автордың кітабын онлайн тегін оқу  Вокруг пальца

Маргарита Ардо

Глава 1

Утро среды было чудесным. Я почти вприпрыжку бежала на остановку ко времени, указанному на бумажке, выданной отделом кадров. Синенький фирменный автобус притормозил прямо передо мной, и я с гордостью вошла в салон. На виду у соседей, в хмурой, невыспавшейся толпе ожидающих редкое чудо городского транспорта под номером семьдесят восемь. Еще вчера я тоже пыталась втиснуться в него, вопреки законам анатомии меняя форму тела и застывая в виде зигзагообразной селедки среди таких же честных тружеников.

Но сегодня я не с соседями по кварталу. Сегодня и, надеюсь, всегда я одна из них – умытых, бодрых, хорошо одетых служащих, для которых августовское солнце светит под слоганом «Оле-Ола – жизнь по приколу», разбрызгивает по небу апельсиновые лучи под цвет шипучей «Аранты» и оседает на зелень росой из бодрящего «Брайта», после чего божьи коровки начинают устраивать флай-шоу и бодро кусать пауков.

Я старалась выглядеть серьезней, но радость распирала изнутри, и я улыбалась так, словно меня снимали для рекламы зубной пасты. Ну а как иначе?! Ведь я, как и все в этом автобусе счастья, имела бейджик с сине-белой эмблемой «Софт Дринкс Корпорэйтед». Он особенно выделялся на моей высокой груди третьего размера, затянутой, как в доспехи офисной армии, в строгий темно-синий пиджак.

Да-да, отныне никаких вольностей в одежде! Юбка по колено, туфли на высоком, но удобном каблуке, белая блузка, затянутые в пучок волосы, минимум макияжа – настоящий секретарь! Очень деловой. С папкой под мышкой и строгим портфельчиком, взятым напрокат у Тани, моей лучшей подруги. Надо же как-то компенсировать первое впечатление!

Но уже в холле я поняла, что оно было неизгладимым. Девушки, что позавчера пили латте в кафе-баре, смерили меня надменными взглядами, отвернулись и зашептались. Особенно одна, с круглыми щеками и вздернутым носиком, в деловом платье, на высоченных шпильках. В груди моей неприятно заскребло: кажется, она была приятельницей подружки жены моего бывшего директора-мошенника, которая всех, кому он улыбался, считала проститутками. А шеф улыбался всем, я – не исключение. Эх…

Но сначала дело! Надо получить ключи. Я познакомилась с милой Люсей с ресепшена.

– Надеюсь, мы подружимся, – сказала ей.

Та кивнула и подвинула мне журнал. Расписываясь в получении ключа от кабинета номер двести два, я спиной чувствовала, как стреляют взглядами в мою сторону новые коллеги. И шушукаются, шушукаются, шушукаются!

«Что ж, – я набрала в грудь воздуха, – врага надо знать в лицо. И атаковать первой».

Мимо прошли, одарив заинтересованными улыбками, трое менеджеров. И еще двое. И один, прям совсем с иголочки.

О боги! Кажется, сюда набирают только молодых и симпатичных! А я, глупая, металась по городу, думая, куда же подевались все достойные?! А они тут, оказывается, сосредоточились – «Оле-Олу» продают! Никто и ничто не помешает мне остаться здесь дольше, чем на три месяца испытательного срока. Они еще не знают, насколько я им нужна!

И, как Жанна д'Арк на стену Руанской крепости, я рванула в самую гущу сплетниц. Подумаешь, страшно! Зато я вооружена ключом, бейджиком и улыбкой.

– Привет всем! Давайте знакомиться. Я Александра Лозанина, новый секретарь нового антикризисного менеджера. Очень рада всех вас видеть!

Круглолицая фыркнула, развернулась на своих шпильках и пошла к лестнице со стаканчиком кофе в руках.

– Привет-привет. – Блондинка с ехидным взглядом тоже показала мне спину.

– Здравствуйте. – Леди чуть старше меня в костюме от Прада поджала губы. – Мне не до знакомств, надо готовить документацию.

За ней рассосались еще три девицы.

Ого, какой теплый прием!

К счастью, симпатичная пухленькая армяночка и голубоглазая высокая брюнетка с короткой стрижкой нашли в себе силы улыбнуться.

– Лали, – сказала первая, – я тоже секретарь. Из отдела снабжения.

– А я Рита, – представилась брюнетка. – Отдел продаж, помощник менеджера. Кофе хочешь?

– Хочу. Это платно?

– Конечно, бесплатно! – рассмеялись девушки. – Все, что в баре, бесплатно: кофе, печенюшки, автомат с напитками, минеральная вода, шоколадки.

– Здорово! – воскликнула я, решив, что все-таки это рай.

Кстати, и в Эдемском саду змеи водились. Без них было бы даже неправильно.

– У тебя хороший английский? – спросила Рита.

– Да вроде бы.

К нам подошел красавец шатен лет двадцати пяти, и у меня дух перехватило.

– Знакомься, это Кир, главный по презентациям в отделе маркетинга, – сказала Лали. – А это новенькая, Саша…

Кир глянул на меня, и я, кажется, покраснела. Пробормотала с глупой улыбкой:

– Александра Лозанина, главная по непонятным антикризисным менеджерам.

– О, полезное знакомство в наши смутные времена! Приятно. Я Кирилл Назаров, – рассмеялся он. Налил кофе и провозгласил: – Добро пожаловать в компанию! Чувствуйте себя как дома.

У меня даже мурашки по спине пробежали. Стиснув в пальцах врученный мне Ритой картонный стаканчик с кофе, я наблюдала, как Кир уходит к синей двери под золотой табличкой «Маркетинг».

– Он всем нравится, – вздохнула Лали. – А когда твой шеф приедет?

– Мне сказали, после обеда. – Я очнулась. – К этому времени нужно раздобыть канцелярию, пароль для компьютера, возможно, сам компьютер… И понять, где тут что. Говорят, у вас на территории есть гостиница, так что надо посмотреть, готов ли номер для моего нового начальника.

– Ну тогда у тебя дел невпроворот! – И девочки дружно закидали меня советами и ценными указаниями.

А под конец, понизив голос, Рита добавила:

– Говорят, этот новый антикризисник какой-то особенный. Мне коллега из головного офиса написала. Вывел из пике завод в Румынии, спас от разорения бизнес в Венесуэле, Индии и даже в Китае что-то суперское провернул.

– Спасибо за сведения! – Я захлопала ресницами.

– Только после него обычно вся верхушка слетает. Поэтому вряд ли тебе будет у нас просто, – шепнула Рита. – Скорее всего, наоборот.

– Это я уже поняла, – пробормотала я.

* * *

Поблагодарив за все, я бросилась работать. И убедилась в сказанном: даже скрепки приходилось брать боем. Как обычно, с бейджиком и улыбкой наперевес. Недаром дедушка говорит, что улыбка – мое самое серьезное оружие. А еще упорство. Спокойное такое, терпеливое. Непробиваемое.

Поэтому, несмотря на все препоны, когда стрелки на часах наконец подползли к двум, все необходимое было добыто, компьютеры для меня и нового шефа подключены, номер проверен. Я вздохнула удовлетворенно, как Александр Македонский, взявший Персеполис. Разложила на столе ручки, поправила еще пустые папки.

Сердце стучало – час икс приближался. Волнение зашкаливало. А вдруг я не пойму его английский? Или не понравлюсь? Или не справлюсь? Нет, не могу не понравиться. Я же так стараюсь! Я не вернусь в пыльную редакцию!

В ответ на мои мысли сплит буркнул, громко кашлянул и затих. Я посмотрела на него, пощелкала пультом. Включила-выключила из розетки. И замерла в отчаянии: жара лезла в щели. Одна секунда, две, три… Я в панике принялась набирать Риту, которую уже забросала вопросами.

– Тебе нужен Гена из техподдержки, – известила она голосом мученицы. – Добавочный сто три.

Телефон не ответил. Сотовый тоже. Я побежала в техотдел. Гена отправился в цех. Я кинулась в цеха, где бурлила в котлах «Оле-Ола», он ушел на склад. Увы, кажется, Гена получил от кого-то приказ – не попадаться мне в руки под страхом смерти.

«Не уйдешь!» – думала я, решительная и взмыленная как лошадь.

С завода неуловимый Гена проследовал обратно в отдел кадров. На моем же этаже. Ура! Встану грудью на лестнице и не выпущу, пока не починит сплит.

Пересекая парковку перед центральным зданием, я проклинала даже удобный каблук, забытый где-то пиджак и лезущие в глаза пушистые пряди, выбившиеся из пучка. И вдруг мимо меня со свистом, чуть не сбив, пролетел красный джип, резко крутанул и затормозил.

– Совсем обалдел?! Смотреть надо! – выругалась я от испуга.

Дверца распахнулась, и на раскаленный августом асфальт ступила нога в светлой кожаной туфле в дырочку. Я подняла глаза. Передо мной не вышел из авто, а, казалось, высадился с межпланетного истребителя высоченный широкоплечий мачо лет эдак тридцати пяти. Черноволосый, без седины. Джеймс Бонд в самом соку. Точнее, в белых джинсах и рубашке «Лакост». С золотыми часищами на запястье и в тонких кожаных перчатках с обрезанными пальцами, как у гонщиков.

Ой…

Мачо с яростью глянул на меня и прикрикнул:

– What the fuck?[1]

Рушники, хлеб-соль, кофе и коньяк на подносе отменялись. Что мне оставалось? Реверанс. Я присела слегка, как учили в балетной школе, и, включив сияющую улыбку, сказала:

– Welcome to Russia![2]

Глава 2

Достаточно было одного взгляда, чтобы понять: передо мной стоял американец. Самый американистый американец из всех возможных, словно сошедший с рекламного баннера об американской мечте. При виде него сразу вспомнились статуя Свободы, жвачка «Орбит», агенты ЦРУ из голливудских блокбастеров и ковбой Мальборо. Загорелый, с тем едва заметным красноватым оттенком кожи, который выдает жителя вовсе не Дикого Запада, незнакомец был красив. У него был профиль южанина и раскованность янки. Компания «Софт Дринкс Корпорэйтед» вряд ли могла найти более американское олицетворение своего продукта, чем мистер Джек Рэндалл.

Живые карие глаза мгновенно ощупали мою грудь, талию и колени. А затем он быстро забыл обо мне. Спортивным, до противности уверенным шагом Джек Рэндалл направился к офисному зданию и в кондиционированный холл с жары внес себя, как подарок. Как «праздник», который «к нам приходит», когда его совсем не ждешь… Я торопилась за будущим боссом, на ходу поправляя прическу и оглаживая юбку.

М-да… Судя по лицам турецких представителей топ-менеджмента, столпившихся на балюстраде второго этажа среди гигантских живых пальм и монстер, нагрянул он нечаянно и не вовремя.

– Абдурахман! – басом прогромыхал американец на весь холл и сверкнул улыбкой, задрав голову вверх. – Дружище! Рад встрече!

Генеральный директор компании, рафинированный аристократ Абдурахман Озур-оглы, с благородной сединой на висках и тонкими презрительными губами, поприветствовал приезжего более чем сдержанно и пригласил в свой кабинет.

Легко, как теннисист, Джек Рэндалл принял подачу и взбежал по лестнице. А затем и на третий этаж, где обитали «небожители». Там были приемные генерального и финансового директоров, начальника производства и несколько переговорных – из того, что я успела заметить, бегая все утро по офису, подписывая и переподписывая документы на компьютеры, ручки, папки и так далее.

Я вновь увидела неприветливых девиц. Что ж, в одном мы с моим боссом схожи – нам здесь не рады, но нас это не тревожит. По крайней мере, его. А меня? По правде говоря, очень. Я только мечтаю не обращать внимания на мнение окружающих. Кажется, теперь мне есть с кого брать пример…

Но рассуждать было некогда: первое впечатление уже испорчено. Надо срочно исправлять остальное.

Все из холла куда-то рассосались, а на лестнице второго этажа появился вальяжный молодой человек в несвежей шведке с корпоративным слоганом, с чемоданчиком с инструментами.

– Люся, – шепнула я, – это, случайно, не техник Гена?

– Ага, это он.

Как хищник на ягненка, я кинулась на парня. Подхватила под локоть и решительно потянула за собой, пока он не успел ничего сообразить. Поддавшись моему напору, техник оказался в двести втором кабинете перед сплитом.

– Уважаемый Гена! Вот, почините, пожалуйста, – с улыбкой воскликнула я и указала на оборудование.

– Э-э, а вы кто? – спохватился он. – У меня вообще-то наряд выписан на ремонт кофемашины в гостинице. Я туда шел.

Я захлопнула дверь, чтобы не сбежал, и сложила молитвенно руки перед грудью.

– Я Саша, новый секретарь нового менеджера. Спасите меня, пожалуйста, Гена! Это мой первый рабочий день. И очень может быть, что последний. Ведь вы же такой, как мне сказали, замечательный специалист!

Гена приосанился, и выражение лица его изменилось.

– Да? А кто сказал?

– Буквально каждый, у кого я справлялась. Говорят, что никто, кроме вас, в считаные минуты не справится со сплит-системой! А у вас золотые руки…

– Ну, давайте посмотрим, что там стряслось, – сдался Гена.

В тот момент, когда агрегат подмигнул нам зеленой лампочкой и довольно заурчал, распространяя в духоту блаженный холод, в кабинет вошел мой новый босс.

– Что за столпотворение в моем офисе? – спросил он с напором.

Я улыбнулась так уверенно, как только могло выйти сейчас, и произнесла:

– Была небольшая проблема. Она устранена. Ничто больше не помешает вам начать работу в комфортной обстановке.

Гена быстро ретировался при виде американца, а тот критически взглянул на меня, явно узнав:

– А ты что тут делаешь, балерина?

– Полагаю, вы Джек Рэндалл, а я ваш секретарь, Александра Лозанина. Сегодня – тоже мой первый день работы в компании.

– Ясно. Зачем здесь второй стол?

– Это мой. Сказали, что пока мы будем располагаться с вами вместе…

Мой пионерский пыл угас при виде негодования, красными пятнами проступающего на лице нового босса.

– Вместе, значит?

– Да. Что-то не так?

Он не ответил, пройдясь по просторному, почти пустому кабинету, в котором, на мой взгляд, вполне можно было играть в мини-футбол и уместить десять столов, а не два. Джек Рэндалл, поджав губы, промерил шагами пространство и остановился рядом со мной.

И только сейчас я поняла, насколько он огромен. Учитывая атлетический разворот плеч, накачанные руки, мощную шею и рельефную грудь, выпирающую из-под белой рубашки, и мой детский рост и небольшой вес, смотрелись мы рядом, как медведь и котенок. Вопиюще несочетаемо. По крайней мере, ощутила я себя приблизительно так. Жуть как неловко… Уж очень давили на меня его размеры. Более того, показалось, что он занял собой весь огромный кабинет, и мне тут места нет. Кажется, именно это читалось в его глазах. Но он пока молчал.

Стало страшно. Я запаниковала, чувствуя себя самозванкой, занявшей не по праву чужую должность. Но позволила страху расплескаться лишь на секунду. В другую я подумала, что мосты сожжены, я уволилась поспешно и в чем-то некрасиво, редактор обиделся, обратно не возьмет, да я и не хочу! Потому что не имею права отступать! Мне надо платить за квартиру, за мамины лекарства, в конце концов, за еду! Потому я собралась и сказала как можно более решительно, хотя вышло несколько пискляво:

– Надеюсь, мы с вами сработаемся. Я выясню, как можно решить проблему с кабинетом. Компьютеры подключены к системе. Вот ваш пароль. Это ключ от номера в гостинице, там все готово. Девочки-горничные предоставят вам все, что пожелаете. Вы можете отдохнуть с дороги. Вот ручки, бумага, папки, файлы. Хотите кофе?

– Американо. Двойной. Без сахара, – бросил он и хлопнул меня по плечу.

Я почувствовала, что врастаю в ковролин. Ну и ладно, хоть корнями прорасту, но не уволюсь. Уже нет никаких сил жить в нищете!

Джек Рэндалл сел за стол, опробовал кресло и так, и эдак, словно гоночную машину. Скривился при виде клавиатуры. Что ж… Я и так буквально зубами выдрала на складе самую классную.

Шеф постучал пальцами по клавишам и взглянул на меня недовольно:

– Где мой кофе?

И я понеслась. Сначала за кофе. Потом в отдел продаж за отчетами. Потом в маркетинг – туда, где обитал красавец Кирилл, на мгновение позволив голове закружиться. Потом в снабжение и в бухгалтерию. Каждый раз пытаясь разгадать, а затем объяснить новым коллегам, что, собственно, нужно моему боссу.

– Подождите. Нет данных. Придите чуть позже. Почему мы должны вам давать эту информацию? Кто вы такая? – слышалось в ответ.

А я улыбалась всем и вся, показывала бейджик и говорила вежливо-превежливо, но так, словно это было паролем ко всем пещерам Аладдина:

– Эти данные нужны антикризисному менеджеру, чтобы улучшить состояние дел в компании. Мы работаем на общее благо. Простите, я подожду. Извините, я посижу здесь, пока не получу необходимые документы. Я вам немного понадоедаю. Буду очень благодарна…

И делала вид, что так и надо, понимая, что многим хочется сровнять меня с землей. Но отфутболить не удалось никому. Увы, мне нужна эта работа. Возможно, я подходила на это место меньше, чем кто бы то ни было, однако босс очень четко сказал сразу после принесенного кофе:

– Слова «нет» я не знаю. Мне нужно это. Это и вот это.

И я надоедала. Ждала, просила, таскала кипы распечаток, кофе и шипучую «Оле-Олу» на второй этаж. А босс, задрав ноги на стол, читал и пил. И курил сигареты одну за другой. Критически смотрел на меня каждый раз, когда я приносила новые документы, почти исподлобья, и, не благодаря, откладывал бумаги в сторону.

* * *

Стрелки на часах почему-то двигались все быстрее, а мои ноги шевелились все медленнее. Кажется, я умру от голода… Кажется, уехал корпоративный синенький автобус, развозивший сотрудников по домам. А идти ночью через пустырь страшно, вчера днем, когда приходила оформляться в отдел кадров, я видела там свору собак…

Джек Рэндалл наконец встал и бросил мне на стол пачку бумаг:

– Скопировать, подшить, перевести.

Ясно, проблема с тем, как добраться домой, решена. Мне просто незачем туда сегодня ехать…

Представителя американской мечты захотелось послать в сад. Я подняла глаза. Он смотрел на меня пытливо, словно проверял на вшивость.

– Хорошо, – дерзнула я. – Все будет сделано. Хочу только уточнить один момент. В моем трудовом договоре прописан рабочий день до 18:00. Исходя из этого факта, я не стала отменять частные уроки английского, которые позволяют мне дополнительно зарабатывать в свободное от работы время. Скажите, если я лишусь этого заработка, он будет мне компенсирован в компании?

Джек Рэндалл впервые с любопытством посмотрел на меня:

– Почему бы и нет? Веди таблицу овертайма. И много учеников у тебя?

– Каждый день по два.

– Сколько тебе лет, Александра Лозанина?

– Двадцать три.

Он кивнул:

– Справедливо. Жизнь коротка, а время – деньги. Документы переведешь завтра.

– Спасибо. – Я улыбнулась.

Кажется, улыбка вышла вымученной. Язык уже заплетался.

Он пронаблюдал, как я собираюсь, не отходя от моего стола, словно это была сценка в театре или реалити-шоу. И хотя я не раздевалась, а, наоборот, надевала пиджак, мне стало некомфортно. По-моему, босс это понимал, но ему было плевать. Что-то было в нем опасное. Непредсказуемое и притягательное. Как в огне…

Но лучше держаться от него подальше, подсказал инстинкт. По мере возможности.

Я заторопилась и вылетела из кабинета. Оказавшись в пустом холле, я с тоской взглянула на синеющие сумерки. Вспомнила о пустыре и стае бродячих собак. Где бы взять палку?..

Вдруг из-за спины послышалось бархатное:

– Саша, вас подвезти?

Обернувшись, я увидела вышедшего из маркетинга Кирилла с планшетом под мышкой. Главный по презентациям мягко улыбался, и у меня мурашки побежали по коже. Как же он мне нравился!

– Да, это было бы чудесно! – ответила я по-английски, спохватилась и перевела на русский.

– Со мной можно и так, и так, – рассмеялся Кирилл.

И стало легче дышать. Зачем нужна американская мечта, если есть вот такие замечательные наши?

Глава 3

У Кирилла, конечно, не было кожаных гоночных перчаток в дырочку, зато были красивые пальцы, уверенно и расслабленно лежащие на руле служебной машины. Вокруг него распространялся аромат приятного спокойствия, в салоне тихо и романтично играло радио. Хотелось, чтобы мы так и ехали по ночной дороге, долго-долго, хоть всю жизнь…

Увы, Кирилл заговорил:

– Как первый день прошел?

– Активно. – Я вздохнула.

– А новый босс?

– Большой и требовательный, – улыбнулась я.

Чем дальше мы уезжали от офиса, тем менее страшным казался тот американский медведь. Словно приснился. Правда, в голове звенело от передозировки крепкого запаха сигарет, постоянного переключения с английского на русский и обратно, а ноги гудели от метания по трем этажам и далее. Очень хотелось разуться.

– Почему, кстати, ему не рады? – спросила я.

– Боятся.

– Есть чего? Кроме медвежьих размеров? – Я рассмеялась.

– Как говорят, это самый страшный аудит из всех возможных. Практически инквизитор.

– Орудий пыток я при нем не заметила.

– Если заметишь, предупредишь? – вкрадчиво спросил Кирилл. – Очень не хотелось бы висеть на дыбе…

Я представила его красивое тело в пыточной и содрогнулась. Воображение подсунуло американца с хлыстом в одной руке и раскаленными щипцами в другой, добавило багровые рога над черными волосами. И дьявольский хохот.

– Конечно, предупрежу.

– Спасибо! – Он одарил меня неотразимой улыбкой, и я была очарована. – Полагаю, сегодня ты устала, но обещай мне выделить вечер для чашечки кофе в каком-нибудь уютном месте.

Боже, он еще и заботливый! Я хотела бы прямо сейчас в ресторан, кафе, согласна даже в кофейню на колесах… Но надо было держать марку.

– Да, сегодня надо прийти в себя, но как-нибудь в другой день не откажусь.

– Может, в пятницу?

– Обожаю вечера пятницы.

– Значит, договорились.

Мы помолчали немного, и я все-таки решила воспользоваться возможностью что-то узнать.

– А почему в руководстве нашей компании только турки?

– Американцы продали франчайзинг турецким партнерам. Поэтому мы сначала подчиняемся стамбульскому холдингу «Идэс Филзенар», у которого пятьдесят один процент акций нашей фирмы, а уже потом «Софт Дринкс Американ Боттлерс».

– Если основной процент акций у турок, зачем им бояться американцев?

– Без лицензии и концентрата самого продукта завод выпускать «Оле-Олу» не сможет, – сказал Кирилл. – Стоит американцам найти нарушения, и нас можно закрывать. Сотни людей останутся без работы. И мы с тобой.

– Надеюсь, у нас все будет хорошо. Я так рада, что мне удалось устроиться!

– Значит, ты понимаешь, что кое-что новому боссу лучше не раскрывать. Говорят, ты сегодня всем мозг вынесла. Невысока, но напориста.

– Я просто делаю свою работу.

– Иногда ее можно делать и с меньшим рвением. – Он пожал плечами. – Что-то не найти, что-то не заметить. Видишь ли, в нашем бизнесе, как и во всем мире, американцы диктуют свои условия…

– Как в НАТО.

– Почти. – Кирилл улыбнулся. – Ты сообразительная. Молодец! В общем, америкосы не понимают и не хотят понимать местной специфики, а ее приходится учитывать. Особенно в работе с местными властями… Твой босс уедет, а нам дальше с теми же чиновниками работать.

Я моргнула. Кажется, он имеет в виду откаты и взятки. Я об этом не думала, в моей голове слово «коррупция» проскальзывало только в новостях и так – в одно ухо влетело, в другое вылетело. Это во-первых. Во-вторых, если задуматься, становится ясно, что никто не проводит аудит вечно. Месяц-два от силы… А меня потом куда?! Это же нечестно – так поступать со мной!

– Мне не сказали, что оформляют временно, – пробормотала я.

– Конечно. Если ты себя хорошо проявишь, после отъезда твоего босса тебя просто переведут на другую должность, – успокаивающе проговорил Кирилл. – Я слышал, как это обсуждали в столовой девушки из кадров. Конечно, если благодаря тебе этот наглый американец перевернет всю компанию с ног на голову, об этом вряд ли захочет слышать генеральный директор.

– Абдурахман? Потому что тогда уже никто не сможет гарантировать себе работу?

– Ну да. Ты же умница, все понимаешь с полуслова. – Он улыбнулся, а мне почему-то стало тошно от этой похвалы – от слова «умница» отчаянно разило дурой.

– Вот мы и приехали. – Я указала на свой дом, одиноко торчащий, как тополь в степи, среди похожего на деревню частного сектора. – Большое спасибо, что довез, Кирилл!

– Это было приятно, – расцвел он. – Завтра увидимся!

И я побежала мимо засевших под «грибком» алкоголиков к подъезду. В палисаднике пахло дурманом, вопили коты. Из окна первого этажа доносилась ругань соседей, с лавочки – гитарное бренчание и матерный шансон.

Дернув за ручку двери, я оказалась в обшарпанном подъезде с расписанными стенами. Подошла к лифту и поняла, что начинаю тонуть в раздумьях: чью сторону выбрать, как сохранить работу и лицо? И кто прав, а кто нет? Дома глянула на себя в зеркало в коридоре – замученная, взъерошенная…

Вот уж не ожидала оказаться сразу между двух огней. Орудием инквизитора. Или – меня прошибло холодным потом при воспоминании о «широких взглядах» – его игрушкой. Занятной, отвлекающей от дел… Они же сразу решили меня под него подложить! Гады!

– Доченька, это ты? – Из кухни показалось мамино круглое лицо. Она счастливо улыбалась. – А я сегодня видела целых три серебристых самолетика. Один помахал мне крылом и такой красивый след в небе изобразил. Почти как сердце!

– Главное, что ты рада, мамочка. – Я вздохнула. – Только ты же помнишь, мы договаривались, встречать инопланетян ты за город не пойдешь, да?

– Да. Я им записочку написала, – сказала мама. – Чтобы прилетали за мной на крышу.

– Нет, на крышу не надо. Пусть приходят вечером, познакомятся со мной. И только потом им можно доверять. Мало ли какие это инопланетяне, да, мамочка?

– Да. – Она с готовностью кивнула.

– Ты таблетки пила, зайка?

– Пила.

– Ну и здорово. Есть что-нибудь на ужин?

– Гречневая каша с молоком. Диночка отказалась. У нее снова проблемы с молодым человеком.

Из комнаты сестры послышались забойные аккорды. Да, точно проблемы. Значит, будет всю ночь курить, слушать метал, пить то, на что денег хватило, и рыдать.

Вот такая у меня веселая жизнь: инопланетяне, хеви-метал и вечный вопрос, что поесть. Еще есть счета и долги. Нет, я обязана сохранить работу. Потому что работаю в семье я одна. И вряд ли когда-то будет иначе.

– Ладно, мамусь, пойдем есть кашу и записочку переписывать, ага?

В конце концов, вопрос «быть или не быть» подождет до завтра. В отличие от маминых инопланетян…

Глава 4

Утро вечера мудренее, говорится в сказках. Истинная правда!

С рассветом меня оглоушило мудростью, как холодной водой из жбана. Я бросилась перечитывать трудовой договор и не обнаружила ни слова о временном положении своей должности. А в интернете на юридических сайтах говорилось о том, что сотрудника не так-то просто уволить после испытательного срока. Требуются три официальных выговора и несоответствие занимаемой должности. А еще были примеры, как ничем не примечательные сотрудники отсуживали по подобным договорам у фирм круглые суммы. Это порадовало. Потому что мне претило играть на две стороны. Даже если я начну, через пару дней меня перекроет, и тогда плохо будет и вашим и нашим, а мне хуже всех. Возможно, я псих. Есть в кого…

Положа руку на сердце стоило признать один простой факт: меня никто не брал на работу специалистом по промышленному шпионажу и сокрытию данных. При приеме мне было четко сказано: вы секретарь антикризисного менеджера. Не чванливого Абдурахмана, не очаровательного Кирилла, не одного из этих наполненных собственной важностью турецких менеджеров. А того самого американца по имени Джек Рэндалл. От этого и будем плясать.

В трудовом договоре черным по белому напечатано: исполнять указания руководителя в рамках занимаемой должности. Значит, я не должна ничего скрывать или не договаривать. Это не входит в мои обязанности.

Если у кого-то рыльце в пушку, пусть сам и объясняется, ищет пути-решения или обоснования своим действиям. Я ведь не Господь Бог и не ангел-хранитель, я всего лишь секретарь. И грош мне цена, если не смогу быть преданным работником одному боссу. Сохраню работу, но потеряю самоуважение. Нет уж, спасибо, не мой вариант! Надо сохранить и то и другое. На всякий случай контакты юрисконсульта по трудовым тяжбам уже отмечены у меня в закладках браузера.

С таким боевым настроем я надела брюки, строгую блузку и черный приталенный жилет. Туфли выбрала без каблука. Тугой пучок на голове. Ноль косметики.

Пусть видят хитрецы, что я не готова играть роль подстилки. И этот медведь мечты пусть тоже видит, что я серьезный сотрудник, а не фигли-мигли. Раз уж решила хранить ему верность, пусть учится уважать. А то ишь, ковбой Мальборо! Посмотрим еще, кто из нас хитрее!

* * *

– В юбке было лучше, – сказал вместо приветствия новый босс и пару лишних секунд уделил моему лицу.

Внимательно осмотрел, даже дотошно. Словно это был финансовый отчет. Так и хотелось сказать: вот такая я без косметики, любуйтесь! Зато по-английски хорошо говорю, а вы по-русски ни в зуб ногой.

– А вот макияж хорош, – заявил он и уселся в кресло. – Где мой кофе, балерина? Вчерашний перевод должен быть готов через два часа.

– Я же не успею…

– Меня это не касается, – буркнул он и уткнулся в монитор.

Деспот и тиран.

* * *

Я строчила перевод, призвав на помощь все словари интернета, потому как половина лексики была для меня незнакомой. А к шефу потянулась вереница ходоков, благо способных общаться с ним без моей помощи. От меня требовалось только звонить и вызывать то одного, то второго по списку.

Честно говоря, я была рада, что занята переводом не их разговоров, а договора поставки, потому что до моего уха то и дело долетали fuck и shit во всех возможных вариациях.

Менеджеры среднего звена из отдела продаж, до которых сегодня дошла очередь, втягивали головы в плечи и начинали оправдываться, даже если оправдываться было не в чем. Яростный бас американца и безапелляционная уверенность в себе мгновенно сбивали с ног любого, переступившего порог нашего кабинета. Впрочем, судя по тому, что я услышала, продажи были дрянь даже для периода экономического кризиса.

Мне было не по себе. Казалось, подними я голову от компьютера и на месте Джека увижу Зевса-громовержца с молнией в руке и подошвами дорогих кожаных туфель под нос посетителю. И зачем нас «поселили» в один кабинет?! Я же к вечеру поседею…

Когда вышел менеджер канала «HoReCa»[3], покрасневший до стадии вареного рака, Джек выругался и так стукнул по столу кулаком, что громыхнуло чем-то еще. Я вздрогнула и обернулась – степлер слетел на пол. По мне скользнул взгляд раздразненного быка, готового к бою.

– Договор готов?

– Нет, простите, – пролепетала я. – Скоро закончу, просто встретились незнакомые выражения…

– Фак! – рявкнул Джек и вскочил с кресла. – Почему вы, русские, только и умеете говорить, почему «нет»? Цветисто и красочно расписываете обстоятельства и условия. Меня это на хрен не интересует! Меня интересует, что вы сделали, чтобы сказать «да»!

– Но два часа еще не прошло. И я перевожу.

Он сжал в кулачище картонный стаканчик, метнул его в стену и снова выругался. Плюхнулся в кресло. Оно сломалось. Джек ушел под стол чуть ли не с головой, подскочил со своим коронным «вот зе фак» и рыкнул:

– Мне нужно новое кресло. Срочно!

Я побледнела. Вчера с трудом удалось найти это. На складе такая бюрократия.

– Возьмите пока мое.

– Мне свое нужно! – он опять повысил голос.

– Хорошо, сейчас сбегаю…

– Не хрен ноги стаптывать, звони ответственному!

Я судорожно стала выискивать в списке внутренних номеров склад, набирать, с трудом попадая на клавиши телефона. А Джек бродил по кабинету, как разъяренный медведь. Чтоб его!

– Здравствуйте, у моего начальника сломалось кресло. Срочно нужно новое. Двести второй, у Джека Рэндалла, да… Когда?..

– Сейчас! – Джек навис надо мной.

Мне в ответ недружелюбно буркнули, что это невозможно. И нужно выписывать наряд за подписью руководителя отдела снабжения, бухгалтерии и Абдурахмана. Но, вскинув взгляд на Джека, я поняла совершенно ясно, что сейчас мне откусят голову. Без шуток. Не оставалось ничего, кроме как перенять тон шефа и с той же Зевсовой яростью рявкнуть в трубку:

– Кресло нужно сейчас! И если через пять минут его не будет в кабинете, пишите заявление об уходе!

Я шваркнула трубку на серый аппарат и увидела перед собой довольную физиономию.

– Вот тон, который мне нужен, – сказал шеф победно.

Что?!

– Сохраняй эмоцию, пойдем громить сейлзов[4].

Но видимо, мое лицо слишком уж вытянулось, потому что Джек прикрикнул:

– Ты должна не просто переводить мою речь, а повторять мои эмоции, поняла?!

– Да, сэр! – рявкнула я в ответ, чувствуя себя новобранцем американской армии.

Где мой автомат, черт побери?!