И она написала своими петровских времен каракулями слова, достойные неглупого человека: «Не ведаю, какое есть селение Париш. Чаю, живут там добрые люди. Спаси их Христос
3 Ұнайды
Из женщин жаловались мне обе. Надежда немногословно, Агафья эмоционально — «часто и до большого доходим!» Виноватых в этом напряженном житье обнаружить было нельзя. Каждый по-своему прав. Агафья могла пошуметь, даже постучать палкой о землю, Надежда предпочитала на день-другой удалиться в тайгу — «побыть одной». Ерофей в «бабские дела» не встревал — «попадешь между двух жерновов». Выслушивая всех, я думал о возможной развязке — Надежда из тайги «утечет». Но минувшей зимой побывавший тут художник из Харькова Сергей Усик меня успокоил: «Замирились. Вместе за сеном на „старое место“ ходят, вместе молятся, на Пасху праздничный обед учинили и пригласили нас с Ерофеем». Я подумал тогда: замирению способствовал там Сергей мягким своим характером и помощью в разных работах.
И вдруг две недели назад звонок от Сергея: «Мы с Надей вместе из тайги вышли. Я половину лета ждал вертолета, но его не было. Решил выходить пешком. А Надя вдруг говорит: „Я с тобой!..“» — «А где сейчас Надя?» — «Да вот рядом стоит».
Стали думать, где встретиться. Надя говорит: «Давайте у памятника Пушкину — не разминемся».
И вот мы у памятника. Таежную схимницу я с трудом опознал: «Ты же вдвое помолодела!» От комплимента Надежда вежливо отмахнулась, но понимала, конечно, что тут, в Москве, она совершенно другая. «А как Москва?» — «Ой, голова кругом идет — не все узнаю, да и от тайги еще не совсем отошла». Часа два втроем — Надя, Сергей и я — беседовали у Пушкина на виду, за столиком под зонтом. На этот раз Надежда охотно о себе рассказала. Родилась в Москве в 1961 году. Фамилия — Небукина. В годы учебы занималась спортом — входила в юношескую сборную команду по ручному мячу. На соревнованиях побывала во многих местах страны. «Пережив семейную драму, в 1991 году в смятении стала думать: кто я, зачем живу? В поисках Бога добралась до Индии — была в Мадрасе, Бомбее». Там один старец ее вразумил: «Боли свои утолишь в уединении».
«После этого с дочкой подалась я в Сибирь. Присматривалась к разным сектам. Дочка Анна там, на Заячьей заимке, прижила ребенка, но жить в тайге не захотела. Оставила девочку отцу-старообрядцу и уехала в Москву к бабушке. А я после этого пешком с проводниками добралась к Агафье. И тут житья моего ровно пять лет». — «Как жили, я знаю. А как решилась расстаться с тайгой?» — «Всего не расскажешь. К тайге привыкла, и трудности меня не согнули. Но сложное дело — уединение. Когда людям не на кого „собак спустить“ — спускают на ближнего. Не виню ни себя, ни Агафью. Просто очень трудное житье у двух-трех людей в уединении. Мысль „уйти“ стала постепенно меня посещать. А тут дошло письмо от мамы — старенькая, два инфаркта перенесла. Написала: „Наденька, могу умереть, тебя не увидев...“ И дочка пишет: „О ребенке затосковала...“ Рассказала я это Агафье. При первой беседе она ничего не сказала, но вижу, озаботилась сильно. А дня через три решительно заявила: „Благословенье на уход не даю! Ты из мира вышла, крестилась тут. Как можно?“ — „Но ведь мать, говорю, зовет...“ Н
1 Ұнайды
Гостей Агафья попросила принести свои кружки и налила в них «кедровое молоко». Напиток, приготовленный на холодной воде, походил цветом на чай с молоком и был, пожалуй что, вкусен. Изготовляла его Агафья у нас на глазах: перетерла в каменной ступке орехи, в берестяной посуде смешала с водой, процедила... Понятия о чистоте у Агафьи не было никакого. Землистого цвета тряпица, через которую угощение цедилось, служила хозяйке одновременно для вытирания рук.
1 Ұнайды
Бани у Лыковых не было. Они не мылись. «Нам это не можно», — сказал старик.
1 Ұнайды
Новость главная: в избушке живет женщина, принявшая у Агафьи крещенье и не ушедшая восвояси, как бывало до этого с другими крещеными. «Живем... Хлеб печем порознь — кому что по вкусу, делим по силам работу...» Это, по всему судя, устраивает обе стороны, хотя проблемы есть, но о них узнали мы, только приглядевшись к житью-бытью.
Главный разговор был о необычном минувшем лете. Нас в европейской части страны угнетала жара. Тут же в горах лето было «люто холодным» — ветры, дожди, морозы в мае, снега в июне. Думали, что с огорода ничего не возьмут. Нет, картошка, убитая морозом и заново посаженная, дала неплохой урожай, уродилась рожь, горох, всякие овощи. Наловили осенью порядочно рыбы, но главное, невиданный урожай дали кедры. Осенью две затворницы пошли шишковать. Но у одной (горожанки в прошлом) никакого навыка в этом не было, а Агафья почувствовала, что уже не может, как в прошлом, белочкой скакать по деревьям. Стали сбивать шишки шестами. Этот процесс небыстрый, а надо было опережать конкурентов — стаи кедровок, бурундуков, и, главное, на самый урожайный участок пожаловал таежный хозяин Михайло Иванович. Он был самым ранним, самым активным, небезопасным сборщиком. Приходилось ждать, когда он насытится и уйдет отдыхать. Ружье против этого конкурента не держали, для отпугивания полагались на кастрюльку и колотушку.
Таежный осенний ветер «тушкен», как всегда, помог сборщикам. Он так двое суток мотал кедровники, что все шишки оказались на земле, и продовольственный склад Агафьи пополнился тридцатью мешками добротных шишек.
1 Ұнайды
— Нет, Василий. Ехать туда — это ехать за смертью. Никому я там не нужна. И мне тоже все там чужое. Лучшего места, чем тут, для меня нет. Все дорого — и эта гора, какую вижу каждый день из окошка, и шумная днем и ночью река, и запахи, каких нигде больше нет. Выйду глянуть, как солнце садится, — сердце от радости замирает. Это мой рай на Земле.
1 Ұнайды
Точка нашего интереса лежит на юге Сибири — в Хакасии, где горный Алтай встречает хребты Саяна. Отыщите начальный хвостик реки Абакан, поставьте на правом его берегу отметку на память — это и есть место, куда мы стремились и откуда с трудом потом выбирались.
1 Ұнайды
7508 год от сотворения мира». Вот так-то быстро дошли люди до «Протонов» и вертолетов!
1 Ұнайды
Ему непонятно также, почему в Священном Писании про Израиль сказано, а про Америку — ничего. «Греховен мир...» — сказал старик. Чувствуется, эта греховность нужна ему в оправдание таежного тупикового жития.
1 Ұнайды
Месяц — светило божественное. Кто же, кроме богов и ангелов, может туда долететь? Да и как можно ходить и ездить вниз головой?