автордың кітабынан сөз тіркестері  Детство Темы

Николай Гарин-Михайловский

земле. Мокрые желтые дорожки говорили

— Ну ей-же-богу, я слизу с козел, и идьте, як хотыте, бо вже не знаю, кого и слухаты!

Зина, поступившая в том же году в гимназию, в форменном коричневом платье, в белой пелеринке, сидела за чайным столом, пила молоко

говорит он, точно выстреливает из ружья.
Еремей энергично откашливается, ерзает на козлах и молчит. Тёма не понимает, за что отец бранит Еремея, и тоскливое чувство охватывает его.
— Размазня, лентяй! Грязь развел такую, что сесть нельзя.
Тёма быстро окидывает взглядом экипаж

«Ты что ж это, с того света?» — спрашиваю. «Так точно, ваше благородие». На радостях я и пошутил. «Ты зачем же, говорю, назад пришел». А он, мерзавец, вытянулся, руку к козырьку, да самым этак заковыристым голосом: «Опохмелиться, ваше благородие, пришел: там не дают!»

которых вдруг что-то подметил проницательный

Папаша ваш генерал

цветок остался бы целым

Гнедка и след простыл

Ты, всегда ты будешь виноват, потому что им ничего не дано, а тебе дано; с тебя и спросится.