Онлайн кітапты тегін оқу  Истоки моих поступков. Книга 4

автор Никита Капернаумов

Оглавление

Никита Капернаумов — Истоки моих поступков. Книга 4.

Версия от 04 апреля 2026.

*

*

*

*

*

*

*

*

*

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Оглавление Книги 4

___Часть 54.

________________ Осень 2004. Пошёл в седьмой класс.

>>> Часть 54 текст 1. Начало учебного года и ремонта на Радищева,,, проблемы с печкой и отмычка,,, компаньонство с Денисом на гимнастике,,, компьютерная выставка.

>>> Часть 54 текст 2. Дайр Стрейтс начало,,, компьютерные загоны,,, паркурский загон,,, сальто с лестницы на землю,,, про позорные ////монгяъ \\\\и уход надежды на физическое самообладание.

>>> Часть 54 текст 3. Аутсайдерство в гимназии,,, агония с сальто и проигрыш Ерокину,,, в лес с классом и странное внимание от Юдиной,,, дёрганный Евстифеев-компьютерщик.

>>> Часть 54 текст 4. Отец-землекоп на Радищева,,, начало загона по корпусам Тэрмалтейке,,, турникмэнская агония — первые и последние солнышки,,, ////амбкм \\\\на Радищева,,, фляк Славы Сталлоне и почти конец моей гимнастики.

>>> Часть 54 текст 5. К бабе Вале,,, кошка Дулься,,, первый журнал Игромании,,,//// ояеапэрмээ ммпксфэ\\\\ на Рен-ти-ви,,, конец Радищева,,, идиллии с мамой под скрытую депрессию и начало зелёного кресла,,, ненависть к книгам,,, эМ Ти Ви-шные передачи.

>>> Часть 54 текст 6. Телефонный психоз у одноклассников,,,//// вплхйё з ёяужйигмкмрпъ кю пгквпмлк,,,\\\\ роковой урок биологии про глистов,,, предпоследняя тренировка на каникулах,,, кассеты напрокат,,, чуть не задушил Мурку.

___Часть 55.

>>> Часть 55 текст 1. Начало ноябрьской балабановщины,,, конец моей гимнастики,,, анатомическая депрессия в зелёном кресле,,, суицидальные порывы и детские представления о физиологии смерти.

>>> Часть 55 текст 2. Балабановское скитание по ноябрьскому Энгельсу,,, единождный лудоманский порыв,,, небольшой опыт плохиша на ярмарке,,, конец гимназии и «кровь» в кале.

>>> Часть 55 текст 3. Конец свиного базара в детской истории,,, уход на долгие больничные,,, Король и шут начало..

>>> Часть 55 текст 4. Аудиофильский загон и возня с колонками,,, переезд в маленькую комнату,,, тяга к постсовковым дворам с атмосферой Рамштайна,,, по мусоркам в поиске динамиков,,, встреча с тёть Леной и диск Рамштайна.

>>> Часть 55 текст 5. Валерин Дима в гости и про армию,,, безнадёжные попытки написать себе другую жизнь,,, аудиофильский загон отступает и почему,,, телевизор от дяди Серёжи,,, Барсик для Фрунзы.

>>> Часть 55 текст 6. Отец приехал на Новый год с компьютером,,, Юрий Никитин и моя растущая антисоциальность,,, поругался с родителями и//// птёфзблнв \\\\самозатворничество в маленькой комнате,,, читаю «Я живу в этом теле».

___Часть 56.

…2005 — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

>>> Часть 56 текст 1. ////Рякывйё \\\\психологи против того,, что реально надо,,, Артёмы в гости и компьютеры,,, к тётьЛене и Великий дядя,,, даю Артёму Гэ Тэ А,,, вечера в зелёных креслах.

>>> Часть 56 текст 2. Возвращение в тридцать-третью школу,,, покупка компьютера,,, сломал палец.

>>> Часть 56 текст 3. Проблема с Виндоусом,,, отдаём компьютер Лучинкину,,, забираем компьютер,, и первые дни игр.

>>> Часть 56 текст 4. В школу в конце января,,, с пацанами в дисковой и комплекс Идиота,,, медико-бюрократический маховик поликлиники,,, красноволосая девушка-рокерша из моего подъезда и другие её типажа,,, игра Симс два и впечатление музыкой.

>>> Часть 56 текст 5. К Артёмам и забираю Гэ Тэ А,,, магия Вайс-сити,,, Малая Гавана,,, утро с Кип Филинг Фасинейшнз,,,//// няиъхванв нюпкввняюмёг ё мэхяим эляимулязё\\\\,,, шизотипические концерты в поликлинике,,, мама первый раз воет.

>>> Часть 56 текст 6. Лав Фист,,, Перси и близняшки,,, конец Вайс-сити,,, мама с Дайр-стрейтс,,, отцу дарят телефон и тема зависти к половой жизни родителей,,, обмен компьютерными играми в классе,,, с Фёдоровым на Волгу по льду.

___Часть 57.

________________Мне 12 лет.

>>> Часть 57 текст 1. Деды в гости на день рождения,,, начало этой Юли//// ояеапэрмлз \\\\и мои тирано-проверки преданности.

>>> Часть 57 текст 2. Возобновление контакта с Козловым,,, Олег Николаевич повесился,,, знакомство с Фар Край,,, на набережную с Козловым вечером.

>>> Часть 57 текст 3. Симптомы ОКР,,, блок питания сгорел,,, близняшки на ярмарке,,, ямамий тупик с этой Юлей,,, Грендельство ямамьего тупика,,, проверочность этой Юли до максимума и последний день.

>>> Часть 57 текст 4. Безумный гуманизм отца,,, рай Фар Края,,, подключаем кабельное тэ вэ,,, Аня тётьЛарисы на гимнастику и до свидания бабВале на полтора года.

>>> Часть 57 текст 5. Последняя прогулка с перегнувшим Козловым,,, стэлс-экшны,,, та Юля больше не поворачивается,,, начало бунтов в школе.

>>> Часть 57 текст 6. Скрывание ////огйосяижжэфзё \\\\от мамы,,, ОКР так и лезет,,, последняя порка от мамы,,, идиллические прогулки с мамой на рыбалку и инцидент с крючком.

___Часть 58.

>>> Часть 58 текст 1. Полноценное начало близняшек,,, первая холостая слежка,,, про неудачливого отца,, различие семей и стереотипы.

>>> Часть 58 текст 2. Девятое мая две тысячи пятого,,, про ущемлённое эго и психологов,,, драка с кучерявым ////рякывйлк \\\\на Пристани смелых,,, слёзы//// ж амлёфзблнв \\\\отчаяние,,, невозможность убить и проблема ямамьего тупика.

>>> Часть 58 текст 3. ОКР уже на всю,,, мои безграмотные в психиатрии родители,,, конец компаньонства с Фёдоровым,,, расследование по близняшкам в школе.

>>> Часть 58 текст 4. Ямамья паранойя слежек за близняшками,,, первая удачная слежка,,, паранойски помог бабке,, пока следил,,, последняя встреча с Артёмом.

>>> Часть 58 текст 5. Ненависть к школе и системе,,, дразниловка секспросвещением секс-инвалида,,, ожидание Сан-Андреас и заказ блока питания,,, слежка за близняшками в парке аттракционов и желанный кошмар.

>>> Часть 58 текст 6. Возобновление компьютера и удар три де максом по самооценке,,, предвосхищение лета с Сан-Андреас,,, прощание на лето с только что начавшимся Слепухиным.

___Часть 59.

________________Седьмой класс кончен. Лето.

>>> Часть 59 текст 1. Медиамаркеты в Саратове,, покупка Сан-Андреас и первый день игры,,, моя типология вокалистов в рок-музыке,,, Сан-андреас под музыку Зэ Келли Фэмили.

>>> Часть 59 текст 2. Конец Никиты Козлова и Сан-Андреаса,,, Хроники Риддика и последний созвон с Гужиком,,, летняя ОКР-щина,, покорность отца и упрямость мамы,,, первые наушники,,, переустанавливаю Виндоус,,, записываю аудиокассету,,, сломался монитор.

>>> Часть 59 текст 3. Подробно про ОКР-протирки,,, про мегагалоши и почему не тапки,,, отец «В рог».

>>> Часть 59 текст 4. Амели-мания и реальность с «чужими людьми»,,, просмотры детских фильмов,,, прослушивание музыки при родителях и когда один,,, последний раз на Волгу как в детстве,,, летняя слежка за близняшками,,,//// вплхйё\\\\ на стрёме.

___Часть 60.

>>> Часть 60 текст 1. Отца бесят мультики,,, отец вышел из себя,, и моя зависть к половой жизни родителей.

>>> Часть 60 текст 2. Читаю «Коллекционера» Фаулза,,, истоки мыслей про половое равенство,,, мамино «Мой уже завонял» и последняя встреча с Неспешными.

>>> Часть 60 текст 3. Идём с мамой вытрясывать долг по соседству с близняшками,,, во дворе дома близняшек,,, нашёл листовку с названиями рок групп,,, первые шаги в расследовании групп с «Врока».

>>> Часть 60 текст 4. Жёсткие ОКР-стирки и истерики,,, истерика со сном в кресле,,, рву классный журнал из гимназии,,, закидон с обоссыванием матраса,,, истерика в ванной.

___Часть 61.

________________ Осень 2005. Пошёл в восьмой класс.

>>> Часть 61 текст 1. ОКР последнего года в школе,,, перемены в классе,,, толчок в коридоре до слёз,,, слежки за близняшками после уроков,,, у калитки со Слепухиным,,, последний визит тётьЛены с Машей и мой экзистенциальный кризис.

>>> Часть 61 текст 2. Подвал с дисками у лицея,,, Астерикс и Обеликс,,, заблуждения с музыкой,,, моё антисоциальное фриковство в школе,,, специфика компаньонства с пацанским Слепухиным.

>>> Часть 61 текст 3. Пародии на поэзию Пушкина,,, подражание Бивису и Баттхеду.

>>> Часть 61 текст 4. Внешкольное безделье и про последствия,,, фестиваль по эМ Ти Ви,,, утелевизорные дни,,, передача про агрессию у подростков,,, пятое октября и уезд отца.

___Часть 62.

>>> Часть 62 текст 1. Мрачная октябрьская львакассильщина с мамой,,, походы на Фрунзу,,, покупаем монитор на время,,, бэ-эм-эксеры тинейджеры в Саратове,,, поликлиника и неврозы,,,//// жмпжл-бпгёъ\\\\ с близняшками,,, снова про психологию любовного//// ж нюжяояплнам огйою\\\\.

>>> Часть 62 текст 2. Продолжаю антисоциальность в школе,,, диск группы «Кисс» и глупые надежды на социализацию через рок-музыку,,, подлый звонок Фёдорова,,, подмышка у зеркала и питерпэнство перед мамой.

>>> Часть 62 текст 3. Деды попали в аварию,,, походы за близняшками с биноклем,,, пожизненная проблема с заходом в подъезды,,, встреча с Тюленевым,,, неприятный осадок от Серебряковых.

>>> Часть 62 текст 4. Компанейская влюблённость со Слепухиным,,, Слепухин тоже по року,,, начало поездок по музыке в Саратов,,, в университетскую библиотеку,,, ноябрьские саратовские рок-музыкальные надежды,,, в магазин электроники и разные фрустрации.

___Часть 63.

>>> Часть 63 текст 1. Дядя Серёжа и его пророчество по музыке,,, начало темы подработки расклейщиком,,, фантазии о реальном на велосипеде,,, второй вариант подработки,,, расклеиваю до обморожения,,, злой конец меня как расклейщика.

>>> Часть 63 текст 2. Айрон мэйден и ноябрьские надежды на социализацию через рок-музыку,,, большой Медиамаркет на Кирова,,, покупка Мегадэт.

>>> Часть 63 текст 3. Диски от Слепухина,,, признаёмся//// «чиьфэк»,, \\\\и про грендельство.

>>> Часть 63 текст 4. ////Эляпмлёхдоизв лрхдкжю п мжрщинж,,, лэкя сбёвдию орньи,,, бонфиз а оодблдж йлкмэрд,,, ояеапэрмшг бонфиз п мюкщфдй б ннмг,,, ммгшрнджбэлзв свкъ ояеапэря. \\\\

>>> Часть 63 текст 5. Погружаюсь в Мегадэт,,, последние воспоминания о компанейской влюблённости со Слепухиным,,, конец года с играми,,, депрессивная линия мамы и её решение гнить,, зато жить.

___Часть 64.

…2006 — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

>>> Часть 64 текст 1. Рай эскапизма играми и музыкой,,, первые мысли о композиторстве,,, мелочные эпизоды в школе,,, загон по Ламборджини и солнечной Америке восьмидесятых.

>>> Часть 64 текст 2. Поездки в Медиамаркеты и про мамины предпочтения,,, Лед Зеппелин на кухне,,, львакассильщина на кухне,,, формалиновая каша.

>>> Часть 64 текст 3. Улица Чапаева и кафе «Улей»,,, диски Дайр Стрейтс и про иллюзию старпёрской гавани,,, Слепухин — не единомышленник,,, в школе запускают утилизацию по психушке,,, не маменькин сынок,, а в ямамьем тупике,,, вызывают к психологу.

>>> Часть 64 текст 4. ////Агмёряиъмшг подямвё\\\\,,, эскапизм с Халф-Лайф Два,,, игра «зэ Мувиз»,,, //// птёфзбляь \\\\истерика с молотком,,, истерика со столом на кухне и про бабские сценические уловки.

>>> Часть 64 текст 5. К психиатру в поликлинике,,, психологический перегруз под Лэди Райтер,,, иллюзия друзей и бред единства,,, мамина паника из-за постановки на учёт в психушке,,, инструктаж перед комиссией,,, в энгельсскую психушку.

___Часть 65.

________________Мне 13 лет.

>>> Часть 65 текст 1. Надавил маме на больное,,, с психучёта сняли,, но уже обречён,,, покупаем диск Антология Гэ Тэ А,,, покупаем модем для интернета,,, компьютерный мастер на дом.

>>> Часть 65 текст 2. Первый выход в ////гяякщи \\\\интернет,,, список песен с Врока,,, разочарования в тематике песен,,, покупаю Слэйер и нахожу главную песню,,, фрирайд под Мегадэт и зависть к Мастейну.

>>> Часть 65 текст 3. Подход к «Зэ Элдер Скроллз» через икс-бокс,,, эпизод «обломись соскоб»,,, освобождение по неврологии,,, покупаю «Обливион» и первый день игры,,, возвращение из поликлиники к игре.

>>> Часть 65 текст 4. Первый полноценный день с «Обливион»,,, гостиницы по пути,,, Коррол,,, Кватч,,, ассоциации с вещами из детства,,, конанский концепт,,, попытки и разочарование найти ещё такие игры.

>>> Часть 65 текст 5. Ложусь на дневной стационар в неврологическую больницу,,, никто не видит невроз,,, психологша и моё чувство,, что живу умнее работорабов,,, блаженное время ещё нежелания композиторствовать.

___Часть 66.

>>> Часть 66 текст 1. Редкие визиты в школу и забвение близняшек,,, велосипедный день с пацанами класса.

>>> Часть 66 текст 2. Начало велосипедной темы,,, поездка на Третью дачную,,, классификация велосипедов,,, поездка на площадь и самоуверенные тинейджеры,,, просмотр «Девятой роты» у дедов.

>>> Часть 66 текст 3. Поездка в «Триал-спорт»,,, самонеуверенный выбор велосипеда и покупка.

>>> Часть 66 текст 4. Перегон велосипеда в Энгельс,,, мимо саратовской площади,,, мост и прокол колеса,,, возня с велосипедом дома почти до истерики.

>>> Часть 66 текст 5. Первая катка и позорный перелом руки,,, последняя поездка в Спортмастер и про велотуры в Европу,,, доламывание руки и гипс,,, эскапизм Обливионом и про будущий разлад с другими эскапистами.

>>> Часть 66 текст 6. В дисковой магазин и кровавый концерт Слэйера,,, Дайр Стрейтс на фоне метала,,, предпоследняя встреча со Слепухиным,,, конец моей учёбы в школах.

___Часть 67.

________________Восьмой класс кончен. Лето.

>>> Часть 67 текст 1. Ненависть к школе и коллективам из-за нарциссизма,,, летнее ОКР и похоронофобия,,, день рождения и конец Слепухина.

>>> Часть 67 текст 2. Группа «Антракс»,,, три летние поездки на новом велосипеде.

>>> Часть 67 текст 3. Подвальчик на Тельмана и толстяк продавец,,, хэви-метал покупки,,, постригся налысо,,, похороны у подъезда.

>>> Часть 67 текст 4. Фильмы в игре «Зэ Мувиз»,,, пропитка Слэйером и стереотипы,,, ночные посиделки за компьютером в темноте,,, ссу на пол,,,//// вплхт а зоняюсё р кяйми\\\\.

>>> Часть 67 текст 5. Основное начало интернета,,, сайты о маутинбайкинге,,, первое общение в интернете и «нарциссический прострел».

___Часть 68.

>>> Часть 68 текст 1. Модификации для ГТА,,, свой остров в Вайс-Сити,,, Чёрный альбом Металлики,,, первые вылазки//// ля нннлноюипщ ё онм огйомулязы\\\\.

>>> Часть 68 текст 2. Металлибрари и Металлэнд,,, начало командного модостроения для ГТА,,, начало финального месяца в Льве Кассиле,,, показы квартиры покупателям,,, квартиры и перспективы после продажи.

>>> Часть 68 текст 3. Первая поэзия и про стыд за амбиции,,, шесть августовских стихов,,, заслушивание Мегадэт до дыр.

>>> Часть 68 текст 4. Пик занятости командным модостроением для ГТА,,, сохранившиеся сообщения на память.

>>> Часть 68 текст 5. Финал Львы Кассили,,, возвращение отца,,, сборы вещей под Айрон Мэйден,,, распределение и перенос мебели,,, выезд в Саратов.

___Часть 69.

>>> Часть 69 текст 1. Приезд в Заводской на девятый,,, поход в местный Медиамаркет,,, Ганс н Розес,,, история с пианино на Льве Кассиле,,, про отца.

________________Осень 2006.

>>> Часть 69 текст 2. Просиживаю в квартире и мелкие эпизоды,,, никакой школы,,, выходные с родителями в квартире,,, суисайдал тенденсиз с изучением английского.

>>> Часть 69 текст 3. На Казачьей по дисковым магазинам с мамой,,, интерес к дэт-металу,,, фанатизм по Мегадэт,,, сижу с гитарой и сочиняю первый рифф,,, депрессия отсутствия перспектив.

>>> Часть 69 текст 4. О-Кэ-эР-истерики на девятом этаже и система штрафов,,, новая квартира задерживается,,, поездка на Фрунзу и особенность снижения О-Кэ-эР заморочек,, когда в гостях.

>>> Часть 69 текст 5. Отец начал сердечные спектакли,,, покупаю группу Васп,,,//// юмэйыкщд вплхйё \\\\и расход воды,,, смотрю Мегадэт опять,,, клипы Милен Фармер и про осенние фригийские ассоциации.

>>> Часть 69 текст 6. Впервые узнаю о блэк-метале и других второэшелонных поджанрах,,, увлечение «готикой»,,, Аматори и связанные темы,,, Мэрлин Мэнсон,,, выдумываю мрачно-развратный концепт с элементами готики для своего проекта и такой же видеоклип.

>>> Часть 69 текст 7. Закулисные интриги девятиэтажных,,, уезд в Наташину квартиру в Энгельс на дяде Валере.

___Часть 70.

>>> Часть 70 текст 1. Приезд в Наташину квартиру,,, психология похоронофобии,,, паническая атака по теме похорон.

>>> Часть 70 текст 2. День в Наташиной квартире,,, загон по бациллам,,, отец приносит кассеты с роком,,, вечернее путешествие в туалет на набережную.

>>> Часть 70 текст 3. Поездка в Саратов за Мотлей Крю,,, отец на балконе,,, знакомство с Пинк Флойдом и про ненависть к ним позже от одиночества.

>>> Часть 70 текст 4. Тринадцатое октября — едем в психушку на Иване на томографию.

>>> Часть 70 текст 5. Алтынка,,, заходим в корпуса на территории,,, заходим в какой-то корпус на горе и меня проводят внутрь.

>>> Часть 70 текст 6. Внутри отделения,,, спящие и буйные дети-инвалиды,,, интуитивный панический тремор.

>>> Часть 70 текст 7. Иду к врачу на беседу,,, обратно в комнату к детям,,, обед,,, темнеет,,, на томографию надежды уже нет,,, ужин и передачки.

>>> Часть 70 текст 8. Оцепенение и чувство брошенности,,, перебор догадок и оправданий в отчаянии,,, всех ведут в палаты,,, конец дня в рыдании.

>>> Часть 70 текст 9. Подъём,,, истерика у лестницы,,, приехала мама и снова истерика.

>>> Часть 70 текст 10. Объяснения всяких нюансов,,, заболеваю,,, подавляющее действие нейролептиков на эмоции,,, договариваемся меня забрать во вторник.

___Часть 71.

>>> Часть 71 текст 1. Возвращение с Алтынки,,, сон и забвение акробатических амбиций,,, комплекс криворукого пользователя техники,,, страх карательной психушкой,,, губительное лечение,,, эскапистский солипсизм.

>>> Часть 71 текст 2. Осенний Айрон Мэйден и их новый альбом,,, покупаем три кассеты: Ганс н розес,, Антракс и Васп,,, эскапизм ассоциациями с прошлым,,, едем в Саратов в интернет кафе.

>>> Часть 71 текст 3. Купаюсь с истериками опять,,, пугающие боговерческие закидоны у мамы и суицидная истерика,,, последний визит в тридцать третью,,, молчанка мамы,,, прощай-школьный жест рваньём учебников.

>>> Часть 71 текст 4. Металлика,, Хэтфилд и жених Саша с носом,, приближение съезда из этой квартиры и про ремонт в новой,,, хождение по музыкальным магазинам и воображение социализации,,, мама на свидании,,, ////бгпщкнящд \\\\группы,,, ночуем втроём с отцом перед переездом.

___Часть 72.

>>> Часть 72 текст 1. Перевозка вещей на Зелёный переулок,,, рок-подвальчик и там аудиокассеты с металом,,, покупка кассетного плеера,,, покупаю Асфикс, Хроминг роуз и Бэтори.

>>> Часть 72 текст 2. Впервые слушаю музыку на улице,,, про Хроминг роуз,,, на набережной с кассетами и родителями,,, идём к дедам.

>>> Часть 72 текст 3. Пришли на Фрунзу к дедам,,, про отречение от тела,,, про Асфикс,,, ужин за столом,,, начало Бэтори и ассоциации, гипнагогическое прослушивание альбома «Блад он айс».

>>> Часть 72 текст 4. Новембер морнинг,,, выезжаем с Фрунзы в центр,,, беру кассету с Вроком,,, выезжаем в Саратов.

>>> Часть 72 текст 5. Отдаём ключи Наташе и про работу моих родителей,,, в большой Медиамаркет,,, в интернет-кафе читаю про Бэтори,,, не готика,, а викинг-метал,,, Нордлэнды на Вольской,,, кульминация ноябрьско-металхэдских надежд и иллюзий.

>>> Часть 72 текст 6. В Энгельс и покупаю Дэт «Лепрози»,,, к дедам и кончаются батарейки,,, Девятая рота и новый уровень питерпэнства,,, нэ-кэ-тэ-эс-эм-сцена в фильме,,, бабКлавины истории про бомбёжки.

___Часть 73.

>>> Часть 73 текст 1. Еду с утра в центр и к отцу в музей,,, в кабинет к отцу и в сортир,,, новая серая сумка.

>>> Часть 73 текст 2. В кабинете и разное про отцовскую работу,,, про отцовский творческий стиль,,, япапий нюанс.

>>> Часть 73 текст 3. Иду покупаю Дарк Транквиллити,,, про дурацкую музыку и неадекватность орущего вокала в метал-группах.

>>> Часть 73 текст 4. В другое крыло музея и про разное там,,, фотографируемся в залах древности,,, идём к дедам,,, с Бэтори у батареи и почему она — не метал-группа,,, увлечение в незнании и «аутизме».

>>> Часть 73 текст 5. В центр с отцом,,, бизнес идея с картами,, а по сути союз двух одиночеств,,, конец последнего выходного дня.

>>> Часть 73 текст 6. Выезжаем с Фрунзы с мамой,,, ищем маршрутку на Алтынку и ругаемся,,, про ненависть к системе и разное другое,,, разговор мамы с бабВалей на Алтынке у пруда,,, остаюсь с девятиэтажными.

___Часть 74.

>>> Часть 74 текст 1. Возвращение на девятый,,, распаковка компьютера,,, местная ежевечерняя рутина,,, о пройденности пика важности моей автобиографии.

>>> Часть 74 текст 2. В музей к отцу,,, о Сане Крыловом,,, семь минут с Алиной с бабВалиной дачи,,, Дан Свано,,, Готика три.

>>> Часть 74 текст 3. Север — новая любимая эстетика,,, дома о моих и отцовских вкусах,,, группа Мельница,,, начало фрустрации понимания недосягаемости Европы,,, кельтский фолк и Ричи Блэкмор.

>>> Часть 74 текст 4. В музее пишу героик-текст,,, про эталон отцовства,,, покупаю дискографию Бэтори,,, Эмперор,,, музыкантские магазины Саратова,,, открываю Горбушку,,, соединение с интернетом.

>>> Часть 74 текст 5. Поганый паган-метал,,, интернет-знакомство с москвичём,,, узнаю что Куортон уже умер,,, Блэкморс Найт,,, первый контакт с аудио-программой Сонар четыре.

___Часть 75.

>>> Часть 75 текст 1. Первая интернет-влюблённость — готесса Неанта,,, о музыкальных вкусах Неанты и вообще,,, снова про диски,,, рисунок готического города,,,//// ояеапэрмшг \\\\готессы на кладбищах.

>>> Часть 75 текст 2. Неделя до психушки и занятия дома,,, записываю позорные тексты песен на микрофон.

>>> Часть 75 текст 3. Думы о Неанте и рассказ «Дэт-ушка»,,, разная мелочёвка связанная с «Блад он айс»,,, ездили в психушку, сомнение что не пил таблетки,,, сплю до вечера и тётьЛарисина Аня в гостях.

>>> Часть 75 текст 4. На Горбушку за «Эмперор» и «Ин флэймз»,,, написал Неанте и нарциссический//// жмугкщпйёз\\\\ ад.

>>> Часть 75 текст 5. Еду один в центр и покупаю Тристанию и ещё Васп в понуром чмошничестве,,, про отцовский розовый мир,,, покупаем ди-ви-ди ром,,, Мунсорроу и Финляндия,,, конец ноября две тысячи шесть.

___Часть 76.

>>> Часть 76 текст 1. Восстановление причин истерики двадцать седьмого ноября,,, увозят в смирительной рубашке,,, привозят на Алтынку.

>>> Часть 76 текст 2. Фоновая ненависть к психиатрии,,, мама не узнала,,, свидания с девятиэтажными.

>>> Часть 76 текст 3. Немного про детей и Мамьяка,,, вызовы ко врачу по утрам,,, воспоминания о препаратах.

>>> Часть 76 текст 4. Непрекращающаяся боль в груди целый день,,, про разную боль разных часов,,, радио и сон в безагентной позе,,, освобождение после двух недель.

>>> Часть 76 текст 5. На гражданке,,, второе освобождение,,, об овощном состоянии,,, незнание о чём делать тексты и позорная псевдофилософщина.

>>> Часть 76 текст 6. Купили акустическую гитару,,, мелкие эпизоды дома,,, музыка этих дней,,,//// нннлттю\\\\.

>>> Часть 76 текст 7. Саратовский форум и форум Саррок,,, ненавистные воспоминания о форумной жизни,,, несостоявшийся поход с отцом на концерт,,, походы на уколы к тёте Марине.

>>> Часть 76 текст 8. Первые три месяца две тысячи седьмого.

— — — — — — — — — — — — —

— — — — — — — — — — — — —

*

*

*

*

*

*

*

*

*

.:.

___Часть 54.

.::.

________________ Осень 2004. Пошёл в седьмой класс.

.:::.

>>> Часть 54 текст 1. Начало учебного года и ремонта на Радищева,,, проблемы с печкой и отмычка,,, компаньонство с Денисом на гимнастике,,, компьютерная выставка.

.::::.

Как же меня задолбало писать эту детскую автобиографию, в которой из-за ежегодной однообразности я не могу гарантировать хронологической точности некоторых событий. Вот, например, эта школьная ярмарка в начале года. Она вполне могла быть в прошлом году. Вставляю её в этот лишь потому что в памяти тем моментам сопутствует ощущение себя уже местным.

В первый же учебный день, может, вместо первых уроков, на территории малого заднего двора, где когда-то я поимел пару минут счастья неформального контакта с моей тогда возлюбленной Машей Ермаковой, была организована барахольного типа суета, и школьники с родителями разложили на земле учебники за прошлые годы, которые могли купить ученики младших классов. По какой-то причине к моему ассортименту подходила Катя Ильина с её родителями, и они зачем-то размышляли над лежавшими у меня учебниками. Может, у неё был младший брат или сестра. Мне с ней друг до друга было уже совсем всё равно.

Какие изменения в предметах были в этом классе — почти совсем не запомнилось. По-моему, разделилась на геометрию и алгебру математика. Может даже добавилась физика и химия. Меня это всё не интересовало, и я не учил все эти новые предметы, а контроль со стороны мамы в них почти отсутствовал. Помню, что появилось какое-то О Бэ Жэ, и мои родители предупреждали, что рано или поздно мы посидим за партами в противогазах. Отец, в тему этих тяготеющих к военщине вещей, продолжал рассказывать истории из армии: как их гоняли на марш-броски и всё такое. Верхом проверки на крепкость, отец рассказывал, было залечь в траншею, не пересрать от проедущего над тобой танка, а потом сдёрнуть чеку с гранаты и кинуть в этот танк. Он говорил, что он это делал.

Траншеи, да и противогазы тоже, отец в то время не мог не вспоминать ещё и по другой причине. Он взялся налаживать коммуникации в нашей конуре на Радищева, куда мы с мамой в первый же учебный день и пошли. Некогда, как я рассказывал, о том, чтобы чинить купленное мамой гнильё, он не хотел даже и думать. Но сейчас на него будто нашло такое же воодушевление, как и на меня в те дни, чувство перезагрузки. Либо же дело было в том, что, в отличие от прошлых вариантов, которые мы рассматривали и которые отец особенно ненавидел, мы купили именно отдельную квартиру, да ещё и с отдельным входом. Вода и газ, как ни странно, там были, но была проблема с канализацией. Из-за этого, о том, чтобы там жить, не было и речи.

Если спросить маму, причину, почему это так отец загорелся нам там помочь, она видела ещё в другом. Квартира хоть и была оформлена на маму, и отец к ней никакого отношения не имел, но тем не менее это была отдельная квартира, и вроде бы я мог быть там прописан — ну, а иначе зачем мама её купила, руководству гимназии же нужна была прописка, а не бумажка о собственности и рассказ, что мы тут живём, — а это, в свою очередь, могло когда-нибудь открыть возможность каких-то прав на неё и второму родителю — то есть ему. Когда началась эта квартира, бабВаля была тут как тут. И то есть мама бы сказала, что такой запал помощи был создан не столько отцом, которому самому по себе ничего никогда было не надо, а хлопочущей ради него бабВалей. В эти же первые дни сентября бабВаля там ещё обрызгивала стены водой — освящала.

В общем, отец начал возиться в этой квартире по вечерам после работы — я ещё к этому вернусь.

На второй или третий учебный день я пришёл на квартиру после уроков, поел бутербродов от мамы, и мы там сидели: мне в Энгельс возвращаться смысла не было всё равно, и скоро надо было ехать на тренировку. Между тем мама заводилась по теме, с которой она была паникёршей всю жизнь, сколько её помню: тепло ли в квартире, топит ли печка. Мы сидели на той маленькой кухоньке, и она раз за разом прислоняла ладонь к разным местам полукруглого корпуса этой твари. Она нихера не грелась. Огонь горел, и всё как надо, и было совершенно непонятно, почему печка не нагревалась.

Прислонившись к ней рукой, мама стояла в молчаливом отчаянии. Ну понятно: тут даже не столько деньги, сколько просто значит облом всей авантюры и смысла этой квартиры. Всё-таки если тут нельзя обосноваться для жизни, то мои двухразовые поездки в Саратов из Энгельса мы всё равно не осилим. Я понимал ситуацию и настроения, но не мог ничего поделать и коротал время на крыльце и во дворе перед квартирой.

Я в начале прошедшего лета упомянул о том, что имел желания что-то своровать. Вот сейчас, когда в бутылочничестве и подларёчничестве я разочаровался, а деньги продолжали быть нужны, несколько следующих месяцев во мне будет развиваться тема выгодоискательного преступничества. Конкретно в эти дни я увлёкся темой отмычек. Сидя на крыльце, я крутил в пальцах канцелярскую скрепку, и я её разогнул и распрямил, согнув только самый кончик, и, пока мама там стояла у печки, задумал залезть этой скрепкой в замок открытой двери и каким-то образом повернуть цилиндр. Она тут же застряла в замке. Мама там была и так на нервах, и тут я её позвал и показал, что ещё и эта херня. Мы там начали тянуть. А нам надо было уходить по своим делам. Мама там была в сильной панике. Сразу создалась очень близкая к львакассильщине атмосфера — и впервые так далеко от самой Львы Кассиля, непривычно.

Мама ждала дядю Серёжу — им надо было по делам. Он, когда приехал, прошёл во двор и дёрнул за ёбаную скрепку. Она ему рассекла палец до крови, но вышла. Так я побыл и взломщиком замков.

***

На тренировках стало происходить то, что я начал включаться в разговоры пацанов. Я срабатывал на Гэ Тэ А и тему компьютерного железа, хотя вторая обсуждалась редко: у всех компьютеры уже давно были собраны и использовались. Эти разговоры происходили в течение батутного начала тренировки, когда мы сидели на скамейке, пока кто-то прыгает. Постепенно тот пацан Денис стал всё больше поворачиваться в мою сторону. Ему было как мне, он был толстокостный, тёмноволосый бычок, давно делал всякие фляки и сальто назад с места, понемногу круги на грибке и, кажется, обороты в накладках без тренчиков с тренером. Всегда в каких-то баскетбольных майке и шортах. Он был экстравертный, беззлобный и приколистый. Как-то тренер рассказал об американской правовой строгости и что там могут запретить одному человеку приближаться к другому. Денис прицепился к этому и шутил с рядомстоящими: «Я тебя засужу». Он манерами тяготел к тому Саше Емельянову, с кем у меня было компаньонство в конце моего детсада. Был эпизод, похожий на эпизод с Емельяновым и нерусским пацаном в Анапе. Мы с Денисом ошивались в районе тренировочных колец недалеко от выхода из зала, и на этих кольцах занимался Мефистофель. Последний, как к тому моменту выяснилось, был сильным матершинником и средней злобности мстительным. Денис начал дразнить его какой-то то ли шуткой, то ли загадкой: «Летит птица и матерится…». Мефистофель бесился и то и дело слезал с колец, чтобы пнуть Дениса ногой, который был крупнее его. На перекладине, в тренчиках, Денис крутил обороты сам. Всё правильно, назад, с прямыми ногами. Я же так и не мог сделать сам ничего, кроме ненужных оборотов вперёд, с кривыми ногами, и у меня ещё всё чаще побаливала поясница — будто простреливала. Пока Денис крутил обороты, я как-то стоял и общался с пацаном Максимом, который был старше меня года на два, — это вот единожды. Он обороты тоже крутил, причём, вроде бы, и в накладках уже. Ну и фляки он, естественно, делал, и двойные сальто с батута. Он рассказал, что он занимался всего два года и вот, мол, чего уже успел достичь. Это на мгновение вернуло меня на землю из компьютерного забытия. А так, мы обсуждали с Денисом Гэ Тэ А и уже и другие игры всё время, и мне это стало важнее тренировок. Мой собеседник, как всегда, был гидом.

Тема компьютеров, казалось, наседала повсюду. В самом Дворце спорта, в большом зале — зале лёгкой атлетики — периодически проходили выставки. Казалось, чаще всего они были связаны с аграрной техникой: стоящие на площадке перед Дворцом спорта комбайнеры были регулярным делом, а в зале атлетики, соответственно, в такие дни были всякие стенды и куча людей в пиджаках с бейджами. Но в эти дни, в сентябре, всё ещё по-летнему тёплые и сухие, там была выставка по компьютерной теме. Я сначала не решался туда зайти, но на одной тренировке мы с Денисом спускались в медпункт перевязать мозоли, и мы с ним заглянули туда, и это морально проторило для меня путь туда и в одиночку. Я специально запланировал и пошёл после тренировки в тот зал. Там были компьютеры с Нвидиа Джифорс, в которых я разбирался всё лучше. Куча мониторов с три дэ графикой. Игровые компьютеры с джойстиками, где можно было попробовать, и пацаны, в духе того, что был у Шмыркевичей, там играли. Я набрал каких-то рекламных бумажек и вскоре вышел.

Вечерний Саратов, суета на остановках, повсюду ларьки с дисками и компьютерные магазины через квартал. Всё больше людей с мобильниками, наиболее крутые из которых как-то можно было подключать к компьютеру. Компьютеры были, конечно же, не только про Гэ Тэ А, эскапизм и отделение от социума, но и наоборот — тем, с чем быть частью социума, объединяющей темой, с которой люди двигались в будущее. И я тоже, пока ещё, хотел в будущее.

***

.:::.

>>> Часть 54 текст 2. Дайр Стрейтс начало,,, компьютерные загоны,,, паркурский загон,,, сальто с лестницы на землю,,, про позорные проёбы и уход надежды на физическое самообладание.

.::::.

В один из тех дней дома произошло другое важное в моей жизни событие. Это было днём, я был один, и мама пришла с дядей Серёжей. Они привезли Ди-Ви-Ди плеер. Я уже и сам разбирался в проводах, поэтому не пришлось ждать полтора года, как когда-то с видиком и камерой, и у нас всё заработало сразу. Ди-Ви-Ди дисков у нас никаких не было, поэтому вместе с плеером они привезли и первый диск. Это было нечто известное и маме, и дяде Серёже. Концерт Дайр Стрейтс — «Он зе найт». Дядя Серёжа его уже смотрел. Поскольку это была музыка, мы перенесли к телевизору и Кенвуд, и я уже знал, как подключить через тюльпановый шнур.

Они включили. Там было то долгое вступление перед первой песней. Судя по виду концертного комплекса, мы заключили, что концерт — в Колизее. Фронтмен группы — Марк Кнофлер (так мы его произносили всегда, но я буду всё-таки писать правильно) — был немного похож на дядю Серёжу, и позже, когда мама часто включала смотреть, как казалось, не только ради музыки, но и чтобы посмотреть на МаркНопфлера, я удивлялся, как ревнивец дядя Серёжа мог ей такое подарить.

Ну а дальше, когда группа заиграла, это была впервые «настоящая» музыка у нас дома. Нечто, что, в отличие даже от Террариума Гребенщикова и радио в моём Гэ Тэ А, которые были песнями, было именно про музыку и музыкальное мастерство.

Только тогда меня не сильно впечатляло. Как гитарист — да: с тем его быстрым соло в первой песне я МаркНопфлера сразу посчитал в высшей степени виртуозом. А насчёт музыки… Она, конечно, была вся идеальная, и уже вскоре я подцепил и стал напевать все мелодии. Но мне казалось, что такая группа — одна из множества. Тем более какая-то неизвестная. Мне она никогда не попадалась на глаза, когда я смотрел на корешки музыкальных кассет и дисков. Везде были какие-то Лед Зеппелин, Пинк Флойд, про которых я уже подозревал, что это какой-то рок, и вот они-то, я думал, ещё лучше, чем какой-то Дайр Стрейтс с этим скромным полу-поющим-полу-говорящим МаркНопфлером. Я просто ещё не слушал всех тех Лед Зеппелинов и Пинк Флойдов.

Дядя Серёжа, оставив ещё пару кассет и какой-то незаинтересовавший меня Ди-Ви-Ди диск, уехал. Дайр Стрейтс так и продолжил играть.

Вечером пришёл отец, и он был рад появлению Ди-Ви-Ди и Дайр Стрейтса не меньше мамы. Оказалось, одна из их песен играла на их свадьбе. Это сделало Дайр Стрейтс вообще нашей главной «семейной» группой. Ужинали вечером мы за журнальным столиком, как на Новый год, и в телевизоре всё так и играл концерт. Отец говорил: «Ты посмотри, сколько людей пришли на их концерт. И где выступают! В Колизее! Ты вдумайся». На самом деле тот концерт — на какой-то другой арене, просто фасад как у Колизея.

Ввиду всех вот таких объединяющих элементов — этого диска, происходящего ремонта в конуре на Радищева — это были снова дни «четверной» (включая Мурку) львакассильной идиллии, внутрисемейной атмосферы в духе времён походов на пляж в раннем детстве, поездок на «Ниве» в грибной лес.

На выходных, к вечеру, когда в Энгельсе уже фиг чего будет открыто, у нас была вспышка надежды реанимировать старый системный блок, и мы прошлись с отцом по компьютерным магазинам. Работал только маленький компьютерный отдел в магазине «Мелодия» на Льва Кассиля и Горького. Мы принесли туда системник на диагностику. Надо было оставить на один день.

Я уже частенько заходил в этот отдел, брал прайс-листы и рассматривал диски на крутящемся стенде. Из программ меня интересовал Три Дэ Макс. Дядя Серёжа рассказывал, что это очень серьёзная программа, для профессионалов. Всякие мультики типа «В поисках Немо» делали в ней, как я понимал, ну а также все игры.

А из игр меня привлекала какая-то странная игра Фар край. Я смотрел на этот диск и перечитывал описание и системные требования каждый раз, когда туда заходил. На обложке был брутальный мужик с автоматом в тропической солнечной голубой лагуне. Это было, собственно, как одноимённый фильм, а ещё как в детстве на дезодорантах у бабы Вали в ванной, где были тропические острова. Как в рекламе «Баунти». А также как в «Последнем герое». Это было прям моё: зелёный, синий и цвет песка. Я ненавидел темноту и тусклость, если только не с неоновыми огнями Вайс-Сити. Но я пока не представлял, что это за Фар край на деле, и меня останавливало упоминание каких-то там монстров.

Мы пришли за системным блоком на следующий день. Мастер сказал, что это Первый пентиум — даже хуже, чем издыхающий Второй пентиум у отца — и нет смысла его чинить.

***

Несколько раз в начале осени я встречался то ли с Артёмом, то ли с Козловым, то ли с обоими попеременно, и мы ходили по уже тихому парку. Заходили в тир, подбирали там пульки и стреляли. Прямо перед тиром были кирпично-бетонные альковы-скамейки, на которых никто никогда не сидел, потому что на них почему-то не положили деревянных сидушек. Я, весь пока ещё на дофамине приближающегося подросткового возраста, в котором я видел себя физически уверенным любимцем женщин, во всю увлекался паркуром. Я так и не узнаю в то время, что это так называлось. Пока мои компаньоны бродили где-то рядом, я всё никак не мог уняться с прыжками по спинкам этих кирпичных скамеек. Я там прыгал и так и сяк, но я ничего там вообще не делал, чего не сделал бы любой пацан, у кого пятёрка по физкультуре. Любой самый простой именно паркурский прыжок, не говоря о сальто, на тамошних поверхностях грозил параличом и сраньём в утку всю жизнь.

В какой-то день я ходил к Козлову и, после игры в его «Мафию», а также теперь ещё какую-то военную стрелялку, где надо было стрелять в фашистов в каком-то тёмном замке — что меня совсем не интересовало, — мы выходили в его двор и лазили по гаражам. В энгельсских дворах до сих пор была атмосфера девяностых.

А потом мы слонялись по городу с Артёмом, и мы дошли до тридцать третьей школы. Там я снова делал ерунду на брусьях, но ещё там была эта лесенка в форме волны, и её нижняя часть была на уровне пояса, и я решил сделать с неё сальто вперёд, как летом на пляже с той лесенки. Тут внизу была просто жёсткая земля и трава. Артём бродил где-то рядом, а я всё стоял и долго не мог решиться. Если не докрутишь — грохнешься на спину с полутора метров и все оставшиеся восемьдесят девять лет пролежишь. А если перекрутишь, то прилетишь на голову и шею, и тогда, наверное, просто всё. Но я ебанулся и прыгнул. Я приземлился, как помню, идеально, в полный рост. Я сразу залез и сделал ещё раз, а потом ещё. Но вот, наверное, на третий раз произошло именно то, чего я и боялся: как-то соскользнул в момент толчка подошвами, вращения почти не было — и я приземлился прямо на жопу с полутора метров. К моему удивлению, ноги у меня не отнялись, но я понимал, что мне просто повезло, что не на копчик и не на спину.

А в другой день, как и год назад, мы с мамой пошли сюда вечером к тёте Лене, которая, как обычно, была тут ночным сторожем. Но не слишком поздно, а где-то часов семь. И пока мама осталась с ней, я снова вышел во двор. Они вдвоём прошли по коридору пустой школы к окну, ближнему к этой спортивной площадке, чтобы, пока болтают, смотреть, как я тут прыгаю. Я снова делал эти сальто. Обходилось без падений, но не мог же я тогда как-то иначе не опозориться. И вот, когда в очередной раз мне нужно было пролезть под этой лесенкой на другую сторону, я попытался сделать это ловким джеки-чанским путём, с небольшим прыжком, и вот на этом прыжке я нехило долбанулся об лесенку лбом. Кое-как я повёл себя, будто ничего не было, чтобы избежать позора перед стоящими у окна мамами. Удар был такой же нелепый, как когда двухлетние дети ударяются лбом обо что-то прямо перед ними. Меня уже чуть ли не до слёз бесило, что я так стараюсь, два года ебался с этой гимнастикой, но ебучий позор, все эти нелепые проёбы уровня двухлетних детей ходят за мной как по пятам. Я никогда не видел у объектов моей зависти — тех солидных пацанов, типа треугольного армянина и прочих — таких нелепых проёбов. Блять, как же я себя бесил.

Мамы позже ушли, а я продолжал страдать хернёй на той площадке. Уже темнело, да и вообще было пасмурно, поэтому людей на территории школы почти не было. Но, тем не менее, территория была проходная, и иногда вдоль беговой дорожки вокруг футбольного поля кто-то шёл. Я снова продолжал делать сальто, и особенно старался делать их тогда, когда кто-то проходил наиболее близко. Якобы я не специально, якобы просто так совпадает. И вот был совсем придурошный момент: издалека шла пара, а я уже задолбался делать сальто, но надо было сделать и для них, и пока они шли — а они шли медленно — я минуты полторы–две стоял на краю этой лестницы с поднятыми руками в подготовке к прыжку. Я ещё оборачивался на них несколько раз, и они видели. Когда они дошли, я наконец сделал это сальто. Парень, видимо, понял, что я ждал их, чтобы похвастаться, и он, чтоб хоть как-то отреагировать, будто бы он тоже спортсмен и ценитель корректных манер, сказал: «Ну вот, приземлился, и зафиксируй приземление», — и показал прилежную ровную стойку приземлившегося из прыжка гимнаста.

Всё это была уже агония. Никакого чувства «мастера себя» мне эти позорные достижения не давали, и никаким призом тут и не пахло. Приз через физическую состоятельность требовал совсем другого уровня. Я, будучи Кузикяном-Джекичаном, пришёл бы сюда летом, когда тут ошивались компании подростков, и начал бы скромно тренироваться, без всяких сальто. Ублюдки подошли бы ко мне, доебались, и я, делая теперь уже все сальто, какие надо, раскидал бы их на виду у их компаньонш. Поджав хвост, они бы съебались, а девочки подошли бы ко мне, мы бы разговорились и стали знакомыми. Я бы, как всегда, моментально влюбился в какую-то из них и стал приходить сюда каждый вечер, и мы бы контактировали. Может, она бы тоже захотела освоить какие-то трюки, и я бы страховал. Первый телесный контакт. А месяца через два она бы не хотела идти домой, а моя мама как раз была бы с ночёвкой на какой-то турбазе, и мы пошли бы ко мне, и было бы всё как во второй части клипа «Всё, что тебя касается» группы «Звери». Так должно было быть, и было ясно, что не будет.

***

.:::.

>>> Часть 54 текст 3. Аутсайдерство в гимназии,,, агония с сальто и проигрыш Ерокину,,, в лес с классом и странное внимание от Юдиной,,, дёрганный Евстифеев-компьютерщик.

.::::.

Ничего не рассказываю про школу. Там ничего и не было. Я больше не общался с Гужиком. Ни с кем я уже не общался. Мелочные диалоги только. Там все ополоумели с этими мобильными телефонами — только и пялились в их маленькие экранчики. Наверное, там были игры. Я даже не смотрел и не знаю точно. Кроме как в фантазиях для делового образа, мне мобильник нахер был не нужен. Ни у кого из моих взрослых его тоже пока не было, ну кроме дяди Серёжи. И ни у Козлова, ни у Артёма, тем более.

Я бесконечно рисовал логотип радиостанции Врок из Вайс-Сити. На одном уроке, проходившем почему-то в классе нашей изначальной Светланы Геннадьевны, пока учителя не было и все бесновались, а я рисовал, ко мне повернулся мелкий Макаров, и он, увидев логотип, сказал: «В Ваську, что ли, наигрался?». Да уж, наигрался.

Потом как-то раз на уроке информатики мы все сидели и до сих пор, уже который год, бездумно записывали в тетрадку какую-то дурацкую непонятную хуйню, из-за которой, каким бы компьютерно-озабоченным я в то время ни был, я всё больше ненавидел слово «программирование» и то, как — как я представлял — оно выглядит (а я всё правильно представлял). Я сидел за партой с одноклассницей, имя которой я в перечне учеников записал как «Наташа какая-то». Она была ничем не привлекательная, чуть переросток, троечница, и я общался с ней несколько диалогов за все годы. Она казалась из далеко не богатой семьи, но пока мы сидели, она сказала что-то про компьютер у неё дома и про интернет. И я уточнил — у неё что, интернет даже есть? Она сказала: «Конечно». Нихера себе. Я жёстко зазавидовал. Даже у неё есть интернет. А уж у всяких Ерокиных и Королёвых тем более. Я-то завидовал всем даже за то, что у них компьютеры были в принципе. И современные, а не первые пентиумы, на которых ничего не шло. Когда-то я был человеком, у кого был компьютер дома первее всех, а теперь я был вместе с самыми отсталыми.

Тем сильнее я агонизировал спортом. Было ещё тепло, и был урок физкультуры в том малом дворе. Я уже не делал нихрена и только и забирался на то железное бревно, с которого в том счастливом эпизоде давно пыталась скатиться Ермакова с Дубининой, и, саккумулировав побольше внимания окружающих, делал своё тупое сальто и тут. Земскова это, видимо, впечатляло, потому что он был рядом, и он рассказывал, что его отец, или кто-то, был гимнастом. Не без внимания это моё сальто оставил и ещё один одноклассник — Ерокин. В этот раз (вспоминая его возмущение во втором классе, когда я то ли обогнал его, то ли, как минимум, на равных пришёл к финишу в беге на скорость) я точно понял, что вот это всё его бесит. Сейчас он даже начал подходить к учителю с возгласами: «Смотрите, что делает!», мол, меня надо остановить, а то вдруг травмируюсь, а учителю отвечать. Учитель уже начал обращаться ко мне, но его отвлекали другие дети. Видя, что не сработало, Ерокин побежал на бетонную стену в тупике двора. Но нет, не чтобы убиться. Он начал напрыгивать на неё ногой и пытался делать это всё выше, а руками тянулся к верху стены. Вздумал покорить её. Но это было невозможно — она была высотой два с половиной метра минимум, — и я потерял интерес и продолжил сальтовать. А потом Ерокин крикнул всем. Он стоял наверху той стены. Охереть.

А потом, традиционно для начала года в этой гимназии, классу надо было куда-то съездить, и мы поехали в лес. С родителями. Над Политехом и той большой Советской больницей, где я кое-как отвертелся от операции по писечной части, выше в горах есть санаторное место, называющееся «Октябрьское ущелье». Вот туда. Мы все встретились в начале Шелковичной улицы и пошли вверх. Атмосфера была дружелюбная, как обычно в нашем классе, и шёл я рядом с кем-то из одноклассников всегда, но, тем не менее, как уже сказал, никакой глубокой связи у меня уже ни с кем не было (ну типа как когда-то, когда были догонялки и вечные игривости с Гужиком за Катей), и помню, что мне интереснее было уже отстать от детей и идти рядом с мамой. Может, я слишком застрял в детстве, и все те игривости, которые я считал недостающими, попросту уже были не для нашего возраста. Ну а что тогда для нашего? Телефоны? Вместо, пусть и игривого, но интереса к противоположному полу?

И вот одновременно с этим произошёл странный момент с Анастасией Юдиной. Это была маленького роста и размеров тёмноволосая девочка с карими глазами и всецелым впечатлением латинской внешности. Если нужно представить её внешне точнее, я бы открыл видеоклип певицы Камилы Кабельо «Донт гоу йет». И даже темпераментом такая же — немного «егоза». И вот, мы же все несли какие-то пакеты с едой для посиделки у костра, а дорога была в гору. И почему-то с какого-то момента я нёс пакет этой Юдиной. Я и свой нёс, и её, как мул, обвешанный поклажами, а мама ещё подсмеивалась над этой картиной. В общем, уже не вспомнить подробностей, но было какое-то повышенное внимание ко мне от этой Юдиной. До той степени, что я про себя решил, что она влюбилась. Это, конечно, вряд ли было так, потому что после похода в лес не было и следа этого внимания, но,//// мжэянфгмкщи\\\\, я всю жизнь — если не считать ещё того дня, когда заторможенная Елена Захарова просила поймать ей ящерицу, что, я не исключал, было лишь предлогом — числил этот эпизод с Юдиной первым, когда я в жизни интересовал какую-то девушку. Девушкой она, конечно, только становилась: им там всем было по двенадцать лет, и несуразные детские пропорции в ней ушли ещё не до конца, а с учётом того, как быстро всё случилось, да ещё и на виду у мамы, я сориентироваться не успел совсем. Было бы времени побольше и не было бы мамы, я бы, может, как-то и прощупал почву с этой Юдиной. Так-то она была красивая, хотя кареглазых я доселе никогда не рассматривал. И с интеллигентными и благоразумными манерами. В любом случае, скорее всего, я и вовсе ошибся.

Мы посидели часа два-три на какой-то ничем не живописной поляне. Жгли сосиськи. Я половину времени был возле мамы. Она с кем-то общалась, но, кажется у неё всё тоже стухало. Она ещё и Саратов ненавидела всегда, он был только ради меня.

Но я подходил к Евстифееву. Это был главный компьютерщик в классе. Он не был ботаном или отличником, и он был без очков. Но как-то было уже известно, что он разбирается лучше всех. Он, кажется, в какой-то момент приносил журнал по компьютерам.

И вот на другой день в школе я снова подходил к нему несколько раз. И я уже конкретно спрашивал его что-то про три дэ графику и три дэ макс. Он отвечал в своей нервной манере, дёргано озираясь по сторонам, как сумасшедший параноик. Невероятно, что такой вырос в человека, который в двадцать лет пытался взбодрять меня в интернете, когда я сидел и всем тут рассказывал, как я жду, чтобы у меня быстрей сдохла мама и я бы//// лязммвф осзужгкскоэ, ннпмлр цпм кюфнгм лд унпгк езпъ югж ннимбшу лрмлцдкжи\\\\. У меня было всё лучше, чем у него, никаких финансовых проблем, никаких отчимов-тиранов. У меня не умер родитель, как у Даши, по которой я в двадцать лет мучился. Идеальная жизнь по сравнению со всеми. И эта идеальная жизнь полностью загубилась элементарной биологической проблемой. Ад в раю.

***

.:::.

>>> Часть 54 текст 4. Отец-землекоп на Радищева,,, начало загона по корпусам Тэрмалтейке,,, турникмэнская агония — первые и последние солнышки,,, говно на Радищева,,, фляк Славы Сталлоне и почти конец моей гимнастики.

.::::.

Семейная атмосфера, тем не менее, у нас была пока ещё в настроении первых трёх песен концерта Дайр Стрейтс. Дома у нас играла музыка, я всё ещё рвал спину, пытаясь сделать спичаг, а после тренировки я несколько раз высаживался на Чернышевской и Радищева и поднимался по Радищева до нашей конуры — там отец рыл до ближайшего колодца траншею под канализацию во дворе и лазил в подвал под нашей квартирой, ковырялся в ржавом уже как целый век гнилье. Потом мы с ним шли на Московскую и ехали домой.

Один раз я пришёл и нужно было ему помочь, и я залез с ним в подвал. Из пробоины в ржавых стояках водопровода била струя. Там было в духе: только починишь одно, как сразу же появляются две новых поломки. Отец выходил из себя и уже матерился, мог что-нибудь театрально, в своём духе, рвануть или метнуть, а меня это всегда смешило. Иногда после вечерней пахоты он уезжал к бабеВале, а я — в Энгельс.

Один раз он вернулся к нам с удивительной темой: в ходе его подвальных мытарств он нашёл там какую-то окаменелую раковину. Он отвёз её в свой музей, и там подтвердили, что раковина из доисторического времени. Она осталась в музее. Это стало нашим популярным семейным воспоминанием.

Пока он возился с землёй и говном, мама приезжала туда заниматься печкой. Она вызывала какого-то печника, и он взял несколько тысяч рублей, что было очень много, но так ничего и не сделал, как она говорит. Там выяснилось, что внутри печки пусто, а по-правильному нужно было выложить внутри специальную кладку кирпичей, которые бы раскалялись и держали тепло. Перспективы с этой квартирой были херовые.

Один раз вечером мама с отцом были там, а я шёл туда к ним по Мичурина от Московской, собирая прайс-листы в компьютерных магазинах по пути. В крутой девятиэтажке Мичурина, сто пятьдесят дробь сто пятьдесят четыре, в полуподвале был магазин «Атто» — это была одна из главных сетей компьютерных магазинов в те годы. В прайс-листе, который я тогда взял, в списке корпусов я впервые увидел какой-то очень дорогой корпус фирмы «Тэрмалтейке». Я вернулся в магазин и попросил распечатку по этому корпусу. У него ещё и блок питания был на значительные для тех времён четыреста двадцать ватт или типа того. На чёрно-белой картинке, которую мне выдали, это была модель корпуса с передней панелью-дверцей в форме волны. Стеклянная боковая стенка, чтобы видеть внутренности системника. Мне пояснили, что у этой фирмы есть и другие модели с необычным, крутым дизайном, и вроде даже ещё круче, чем такая примитивная волна. А ещё дверцы у этих корпусов запирались на замок и ключ. Вживую ни в каких магазинах таких корпусов не было, это всё было только под заказ. Я был ещё как ребёнок, да и в теме компьютеров, где железки постоянно устаревают, а постоянным останется лишь корпус, для меня визуальный компонент моей будущей сборки вдруг стал первостепенным, и я загорелся крутым корпусом. Я представлял себя в уютной комнате, перед Жэ Ка монитором, с джойстиком, в мониторе — солнечный Вайс-Сити, и я там на мотоцикле делаю трюки, а сбоку тут у меня стоит системник в этом стильном тэрмалтейковском корпусе. И уже похер на всё…

Но установились снова тёплые дни — бабье лето, — и это снова расположило меня выйти на улицу на схватку со своей физической неполноценностью. Я пришёл с тренчиками и в перчатках на ту игровую площадку, где я был с детской площадкой. Тут был прочный турник под высокими деревьями у футбольного поля. Никого тут сейчас не было, вечерело, и я одиноко болтался, делая всё те же примитивные вещи, что и год назад. А потом я пошёл в какое-нибудь другое место. И я дошёл до двора дома — улица Волоха, десять. Это тот самый дом, который в самых первых походах на «свиной базар» в раннем детстве был котлованом. Сейчас он был уже давно построен, и тут было много детворы. Из ближайших хрущёвок туда ещё приходили. И вот я там начал болтаться тоже. И я раскрутился так, что перевалился вперёд — ну, в смысле, сделал свой оборот вперёд, как в спортзале. Турник был прочный, и можно было. Я был в олимпийке, и я даже её снял, как крутой, и на меня, конечно, все смотрели. Хоть я и делал эти обороты с дурацкими кривыми ногами, как всегда. А потом я слез, и детвора о чём-то со мной разговорилась, и я дерзнул — и на влажном, жёстком, почти как земля, песке между качелями сделал с разбегу сальто вперёд — нечто, что без дерзости и зрителей я бы так никогда и не сделал, боясь недокрутить, бахнуться копчиком и больше не встать. Но я приземлился на очень низкие корточки. Это была фигня. Для крутоты нужно было приземляться хотя бы в полу-присест. Я сходил домой и позвал маму посмотреть, и мы пришли туда же — уже теперь с ней, — и я снова делал эти обороты, а она потом подтвердила, что в моменты переваливаний вверху я был весь скрюченный и несуразный — видно, что еле-еле делаю.

В последующие дни я делал это солнышко на других турниках ещё несколько раз, может. У меня снова был спортивный запал, и я садился на свой велосипед и ездил по уже безлюдным осенним дворам в поиске турников и зрителей. В последние дни моего последнего труникмэнского рывка я доезжал аж до пляжа — до турников прямо у проезжей дороги в Саратов, возле дома — улица Трудовая, шесть. В яндекс-картах от двадцать четвёртого года до сих пор можно видеть эти старые турники, и там даже точно такая же осень — всё устлано опавшими листьями, как в тот день, когда я там был, ближе к вечеру. Но солнышки я на тех турниках не делал — они были ненадёжные. И уже заметно мешала та проблема с поясницей, о которой я уже упоминал — на самых оттягивающих моментах или резких рывка