То, что мы будем выглядеть как разбитая неприятелем армия, меня волнует мало. Но если вы начнете чихать да кашлять, это станет просто невыносимым испытанием и столь ранимый человек, как я, не сможет скрыть переживаний и того гляди помрет из-за вашего нытья.
Ложь столь же опасна, как благие дела. И то и другое довольно часто приводит к катастрофе. Даже если мы этого не желаем.
Так было в прошлом. Так есть в настоящем. А будущее? Будущее все пронизано тем, что сделано сейчас. Расплачиваться и нам, и тем, кто будет жить после нас.
Мелистат. Письмо Лавьенде
Сойка стояла, широко расставив ноги на перекошенной палубе, заложив руки за спину, и ругалась. Брань вылетала из ее рта, словно испуганные галки из заброшенного амбара. Бесконечной стаей, полной эпитетов, разлетавшихся над рассветной тишиной, путавшихся в изломанных ветвях кряжистых деревьев.
Шерон спала, накрывшись с головой, он видел лишь бледные пальцы девушки, чуть подрагивающие во сне. Циркач начал утро, как и все прежние — с разминки, разогрева мышц, растяжки, нескольких силовых упражнений, а затем прыжков и акробатики.
Шестеро тебя помилуй, мальчик! — резко сказала Катрин, и солдат вздрогнул, остановившись. — Если ты так же обращаешься с женщинами, как с лютней, жить тебе одному. Что ты вообще творишь?! Три песни! И начал четвертую! Ты думаешь настраивать ее? Или продолжишь петь до утра, точно глухой тетерев? Дай сюда
