С чего ты…
— С того, маленькая леди, что ты только и делаешь, что пытаешься всех спасти. Но это не твоя история. — Хэль оторвался от кровоточащего узора и посмотрел на Ромэйн. — Не трать силы на мелочи.
— Чувства — это не мелочи.
— О, поверь мне, я знаю. — Он усмехнулся, и по спине Ромэйн поползли мурашки. — Ваши сердца колотятся. Ваши ладони потеют. И вот здесь… — Его ладонь легла на центр ее груди. — Мучительная тянущая боль, будто напоролся на шип. И этот шип не вынуть. Рана пульсирует и ноет. Рана, которую не исцелить даже кровью демона.
В горле пересохло. Ромэйн склонилась к нему и тихо спросила:
— Она заставляла тебя чувствовать это?..
Хэль дернулся, словно она его ударила. Нахмурившись, он вернулся к татуировке и долго молчал.
— Не это, — неожиданно выдохнул он. — Она заставляла меня чувствовать вещи намного хуже шипа в груди.
Игла продолжала вбивать краску глубоко под кожу Ромэйн, руки Халахэля не дрожали, но сущность, клубившаяся вокруг, изменилась. В каюте стало холодно.
— Этот проклятый миг… — прохрипел Хэль, не отрывая взгляда от узора. — Миг, когда она в твоих руках, но не принадлежит тебе
