автордың кітабын онлайн тегін оқу  В отставке. О жизни мента из 90-х в нулевые и последующие годы. Является продолжением книг автора «Смутное время» и «Ментовские рассказы»

Гаранин Сергей

Оглавление

В ОТСТАВКЕ…

В 2007 году я, старший инспектор по особым поручениям подполковник милиции Сергей Гаранин, на 28 году службы в органах начал подумывать об уходе в отставку.

Причин было несколько. Во первых, новое руководство моего 1-го отдела Главка почему-то решило, что мне временно необходимо поменяться должностями с их протеже — майором Виталиком Сониным, для получения им звания подполковника, итак с трудом исполняющим свои обязанности на капитанской должности инспектора.

На что я, естественно, ответил отказом, хотя бы по той причине, что звание подполковника я выслужил нелёгким трудом и получил в своё время в качестве поощрения правами министра МВД на ступень выше занимаемой должности.

Как известно, нет ничего более постоянного, чем временное. Как и произнесённое словосочетание моего ушлого руководства — «временное назначение». При этом я сильно сомневался, что Сонин после получения им высокого звания, пожелает вернутся на капитанскую должность инспектора, и мне в итоге придётся выйти в отставку с невысокого инспекторского оклада.

Тем более я хорошо помнил, как мой товарищ, старший инспектор по особым поручениям инспекции Штаба ГУВД подполковник Саша Куров уступил полковничью должность Главного инспектора Штаба ГУВД такому же протеже от руководства, якобы для получения звания полковник перед уходом на заслуженный отдых.

Итог сей рокировки печален, сильно пожилой протеже, получив полковника и померив перед зеркалом полученную им на складе полковничью папаху, уходить на пенсию категорически отказался, и Саня Куров окончательно разочаровавшись в наших с ним руководителях, сам вышел в отставку в расцвете лет и подполковником.

Вторая причина. Мы с моим напарником Андреем Максимо́вичем организовали и провели весьма результативную операцию, по итогам которой МВД решив нас наградить правами министра, выделило на наше Управление разнарядку на две ведомственные медали «За Доблесть в службе». На совещании руководства Управления было решено наградить только меня, решив Андрюхе медаль не давать, так как он накануне написал рапорт о переводе в другое подразделение.

Второй медалью, выделенной нам согласно разнарядке, наградили протеже руководства Мишу Тетюшина, не принимавшего участия в той операции и фактически не имеющего к ней никакого отношения.

Тетушин как раз перед этим был назначен заместителем начальника 1 отдела, после очередного моего отказа от этой должности, и это была именно его инициатива о присвоении звания «бездарю» Сонину путём такой вот рокировки.

Кстати, о переводе Максимо́вича хочу пояснить, что Андрей рассказывал мне, что он психологически не может долго работать в одном подразделении, через год-два у него появляется непреодолимое желание уйти куда-нибудь, да хоть уволиться.

Так например, Максимо́вич после окончания военно-морского училища начал службу на боевом эсминце и резко вдруг захотел уволиться из ВМФ. Командир корабля был категорически против и не подписывал Максимо́вичу рапорт об увольнении. Тогда Андрюша стал регулярно нарушать дисциплину: перестал выходить из каюты на обязательное утреннее построение в связи «с подъёмом флага» и творить прочие хулиганства и поступки недостойные, со слов командира корабля, «чести морского офицера».

Например, при встречах на палубе с командиром он стал метко плевать тому на вычищенные до блеска ботинки. При этом командир каждый раз делал вид, что ничего не замечал. Но в итоге флотский лейтенант добился своего, вымотав командира эсминца своей лихой дуростью, а выйдя в запас, пошёл служить в ленинградскую милицию участковым.

Максимо́вич между тем был очень толковый офицер, способный выполнить любой сложности задачу и подготовить невероятной сложности документ (мы с ним как-то в кратчайшие сроки написали и издали компактный, но очень толковый и объёмный справочник участкового уполномоченного милиции). Но в отличии от меня, постоянно выполнявшего несколько сложных задач одновременно, Андрюша, при постановке ему очередного поручения или вводной, всегда громогласно требовал от руководства:

— Прошу уточнить, какая из поставленных мне задач является приоритетной! — не желая исполнять несколько поручений одновременно.

Третья причина. В июне 2007 года вызывает меня к себе начальник нашего Управления полковник Вячеслав Коваленко, начавший слёзно уговаривать меня незамедлительно написать рапорт на согласие убыть на полгода в командировку в Ингушетию в качестве командира СОБРа от Питера. Как пояснил Коваленко, его с таким рапортом ждёт у себя начальник Главка, а он ну никак не может сейчас оставить вверенное ему подразделение без своего чуткого руководства.

Я тогда ещё удивлённо спросил, почему не в Чечню, а в Ингушетию, ведь там тихо и мирно, и мне не дадут даже «участника боевых действий». На что Коваленко ответил, что он лично пробьёт мне этот статус, добавив:

— Серёжа, ты только напиши этот чёртов рапорт прямо сейчас, а я при первой возможности сразу заменю тебя! Ну, я и пожалел командира, написал, и тот с моим рапортом радостно побежал к генералу.

Придя вечером домой, я включил телевизор и с удивлением улицезрел в нём, что в Ингушетии началась полномасштабная война, а наши милицейские подразделения несут большие потери, и со всей страны туда направляются подкрепления.

Жена Ира очень меня тогда ругала, так как дочка Диана была беременна моим внуком Германом, беременность проходила тяжело, она почти весь срок лежала «на сохранении», и мне приходилось буквально каждые две недели заключать договора от имени медотдела ГУВД с различными больницами города, так как она была на тот момент младшим лейтенантом милиции и на неё в связи с этим не распространялась медицинская страховка, а во всех стационарах держать больше 2 недель категорически отказывались, ссылаясь на какое-то постановление Правительства.

Повоевать на Северном Кавказе мне в итоге не сложилось, так-как вдруг нашёлся другой доброволец пожелавший возглавить сводный отряд милиции Питера. Ну, и слава Богу, воин из меня был после тяжёлых травм 95-го ещё тот. Восстановиться полностью мне так и не удалось. Ни бегать, ни прыгать как раньше я уже не мог, а переломанное правое плечо со стальной пластиной в нём, не давало возможности метать те же гранаты…

Четвёртая причина. Сменившая в Губернаторском кресле Питера Владимира Яковлева, утвердившего с 2000 года доплату службе участковых в размере второго оклада, Валентина Матвиенко, решила с января 2008 года отменить эту нам доплату из местного бюджета…

Итак, в январе 2008 года губернаторская надбавка, позволившая мне и другим сотрудникам службы участковых в нулевые годы, наконец, сводить финансовые концы с концами, была отменена, и я подал рапорт об отставке по выслуге лет. На тот момент мне было 49 лет, с календарной выслугой в 30 лет.

Буквально на следующий день после подачи рапорта, мне позвонил майор в отставке Саша Фомин, служивший в соседнем, 4 отделе участковых Главка, курирующем Ленинградскую область и работающим на пенсии в ЧОП «Грифон».

Саша сообщил, что он сейчас увольняется с этой охранной организации и рекомендовал своему руководству на вакантное место мою кандидатуру. Передав при этом трубку руководителю АКБ (Ассоциации Комплексной Безопасности), в которую входило охранное предприятие «Грифон» Андрею Масленникову.

Масленников предложил мне освобождающуюся должность начальника дежурной части — заместителя генерального директора ЧОП «Грифон» по вооружению, с зарплатой в 40 тысяч рублей, что в трое превышало мою зарплату подполковника милиции. И я, конечно, согласился.