– Но одного я все же не поняла, – переключая сейр и соответственно доску на отражение рисунка Оилелли Анатеро, – что это? Третья раса или какая-то особенность расы sunttenebrae?
В ночи такие вещи, конечно, не различить, но обляпанные грязью наемники, на рефлексах пытаясь уйти от падения, иногда использовали дополнительные части тела… и у меня собралась внушительная коллекция «интересных» кадров.
Да, милая, я монстр. Твой, исключительно твой. И как твой монстр, я категорически против твоего возвращения к работе, о чем ты, мое дыхание, прекрасно знала
На Ятори мудрецы говорят: «У любви нет глаз».
Что ж, я с полной ответственностью могла заявить, что они не правы. У любви нет ни глаз, ни ушей, ни мозгов! Ни-че-го…
Счастье рухнуло вниз и разлетелось острыми осколками. И вот его уже нет, а осколки… их тьма, и они впиваются все глубже. Больно. Грустно. Безысходно. Потому что выход… его нет. Просто нет.
