показаться дурой.
– Похоже, ты права. Это хорошо! – обрадовалась Мотька. – Ой, Аська, что мы с тобой все о Степаниде, что у тебя-то? С Аленом у вас, похоже, не столько любовь, сколько дружба, да?
– Да…
– И ты ни в кого не влюблена?
– Да как тебе сказать…
– Скажи, как есть!
– Мотька, только это между нами…
– Ты что тут, в Париже, сдурела? Я тебя когда-нибудь подводила?
– Нет, конечно, извини…
– Ну, так в кого ты втюрилась?
– Я не втюрилась, просто мне очень понравился один человек…
– Какой человек? Откуда?
– Из Швеции.
– Из Швеции? – удивилась Мотька.
– Да, дед не так давно брал меня с собой в Стокгольм, и я там познакомилась с сыном одной знаменитой певицы… которая пела вместе с дедом… А на другой день она и ее сын возили нас по всяким достопримечательностям…
– А сколько ему лет?
– Двадцать! Он учится в университете, хочет быть врачом…
– А как его звать?
– Олаф!
– Красивое имя! Аська, а он к тебе как?
– Он, Мотька, на меня, по-моему, и не смотрел. Я для него еще соплячка, наверное.
– Тогда на фиг он тебе нужен? – возмутилась Мотька.
– Понимаешь, он такой красивый! Настоящий викинг!
– Викинг?
– Ну, во всяком случае, я именно так себе представляю викингов! Высокий, широкоплечий, голубоглазый, волосы совсем светлые…
