Из глаз у нее брызнули слезы, дыхание стало тяжелым. Она воспринимала свое падение как нечто должное, как неизбежную жертву, которую обязана была принести. Все ее чувства и эмоции собрались в плотный комок, плотно закупоривший горло, который мешал кислороду проникнуть в легкие, разрастался, давил и требовал выхода, и она закричала; вырвавшийся из ее груди вопль был полон боли и желания вырваться из плена охвативших ее мучительных переживаний.
