете. Вы прекрасно знаете, что вам нужно.

Клиент — Да. И это еще больше пугает. Я совсем не хочу решать проблемы. А у меня есть проблема?

Вопросительно посмотрел клиент на психолога.

Психолог — Смотря, что для вас «проблема».

Клиент — Я не считаю, что у меня есть проблема.

Как-то весьма утвердительно произнес клиент. Задумываясь, он продолжал.

Клиент — Я не понимаю, зачем решать проблему человеку, который не чувствует, что у него проблема. Если его это не гнетет и не причиняет дискофорт в жизни, то тогда если смысл считать, что у человека проблема. Возможно, для кого-то это и проблема, но проблема одного человека, для другого может восприниматься совершенно по-другому. Разве не так?

Клиент, ища одобрения в глазах психолога, бросал резкие взгляды в сторону психолога, который был невозмутимо спокоен.

Клиент –Ну, когда я была маленькой и я не понимала, почему взрослые не понимают, какое это удовольствие и счастье бегать под проливным дождем и почему у всех зонты на случай дождя. Ведь разве не прекрасно познавать ощущение душа прямо на улице. Я думаю, люди слишком часто думают о последствиях. А как бы не заболеть? А если заболею я, тогда я не смогу работать, а это потеря в деньгах. И если заболеет ребенок, то придется его по врачам водить, сидеть с ним — а это тоже потеря в деньгах. А если подумать по-другому?

Клиент снова бросил взгляд на невозмутимого психолога, который что-то писал в своих заметках.

Клиент –Если представить, что у тебя не будет больше времени или сил, чтобы хоть раз познать проливной дождь у себя на теле? Ведь как болеть мы знаем и мы так или иначе когда-нибудь заболеем ОРВИ или еще каким-нибудь простудным заболеванием, но если представить, что вдруг такого проливного дождя долго не будет или мы не сможет больше, в силу обстоятельств. Почему бы хоть раз не сделать того, чего хочется?

Клиент был озадачен невозмутимостью психолога. Это раздражало его, но он продолжал.

Клиент –Я знаю, что вы скажите про опыт, ошибки и про то, что если так рассуждать, то ты будешь наступать на одни и те же грабли всю жизнь. Ну а если кому-то нравятся эти грабли. Да и вообще приходит на ум фраза из «Поющие в терновнике» о том, что мы все также будем продолжать бросаться в тернии, как бы больно это не было когда-то.

Клиент снова бросил колючий взгляд на психолога.

Клиент — Я что-то не так говорю? Да, я не хочу работать! Да, черт возьми! Я не хочу брать ответственность! Я так больше не могу. Не могу….

Клиент начал снова плакать, опускаясь на пол и хватаясь за грудь. Казалось ему было больно.

Клиент — Может быть отложим этот разговор? Я к вам завтра приду.

Психолог — Да, мы можем отложить. Но знаете, ведь отложенный мусор не исчезает. Его все равно рано или поздно нужно разбирать. И лучше рано. Ведь потом заведутся насекомые, и будет сложнее его разбирать.

Клиент — Я бы хотела просто, чтобы кто-то вынес этот мусор, а я пошла гулять и когда бы пришла было бы все чисто.

Психолог — Да, так тоже можно. Но зачем вы тогда обратились ко мне?

Клиент — Я плохо себя чувствую, когда «кто-то убирает за мной мусор». И я хочу вынести его сама, чтобы чувствовать себя нормально.

Клиент посмотрел взглядом брошенного котенка на психолога.

Клиент — Вы знаете, я миллионы раз пыталась считать это нормальным — когда кто-то выбрасывает мусор за тебя. Но с каждым годом я чувствую огромную вину перед собой и человеком, который выбрасывает за мной мусор. Ведь он выбрасывает за меня мусор и ничего не требует взамен.

Клиент начал рыдать навзрыд.

Клиент — Она меня любит безусловно и абсолютно. И мне так жаль. Я даже не знаю… Черт! От чего я плачу! Мне надоели эти слезы! Такое ощущение, что я постоянно плачу. Я не хочу больше плакать!

Психолог дал время клиенту поплакать и успокоится, чтобы продолжить работу.

Психолог — Можно ли вас попросить написать детально и очень подробно, что такое любовь именно в вашем понимании? Вы упомянули это слово. Почему же вы считаете неправильным, что вас любят?

Клиент — Какую именно любовь вам описать? У меня есть заметка, которую я вчера написала. Прочтите ее, если хотите. Она как раз охарактеризовывает, что есть любовь в людском понимании.

Психолог — Давайте мне вашу заметку.

Клиент безразлично вырвал из тетради клочок и протянул психологу.

«Fall in love»

С Ней ты — король, а без Нее — нищий, с Ней ты — Господь, а без Нее — дьявол, с Ней ты — живешь, а без Нее — гибнешь. Она делает тебя святым, она же и заставляет тебя грешить. Она дарит тебе оружие, тем самым полностью обезоруживая тебя — ты раним, но и ранишь. Когда Она в тебе, ты чувствуешь Ее повсюду — становясь и жертвой, и палачом, безбрежным океаном и испепеляющей пустыней, в тебе — и свет, и тьма — враждуют, борются. Когда Она в тебе, ты чувствуешь — то сладость, то горечь; то печаль, то радость; то жизнь, то смерть. Когда Она в тебе, ты чувствуешь Ее…

Ее не уносит потоком времени, Она не умирает в гнетущей тишине и громком молчании, не возносится словами, не кипит в буре страстей, не растворяется в шумной толпе суетного дня, не исчезает, не меркнет, и не нуждается в ответе — Она просто есть. Она живет где-то глубоко, в самых потемках твоей израненной души, где Ее не видят — но чувствуют, где Ее не слышат — но понимают, где о Ней не говорят — но знают. Знают, что Она есть. Она, подобна рассвету — всегда наступает и не требует никаких доказательств. Она просто есть.

Бог говорит — «Прими Ее, ибо Она — бесценный дар», но тебе страшно.

Бог говорит — «Даруй Ее, ибо Она безгранична», но ты сам жаждешь.

Бог говорит — «Благодари за Нее, ибо Она дарит счастье», но ты проклинаешь от боли.

Потому что от Нее бывает так больно — змеей, душит Она тебя изнутри, впрыскивая в алую от жизни кровь, то ли самый токсичный яд, то ли самый тяжелый наркотик, бросая тебя — то в Рай, то в Ад. По венам Она бежит: адреналином, кокаином, героином, никотином, унося тебя в самый Космос, затем грубо швыряя прямо на землю лицом — так больно. Но взлететь в Космос — безумное желание, что тебе уже не страшен никакой риск — разбиться вдребезги. И каждый раз, взлетая высоко в Космос, обретая всю Вселенную, ты разбиваешься на тысячи осколков. Вот так полностью. Без остатка. Нет уже ни Космоса, ни Вселенной в тебе.

Но проходит время, раны на теле срастаются — ты снова хочешь попробовать. Ты хочешь разбиться. Но уже не умеешь летать. Ты разучился. Тело забыло раны, но только не твоя голова. Ты уже все понимаешь — ведаешь, как Она устроена, ты уже знаешь все ходы наперед. Ты знаешь, понимаешь, но, увы, — не чувствуешь, потому что не можешь забыть.

И теперь тебе потребуются миллионы тысяч лет одиночества, чтобы забыть. Тебе надо будет полностью забыть о Ее существовании — про божественный полет с высотой в Космос, про неимоверную смерть в сокрушительном падении, чтобы вспомнить Ее.

Ты забываешь, чтобы вновь научиться летать. И летишь, потому что забыл. И вот на этот раз ты не разобьешься, ты не потеряешь контроля, ты не умрешь, потому что полет слишком прекрасен, чтобы разбиться, потому что все стало слишком насыщенным — всерьез, потому что ты уже теряешь себя без Нее, но все же, как и прежде, умираешь, теряешь контроль и разбиваешься на тысячи осколков. Но, вопреки всем законам логики, ты жаждешь ещё, и ещё…

Без ночи — не приходит рассвет, без черного — не было бы белого, без смерти — не было бы Жизни. Без падения — не было бы взлета. Чем выше тебе хочется взлететь, тем сильнее надо упасть. Поэтому не бойся упасть в Нее — падай в Любовь. Принимай Любовь. Дари Ее. И благодари за Нее.

Психолог внимательно прочел написанное.

Психолог — Очень красиво написано. А вы не хотите мне объяснить, что вы имели ввиду, когда сказали, что то, что написано — это в людском понимании. Какое тогда еще есть понимание.

Клиент — Я полагаю, другое понимание.

Психолог — Не хотите описать на бумаге «другое понимание»?

Клиент — Я не хочу писать. От мыслей я задыхаюсь. А когда пишу, то мысли тянутся еще дольше.

Психолог — Скажите тогда. Ничего страшного. Это нормально.

Клиент начал выдавливать из себя слова. То, что так важно, было очень сложно говорить.

Клиент — Любовь…. О Боже, материнская любовь — это чистый абсолют. Это свет. Это прощение всегда. Это умение не обращать внимание на боль и обиды. Это то, что слепит.

Периодически клиент как будто отвлекал разум, чтобы не думать, но все же старался фокусироваться.

Клиент — Ну логично, свет слепит, потому что он такой яркий. Любовь — это….я не знаю, как описать чувства в слова. Это бред описывать то, что невозможно описать никакими словами ни на каком из языков. Это полный бред. Я не могу описать чувство, которое невозможно описать. Но я все же хочу работать. А можно я скажу, что в теории я об этом думаю?

Было заметно, что клиент очень старается сформулировать слова, как бы оправдываясь.

Клиент — Я просто много думала над определением, но даже это определение не подходит под описание того, что я чувствую под этим понятием. Невозможно описать в словах то, что не описывается ни в каких словах. Есть штуки такие, которые нужно чувствовать. Так что давайте я вам расскажу теоретическое определение… хотя оно даже и близко не подойдет в к тому, что у меня внутри при том, когда я думаю о любви.

Психолог — Мне интересна и ваша теория.

Клиент трезво говорил определение, как что-то заученное.

Клиент — Любовь — это навык, это то, чему можно научиться. Это умение давать, абсолютно ничего не ожидая в ответ. Ты как бы даешь что-то, но не чувствуешь потери у себя, может даже наоборот — это делает тебя богаче.

Клиент остановился и очень многозначительно устремил взгляд на психолога. В глазах его было так много смятения.

Клиент — Вы понимаете, какая нелогичность? Ведь это иррационально. Это не подается никаким законам. Ну представим, у меня два яблока. И я дала одно из них кому-то. А потом еще дала. И у меня больше нет яблок. Как я могу ничего не терять и не ожидать в ответ апельсин, например, хотя бы?

Психолог — Очень хорошо! А давайте представим, что вы сыты, в момент отдачи яблока.

Клиент — А потом я ведь проголодаюсь. И где мне взять еще яблоки, если я отдала одно. Я буду голодна и захочу, чтобы этот человек тоже мне дал что-нибудь поесть.

Психолог — Давайте представим, что у вас дома много яблок. Ну, например, растет яблоня.

Клиент — Нет. Это слишком обширный пример. Давайте так, как и начала я рассуждать. Я для вас детализирую.

Клиент очень хотел сам понять, что он сказал. Иррациональность убивала его.

Клиент — Есть комната и в ней я и кто-то другой. У меня всего два яблока. Это нелогично чувствовать, что ты не теряешь ничего, если отдаешь что-то. А если у этого человека, который со мной в комнате есть апельсины. Я не понимаю, почему он не может дать мне апельсин взамен на яблоко. Или почему я не могу остаться с яблоками, а он с апельсинами.

Психолог — Вас заперли в комнате? Почему вы взяли такой пример?

Клиент — Мне показался он простым, чтобы понять логику любви.

Психолог — Хорошо. Выйдем в сад. Он находится недалеко. Вы согласны?

Психолог хотел создать максимально комфортные условия для клиента, чтобы тот чувствовал себя непринужденно.

Клиент — Мне страшно. Я не хочу выходить из кабинета. Я итак делаю над собой усилия, открывая серую дверь и придерживая ее, чтобы она не захлопнулась. Ну то есть я приезжаю к вам — а это огромное усилие. Ведь мне назначено на определенное время. А это означает дисциплина. Это часть ответственности.

Психолог — Все хорошо. Вы здесь. У меня в кабинете. Мы не пойдем в сад без вашего желания.

Психолог добро улыбнулся клиенту.

Клиент — Ну так почему вы думаете, у меня растет яблоня? Как эту яблоню вы нашли? Откуда она взялась? И вообще эти фрукты нагнетают гнев, потому что я не понимаю, как можно отдать яблоки все, которые есть у тебя и не ощущать потери и не ждать взамен ничего. Это нелогично. Я больше всего на свете терпеть не могу нелогичность. А мое определение любви и этот пример с яблоками никак не вяжутся в голове. Вы можете привести свой, чтобы я поняла. Я хочу понять свое собственное определение.

Психолог очень хотел помочь клиенту. Он оставался спокойным, и дружелюбным, пытаясь заинтересовать клиента в работе.

Психолог — Побудьте тут ненадолго я кое-что принесу! Я быстро. Не переживайте, вы в безопасности.

Клиент был похож на несмышленого малыша лет трех, которому надо было решить задачку с логорифмами и катангенсами. Он так хотел понять, но не мог.

Клиент — Хорошо.

Психолог принес сверток спустя 5 минут. Потушил свет и закрыл окна от дневного света.

Психолог — Вам не страшно? Вы все еще хотите понять ваше собственное определение любви?

Клиент — Мне не страшно. Давайте начнем. Я очень хочу понять.

Клиент был спокоен и искренне заинтересован. В кабинете была тишина и темнота. Психолог и клиент сели на пол. Тут психолог зажег спичку.

Психолог — Держите, это ваше!

Психолог протянул клиенту 6 свечей из свертка и у него самого осталась одна.

Клиент — Оригинальненько! Вы, правда, думаете, что эта чушь поможет! Я читала афоризмы Будды сто раз. Знаю, знаю.. какой именно афоризм вы хотите мне показать.

Клиент сказал это с таким сарказмом и неверием. Но психолог продолжал свои действия.

Психолог — Просто хотя бы попробуем. Одно дело читать о чем-то, а другое дело это видеть. Вы сами мне дали определение любви, но не можете его понять. Может быть просто попробуем?

Психолог старался дружелюбно и со всем сердцем достучаться до клиента, говоря с искренней улыбкой и желанием помочь. Где-то внутри клиента начало просыпаться чувство обязанности, но без боли. Да, клиент в этот самый момент чувствовал себя именно обязанным. Ему было неудобно, что психолог перед ним так старался — ему просто не хотелось чувствовать себя капризным ребенком.

Клиент — Попробуем, ладно.

Психолог — Вот и хорошо. Возьмите одну из свечей и зажгите ее, а потом поставьте на пол.

Клиент зажег свечу и поставил ее возле себя.

Психолог — А теперь, вы же помните свое теоретическое определение любви? Вы хотели понять, как это отдать и не терять в тоже время. Помните?

Клиент — Да, я это помню.

Эксперимент шел и у клиента в душе что-то кликало. Он пока не осознавал этих изменений, но видя эти свечи, он постепенно складывал пазл где-то там в самой глубине своего разума.

Психолог — Та свечка, которая горит возле вас — это вы. Ну представьте, что вся ее длина — это ваша жизнь. Представили?

Клиент — Угу.

Психолог — А теперь представьте, что пламя — это любовь. Теперь представьте, что 5 остальных свечей это люди, которые вам дороги.

Клиент задумался неоднозначно.

Клиент — Почему тогда у них не горит пламя, а у меня горит? Почему это они все должны загореться от моей свечи? Я не обязана им помогать зажигаться. А почему они не могут мне помочь зажечься? Почему именно от меня что-то отнимают?

Психолог — Ну, ок возьмите свечку, которая без пламени, а эту зажженную отдайте мне. Теперь эта свечка без пламени — вы. Кстати, представьте, что ваша мама — это зажженная свеча. Хорошо?

Клиент — Мне неприятно думать об этом, но давайте я просто посмотрю.

Психолог — Давайте!

Психолог игриво, с добротой и оптимизмом взял зажженную свечу и поставил ее в центр.

Психолог — Вот смотрите и слушайте внимательно. 5 свечей незажженных это вы и другие люди. У вашей мамы-свечки есть любовь. И вот она зажигает сначала вашу свечу — и у вас появляется пламя любви. От этого свеча вашей мамы потеряла что-то?

Клиент — Нет.

Психолог — Теперь возьмите пожалуйста свечу свою, зажженную и помогите моей свече загореться.

Клиент зажег свечу психолога.

Психолог — А теперь представим, что остальные свечи это другие люди, которым страшно. Они бояться темноты. И раз вы сказали в начале, что любовь — это свет. То тогда все сходится. Скажите, стало светлее в кабинете?

Клиент — Угу.

Психолог — А вы чувствуете что что-то потеряли от того, что ваша свеча зажгла мою? Просто ответьте.

Клиент — Нет.

Психолога — А теперь я зажгу свечу другого человека.

Постепенно зажглись все свечи. В кабинете стало много света. Какие-то из свечей клиент зажег 2 раза. В какой-то момент психолог просто мягко улыбнулся клиенту. В кабинете повисла тишина. Клиент смотрел на центральную и о чем-то думал. На его лице было написано сожаление то ли непонимание — было сложно понять, о чем он думал.

Психолог — Что ж, вы выстояли этот эксперимент. Я понимаю, что вы итак все это знали. Но поймите, как мне важно было просто показать это.

Клиент не выходил из задумчивости. И когда психолог хотел включить свет, открыть окна и задуть свечи, клиент схватил центральную свечу, аккуратно поставил ее рядом и сказал с очень большой просьбой в голосе и так по-детски.

Клиент — Как сделать так, чтобы мамина свечка была бесконечной? Пожалуйста, можно ли мне оставить маму?

Психолог обнял клиента, пока клиент плакал.

Психолог — Все хорошо. Вы в безопасности. Плачьте..

Клиент нечаянно в неловком движении поломал свечку мамы, что вызвало истерику.

Клиент — Что я наделала?????

Психолог — Это лишь свечка. Все хорошо. Вы ничего не сделали.

Психолог немного отошел от клиента.

У клиента возникла истерическая паника и он начал плакать навзрыд, пытаясь соединить поломанные части свечи.

Клиент начал орать — Я так больше не могу. Я не могу так больше! Я не хочу умирать! Но жить я тоже не могу! Помогите мне, пожалуйста, сделайте что-нибудь. Помогите. Я вас прошу. Помогите. Мне больно.

Психологу было сложно смотреть на страдания и боль клиента. Он чувствовал его боль сам. Но он старался держаться, пытался объяснить клиенту, что постепенно все пройдет. Но клиент рыдал так сильно, хватаясь за живот, что он не слышал ничего. Тогда психолог присел рядом, обнял клиента и позволял ему чувствовать боль и плакать.

Психолог гладил клиента по голове, от чего клиент рыдал еще сильнее. Так продолжалось еще 15 минут пока клиент не начал успокаиваться.

Психолог — Я бы хотела предложить вам терапию гипноза. Не переживайте! Вы будете в этом кабинете и вам не нужно будет никуда выходить. Вы будете в безопасности. Это пока единственный способ, который реально сможет вам помочь решить проблемы. Подумайте над этим, пожалуйста.

Клиент долго молчал. Он не хотел, чтобы было больно, и в глубине души знал, что ему предстоит испытать много неприятных для него ощущений, которые бы он не хотел испытывать.

Клиент — Я подумаю над этим, но давайте я завтра об этом подумаю, как Скарлетт.

Психолог улыбнулся. Клиент смог пошутить.

День четвертый

Клиент пришел через неделю и выглядел очень отрешено.

Клиент — Я чувствую, что больше так не могу. Я снова вошла в коридор и застряла. Вы понимаете, это как безвыходность. В коридоре только две двери. И я не хочу ни в одну из них. Но и в коридоре быть не хочу.

Клиент очень долго еще прямо с порога рассказывал о своих ощущениях, выглядя при этом так плохо, что было понятно, что если бы ему, правда, не было так плохо, он бы не пришел.

Психолог начал терапию.

Психолог — Вас снова беспокоит этот коридор? Опишите коридор. Может он не так уж и плох?

Клиент — Меня достал этот чертов коридор! Я так больше не могу! Не могу! Помогите мне, пожалуйста.

Клиент рыдал и не мог остановить тревогу, истерику. Клиент схватил ручку и пытался проколоть себе горло, демонстративно показывая психологу, что если он не поможет… Казалось, он близок к суициду.

Психолог принял решение дать ему седативное. Это было то, что он мог сделать в данный момент.

Психолог — Успокойтесь, пожалуйста. Все хорошо. Сейчас вы немного поспите и вам станет легче.

Психолог дал клиенту седативное и тот уснул. Пока клиент спал, психолог работал над схемой того, что происходило в голове у клиента. Для него четко было, что клиент ассоциирует коридор, как то место, где он находится. Коридор означает что-то узкое. Узость мышления клиента и неспособность думать глобально была очевидна. Красную дверь клиент ассоциировал с депрессией. Серую дверь с жизнью. Клиент не хотел идти в серую дверь, потому что боялся брать за свою жизнь ответственность. Он также не мог пойти в красную дверь, потому что боялся депрессии. Он также не хотел оставаться в коридоре. Психолог хотел показать все возможные выходы клиенту.

Клиент — Спасибо. Мне намного лучше. Мысли ушли. Было ощущение, что меня затягивают в красную дверь, а я так боюсь туда идти. Понимаете, я бы никогда сама не вошла в красную дверь.

Психолог — А что конкретно означает для вас красная дверь, и как вы видите коридор.

Клиент — Красная дверь — это та пропасть, в которую падаешь и без руки помощи не можешь выбраться. Это сложно рассказать. Это как, когда в груди сдавливает, и ты не можешь дышать, есть, пить и жить вообще не можешь.

Клиент вдруг остановил рассказ.

Психолог — Готовы продолжать?

Клиент — Да, но мне нужно выпить крепкий кофе, пожалуй, после такого глубокого сна.

Клиент выпил кофе и был готов работать дальше.

Психолог — Да, вы проспали целых два часа. Вам легче?

Клиент — Да, но я бы хотела немного перевести дух. После такой спячки, ощущения неясные в голове. Она у меня немного болит. Наверное, кофеин еще не дошел до нужных рецепторов.

Спустя 15 минут, вдруг клиент бросил детский взгляд на психолога и неожиданно искренне сказал.

Клиент — Вы знаете, я боюсь, что я вам так доверяю.

Психолог — Почему?

Психолог улыбнулся, демонстрируя безопасность.

Клиент — Ну, я чувствую, что нельзя тотально доверять все другому человеку, потому что… А вдруг я вас где-то встречу потом. Мне будет очень неловко. Даже если вы психолог, вы ведь не будете всегда со мной. Но сейчас вы стали моей точкой опоры и это дико неправильно. Ведь точка опоры должна быть во мне внутри.

Психолог — Я здесь для того, чтобы помочь вам найти вашу внутреннюю точку опоры. А за «неловкость» можете не беспокоится. Я уверена, что вы знаете, что такое безоценочное суждение. Я поведу себя корректно, даже если случится такая ситуация. Я сделаю вид, что никогда вас не видела прежде. Вы можете мне полностью доверять. Я здесь, чтобы помочь вам. Вам лучше?

Психолог сказал это с такой неподдельной мягкостью и добротой.

Клиент — Мне не лучше. Но намного легче. Это состояние гораздо лучше чем то, в котором я пришла к вам. Хотя голова еще болит. Знаете, так много людей осуждают тех, кого даже не знают. Я думаю, люди иногда вообще забывают, что мы не телепаты и не можем читать других людей. Например, я часто выставляю фотки «счастливая я и жизнь у меня счастливая». Мне совсем не хочется это выставлять, но как быть настоящей, когда вокруг столько осуждающих людей?

Мысли клиента путались.

Клиент — Понимайте, ведь у меня свои собственные мотивы, для чего я выставляю эти фотки. А люди думают, что я неприменно счастлива. Хотя мне и плевать на то, что думают люди, но если они только знали истинную причину.

Клиент засмеялся.

Клиент — Это так смешно. Я делаю это для парня, с которым рассталась недавно, а люди думают, что я счастлива. Какой абсурд! В самые сложные периоды я выставляю счастливые фотки.

Психолог — Вас беспокоит, что думают люди? А мнение парня, почему вас так беспокоит?

Клиент — Люди меня не беспокоит. Мне все равно, что они думают. Просто это так абсурдно. Ведь в самые трудные моменты моей жизни, все они думают, что я счастлива, судя лишь по фото в социальной сети. А ведь именно тогда, мне наиболее необходима помощь и чтобы меня обняли. А вот насчет парня… Я даже не знаю. Просто это же уже как правило — не показывать, что тебе больно. Это ведь некрасиво и непривлекательно.

Психолог — Вы думаете, что для настоящих отношений, нужны фейковые инстументы?

Клиент — Я так не считаю. Но этот закон или аксиома — называйте это явление, как хотите, но оно работает. Это странно и так быть не должно конечно. Но кто ценить настоящую персону? Никто. Ведь, когда человек настоящий, от него может плохо пахнуть, потому что он забыл зубы почистить и вышел на пробежку. Когда человек настоящий, он может иметь кучу разных болячек, например, молочница или язва желудка. Когда человек настоящий, он некрасивый с утра, он не причесан, лицо выглядит как у умирающей бабки, потому что он еще не сделал укладку и не сделал макияж. Когда человек настоящий, ему больно. Он плачет. Он сутками или даже месяцами может сидеть дома и писать в социальных сетях, что он сегодня сходил на пробежку и что он усердно работает, хотя все, что он делает в эти дни или месяцы, это валяется на диване и пялиться в телек, и месяцами не моется. А зачем ему мыться? Он же не выходит никуда, и чувствует себя дерьмом. А кто захочет быть с дерьмом?

Психолог — А вы бы хотели обнаружить однажды, что человек, которого вы выбрали, все это время пока встречался с вами, всего лишь «казался», создавал впечатление, чтобы вам понравится, но он не такой окажется в реальной жизни?

Клиент — Нет, это тоже плохо. Я не знаю еще, что лучше. У меня болит голова. Может у вас будет обезболивающее? Давайте позже поговорим о том, что такое быть или казаться.

Психолог — Попробуйте выпить воды и немного подождать. А если хотите поспать еще, то вы можете это сделать.

Клиент — Я все-таки хочу принять таблетку. Голова очень болит. Исчезли мысли и за это спасибо, но мне хочется чувствовать себя, действительно, лучше.

Клиент принял обезболивающее в двойной дозе по собственному желанию. Прилег на диван и стал ждать.

Клиент — Я осознаю, что всеми правдами и неправдами пытаюсь уйти от старта принятия решения. Мне жаль своего и вашего времени. Я знаю, что должна уже начать решать проблемы, а не убегать от них.

Психолог — Вы очень смелая. И вы уже сделали первый шаг, а этот шаг самый трудный.

Клиент — Спасибо. Но я совсем не смелая. Я плохая. Я ничтожество и вы это знаете. Пожалуйста, давайте вы не будете мне врать.

Психолог– Я не вру вам. Вы просто не видите того, что вижу я. Вот посмотрите на потолок. Какой он по-вашему?

Клиент окинул потолок взглядом с дивана.

Клиент — Белый. Обычный. Как и везде.

Психолог — А вот и нет! То есть, конечно, да, но только, если смотреть на него с дивана, на котором вы сидите. Если вы подойдете ко мне, то увидите, что потолок двойной и освещается изнутри светодиодной лентой. Подойдите же!

Клиент подошел к психологу и посмотрел на потолок с места психолога.

Клиент — Да и правда. Это такой трюк в этом кабинете, чтобы сказать, что все, что мы видим, не является реальностью. Или типо, что мы видим по-разному с разных углов. Мне нравится такая задумка. Но это тупо. Это не лечит, потому что все итак понятно.

Психолог — Если честно, при строительстве не было никакого смысла. Мне просто нравится светодиодная лента и такой дизайн потолка. Так уж получилось, что именно с дивана не видно всего потолка.

Клиент почувствовал всю свою глупость.

Клиент — Значит это я слишком много анализирую. Ясно. Я слишком много смысла придаю вещам, которые смысла вообще не имеют.

Психолог что-то писал в своих заметках.

Клиент — Знайте, ведь опыт всего человечества ошибаться не может. Ведь, уже всем понятно, что сначала нужно «играть по правилам», а потом, как сложится. Я не находила человека, который бы был способен на абсолютную любовь, если мы говорим об отношениях мужчины и женщины. Кто-то всегда зависим сильнее, и кто-то всегда позволяет себя любить. Разве не так? Я еще не видела брака, основанного на любви.

Психолог — Брак и любовь это правда чуть разные вещи и я бы тоже не поставила равно между этими понятиями.

Клиент — А чтобы вы выбрали любовь всепоглощающую, но короткую, как вспышка фотоаппарата или договор между вами и еще кем-то, кто иногда будет раздражать и бесить вас, но этот договор будет более долгий? Скажем, как догорание спички.

Психолог — Расскажите сначала, что вы думаете на этот счет.

Психолог игриво улыбнулся клиенту.

Клиент — Ну, конечно, в идеале сначала «сфоткаться», а потом догорать с кем-то другим. Но ведь в реальной жизни все не так просто. Тебе не удается сначала испытать истинную взаимную всепоглощающую любовь, а потом вступить в брак. Ведь в любви нет договора, нет прав и обязанностей, нет ответственности и мер наказания. Любовь — это же не договор. А вот в браке двум людям нужно терпеть столько всего неприятного, что любовью это сложно назвать. Я бы хотела, чтобы любовь выливалась в брак, где бы люди уже знали, что нельзя и что можно. Но это невозможно.

Психолог — Почему вы считаете, что это невозможно? Может, вы просто не видели еще реальных примеров, где это вполне возможно?

Клиент — Я считаю, что если женщина уже привыкла быть любима, то она не будет ничего терпеть. А брак подразумевает, что женщина должна быть терпилой в какой-то степени.

Психолог — А терпение разве не компонент любви?

Клиент — Я уже не знаю, но считаю, что женщина, которая хочет в брак, должна понимать, что ей предстоит многое прощать, на очень многое закрывать глаза, многое не замечать, чтобы просто поддерживать крепкий союз. Но какой это имеет смысл, если мужчина все равно может уйти? Зачем женщине многое терпеть и прощать годами, если мужчина может через 20 лет брака просто уйти? Это же не разумно. Многие женщины не чувствует себя полноценными без мужчины и без статуса, что она замужем. Почему это происходит?

Психолог — Возможно, эти женщины сами по себе неполноценны. Но ведь есть и другие, которые чувствуют себя самодостаточно без мужчины. А вы знали о том, что и от мужчин уходят женщины? Мужчины тоже чувствуют себя неполноценными, не будучи в отношениях. У мужчин тоже есть эти деления на тех, кто чувствует себя самодостаточным и полноценным без женщины и на тех, кто ощущает себя неполноценным, если у него нет женщины.

Клиент — Что самое интересное во всей этой истории, это то, что минус притягивается к плюсу. И в итоге мы видим неполноценную женщину и самодостаточного мужчину, ну, или наоборот.

Психолог — Да, такое часто происходит. Но также есть случаи, когда обе личности зрелые и полноценные.

Клиент — Я в такое не верю. Плюс к плюс не притягивается. А если и происходит такой союз, то происходит минус, в виде их ребенка, которого оба родителя недолюбили. Мне кажется, кто-то обязательно должен любить ребенка больше, чем себя.

Психолог многозначительно посмотрел на клиента с выражением чего-то, чтобы ему хотелось сказать, но он не говорил.

Психолог — Мать всегда любит своего ребенка больше себя. Поверьте мне.

Клиент — У меня пока нет детей, и я не знаю этого. Но ведь бывают случаи, когда из-за гипер любви матери детям становилось хуже. Например, классическая история, когда мать любит своего сына настолько сильно, что она не может вытерпеть другую женщину рядом с ним. И в итоге, сын растет с вечным долгом перед матерью. Он не самостоятельный и не умеет принимать решения. А если жениться, то весь брак держится на мудрости и терпении жены его. Мать подсознательно всячески разрушает брак собственного сына, а потом удивляется, почему развод, и конечно, все невесты сына ей не нравятся. Но находится одна самая отчаянная, которая очень хочет в брак и именно ей достается больше всего. Ей приходится терпеть не только его, но и его мать. И если ей прям катастрофически нужен этот брак, она будет терпилой первые 10 лет. Потом либо ее личность начнет расти, либо мужчина находит новую жену.

Психолог — Вы очень глубоко рассуждаете на тему брака. Такое ощущение, что вы уже были в браке и что я разговариваю с человеком, который прожил целую жизнь. Но вы такая юная.

Клиент — Вы высокого мнения обо мне. Я не могу решить свои проблемы, а рассуждаю о браке. Бегство — это трусость?

Психолог — Вы тут и значит, вы совсем не труслива. Это абсолютно нормально, что вам нужно время. Я не давлю на вас. У вас есть столько времени, сколько вам нужно.

Клиент — Мне кажется вы идеальный психолог. Иногда, когда я не на приеме, я часто разговариваю с вами в своей голове. А это нормально, что я разговариваю с вами вымышлено?

Психолог — Ну, конечно. Это нормально. Я тоже часто так делаю. Знаете, иногда ведь мне нужно мнение эксперта и поэтому я разговариваю сама с собой.

Обстановка стояла очень дружелюбная, непринужденная и добрая. Психолог входил в роль друга. Они шутили и болтали о всякой ерунде.

День пятый

Клиент пришел в кабинет с такой решительностью в глазах. Психолог вдруг почувствовал испуг от такого пронзительного взгляда. Но потом понял, что все хорошо и включил профессионализм.

Клиент — Я готова. Хотя мне и страшно. Но я готова в гипнозу.

Психолог — Вы знаете, как это работает?

Клиент — Я полагаю, что то, что я не могу осознать разумом, я пойму через подсознательное. Это как если бы сон можно было вспомнить от начала и до конца. Так ведь?

Психолог — Да, это похоже. Когда мы видим сны, наше сознательное не работает — включается подсознание. И поэтому во сне мы не можем анализировать. Но гипноз предполагает проводника, которому вы должны доверять тотально. Потому вы сами можете не знать, что скрывает ваше подсознание. Понимаете?

Клиент — А я буду помнить потом, что со мной было?

Психолог — Это у каждого по-разному. Невозможно предугадать точно. Но могу ли я задать вам несколько вопросов?

Клиент — Да, конечно.

Психолог — Вы видите во сне коридор и в нем две двери. Правильно ли я понимаю?

Клиент — Да, но я частично помню этот коридор и две двери. Когда у меня была депрессия, то за 5 дней до «дна» депрессии, мне снилось, что я открыла красную дверь.

Психолог — Понимаю. Душевное состояние депрессии у вас находится за красной дверью. А как вы знаете, где вы именно сейчас?

Клиент — Мне приснился сон недавно, когда я только обратилась к вам, что я открываю серую дверь. Но сон остался в моей голове очень нечетким.

Психолог — Начнем с коридора тогда?

Клиент — Да. Давайте начнем с того, с чего надо. Я готова к решению проблем.

Психолог — Коридор это как укрытие для вас?

Клиент — Именно так.

Психолог — А почему вы думаете, что в коридоре плохо?

Клиент — Сны я плохо помню, но в коридоре нет людей, кажется. А человек — существо социальное и ему нужны другие люди. Я видела много всего того, что не могу описать. Понимаете, во сне ты не имеешь тела и это нематериальный мир, и его сложно описать. Это другое пространство, с другими законами.

Психолог — Перед началом, я снова спрошу вас, вы, действительно, хотите и готовы попробовать гипноз?

Клиент — Да. Я же вам сказала, что я готова.

В голосе клиента было столько отваги перемешанной даже с какой-то злостью. Клиент желал незамедлительно начать.

Психолог медленно ввел клиента в транс.

Психолог — Вы должны понимать, что вашем случае только ваше желание сможет мне помочь ввести вас в транс. Вы будете слышать мой голос и разговаривать со мной. Ничего не бойтесь. Вещи будут казаться реальными, но я буду с вами. Располагайтесь, как вам удобно.

Клиент лежал расслабленно на диване и понимал все правила игры.

Спустя 20 минут клиент вошел в состояние гипноза.

Психолог — Вы слышите меня?

Клиент — Да, я вас слышу. Это голос в ухе из ниоткуда.

Психолога — Вы будете слышать мой голос на протяжении всего вашего путешествия.

Клиент — Я готова.

Психолога — В каком месте вы сейчас находитесь?

Клиент — Стою в коридоре.

Психолог — Опишите его. Что вы видите? Дотроньтесь до стен. У вас есть тело?

Клиент — Да, я чувствую свое тело и могу видеть свои руки и ноги. Но тело такое легкое, как пушинка. А коридор очень чистый светлый. Такой красивый. Кажется, что он из эпохи Ренессанса. Прекрасный величественный дизайн стен. Я дотрагиваюсь до стены до очень изысканного узора. Я вижу впереди колоны. Они тоже белоснежные и сливаются со всем пространством. Смотрю наверх, и вижу белоснежный высокий потолок. У меня такое ощущение, что я могу долететь до него, чтобы потрогать. Да, тело легко взлетает вверх одной лишь силой мысли — потолок такой, какого я раньше не видела никогда. Он олицетворяет величество.

Психолог — В коридоре есть хоть какая-то мебель?

Клиент — Нет, это чистый и пустой коридор.

Психолог — Почему вы не хотите в нем быть?

Клиент — Я не знаю. А вернее, я не помню.

Психолог — Как вы себя чувствуете в нем прямо сейчас?

Клиент — Мне комфортно. Ощущение полной безопасности. Как — будто я внутри такого места, где никто не может обидеть меня и мне никогда не будет больно. Одним словом, мне хорошо.

Психолог — Осмотритесь хорошенько. Там только две двери?

Психологу было важно помочь клиенту отыскать еще какие-то выходы. В свою очередь, он не понимал, почему находясь в коридоре, клиенту плохо. Ведь на подсознательном уровне ему было хорошо.

Клиент — Здесь справа от меня красная дверь и она забита досками гвоздями, чтобы я не вошла в нее.

Так подсознание клиента защищало его от боли депрессии.

Клиент — Я иду немного дальше и вижу серую дверь. Но больше никаких других дверей в коридоре нет.

Психолог — Попробуйте описать длину коридора. Он заканчивается?

Клиент — Он белого цвета. Абсолютно белого. Если даже он и заканчивается, то этого не видно. Впереди либо белая стена, либо свет. Я иду дальше, но он очень длинный и бессмысленно идти. Это все равно, что идти по беговой дорожке, ты не придешь к концу. Понимаете?

Психологу захотелось посмотреть на реакции подсознания клиента, если он будет в коридоре больше чем 1 день. Что будет происходить?

Психолог — Вот вы уже находитесь в этом коридоре 3 дня. Что происходит с вами?

Психолог активно работал с клиентом. Сознание клиента не могло анализировать ничего, и поэтому клиент просто верил, что находится там уже 3 дня.

Клиент — Я хочу выйти из него в другое место. В любое другое место. Мне плохо.

Психолога — Ответьте мне. Что есть в коридоре? Что-то изменилось?

Клиент — Ничего.

Психолог — Посмотрите на себя. Что-нибудь изменилось?

Клиент — Я стала желтого цвета. И это даже не я. Это мое состояние. Когда я перемещаюсь, то оно идет со мной. Это то, что зовется энергией.

Психолог — А когда в первый день были в коридоре, какого цвета была ваша энергия?

Клиент — Я думаю, либо белого, либо прозрачного. Понимаете, коридор белый и он не терпит никаких других цветов.

Психолог — Что с дверьми? Ничего нового не появилось?

Клиент — Только две двери. Ничего нового.

Психолог — Красная и серая?

Клиент — Да.

Психолог — Вы готовы войти в какую-либо из них? Если вам в коридоре плохо, то выйдите из него.

Клиент — Если выбирать, то только не в красную. Лучше в серую. Я попробую. Пожалуйста, не оставляйте меня там. Я вас очень прошу. Мне страшно выходить из коридора, но и быть там я не могу. Коридор вытесняет желтый цвет моей энергии.

Психологу — Не оставлю. Описывайте каждое движение и все, что вы видите. Каждое новое событие или предмет, увиденный вами. Открывайте серую дверь и входите в нее.

Клиент — Я открываю серую дверь. Там столько людей. Все они чем-то заняты. Я могу контролировать время силой мысли. Это место такое активное. Столько шума самого разного. Вот кто-то торгует шинами, вот уже красивый ресторан в ночном Париже, в котором все очень изыскано. Вот я перемещаюсь в Россию. Я в Москве. Красная площадь. Новый год.

Психолог — Что происходит с людьми? Вам нравится чья-то жизнь?

Клиент — Там много людей и с ними происходит все, что может происходить.

Психолог — Давайте вы остановите свой внутренний взор на какой-то одной ситуации. Опишите мне ее.

Клиент — Люди занимаются разными делами. Я вижу отель. Он такой красивый. Страна очень теплая. Номер в отеле такой большой и уютный. Там двое влюбленных. Боже, как он на нее смотрит. С такой любовью в глазах. Я могу чувствовать их чувства и смотреть их мысли. Невероятно.

Психолог — Какого это смотреть мысли?

Клиент — Это так, как будто я вижу их намерения. Эти люди прозрачные для меня. Я вижу их страхи. Я вижу их боль. Я вижу все, что они испытывают.

Психолог — Продолжайте.

Клиент — Я вижу, что он боится потерять ее. Она так хороша собой. Он ей нравится, но скорее как хороший надежный друг. А у него влюбленность. Он реально в нее влюблен. Он видит в ней самую красивую девушку. А она так себя не видит. А его глазами и ощущениями, она просто воплощение идеала.

Психолог — Как его видит она?

Клиент — Он ей не очень симпатичен, но ей просто скучно и хочется провести с кем-то время. Есть другая девушка, которая видит его совсем по-другому. Он ей кажется мужчиной — мечты, но он не смотрит на ту девушку так, как на ту, в которую влюблен. Хотя обе девушки совершенно одинаковы.

Психолог — А почему та девушка, в которую он влюблен, не отвечает ему взаимными чувствами?

Клиент — Старая добрая драма. В ее сердце другой, и у того другого тоже другая.

Психолог — А вы видите их лица?

Клиент — Ну, да.

Психолог — Опишите себя в этом пространстве. У вас также желтая оболочка энергии? На что это похоже? Как вы можете видеть этих людей?

Клиент — Это так, как будто я зритель и наблюдаю за всем происходящим. Подумав, чтобы приблизиться к каким-либо людям, у меня это получается. Себя я особо не вижу. Меня вообще нет в том пространстве.

Психолог задумался, кто эти люди. Они реальны или лишь плод воображения клиента? Психолог был убежден, что это лишь игры подсознания.

Психолог — Все это видите в реальном времени? Как это вас нет в том пространстве?

Клиент — Ну, так. Я же нахожусь физически у вас в кабинете. Конечно, моего тела там быть не может. Насчет времени, я не знаю.

Психолог — Получается, за серой дверью ваше мышление работает? Скажите, а вы осознаете, что за голос говорит с вами?

Клиент — Да, я понимаю, что я под гипнозом. И голос, это ваш голос.

Что-то шло явно не так. Этого не было в практике гипнотерапии никогда. Сознание не могло быть включено. Психологу показалось это весьма необычным, но он все еще был уверен в том, что все, что видит клиент — это лишь игра подсознания.

Психолог — Вы можете найти человека, который тоже боялся ответственности за свою жизнь, но взял ее?

Клиент — Это так не работает. Я не могу просто заказать сюжет. Я не вижу помыслы издалека. А в мире так много людей и определить, кто боится брать ответственность или боялся, не так-то и просто. Нужно приблизиться к каждому.

Психолог — Давайте вернемся к той паре в отеле. Что происходит у них?

Психолог был полностью обескуражен, но все — таки сумел взять себя в руки и продолжать вести терапию. Но он не знал, как вести терапию, когда клиент осознает все. А вдруг подсознание не открылось?

Психолог — Вы сможете находиться там неделю?

Клиент — Нет, я не могу быть в вашем кабинете неделю. Чтобы там неделю находиться, то нужно у вас в кабинете быть столько же.

Психолог — Вы помните, что было в коридоре?

Клиент — Нет.

Психолог — Но ведь вы должны помнить, откуда вы вошли в серую дверь. Не помните?

Клиент — Я не помню, как я оказалась здесь. Но четко осознаю, что мое тело лежит на диване у вас в кабинете, а сознание тут.

Психолог — Хорошо. Я вам расскажу. Вы были в белом коридоре, там вы были три дня и потом вошли в серую дверь. В коридоре вы не осознавали, что ваше тело здесь. Ваше критическое мышление не работало.

Клиент — Что это значит? Нормально ли, что оно работает сейчас?

Разумеется, это было ненормальным, и психолог не знал, как работать дальше.

Психолог — Да, не переживайте. Все нормально.

Психолог сделал глубокий вдох и выдох.

Психолог — Вернемся к той паре. Опишите их внешне.

Клиент — Он высокий светловолосый мужчина 45ти лет. У него зеленые глаза. И, похоже, он итальянец или француз. Я еще не поняла. Она русская девушка 32х лет. Внешне она красивая. Но в его глазах, эта красота в десять раз преумножена. У нее славянская внешность. Темно-русые волосы. Карие глаза. Она обычного для девушки роста.

Психолог — А как вы можете смотреть его глазами?

Клиент — Я не знаю, как это работает. Но лишь мыслью я могу почувствовать то, что чувствует он.

Психолог — Как его зовут?

Клиент — В его голове пока только ее имя, образ и ее жизнь.

Психолог — А ее как зовут?

Клиент — Марина. Она из Иркутска. Ему вдруг стала интересна Россия и все, что связано с ней. Это впечатляет. Он ищет ее в социальных сетях.

Психолог — Находит?

Клиент — Да, он находит ее страницы. Он даже создает свои, чтобы смотреть за ее обновлениями. Как забавно, а я-то думала, так только девушки делают.

Психолог — В какой они стране?

Клиент — Сейчас посмотрю. Это так быстро не работает. Мне надо отдалиться от его сознания, чтобы посмотреть страну и место. Это очень жаркая страна. Люди темнокожие, женщины покрытые — похоже на Эмираты. Я ошиблась, это Королевство Бахрейн. Место очень схожее с Эмиратами. Улицы чистые и торговые центры красивые. Здесь много богатых людей.

Психолог — А как они оказались там?

Клиент — Я не знаю. Мне нужно снова вернуться в их мысли, чтобы увидеть.

Клиент еще 5 минут описывал красоты города и отеля.

Клиент — Он по работе оказался там. Марина отдыхает там, как турист. Я думаю, ей повезло, что они встретились.

Психолог — А как они встретились?

Клиент — Мне нужно посмотреть их воспоминания. Я приближаюсь ближе к нему. Он был глубоко одинок и разбит до встречи с ней. Он ощущал пустоту и одиночество, которое забивал работой. Его зовут Пьер, кстати. Он француз. Пьер был в супермаркете, чтобы купить футболку. Смотрел в свой телефон расписание на неделю. Марина подошла к нему и спросила про бутик Фореве твенти уан. Он был поражен красотой девушки с первого взгляда. Пьер даже и не знал, что это за бутик, но сказал, что проводит ее. Он быстро нашел в интернете, что это и где находится, и проводил Марину. По пути, он пригласил ее на ужин. Он взял ее номер. И это был один из самых счастливых дней в его жизни.

Психолог знал, что клиент ни разу не был в Бахрейне и такие мелкие детали он не мог знать о жизни там. Но мнение психолога было такого, что клиент где-то посмотрел передачу про Бахрейн. Может быть, прочитал где-то что-то.

Психолог — А в каком отеле они находятся?

Клиент — Софител Бахрейн. Администратор отеля записывает какие-то числа. Он снова протирает свое рабочее место. Я не хочу лезть в голову администратора, но он явно какой-то нервный. Ой, я вижу, почему он нервный. В отеле случился несчастный случай и он ждет приезда полиции. Он зол, что это случилось именно в его смену.

Психолог — Что случилось?

Клиент — Мальчик упал с девятого этажа отеля и разбился. Администратор делал все, чтобы гости отеля этого не знали, и он, вероятно, переживает, что приезд полиции помешает ему скрыть от гостей этот инцидент.

Психолог — Полиция приехала?

Клиент — Полиция в пути. Это был несчастный случай.

Психолог не знал, продолжать ли терапию. Да и что за терапия это была, если все пошло не так, как должно было.

Психолог — А вы можете найти дверь в коридор?

Клиент — Можно я у вас спрошу. Как это поможет мне?

Психолог — То, что вы знаете мотивы и намерения людей, которых видите — это ведь тоже хорошо. Так вы можете выйти в коридор?

Клиент — Нет. Я не знаю, о каком коридоре речь. Я хочу открыть глаза и оказаться в вашем кабинете.

Психолог — Стойте, стойте. Успокойтесь. Сейчас вы придете в себя.

Психолог понимал, что бессилен. Он не может вернуть клиента, потому что сознание клиента изменилось. Он осознавал, что под гипнозом и обычные техники уже не работали.

Психолог — Вспомните очень медленно, как вы оказались там. Вернитесь назад.

Клиент — Хорошо. Попробуем. Вот мое сознание покидает этот отель, этот город, страну. Я над ними. Вокруг меня много шума. Какая-то серая дверь. С левой стороны дверь, а с правой стороны этот шум из людской суеты.

Психолог — Войдите, пожалуйста, в эту дверь.

Клиент — Открывая дверь, я вижу абсолютно белое пространство.

Клиент замолчал на пару минут.

Психолог — Вы слышите меня?

Клиент — Да.

Психолог — Кто говорит с вами?

Клиент — Какой-то женский голос в ухе. Мне страшно. Я одна в коридоре. Он абсолютно белый.

Психолог — Посмотрите на руки. Какие они?

Клиент — Белые. Я вся невесомая и сливаюсь с коридором.

Психолог — Там также две двери?

Клиент — Здесь красная дверь забитая гвоздями досками и серая.

Психолог вздохнул с облегчением. Теперь, когда критическое мышление клиента отсутствовало, он мог использовать техники гипноза, чтобы вернуть клиента.

Психолог — Добро пожаловать! Как вы себя чувствуете?

Клиент открыл глаза и очень долго не мог прийти в себя.

Клиент — Пожалуй, я присяду. Можно ли мне, пожалуйста, воды.

Психолог принес ему воды.

Психолог — Вы помните что-то?

Клиент — Похоже на то, что я уснула.

Этот сеанс был закончен. И у психолога было больше вопросов, чем ответов. Когда клиент ушел, психолог не понимал, как дальше работать. Если клиент не помнит ничего из того, что видел, то опыт явно не отложится у него. Психолог также не понимал, было ли за серой дверью подсознание клиента открыто, или работало сознание. Что это были за рассказы? Всего лишь фантазия клиента или что-то большее?

День шестой

Клиент — Почему вы это делаете? Зачем это вам?

Клиент пришел к психологу спустя неделю чем-то очень озадаченный.

Психолог — Для начала, «Здравствуйте!». Присядьте, пожалуйста.

Клиент сел на диван и смотрел на психолога, пытаясь найти ответ на свой вопрос.

Психолог — Делаю что? О чем именно вы говорите?

Психолог делала вид, что не понимает, о чем шла речь. Старался уходить от темы, задавая вопросы про самочувствие клиента.

Психолог — Вы мне лучше скажите, как прошла ваша неделя? Как вы себя чувствуете?

Клиент пристально смотрел на психолога с тем же вопросом в глазах.

Психолог — На неделе было холодно. Не правда ли? Какой ураган был, прямо как в фильмах, или как будто мы живем в Малайзии. Ливень просто был стеной один день. Вы не заметили?

Клиент — Я хочу знать, зачем вы так хотите мне помочь?

Психолог — Это моя работа. Я всего лишь хорошо делаю свою работу. Вот и все.

Клиент — Но ведь… Как такое может быть нормальным…

Психолог оборвал клиента и не дал закончить ему фразу.

Психолог — Может быть вы хотите чаю? У меня есть очень вкусный и редкий чай, который я привезла из поездки в Индию.

Клиента мучил вопрос, почему психолог выделяет так много внимания на помощь одному клиенту. Он не мог понять, как такое могло быть нормальным. Психолог в это время выкручивался из положения отвечать на неудобные ему вопросы.

Клиент — Да, давайте чаю.

Пока психолог заваривал чай, клиент попытался посмотреть на стол психолога в бумаги, чтобы понять, что происходит.

Психолог — Ну так, вы вспомнили все, что было на прошлом сеансе?

Клиент — Нет.

Психолог — Что вы пытались найти на моем столе? Вперед. Можете посмотреть. Мне нечего скрывать.

Клиент — Что вы! Это лишь от любопытства. Я не пыталась ничего найти. Спасибо за чай. А что было на прошлом сеансе?

Психолог — Мы применили к вам гипноз.

Клиент — Это я знаю. Но вы сказали, что я должна была помнить. Что идет не так? Скажите мне, пожалуйста, правду. Я хочу знать.

Психолог сел рядом с клиентом.

Психолог — Понимаете, у вас необычный случай. Я с таким ранее не сталкивалась. Всю неделю я искала научные труды, в которых бы были подобные ситуации, но такого еще не было в истории.

Клиент внимательно слушал психолога.

Психолог — Понимаете, обычно, когда человек находится под гипнозом, он не думает критически. Но у вас присутствовало критическое мышление. Вы умная девушка и вы должны все понять.

Клиент — То есть терапия не идет так, как надо?

Психолог — Если честно, я не знаю, идет ли она вообще. Вы ведь так и не вспомнили, что было за серой дверью?

Клиент — Не вспомнила. Пожалуйста, давайте продолжим гипноз и может быть в этот раз все получится.

Психолог взглянул на трезвый взгляд клиента.

Психолог — Может быть вы и правы. Вы готовы к еще одному погружению в гипноз?

Клиент — Да, я готова.

Психолог подошел к столу и стал перелистывать свои записи, читать их клиенту.

Психолог — Вот послушайте, вы были в коридоре, потом вы вошли в серую дверь. Там вы остановились на девушке по имени Марина и на мужчине по имени Пьер. Это было в Бахрейне.

Клиент — Подождите. Где это было?

Психолог — В Королевстве Бахрейн.

Клиент — Это было в прошлом?

Психолог — В настоящем.

Клиент — Я не понимаю. Королевство Бахрейн? Это напоминает мне что-то из учебника по истории древности.

Психолог — Есть такая страна. Вы должны это знать, раз уж упомянули именно ее.

Клиент — Я не знала, что такая страна существует. Никогда не слышала этого названия. А где она находится?

Психолог показал карту и указал место, где располагалось Королевство Бахрейн.

Клиент — Да, уж… Я вообще ничего не знаю про эту страну.

Психолог — Вполне, возможно, вы читали где-то про Бахрейн или смотрели какую-то передачу, но забыли об этом. Такое бывает. В этом нет ничего страшного. Люди иногда смотрят на какие-то цифры в течении дня или просто фоном у них звучит какая-то информация и их подсознание хватает эту информацию, минуя сознание. Понимаете? Это нормально.

Клиент — А что тогда ненормально? То, что я не помню ничего?

Психолог — Нет, это тоже нормально. Но когда люди под гипнозом, у них отключается критическое мышление. Но вы все осознавали. Жаль, конечно, что вы не помните.

Клиент — Я хочу, чтобы вы еще раз ввели меня в гипноз. Я хочу вспомнить.

Психолог — Ладно, вы уже выпили свой чай?

Психолог постепенно ввел клиента в состоянии транса. Тот спокойно лежал на диване.

Психолог — Где вы?

Клиент — Я в коридоре.

Психолог — Кто говорит с вами?

Клиент — Голос в ухе.

«Отлично!» — подумал психолог. Мы в точке!

Психолог расспросил клиента про коридор. Клиент описывал все тот же коридор с теми же дверьми. Ничего не изменилось. И клиент не осознавал ничего.

Психолог — Войдите, пожалуйста, в серую дверь.

Клиент — Я вхожу серую дверь.

Психолог — Шумно?

Клиент — Да.

Психолог — Кто с вами говорит?

Клиент — Голос.

Психолог — Вы помните тот отель в Бахрейне?

Клиент — Да.

Психолог — Вернитесь туда.

Клиент — Я вижу того же самого администратора на ресепшине. Ничего не изменилось. Все та же суета в отели.

Психолог — А где та девушка? Марина.

Клиент — Ее нет в отели. Она в Иркутске.

Психолог — Как вы поняли, что ее нет в отели, и что она в Иркутске?

Клиент — Я просто подумала о ней, и я чувствую ее. Могу переместиться к ней.

Психолог — Давайте.

В кабинете витала какая-то тишина. 1 минута молчания клиента показалась вечностью. Психолог переживал, а что если клиент снова будет осознавать все.

Клиент — Она думает о нем. Она слишком сильно о нем думает. Мне больно.

Клиент свернулся в клубочек и напрягся, бормотая, что испытывает боль.

Психолог — Вам или ей?

Клиент — Я чувствую ее боль.

Психолог — Что вы можете в том пространстве? Попробуйте посмотреть на себя.

Клиент — У меня не получается посмотреть на себя. Меня не существует. Я как будто наблюдаю кино, или я внутри экрана, но не могу повлиять на события.

Психолог — Почему ей больно?

Клиент — Она хочет быть с ним. Я отмотала еще месяц в будущее вв ее голове. Мне так больно. Это отчаяние. Да, она дура какая-то! Она слишком много пишет ему. Зачем?

Клиента начало трясти.

Психолог пытается отвести внимание клиента от девушки.

Психолог — А что происходит с ним? Где Пьер?

Клиент — Он любит ее, но он занят работой. Он тоже искренне хочет быть с ней. Он сейчас в Австралии. Я вижу экран его телефона и там 10 сообщений и все от Марины. Он хочет ответить, но не хочет это делать на бегу. Я не хочу больше смотреть. Мне нестерпимо больно.

Психолог — Почему вы испытываете боль?

Клиента — Все, что они испытывают, я испытываю гораздо больше. Он ощущает разочарование и раздражение от того, что она его достает. Его разочарование это как полное опустошение для меня.

Психолог — Посмотрите на других людей. Почему вы выбрали именно их изначально?

Клиент — Они были так влюблены, и мне бы хотелось, чтобы кто-то также смотрел на меня, как он смотрел на нее в тот момент в отеле. Мне было приятно от эйфории. Ведь я могу чувствовать их чувства гораздо сильнее.

Клиент напрягся.

Психолог — Вы можете продолжать?

Клиент — Возможно.

Психолог — Скажите, а то, что вы видели будущее в ее голове. Это как?

Клиент — У людей есть много путей. Это как громадная трасса, по которой шагает человек. И в какой-то момент от трассы есть съезд. То в каком состоянии энергия человека, на такой съезд, он и дальше пойдет. Я вижу, что у Марины в душе пустота, отчаяние, и это заведет ее на путь боли.

Психолог — Трасса конечна?

Клиента — Любая дорога жизни имеет конец. Конечно, трасса конечна.

Психолог — Состояние Пьера, куда его заведет?

Клиент — Пьер живет работой. И его состояние заведет его к одинокой старости.

Клиент сжался в клубок и напрягся.

Психолог — Все не может быть так плохо. Вы можете посмотреть на состояние Пьера спустя время при том состоянии, в котором находится Марина?

Клиент — Да. Я продолжу. Посмотрю, что там дальше, раз начала с их истории.

Клиент расслабляет мышцы.

Клиент — Спустя полгода ситуация становится ужасной для Марины. У нее развивается зависимость. А Пьер использует ее зависимость, подкармливая пустыми обещаниями. Его действия обоснованы тем, что он уже знает, что он чувствует власть над Мариной. Он устал от ее бесконечных сообщений и собачьих глаз. У него чувство того, что она сделает ради него все, что угодно. Он больше не смотрит на нее, как в первые дни их знакомства. Она перестала быть той милой таинственной и веселой девушкой, в которую он так легко влюбился.

Психолог — Но что он конкретно чувствует? Есть шанс, что он любит ее? Ведь он любил когда-то.

Психологу самому стало интересно, что творится в голове того парня, которого описывал клиент.

Клиент — Мне чувствуется скорее да, чем нет. Если бы она сменила свое состояние и пошла по другому пути своей жизни, тем самым переставая названивать и донимать его как приставучая наклейка, то тогда бы он снова влюбился в нее. А вместо этого она делает все возможное, чтобы он ее не хотел видеть и слышать. Но она не осознает этого.

Психолог — С чего началась ее влюбленность?

Психолог вдруг вспомнил случай из своей юности, когда одно трагическое событие очень ранило его. Психолог стал психологом далеко не просто так — у него были свои собственные демоны в душе.

Клиент — Он оказывал ей искреннюю заботу в первые дни их знакомства, а когда прошел месяц, то у него просто появились очень важные дела по работе. Я чувствую, что она ощущала нехватку в то время. Ее ошибка в том, что она поставила его в центр своей жизни.

Психолог — Вы можете отмотать назад время в ее детство? Что там было? Есть ли хоть один фрагмент подобных переживаний?

Клиент — Да. Прошлое в отличие от будущего неизменно. Я пройду назад по ее пути жизни. Ей 9 лет. Она очень просит маму поиграть с ней, но мама не играет.

Клиент начал плакать.

Клиент — Пожалуйста, остановите это. Я больше не могу чувствовать ее обиду. Девочке очень больно. Она хочет просто побыть с мамой.

Психологу хотелось узнать, что было в детстве у девочке, которую видел клиент.

Психолог — Постарайтесь разграничить. Помните, это не ваши ощущения. Какими бы сильными они не были, они не ваши и они нереальны. Помните об этом просто. Сделайте мысленную перегородку чувств — своих собственных и тех, кого вы видите. Попробуйте.

Клиент перестает плакать.

Психолог — Что вы сейчас чувствуете?

Клиент — Ничего.

Психолога — А девочка?

Клиент — Ей очень больно. Мне бы хотелось ее обнять и побыть с ней в этот момент. Жаль, что это невозможно. Я как будто просто смотрю кино и ничего не могу сделать.

Психолог — Что с мамой?

Клиент — Маме тоже больно. Это странное ощущение. Никогда такого не чувствовала.

Психолог — Что вы имеете ввиду?

Клиент — Я смотрю кино, но развернутое. Я могу видеть их чувства. Я не могу дать названия некоторым чувствам, если я их сама прежде не испытывала. Они так реально ощущаются. Маме сейчас точно не до ребенка. Сейчас мне жаль маму. Она узнала, что ее муж ей изменил и у него другая семья. Это точно незнакомое мне чувство. Я никогда его точно не испытывала. Это как будто тебя сильно обманули. Она называет его предателем. Полагаю, такое чувство называется предательством. Обида поглощает ее и она делает самое лучшее, что могла сделать в тот самый момент. Она оставляет ребенка одного, чтобы не срываться на нем. В ней кипит ярость, обида, гнев. Она просто не могла по-другому в этой ситуации. Это было лучшее из всех ее действий возможных, исходя из ее чувств.

Психолог вспоминает свой собственный отрывок детства. Психологу больно. Но он оставляет эмоции и включает профессионализм.

Психолог — А вы можете увидеть чувства отца этой девочки?

Клиент — Да могу. Но это утомляет меня. Их чувства и эмоции — сплошное страдание. Они слишком реальны. Мне сложно.

Психолог — Найдите серую дверь, ведущую в коридор. И войдите в коридор.

Клиент — Вокруг снова столько суеты, столько шума. Я вижу эту серую дверь.

Психолог — Хорошо. Вы в коридоре?

Клиент — Да, я в белом коридоре.

После такого эмоционального утомления, клиент уснул.

Психолог занервничал. Сел на кресло и ему так захотелось выйти в сад, и рыдать.

Пока клиент спокойно спал, психолог убедился, что все хорошо и выбежал в сад. Психолог глубоко вдыхал воздух в саду. Воспоминания из детства накатили на него и из глаз потекли слезы. Он плакал в саду и думал о своем. В глазах его было что-то похожее на шок и на чувство жалости к себе.

Спустя 20 минут он вытер слезы, и снова включая профессионализм, вернулся к своему клиенту.

Психолог — Вы слышите меня? Как вы себя чувствуете? Расскажите.

Клиент выглядел очень блажено и как бы психологу не хотелось, чтобы клиент и дальше ощущал эту безмятежность, он хотел дальше работать с клиентом.

Психолог — Нам нужно продолжать работать. Просыпайтесь, пожалуйста.

Еще 10 минут психолог делал записи о том, о чем рассказал ему клиент. Клиент в это время находился в состоянии глубокого сна — лежал в очень спокойном состоянии с улыбкой на лице.

Психолог постановил, что, вероятно, переживания этой девочки ее клиент уже испытывал и поэтому так остро реагировал. Ключом к решению проблем была проработка чувств. Так полагал психолог.

Где-то глубоко внутри психолог понимал, что этот клиент способен помочь и ему понять кое-что о себе.

Для психолога был очень важен ответ на вопрос, почему клиент видит только две двери в своем коридоре сознания. Потому что в трансе эта серая дверь была жизнью для клиента. И психологу было важно помочь клиенту показать способы как жить. Но прежде нужно было выяснить, почему иногда сознание работает, а иногда нет.

Пока клиент спал, психолог решил снова обратиться к подсознанию клиента, и работать до нужного момента. Он внушал клиенту разные состояния — записывал реакции, стараясь понять своего клиента.

Психолог — Где вы?

Клиент — В коридоре.

Психолог — Уже три дня вы там, что вы ощущаете?

Клиент — Во мне заряд. Но я не могу его выбросить.

Психолог — Что такое заряд? Как он ощущается и почему его нельзя выбросить?

Клиент — Это пучок энергии. У нее есть цвет. Она желтая. В коридоре такое пространство, что туда ничего нельзя выбросить. Он белый и не принимает никакие другие цвета.

Психолог — А эта энергия не может иметь белый цвет? Я помню, что вы мне говорили, но мне важно спросить у вас еще раз.

Клиент — Только в случае, когда я только захожу в коридор. Понимаете, когда у меня белый пучок, я сливаюсь с коридором и поэтому не чувствую его. Но потом эта энергия меняет цвет.

Игры с подсознанием были опасны, но это был единственный ключ к спасению. Психолог решил рискнуть, потому что хотел помочь клиенту и верил в это.

Психолог — Вы в коридоре уже месяц, что происходит?

Клиента начинает трясти. Он стискивает зубы и впивается ногтями в кожу дивана с такой силой, что кожа на диване рвется.

Клиент — Нет, не надо! Я сказала, не надо! Я ненавижу здесь быть. Не могу больше! Ненавижу!

Клиент говорит это с такой яростью в голосе, что кажется, он готов разорвать на клочья кого-угодно.

Психолог — Какого цвета энергия? Всего одну секунду. Ответьте на один вопрос.

Клиент говорит с огромной яростью в голосе, еле сдерживая гнев.

Клиент — Она черная!

Психолог — Вы возвращаетесь в тот день, в котором энергия была желтая.

Психолог спокойно делая записи о происходящем в сознании клиента, выводит его из транса. Клиент снова расслабляется.

Психолог — Я не могу вас вывести из транса рывком. Вы же это знаете.

Клиент — Да, так намного лучше. Я от злости не могла почти говорить. Почему?

Психолог — А что вам хотелось сделать?

Клиент по-прежнему был все еще в трансе и поэтому не мог соврать.

Клиент — Мне хотелось укусить и растерзать. Черная энергия была слишком мощная. Это как самая сильная ярость. Мне удивительно даже, что я способна была такую злобу, ярость и ненависть испытывать.

Психолог аккуратно вывел клиента из гипноза окончательно. Клиент открыл глаза.

Психолог– Как вы себя чувствуете?

Клиент — Хорошо. А что было? Я спала?

Психолог — Вы ничего не помните?

Клиент — У меня болит челюсть и пальцы. Так болят мышцы, как будто я их перенапрягла. А что со мной было?

Психолог — Такое бывает. Посидите немного и вспомните хоть что-то, что было. Постарайтесь вспомнить.

Клиент — Я помню только коридор.

Психолог — Отлично. Вы хоть что-то помните. Это очень хорошо.

Клиент — Я к вам потом приду. Я ощущаю, что устала. А что я говорила? Расскажите, пожалуйста.

Психолог делал записи и пометки.

Психолог — Вы были в состоянии гипноза. Иногда люди не помнят, что было с ними. Но в состоянии гипноза невозможно соврать. Вы же помните? Я вам рассказывала?

Клиент — Да, я помню. Но, что было в этот раз. В тот раз ведь что-то было не так с сознанием. Вы говорили, оно было включено. Вы нашли что-то хорошее в этом путешествии?

Психолог — Я кажется нашла то, с чего и начнется наша работа! Попробуем со спорта. Это выработает дисциплину. Я даю вам задание до следующего дня встречи. Заведите ежедневник, в котором будут всего четыре упражнения.

1. Приседания 10 раз, которые нужно будет делать утром в 10 часов, в час дня и вечером в 7 часов.

2. Планка 20 секунд после приседаний в такое же время.

3. Растяжка левой и правой ноги по 5 минут. В эти же часы.

4. Хаотичные танцы после упражнений ровно 5 минут.

Клиент — А что вы нашли? Я хочу знать. Пожалуйста, расскажите мне.

Психолог — Вами движет страх начать и бросить по вашим собственным глубинным ощущениям. Вы можете даже этого не осознавать. Мы часто не осознаем наши чувства. Для того, чтобы понять, что на самом деле чувствует человек, ему предлагается гипноз. В нем отсутствует мышление, как в привычном состоянии. Это как если у человека было воспаление где-то на коже — но не видно, что внутри. А это все равно, что можно было снять слой кожи и увидеть там гной. Я думаю, вы понимаете.

Клиент — Да, хорошо. Я буду делать упражнения. Я понимаю. А это поможет мне? Как мне могут помочь простые 4 упражнения?

Клиент не мог вспомнить, что было и почему у него ногти на руках были почти сломаны, хотя они были коротко отстрижены.

Психолог — Коридор, который вы помните, не терпит других цветов. Цвета означают энергию. Например, желый — это три дня.

Клиент — Да. Я понимаю. А я смогу вспомнить еще что-то сама?

Психолог — Постепенно вы можете вспомнить свой транс и тогда поймете все. А упражнения это начало. Если начнут помогать, то мы это увидим. Главное, просто делайте их. Ведь, это совсем не сложно.

Клиент — Значит, буду их делать. А как я пойму, что они помогают?

Психолог — Увидимся с вами на следующем приеме и посмотрим!

Проходило время. День сменялся другим. И казалось, что клиент уже должен был прийти в тревоге к психологу. Клиент не приходил и через неделю, и через 2 недели. Психолога очень заинтересовал этот случай, потому что это было впервые в его практике. Он никогда еще не видел, чтобы клиент тотально открывался и на уровне, когда он сам это осознает. Обычно клиенты что-то врут или стараются приукрасить, или ищут тех, кого обвинить. Но здесь было ясное сознание и трезвые рассуждения.

Психолог верил, что он сможет помочь этому клиенту. Но работать с психикой людей — это не чинить игрушки. Психика — очень тонкая материя, с которой нужно обращаться очень плавно. Психолог знал это и осознавал весь риск и всю ответственность.

День седьмой

Мы никогда не видим и не увидим, что скрывается за красивой семейной фотографией, где все нарядные и у всех челнов семьи счастливая улыбка на лице. Возможно, не только у нас такая сумасшедшая семья, но и у других людей? Давайте поставим вопрос по-другому, кто-нибудь вообще встречал идеальные семьи?

Психолог — Я очень рада вас видеть. Как проходили эти три недели, что вас не было?

Клиент — Вроде нормально. Я легко дышу. Но не чувствую ни коридора и дверей. Это скорее плохо, чем хорошо.

Клиент выглядел как-то странно и опасно.

Психолог — Вы помните, зачем вы обратились ко мне и с каким вопросом?

Клиент — Мне было плохо? Я не помню точно. Это было так давно.

Психолог — А у меня все записи. Скажите, что сейчас происходит в вашей жизни?

Клиент — Я делаю эти упражнения. И я, бы, наверное, не пришла, если бы все было хорошо. Но все стало слишком нормально.

Психолог — Слишком нормально — это, я так полагаю, плохо по вашему?

Клиент — Это точно не хорошо. Я чувствую, что от меня что-то скрывают. Даже во сне. Я раньше всегда видела этот коридор и две двери во сне, а теперь нет.

Психолог — Вы обратились ко мне с вопросом: «Как жить?». Вы помните.

Клиент — Да, я конечно помню. У меня, кажется, была тревога. Но почему она у меня была? Я кстати вспомнила, что я видела в трансе, но я не помню там вас. Все обрывками и стерто как будто. Я помню девочку, ее маму. Еще я помню влюбленных, и я помню, как какая-то девушка была в отчаянии.

Психолог делал свои записи пока клиент рассказывал ему о своих воспоминаниях. Для психолога было важным, чтобы клиент вспомнил те заключения, которые бы принесли ему опыт.

Психолог — Так, а вы помните, что вы могли отматывать время назад в прошлое? Вы помните, что эта девочка и была той самой девушкой? Мы просто отмотали ее детство, чтобы узнать причину ее поведения.

Клиент — Сейчас я начинаю вспоминать, но мутно. Да… да я помню. О боже я помню ее переживания в детстве. Я помню ее маму и папу. Я помню их переживания. Как же мне их жаль.

Психолог — Из-за чего именно вам их жаль?

Психолог незаметно стал воздействовать на клиента, чтобы тот начал вспоминать.

Клиент — Я вспомнила то, что было у них внутри.

Клиент начал все вспоминать.

Клиент — Они все такие невинные, но совершали поступки, влекущие за собой нехорошие последствия. Но их намерения были невинны. Мать не хотела, чтобы ее дочка выросла с большой психологической травмой. И она не знала, что ее отстранение от ребенка именно тогда, когда она была нужна девочке может привести к зависимости у девочки от этого парня, которого она в последствии доставала своим повышенным вниманием. Но ведь это было самое лучшее в тот момент, что могла сделать мать этой девочки — отстраниться.

В душе у психолога разворачивалась буря, но это был профессионал своего дела.

Психолог — Вы можете вывести какой-нибудь опыт из увиденного? Вы можете заключить это в какой-то фразе?

Клиент — Да. Но мне надо подумать, чтобы дать точную дефиницию. А для чего вы все записываете?

Психолог — Чтобы не забыть. Это поможет вам. Я ведь тоже человек и могу забыть какие-то важные моменты из вашей истории. Подумайте и напишите свой вывод на бумаге. Если их несколько, то пишите несколько.

Психолог дал клиенту бумагу, ручку и оставил на 5 минут.

Клиент — «1. Все люди невинны в своих первоначальных намерениях. 2. Поступки людей не всегда отражают их истинные намерения. 3. Люди делают самое лучшее, что могут даже если это причиняет кому-то непоправимую боль в будущем»

Клиент обдуманно записывал все выводы. Психолога беспокоило, что клиент говорил очень ровным тоном, без каких-либо эмоций. Ведь это означало откат назад.

Клиент — Я закончила, но мне нужно еще какое-то время. Что-то не сходится. Я хочу вспомнить еще. Почему я так смутно все помню? Как будто это был сон. И почему лишь боль на пальцах напоминает мне, что я испытывала ярость в какой-то момент. У меня все еще болят пальцы, кстати.

Психолог — Так бывает. Это состояние вашего внутреннего мира. Фрейд называл это подсознанием. И вы хорошо поддаетесь гипнозу, и без транса вы осознавали многое. Но это интересно, что сейчас вы едва помните коридор и двери. А вы можете сказать, где вы сейчас? В коридоре или за серой дверью?

Клиент — Не чувствую и не могу сказать, к сожалению. Но ведь вы все записывали. Где я по вашему?

Психолог — За серой дверью, полагаю. То, что за серой дверью — это жизнь, в которой есть свои Законы. Один из них — это то, что уровень осознанности падает. Коридор — это для вас безопасное место. Это ваша личная ракушка. Там нет людей. Нет Законов. Нет времени. Там есть лишь вы и две двери. Но ваша энергия копится, и в коридоре вы не можете ее спустить никуда. Если вы помните тот эпизод, от которого у вас все еще болят пальцы — вы были в коридоре около месяца и энергия стала черной. Вы испытывали ярость от нерастраченной энергии, которая вас убивала.

Клиент — Да, точно. Я начинаю осознавать. Получается, энергию нужно всегда тратить, а иначе она погубит тебя изнутри?

Психолог — Получается так. Именно поэтому я и дала вам эти упражнения.

Клиент — Красная дверь — это состояние депрессии. Я боялась войти в эту дверь, потому что из нее очень сложно выйти и там есть люк смерти и это единственный выход там. Это так пугает. Я как будто рассказываю не о себе, а о ком-то другом. Мне не нравится эта пленка, которая накрывает мое сознание сейчас. Можно ли выйти в коридор? Я хочу снова осознавать все ясно без пленки.

Психологу не понравилось желание клиента опять убежать.

Психолог — Вы понимаете, для чего я дала вам упражнения? Вы умная. Вы все понимаете. Зачем вам откатываться назад, когда мы немного продвинулись вперед?

Психолог смотрел прямо в глаза клиенту с верой на то, что клиент все поймет. Но глаза клиента не отражали совершенно никаких эмоций, они были совершенно холодные и неживые.

Но психолог отчаянно боролся за спасение своего клиента и верил, что сможет помочь. Клиент был немного в недоумении от того, что не мог понять, почему психолог так смотрит на него. С таким желанием быть услышанной. Такого не было раньше.

Клиент сел на диван и увидел порванную кожу. Он заподозрил неладное, но не подавал виду.

Клиент — Как вы думаете можно ли выходить и заходить в коридор, чтобы отдохнуть? Можно ли осознавать все, как в коридоре, но находясь за серой дверью?

Клиент перестал доверять психологу. Он чувствовал, что от него что-то скрывают. Этот рваный диван, это желание психолога помочь. Это все было очень подозрительно. И почему психолог владеет техниками гипноза?

Психолог — Я не знаю ответа на эти вопросы. Но полагаю, что именно так вы бы могли жить. Вы сказали, что не знаете, как жить, когда пришли ко мне в первый раз. Я думаю, что именно этот образ жизни вам и нужен. Чтобы вы не теряли осознанности, и жили в нормальной жизни со всеми ее радостями и горести. Я полагаю, вы хотите знать Законы за серой дверью, находясь там. Вы помните хотя бы один из них?

Клиент — Да, я помню тот, который я вам рассказывала. Жизнь это как пульс. И если линия пульса идет вверх, то она обязательно с такой же скоростью и силой пойдет вниз, как резинка, которую ты натягиваешь, а когда отпускаешь, то чувствуешь, что она бьет по пальцам.

Этот сеанс прошел относительно нормально. Психолог не видел прогресса. Клиент как будто вернулся в еще худшее состояние, чем в котором он пришел в первый раз. Психолога волновала закрытость клиента и душило чувство бесполезности.

День восьмой

Шли дни, но у клиента не возникало желание прийти на прием.

Психолог очень хотел, чтобы этот клиент, но он не мог заставить клиента без его желания.

Но однажды спустя 12 дней в одно солнечное утро ранней осенью, клиент пришел к психологу, но какой-то совершено другой. Измененный. Обновленный.

Психолог — Здравствуйте! Как вы себя чувствуете?

Клиент — По другому, но все та же. Мне трудно говорить, потому что слова кажутся бессмысленными. Но мне лучше. Спасибо вам. У меня такое состояние как будто я хочу сказать спасибо всему вокруг. Я вошла в серую дверь и я сейчас там и продолжаю быть там без каких-либо выходов в коридор. Я вспомнила ту девочку и хочу, чтобы вы снова ввели меня в гипноз. Я чувствую, что это не просто игра моего воображения. Это жизни настоящих людей и я хочу их найти и помочь.

Психолог — Что происходило с вами за это время? Чем вы занимаетесь?

Клиент — Я рисую и также занимаюсь спортом. Это потребность моего тела сейчас — физическая активность. Рисование — это созидание чего-то и я поняла одну простую вещь. Нужно просто что-то созидать, чтобы жить.

Психолог — Так, вы можете сказать, что нашли ответ на свой вопрос.

Клиент — Нет. Я все еще не знаю, как правильно жить, но живу так, как могу. Если могу, значит умею.

Психолог — Вам не страшно снова заходить в коридор? Ведь в состоянии транса вы должны будете выйти из серой двери в коридор.

Психолог всячески отвлекал сознание клиента от идеи спасти иллюзорных людей.

Клиент — Я об этом не думала. Я забыла. Вы можете представить мое состояние? Я хочу, чтобы поняли — я не думаю так, как тогда когда пришла к вам в первый раз.

Психолог — Да, я, кажется, вас понимаю и в теории могу представить это.

Клиент — Отправьте меня туда. Я нужна той девочке. Это реально. Это по-настоящему. Я никогда ничего не слышала о Бахрейне! Вы не понимаете? Я не могла вам сказать на пустом месте о Бахрейне! Я не могла, потому что не могла! Или это вы придумали историю с Бахрейном, или это по — настоящему было!

Психолог еще долго читал свои записи по клиенту и не видел необходимости в гипнозе. Кл