автордың кітабын онлайн тегін оқу  Другие звёзды. Книга 3 из цикла «Солар»

Кира Киммерс

Оглавление

Часть I

Глава 1. Таинственная незнакомка

Сквозь густые заросли кустарников старая дорога вела к заброшенной электростанции. Растрескавшийся серый асфальт петлял и тонул в зелени раскидистых ветвей, будто пытаясь скрыться подальше от людских глаз, но высокие красные стены и длинные окна можно было разглядеть ещё издалека.

Одинокая серая труба маячила над крышей, привлекая живущих по соседству птиц.

Внутри, несмотря на стоявшую на улице жару, было прохладно. Поникшие и облезлые трансформаторные будки вдоль стен пестрели абстрактными рисунками уличных художников, кабели и провода, рассыпанные по разбитому плиточному полу, терялись в пыли и паутине.

Большой зал окутывал полумрак. Через стёкла продольных окон, некогда ярких и блестящих, теперь же покрытых серым налётом, едва проникали слабые солнечные лучи. Тут и там с потолка свисали перегоревшие лампы, напоминая о временах, когда электростанция была живой, испускающей энергию и свет.

В этом безмолвии гасли и терялись звуки шагов, издаваемых незнакомкой, медленно ступающей по пыльным обломкам. Её длинные темные волосы, украшенные диадемой из черных самоцветов, струились по плечам, обрамляя белое, как снег, лицо. На щеках лежал легкий румянец, а глаза светились спокойствием, уверенностью и радостью от предвкушения долгожданного события. Она вышла на середину зала, остановилась и, оглядевшись по сторонам, громким голосом сказала:

— Видантис, я не верю, что ты опаздываешь! Как некрасиво прятаться, шпионить, неужели этому вас сейчас учат? Явись! Не заставляй меня ждать!

В паре метров от неё зажглась вспышка яркого света, которая преобразилась в мужчину средних лет в светлом деловом костюме.

— Сибилистраза? — спросил он, подойдя ближе, но та ничего не ответила, и он продолжил: — Я приветствую тебя в нашем мире! Прости, что не кланяюсь, сейчас уже не принято… Так сколько же тысячелетий ты радовала нас своим отсутствием? Что же случилось?

— Случилось то, что когда-нибудь должно было! — резкий голос разлетелся по залу. Глаза женщины в чёрном вспыхнули мимолетной яростью. — И теперь этот мир получит сполна за все мои лишения!

— Я не понимаю, — развел руками Видантис. — Расскажи, пожалуйста, в чём же дело? Может быть, мы сможем тебе помочь?

Сибилистраза ухмыльнулась и покачала головой:

— Вы… Вы настолько привыкли быть первыми… Всемогущими… Правильными… Но так уж свершилось, что это выше вас…

Видантис слушал её внимательно. Она говорила медленно, и подобие улыбки начало расползаться по её лицу:

— Но кое-что ты все же сможешь для меня сделать… Знаешь, я не люблю бессмысленные разговоры.

Она замолчала. За её плечами, поднимая ветер и пыль, с шумом развернулись два массивных тёмных крыла.

Видантис с недоумением смотрел на неё, и едва лишь тревога искрой успела мелькнуть в его глазах, как Сибилистраза властно выкрикнула:

— Ты послужишь мне!

Она взмахнула крыльями. Тут же множество иссиня-чёрных, острых, как лезвия, перьев сорвалось с них и с едва уловимым свистом пронзило Видантиса насквозь. В изумлении он упал на колени, с ужасом оглядывая яркие лучи света, бьющие из ран.

Сибилистраза вытянула руку, и большие электрические дуги, искрясь и пощелкивая, заплясали в зале: от неё к Видантису, от Видантиса к старым трансформаторным будкам, от будок к ней. Она будто делала затяжной глубокий вдох, фигура же напротив неё таяла, превращаясь в жёлтые всполохи света, пока не исчезла совсем. Световое шоу прекратилось. Сибилистраза втянула носом воздух: от напряжения пошла кровь. Она смахнула её рукавом и, пытаясь остановить, подняла голову.

— Давно… Давно пора, — сказала она тихо сама себе, как вдруг в зале под потолком снова вспыхнуло. Хлопая белоснежными крыльями, ещё один ангел опустился перед ней на пол.

Сибилистраза с удивлением оглядела незваную гостью. Хрупкая девушка в светлых одеждах сложила крылья и, перестав светиться, завела руки за спину.

— Хранитель Корделла, участок 15А. — деловито сказала она. — Зафиксировано нарушение границ дозволенного темного вмешательства, проследуйте со мной для составления протокола и вынесения мер…

Но договорить она не успела — туча чёрных перьев просвистела, пронзая её насквозь.

Когда последняя электрическая дуга растворилась в воздухе, Сибилистраза плавно пошла к выходу. Опершись на дверную ручку, она остановилась на несколько секунд, вытирая снова пошедшую носом кровь.

— Значит, такие у вас сейчас правила, — прошептала она, улыбаясь. — Что ж, отлично! Молодцы! Вместо одного будет два…

Женщина в черном открыла дверь, вышла на свет и исчезла в заросших тропинках парка.

Глава 2. Книга Света

Прошло несколько месяцев с тех пор, как Элберт побывал в Раю, чтобы найти в Книге Света ответы на вопросы про странную незнакомку с черными крыльями. Но попытка оказалась не совсем успешной. Даже более того, как он потом себе признался, она с треском и позором провалилась.

Тогда, в назначенный день, к нему в дом спустился посланник с небес. Яркий свет в центре комнаты преобразился в высокого брюнета.

— Привет, Элберт, я Тариэль. Я буду твоим проводником сегодня. Ну что? Готов? — сказал гость, осмотревшись.

Элберт поздоровался и кивнул.

Через несколько секунд, словно обдуваемый тёплым ветром, он с удивлением наблюдал, как вокруг него мерцая, взвились потоки белоснежного света, превращаясь в невесомые белые крылья, что начали расти за спиной. Раскинувшись почти до половины комнаты, они сделали единственный взмах и понесли его с невероятной скоростью вверх, проходя, будто тень, через квартиры многоэтажки, крышу и облака настолько быстро, что сложно было уследить за мельканием вокруг. Рядом всё светилось белыми искрами, и через несколько мгновений он, ступив на облачный пол, увидел перед собой золотые врата, которые блестели на солнце с такой силой, что невозможно было не зажмуриться.

У Элберта перехватило дыхание от осознания происходящего. Он мельком взглянул на стражу по бокам врат, но не успел толком ничего рассмотреть. Тариэль стремительно повёл его дальше, и, не открывая дверей, они прошли сквозь золотые затворы, словно их и не было, и, снова взмахнув крыльями, понеслись вдоль облачных просторов и диковинных райских кущ.

От быстроты сменяемых направлений у Элберта захватывало дух, скорость казалась просто бешеной.

За несколько мгновений они преодолели огромное расстояние и опустились в пустом белокаменном зале, обрамлённом множеством изящных арок, сквозь панорамное кружево которых просматривались подёрнутые невесомой голубоватой дымкой сады, уходящие вдаль.

В центре зала, словно бездонный колодец, зиял проём, из которого, уходя столбом вверх, струился переплетающийся жёлтыми всполохами свет. Тариэль направил Элберта прямо туда.

Делая очередной шаг, Элберт взглянул под ноги. От самого центра пола кругами расходились широкие полосы, сплошь покрытые незнакомыми письменами, высеченными в камне. Некоторые символы иногда вспыхивали яркими желтыми разводами. Огни сразу бросались в глаза, ещё больше усиливая ощущение благоговейного величия и таинственности.

Шагнув в столб света, Элберт услышал в своих мыслях голос Тариэля:

— Теперь твоя очередь. Ищи, что хотел узнать. Только побыстрее.

— А как? А где книга? — спросил Эл. Он ожидал увидеть что-то, напоминающее древний фолиант или огромную энциклопедию, но ничего похожего не находил. Тариэль пояснил:

— Сейчас её усовершенствовали, чтобы было проще. Выбрось всё из головы, не думай несколько секунд ни о чем.

Элберт последовал его совету, и это помогло. В мыслях чудесным образом зародилось понимание того, что нужно делать. Он начал прокручивать в голове воспоминания о незнакомке и символе с буквой S, будто перекладывая их куда-то. И те побежали по светящемуся столбу в неизвестность, уносимые светом, который, постепенно набирая скорость, заструился переплетением тонких завитков вверх.

Все казалось таким удивительным. Элберт во все глаза смотрел, как вокруг него все быстрее мелькали, убегая вдаль, дорожки желтых всполохов. Но вот наконец те замедлились, и в мыслях снова всплыла чётко выстроенная информация. Стало ясно, что воспоминания связаны с чем-то невероятно древним, погребенным под доисторическими пластами времён, забытым и заброшенным.

Проникая в поток знаний всё глубже, он увидел символ. Его лучи заколыхались зеленоватым светом, изогнутая S стала шаром, который, мерно поблескивая, одиноко завис в темноте Вселенной. Рядом с ним, озаряя всё вокруг, вспыхнуло огромное пылающее солнце.

Затаив дыхание, Элберт торопливо впитывал образы, но вдруг ощутил пульсирующую в висках боль. Она мешала сосредоточиться и становилась всё сильнее и отчетливее.

Вокруг солнца образовались планеты, и зеленоватый шар света притянуло к только что появившейся Земле. Там он разъединился на две половины, которые, погаснув, приобрели очертания крылатых существ и растворились в синеве атмосферы.

Боль стала ужасной. Эл обхватил голову руками и вдруг услышал голос Тариэля:

— Элберт, у нас проблема.

— Да, я чувствую! Такое ощущение, что голова сейчас взорвётся!

— Ты нашёл, что искал?

— Почти! Ещё не всё!

— Мне жаль, но придется на этом прерваться.

— Да что же это?! — Элберту было обидно, что он не успеет рассмотреть самого важного.

В видении одна из половин опустилась на пустынную Землю и преобразилась. Он узнал в образе женщину с чёрными крыльями. «Ну же, ещё чуть-чуть, и я пойму всё!» Тихий голос произнёс: «Сибилистраза…»

И Тариэль вырвал Элберта из потока. Они понеслись обратно ещё быстрее, чем раньше. Мелькнули врата, облака, многоэтажка, и через считанные секунды они снова стояли в квартире. Ангел принял человеческий облик и рухнул в кресло, закрывая ладонями лицо.

Элберт плюхнулся на диван напротив, сжимая голову, которая всё ещё давала о себе знать, но уже беспокоила меньше. Он сразу же постарался заглушить боль с помощью своих светлых сил, и постепенно у него это получилось.

— Фух, — вздохнул Тариэль. — Прям приключения с тобой…

— А что произошло? — тихо спросил Эл.

— Свет нашёл тьму и начал выжигать её. Похоже, что ты коришь себя за что-то. Не можешь простить. Где-то в глубине души. Я сдерживал, как мог, чтобы это не нанесло повреждения мозгу. Но я тоже не всесильный. Поэтому прости, сколько смогли. А тебе… нужно работать над собой.

— А… Надо же… — Элберт растерялся, не находя, что сказать в своё оправдание. — Я не знал, что всё так сложно.

— Да… Когда легко-то было… — грустно ответил ангел. — Прости, но мне придётся сообщить об инциденте твоему отцу.

«О нет… — подумал Эл. — Ужасно стыдно. Родители расстроятся».

Но вслух, конечно же, согласился:

— Раз надо, то конечно, — расстроенно сказал он. — Но в этом же нет ничего страшного?

— Наверное, нет. Я не знаю, — Тариэль встал, расправил крылья и улыбнулся. — Ты ведь у нас особенный. Ладно, мне пора, до свидания, Элберт!

Эл помахал ему на прощание, и тот исчез.

А на следующий день Элберт познакомился с Хэфи. Видимо, услышав подробности от Тариэля, родители решили принять меры.

Когда Эл в первый раз увидел Хэфи, то был очень удивлен. Его предупредили, что прибудет кто-то из светлых, чтобы наставлять и поддерживать в трудных ситуациях на Земле, но он не думал, что откомандированный к нему посланник окажется настолько светлым, в буквальном смысле этого слова.

В тот день он прикорнул на диване после обеда и, проснувшись, увидел белое пятно посередине комнаты. Он протер глаза: перед его изумлённым взглядом предстала сидевшая в кресле пушистая белая кошка, которая смотрела на него блестящими голубыми глазами. Она поздоровалась мягким протяжным человеческим голосом. Эл замер на несколько мгновений и, когда удостоверился, что это не сон, поприветствовал её в ответ.

Поначалу это казалось странным. Такого гостя Элберт ну никак не ожидал. Но, поболтав немного, они быстро нашли общий язык, и Хэфи стала для него ещё одним другом, мудрым советчиком и антистрессом. Только вот была ли она ангелом или кем-то ещё, оставалось загадкой. Она почти не рассказывала ничего о себе, своей жизни и без предупреждений иногда пропадала куда-то на несколько дней. Но обязательно возвращалась, и маленькое окошко было всегда для неё открыто.

Глава 3. Свистать всех наверх

Вот уже десять минут как Элберт ходил по комнате со смартфоном в руке, не находя себе места. Хэфи сидела на диванном подлокотнике и мягким голосом выпытывала:

— Элберт, ты о чём-то волнуешься?

— Хэфи, да! Я не понимаю, зачем ты спрашиваешь, если и так видишь!

— Я спрашиваю, чтобы ты рассказал мне, что случилось, — ласково ответила Хэфи.

— Тогда с этого и надо начинать!

Он сел рядом с ней на диван.

— Ну что, что ты там такое прочитал? — промурчала Хэфи. Он погладил её и ответил:

— Мне пришло письмо из Облачного Центра. Я обязан завтра там присутствовать, на внеплановом собрании. В девять. Хэфи, меня ни разу не звали на собрания. А тут ещё и внеплановое!

— Ну так это же хорошо! Считай, повышение!

— Ох, как бы не наоборот! А вдруг начнут отчитывать за что-то? А ведь там, возможно, даже архангелы будут!

— А есть за что отчитывать?

— Я не знаю, ну мало ли? Может, я пока даже не подозреваю, а что-то есть…

— Возможно, там просто будет информация, которую необходимо прослушать всем?

— Нет, всех туда не зовут. Зовут только тех, кто причастен тем или иным образом к обсуждаемой теме.

— А что за тема?

— Прочерк! — Элберт показал Хэфи экран смартфона. — Просто срочное внеплановое собрание!

— Может быть, это касается тех вещей, которыми ты занимался в последнее время?

— Может… Но я полгода возился с данными по эксцельсиорам, а потом закрыл несколько пустяковых заданий, ну ты помнишь, как мы долго искали беса-хаотика в подземке, а всё дело оказалось в неправильно сведённых энергетических потоках от нового меридианного лифта. Потом те истории со светящимся бобром и негаснущими свечами… Это всё не стоит такого внимания…

— Я всё же думаю, что тебя ждёт что-то хорошее! Что это надо рассматривать как признание или возможность! — обнадёжила его Хэфи.

— Ох… ты всегда так говоришь! «На счастье, хорошая примета…» — сокрушался Элберт. — Помнишь, как я разбил поднос с чашками? И что-то никакого счастья не было потом. Просто руки не из того места растут!

Белая кошка, зевнув, потянулась, выгибая спину и обнажая острые коготки.

— Уж не наговаривай на себя! Руки у него не из того места растут! Вряд ли кто-то в твоём возрасте может похвастаться спасением мира!

Хэфи специально упомянула о событиях прошлой осени. Она знала, что эти воспоминания поднимали Элберту настроение. И, как всегда, попала в точку. Эл наконец-то улыбнулся.

— Ладно, может быть, ты и права… — он снова погладил её, встал и подошёл к компьютеру. — Просмотрю на всякий случай последние дела, вдруг какие-то вопросы задавать будут.

Без десяти девять следующего утра Элберт уже сидел на одном из последних рядов в амфитеатре большого белоснежного зала в Облачном центре на Небесах. Вот уже несколько столетий назад этот участок вынесли за пределы исторического центра Рая. Являясь новым деловым центром, он связывал воедино всю хозяйственную часть, обеспечение, поддерживающие службы безопасности и порядка.

Элберт не раз бывал здесь, ведь его непосредственное начальство располагалось в этих стенах. И именно тут он, как сотрудник отдела сокрытого, получал новые задания и отчитывался о выполнении старых. Но на таком собрании всё же присутствовал впервые.

С утра легкое волнение не отпускало его, но лишь только он оказался в Облачном центре, оно прошло. Энергетика этого места всегда действовала положительно, проясняя разум и настраивая на позитивные мысли.

Он огляделся, ожидая начала собрания: белоснежные полукруглые трибуны уходили рядами вниз. Впереди на отдалении от амфитеатра стоял ещё один закругленный стол. Стало интересно, кто же будет сегодня сидеть за ним там, в президиуме.

Постепенно места в зале заполнялись, вспышки света летали по залу, рассаживаясь и принимая человеческие облики. Сложно сказать, как это выглядело на самом деле, но получеловеческое зрение Элберта воспринимало происходящее именно так.

Со всех сторон рассаживались ангелы. Кто-то в белом, кто-то в повседневных одеждах, как он. Были даже мужчины и женщины в светлых мундирах с блестящими погонами, знаками отличия. Элберт с интересом разглядывал их — он знал, что это ангелы из службы Рая по охране и порядку. Они редко появлялись в Облачном центре, и увидеть их тут было довольно волнительным, из ряда вон выходящим событием. Происходило явно что-то необычное.

Когда зал заполнился, в президиуме тоже начали появляться яркие вспышки. Они гасли, и фигуры в светлых одеждах занимали свои места за выгнутым дугой столом. В одной из них он узнал Сильвариуса, своего начальника. Двое других были ему незнакомы. Последняя вспышка преобразилась в ангела в белом мундире с погонами. В отличие от всех остальных, от него исходило странное свечение, будто тот, приняв человеческий образ, все еще оставался сосредоточием света. Элберт узнал его, это был архангел Михаил.

Не теряя времени, Михаил сразу же вышел из-за стола и обратился к присутствующим:

— Доброе утро, коллеги, — бодрым голосом поприветствовал всех архангел. — Итак, начнем. На повестке у нас сегодня несколько срочных и важных вопросов. Первое и самое главное. Как многие уже почувствовали, впервые за несколько сотен лет мы столкнулись с неидентифицированным исчезновением ангелов. — Он сделал паузу. По залу прошелся взволнованный шепот. — Я прошу вас не сеять панику и не волноваться раньше времени. Для этого мы сегодня и собрались здесь, чтобы разобраться в случившемся. И второе. Согласно кодексу, нужно будет решить, как устранить возникший пробел и уровнять баланс сил света, в том числе на Земле. Я передаю слово моему коллеге из отдела безопасности, где как раз нёс службу один из пропавших ангелов. — Жестом руки он пригласил выйти одного из сидящих в президиуме. — Даниил, прошу, введите нас в курс дела.

Элберт перевел взгляд — высокий худощавый Даниил казался очень серьезным и собранным.

— Уважаемые коллеги, уважаемый президиум. — Он вышел в центр, слегка покрутил рукой в воздухе, и под потолком над ним возник огромный белый шар, в котором, дрожа, начал проявляться образ светловолосого мужчины средних лет. — Перед вами — Видантис, старший сотрудник отдела отслеживания темных вмешательств, — продолжил докладчик. — За свою многовековую службу им было предупреждено множество козней демонов как на Земле, так и на Небесах. Это один из опытнейших сотрудников, наш друг и коллега, и вчера, как многие из вас ощутили, он исчез. Его просто не стало. В последнее время он вёл сразу несколько дел. Мы просмотрели всё и пришли к выводу, что исчезновение связано с одним из них. — Он указал пальцем на белый шар, и картинка на нем поменялась. На экране одна за другой поплыли яркие диаграммы, графики, кривые, они двигались, менялись. Элберт плохо понимал, что они значили, но внимательно смотрел и слушал. — Несколько недель назад Видантис зарегистрировал аномальный всплеск темной энергии на Земле, — сказал Даниил. — Судя по тем данным, которые он зафиксировал, обратите внимание на экран, перед нами мастерски скрытое несанкционированное проникновение в материальный мир, и, судя по размерам всплеска, скорее всего, нескольких существ, причем довольно крупных. Последние записи Видантиса привели нас к месту, где он исчез.

Картинка в шаре сменилась снова. Словно ускоренная видеосъемка, в нем пролетели очертания стен из старого кирпича, большой полупустой обветшалый зал промышленного здания.

— К сожалению, он не успел оставить более детальную информацию по своему расследованию. — Даниил опустил взгляд и расстроенно покачал головой. — Могу лишь предположить, что Видантис вышел на след нарушителей и столкнулся с ними в неравной схватке. Что немного не укладывается в голове, так как подобные вещи должны решаться и, собственно говоря, успешно решаются темной стороной уже на протяжении многих десятилетий другими методами. — Он поднял глаза на слушателей. — Сейчас мой коллега из подразделения хранителей на Земле продолжит знакомить вас с дальнейшей информацией. Радомир, прошу, вам слово.

Недоумевая все больше, Элберт слушал доклад об исчезновении еще одного ангела, и, глядя на картинку в шаре, где медленно вращалось изображение девушки с приятной внешностью и добрыми глазами, он ощутил грусть. Обиду и боль за то, что ангелов не стало. Что произошло такое, чего не должно было случиться никогда, и канули в небытие его несущие свет коллеги, которые самоотверженно выполняли свой долг.

— Хранитель Корделла, — низкий звучный голос Радомира эхом разлетелся по залу, — перестала существовать в том же месте, что и изыскатель Видантис. Скорее всего, она стала случайной жертвой, среагировав, согласно протоколу, в ответ на темное вмешательство на её участке. Что в очередной раз указывает нам на то, что мы имеем дело с кем-то, кто плохо знаком с современными порядками. Ответ из Ада на наши запросы, как и ожидалось, негативный. Они отрицают свою причастность. Но мы вынудили их также начать внутреннее расследование, и я надеюсь, что первые результаты не заставят себя долго ждать. Благодарю за внимание.

Радомир сел, и заговорил Сильвариус, непосредственный начальник Элберта:

— Итак, коллеги, нами сформирована группа по расследованию инцидента. Но мы хотим все же дать предостережение. Прошу начальников отделов донести до подчиненных непосредственно на местах, на Земле, что нужно быть предельно осторожными и сообщать обо всех замеченных странностях. Я верю, что общими усилиями мы быстро найдем нарушителей.

— Спасибо, Сильвариус. — Михаил снова поднялся со своего места. — Мы не сомневаемся, ваши сотрудники, как всегда, блестяще справятся с поставленной задачей. А теперь переходим ко второму вопросу: было предложено закрыть дыру в равновесии призывом эксцельсиоров. Есть ли сейчас у нас на Земле достаточные силы?

Услышав это, Элберт заволновался — и очень сильно. Ведь как раз данными по эксцельсиорам несколько месяцев назад занимался именно он, и если сейчас его о чём-то спросят, то придется отвечать перед всем залом, да еще и в присутствии архангела. И он с облегчением выдохнул, видя, как с трибун для ответа поднимались другие. Он даже почти не вникал в то, что они говорили, и, когда президиум все-таки принял решение о проведении призыва, наконец-то расслабился, как вдруг перед ним на столе завертелся небольшой, размером с теннисный мяч, светящийся голубоватый шар. Увидев его, Элберт замер, сердце снова застучало быстрее. Он оглянулся. Подобные шары появились перед большинством присутствующих в зале.

— Только что многие из вас, кто работает на Земле, получили индивидуально сформированные и компактно упакованные знания для ингентусов, — продолжил говорить Михаил. — Последний призыв проводился очень давно. Кто-то, может быть, помнит его и даже участвовал, а кому-то еще не доводилось. Поэтому кратко поясню: вся информация — в сфере, это транспортировочный контейнер знаний. Находите нужного вам эксцельсиора и отдаете ему шар. Всё. Человек обретает знания, и его скрытые силы придут к свету. Это даст нам возможность восполнить равновесие, у вас же на Земле появится ценный помощник, желающий посвятить свою жизнь служению Небесам. На данный момент считаю это оптимальным решением в нашей ситуации, от которого мы все будем в плюсе. Итак, коллеги, вопросы?

Элберт, слушая краем уха, все оглядывался на других ангелов, пытаясь понять, что же делать с шаром. Он увидел, как один из сидящих рядом просто накрыл его ладонью, и сфера, закружившись, исчезла.

Эл поступил так же. В голове возник четкий образ человека, которому нужно будет отдать шар, что теперь незримо ощущался ладонью, не мешая, впрочем, даже сжимать кулак. «Как забавно, — подумал Эл, восхищаясь небесными технологиями. — Все-таки Хэфи была права. Наверное, это стоит рассматривать как повышение!» Он обрадовался оказанному ему доверию и загорелся желанием поскорее выполнить порученную миссию, принести на Землю божественный свет.

Благодаря проделанной несколько месяцев назад работе он много знал про эксцельсиоров. Так называли людей, рождающихся с определенным потенциалом использовать высшую энергию в абсолютно разных ее ипостасях. Но подобные чудесные способности не проявлялись сами по себе — они нуждались в том, чтобы что-то дало им толчок, подействовала светлая или темная сила. После такой активации просветленный или же погрязший во мраке человек получал те или иные сверхспособности и назывался уже ингентус.

Элберт помнил, что последний призыв проводился очень давно, более ста лет назад, поэтому их уже давно никто не видел. Но было одно исключение. Мать его друга, Джейсона, была ингентусом. Только её пробуждение произошло не из-за призыва, а под воздействием светлой энергии Первородного стража, и теперь она, получив дар исцелять других людей, исполняла свой долг перед Небесами, что тем не менее не мешало ей оставаться матерью в полудемоническом семействе Оксенхорнов. Все это было странно, но уж как было. Элберт вспомнил про них и улыбнулся теплым воспоминаниям, подумав, что давно не звонил Джейсону.

После окончания собрания он вышел в коридор и, погруженный в мысли, направился к выходу, как вдруг его окликнул Сильвариус.

— Элберт, подожди! — начальник замахал рукой, призывая вернуться. Эл сразу же подбежал к нему и, поздоровавшись, замер в ожидании. — Ты в порядке? Справишься? — спросил его Сильвариус.

— Да, конечно! Вроде ничего сложного.

— Отлично. Еще перешлю тебе вечером новое задание. Надо будет проверить одно место, возможно, там образовалась пространственная аномалия. Ты, как никто другой, быстро разберешься с этим, я уверен. Как раз сможешь ввести ингентуса в курс дела.

— Хорошо, спасибо, Сильвариус!

— Ну что ты, Элберт… За что спасибо… И… смотри в оба теперь на Земле. Где-то шастает разъяренный демон, который очень не хочет, чтобы его обнаружили.

— Да, я понял. Буду стараться… — попрощавшись, Элберт снова направился к выходу, где идеально вычерченным световым кругом мерцал недавно оборудованный портал для быстрых перемещений на Землю.

Глава 4. Эксцельсиор

В пустой квартире в глухой тишине за письменным столом сидела девушка. На улице уже было совсем темно. Она зажгла настольную лампу и погасила верхний свет. Включила тихую музыку. И, отодвинув на край стола стопку книг, принялась писать что-то в толстый блокнот. Движения ее казались плавными, она то мечтательно вскидывала голову вверх, то тихонько грызла колпачок на шариковой ручке, сосредоточенно оглядывая выплывающие из-под ее руки строки.

5 апреля

Здравствуй, дорогой дневник! Я всё-таки решилась! С сегодняшнего дня я начинаю вести тебя снова, и, надеюсь, мы подружимся.

Когда я была маленькой, я уже вела дневник, но потом забросила. И потеряла его. Жалею. Было бы здорово перечитать его снова, но он остался на даче, а ее давным-давно продали. Сейчас там живут другие люди. Наверняка они выкинули детские каракули бывших жильцов.

Итак, дорогой новый дневник, я завела тебя, потому что очень хочу поделиться радостным событием. Мне больше не с кем. А бабушке я пока рассказывать не хочу, поэтому буду писать здесь.

Так вот. Ура! Я наконец-то встречаюсь с кем-то! Вернее, не с кем-то, а с настоящим парнем. Его зовут Кевин. Мы с ним учимся в параллельных группах и часто вместе сидим на лабораторках.

6 апреля

Дорогой дневник, прости, что вчера не дописала все, что хотела. Я вспомнила, что забыла сменку в клинике, где у нас была практика, и пришлось бросить всё и ехать за ней. А вечером уже не было сил писать что-либо, и еще нужно было учить химию и анатомию.

Так вот, Кевин мне сразу понравился, он симпатичный, интеллигентный, добрый и очень умный. У него вообще не бывает плохих оценок. Так что у меня теперь за лабораторки всегда отлично!

Кевин после колледжа хочет поступать в медицинский институт. А я пока не знаю, что потом. Бабушка говорит, что обязательно нужно пытаться и стараться. Да, я всегда хотела делать для других что-то хорошее, нужное. Но сейчас, увидев, как порой все это тяжело, все эти страдания людей, которые ждут от тебя чуда, стала теряться. Иногда мне кажется, что их горести просачиваются сквозь меня, становясь моими. Это тяжело. Из-за этого мне трудно даются практические занятия в клинике. Два раза я уже падала в обморок. Просто так, на ровном месте. Там не было ничего страшного и ужасного, лишь печаль, безысходность. Но это так грустно. Какой же из меня медработник, если я не смогу работать с людьми…

Дорогой дневник, для меня очень важно поделиться с тобой всеми моими страхами, которые преследуют меня с самого детства. Я надеюсь, что это поможет мне с ними справиться, чтобы у нас с Кевином все получилось. Он мне очень нравится! И бабушке, думаю, он понравится. У него тётя кардиолог. Он рассказывал, что именно ее пример вдохновил его идти учиться на врача. Он хочет стать хирургом.

7 апреля

Дорогой дневник, сегодня после занятий мы ходили с Кевином в кафе. Он пригласил. Мы чудесно провели время, жаль, мало. Я постоянно о нем думаю, он часто делает мне приятные комплименты, отчего тоже нравится мне еще больше. Я радуюсь, с каким интересом он смотрит на меня. Это так необычно!

Он все спрашивал, почему такая симпатичная девушка — и до сих пор была одна. А я не знала, что ответить. Во-первых, если он по каким-то (счастливым для меня, и это круто!) обстоятельствам считает меня симпатичной, не факт, что так думают остальные. Во-вторых, одна потому, что не ищу общение. И никогда не искала. Ну вот мы и добрались до моих страхов. Сейчас уже поздно, дорогой дневник, я расскажу тебе о себе завтра.

8 апреля

Дорогой дневник, я так и не представилась. Меня зовут Меган Рид. Я учусь в медицинском колледже. Бабушка хочет, чтобы я стала врачом потому, что она сама мечтала об этом всю жизнь, но не сложилось. Я раньше тоже хотела. А сейчас — не знаю.

Я немного странная. Всегда я была такая или нет — сложно сказать. Раньше никогда не думала об этом, видела себя такой же, как все. Просто мне не повезло.

Когда мне было двенадцать лет, в моей жизни случилась ужасная вещь. Мои родители погибли в авиакатастрофе.

Помню, как гуляла во дворе. Напа́дало столько снега! Я лепила снеговика, а снег валил с неба стеной, засыпая крупными снежинками рукава, варежки, таял на носу и ресницах. Бабушка подошла тихо. Она обняла меня и заплакала. Говорила, что я уже большая, что она не хочет мне лгать, и рассказала о том, о чем до сих пор вспоминать очень больно. Я стояла и слушала. Снежинки вокруг словно замерли в воздухе, было так страшно! Так горько! А потом они закружились с новой силой и полетели обратно вверх и будто оставили колючий, постоянно ранящий холод в моем сердце, а сами теплыми искрами поднялись в бескрайнее серое небо.

Это было тяжелое время. Я переехала к бабушке. Можно сказать, что она вырастила меня. Я ее очень люблю, и она меня тоже.

Вскоре после случившегося я стала ощущать, что со мной что-то не так. Будто люди замечают нечто, заставляющее побыстрее закончить разговор. Холод. Я пыталась дружить, быть как все, но получалось плохо. Что я только не слышала в свой адрес: бука, замкнутая, чокнутая, странная, Снежная Королева… Я не такая, нет. Я хочу быть хорошей для всех, просто я чувствую слишком сильно всё, что у других внутри, и это иногда неприятно, больно. Мне всегда казалось, что я не понимаю этот мир, а он — меня. Что, может быть, я где-то не там, где нужно, ошибочно не в том пространстве и времени. Ощущать это так странно. И вроде бы ты живешь, делаешь что-то, но это все не то, не истинная ты, что на самом деле ты больше, лучше, сильнее, просто тебя лишили какой-то важной части себя, и ты страдаешь, странствуя по жизненному пути в ее поисках, в поисках ответов, а окружающим все равно. Они живут по-другому. И для другого.

Было время, бабушка водила меня по врачам. Они много всего разного говорили про нарушения социальной адаптации, про синдром Аспергера, только это всё лишь слова, потому что я — это просто я. Бабушка теперь говорит, что со мной всё нормально, что я выдумываю и слишком много на себя беру. Не знаю…

Да, теперь я выросла. И очень стараюсь быть со всеми милой, доброй и внимательной. Что-то получается, что-то нет.

В прошлом году мне удалось поступить в колледж, и теперь я одна в большом городе — пришла пора жить самостоятельно. Сложно. Но я пока справляюсь. Мы поменяли родительскую квартиру на эту, в которой я сейчас и живу. Просто в старую мы с бабушкой не могли заходить без грустных мыслей. И дачу тоже продали.

Я молилась Богу, чтобы он помог мне найти друзей, свое место в этой жизни, и вот я подружилась с Кевином. Это ли не чудо?

Дорогой дневник, я очень надеюсь, что с твоей помощью у меня всё получится. И я не накосячу в этот раз, не отпугну Кевина. Я готова на всё, для меня это очень важно!

21 апреля

Дорогой дневник, прости, что долго не писала. Просто столько всего случилось, и теперь мне совсем некогда. Это была отличная идея завести тебя, и она принесла мне удачу. Ты не поверишь! Кевин недавно переехал ко мне. Мы вместе готовимся к занятиям, он очень помогает! Я чувствую его целеустремленность, желание добиться успеха, и это придает сил в учебе, я так рада!

И да, я теперь готовлю еду на двоих. О боже, как же это необычно!

Я рассказала обо всем бабушке, она просто счастлива, что я теперь спокойно общаюсь, да еще и с мальчиком.

Я думаю, что, наверное, прекращу писать. Возможно, это мне больше и не нужно. Теперь у меня есть настоящий друг, с которым я могу поделиться всем, что меня тревожит, и который может выслушать и дать совет.

Спасибо тебе, дорогой дневник, за всё и до свидания!

Твоя Мэг.

Глава 5. Ингентус

В приподнятом настроении Элберт бодро шагал по улице Франца Вольтера. «Тепло, но не жарко. Солнце удивительно яркое, и зелень такая сочная вокруг. На улице тихо, мало машин, прохожих. Прекрасное местечко для встречи с моим ингентусом», — думал он.

Пока в руке Эла ощущался шар знаний, который он принес из Облачного центра, его не покидала мысль о времени и месте встречи. Все было известно заранее и маячило в голове, словно транспарант на демонстрации. Вот этот дом, второй подъезд. Ровно в 16:23 возле него должна будет появиться девушка в розовой футболке. Он отдаст ей шар, и дело сделано.

Элберт посмотрел на часы. 16.00. «Что ж, лучше рано, чем поздно… А что сказала мне Хэфи на прощанье? Бежать за упущенными возможностями — удел слепо жаждущего справедливости… Я ее порой не понимаю. К чему это было? Какой еще справедливости? Какие возможности? Она намекала, что мне нельзя опоздать?» Он поднял ладонь, и на ней закружился мерцающий голубоватый шар. Рассмотрев его, Элберт снова покосился на часы: 16:22. Из-за угла показалась фигурка в розовой футболке. «Надо же, как точно… — Эл почему-то заволновался, сердце застучало быстрее и громче. — Она всё ближе. Каштановые волосы до плеч. Походка быстрая, взгляд направлен вниз, наверное, задумалась о чем-то важном… Вроде бы ничего, симпатичная… Так, стоп. О чем я думаю! Мы будем коллегами и, надеюсь, друзьями».

— Меган Рид? — спросил он ее, когда девушка проходила мимо, даже не заметив, что возле подъезда кто-то есть.

— Да… — растерянно ответила та, наконец-то поднимая глаза и удивленно оглядывая незнакомца.

— Это для тебя… — решив упростить задачу и сделать ставку на эффект неожиданности, Элберт быстрым движением вложил в её руки светящийся шар.

Та рефлекторно обхватила его ладонями, стала сосредоточенно вглядываться в переливы голубого света. Вдруг резко вскрикнув, она рухнула на колени и начала стремительно покрываться прозрачной, словно стекло, коркой льда.

Элберт испугался. Он никогда не видел такого и не знал, должно так быть или нет. Все выглядело странно, неприятно. Ему начало казаться, что он причинил этой девушке страдания, а это вовсе не входило в его планы, и тогда он решил разбить ледяной купол. Но пока Эл раздумывал, лёд уже сам пошёл трещинами и через несколько секунд осыпался на асфальт, тая и оставляя мокрые темные пятна.

Шар исчез. Меган встала и, посмотрев на Элберта глазами, полными необъяснимой боли и обиды, и, крепко схватив его за руку, закричала:

— Как вы могли так со мной поступить? Почему так поздно? Где вы были раньше? Я знала, что не сумасшедшая, я так верила, я знала, что должно быть что-то еще! А теперь, теперь, когда я уже переболела всем этим и стала жить так, как все… Теперь вы даёте мне всё это! Как мне быть? Что делать с этой жизнью?

— Подожди, подожди… Успокойся! — Элберт не понимал, что происходит: он представлял себе всё совсем по-другому, что будет что-то чудесное, радостное, как маленький праздник или день рождения. Но новая знакомая явно была не рада случившемуся, и полученные знания, видимо, шли в разрез с ее планами.

Она заплакала и опустилась на стоящую у подъезда скамейку. Элберт сел рядом.

— Зачем мне всё это? — всхлипывая, спросила она.

— У нас сейчас призыв… — растерянно ответил Эл. — Прости, мне поручили передать тебе эти знания. Чтобы ты посвятила свою жизнь служению Небесам. Это не я решаю. Честно говоря, даже не знаю кто. Но, наверное, так будет лучше, и для тебя тоже. Нам сказали, что от этого выиграют все…

— Знаешь, — всхлипывала Мэг, — я столько лет просила, чтобы мне помогли найти себя. Настоящую себя. Но ответа не было. И я достроила себя сама. Я очень много сил приложила, чтобы адаптироваться и стать, как все. У меня даже парень есть! А теперь они просят… Даже не просят — мне придётся отказаться от прошлой жизни и стать кем-то другим. Все было зря… Вся моя жизнь была сплошной декорацией… — Меган шмыгнула носом, размазывая рукой слезы, затем всё же немного успокоилась. — Извини. Это так неожиданно и странно… Но я понимаю, что это и есть мой настоящий путь. И я должна принять его. Я ждала этого всю свою жизнь. — Она печально вздохнула и спросила: — Тебя как зовут?

— Элберт.

— Очень приятно, я Мэг.

Наконец-то она посмотрела на него и улыбнулась. Элберт протянул руку, и она робко пожала её.

— Мэг, ты пока будешь помогать мне в расследованиях.

— Да, конечно… А чем я могу помочь?

— Честно говоря, я не знаю. Мне первый раз дают помощника, и я не представляю, какие именно способности тебе даровали и что со всем этим делать.

— Способности… Умения… Столько информации… Это что-то невероятное… — Мэг задумалась на пару секунд, пробегаясь мысленно по всему арсеналу своих новых возможностей. — Я знаю всю вашу иерархию и свое место в ней. Знаю, почему должна делать это. Могу заставить человека сказать правду, привести его мысли в четкую логическую систему, освободив от ненужного хаоса и сумбура. Могу… Боже мой… Не думала, что такое возможно. Элберт, я, кажется, могу замораживать воду, которая есть тут везде, в воздухе! — она закрутила головой, оглядываясь. — Я её чувствую… Так странно…

Мэг удивленно посмотрела на ладонь, и на ней словно из ниоткуда выросла ледяная фигурка, напоминающая кролика.

— Офигеть… Я Эльза… — Меган аккуратно поставила ледяного кролика на землю.

— Кто? — непонимающе спросил Эл.

— Ну, из мультика… Ты не смотрел, что ли?

— Не-а…

— Ладно, неважно. И что же теперь?

— Ты будешь находиться в непосредственной связи с божественным, исполнять волю, выполнять порученные тебе задания. Какое-то время я буду показывать, как всё устроено, пока ты не обучишься, и там, — он поднял палец, указывая на небо, — не решат, что ты сможешь справляться самостоятельно. Это несложно, поручения всегда дают именно такие, которые абсолютно тебе по силам, согласно способностям. Даже интересно! Тебе понравится.

Элберт обрадовался, что она успокоилась, и восторженно продолжил:

— И у нас с тобой уже есть новое задание! Слетаем на восток, там обнаружили искажение пространства неясной этиологии, надо будет его убрать.

— А как? Я вот даже, если честно, не всё поняла, что ты сейчас сказал…

— Ничего страшного, я покажу.

— Ой, слушай, я такая голодная, пойдем, я поем чего-нибудь, а ты расскажешь?

— Да, конечно!

Меган открыла блестящим ключом подъездную дверь и поспешила вперед. Элберт последовал за ней.

— На второй этаж! — крикнула она, взлетая по лестнице.

Когда он зашел в коридор, девушка уже суетилась на кухне. Шумела микроволновка, в углу побулькивал электрический чайник.

— Ты лазанью будешь? — спросила Мэг.

Элберт на автомате сразу же отказался, ссылаясь на то, что только что поел, хотя подкрепиться бы как раз не помешало, и он пожалел, что поскромничал. Запах из микроволновки пошел невероятно аппетитный.

— Тогда я тебе чаю налью. Ты не против?

— Да! Хорошо! Спасибо!

— Проходи, проходи, не стесняйся!

Элберт сел за небольшой кухонный столик, оглядывая многочисленные полки со специями, баночками, бутылочками, украшающие стены.

— Так ты, как я понимаю, тоже человек? — спросила Мэг, держа в руках тарелку и усаживаясь напротив.

— Со мной все сложно, — Эл опустил взгляд и обхватил руками горячую кружку ароматного чая. — Я человек, рожденный ангелами. Моя связь с божественной энергией в сотни раз сильнее, чем у любого из людей, но до ангелов я тоже не дотягиваю.

— Ой, как интересно! Не знала, что так бывает!

— Не бывает.

Мэг оторвалась от скоростного поедания лазаньи и вопросительно посмотрела на него. Эл грустно вздохнул.

— Таких, как я, не бывает, — повторил он. — Несколько лет назад наш мир чуть не поглотили пришельцы из антивселенной…

— Я знаю! — вдруг прервала его Мэг и постучала кончиками пальцев по голове. — Удивительно даже, сколько я теперь всего знаю. Так ты полуангел, дитя Армагеддона? — она заулыбалась, найдя ответ на свои вопросы. — Ничего себе! Подожди, так тебе же от силы лет десять должно быть!

— Теоретически да, — Элберт улыбнулся в ответ. — Только тут опять все сложно. Я вырос не на Земле. В другом мире, где время течет иначе. Поэтому мне уже двадцать три.

— Обалдеть! И как же ты со всем этим справляешься? И это я-то думала, что у меня в жизни одни странности…

— Не знаю, — хмыкнул Эл. — Просто так постоянно. Другой жизни я не видел, привык уже. Вот в прошлом году, например, мир спасал…

Почему-то ему вдруг захотелось расхвалить все свои заслуги и достижения, вываливать их скопом на еще неокрепшее видение нового мира этой девушки, становиться в её глазах крутым парнем. Он понял, что начал хвастаться, что это неправильно, и умерил пыл.

— Вернее, там нас много было… Один бы я, конечно, не справился.

— Ничего себе! Расскажешь?

— Да, если тебе интересно… Как-нибудь потом…

— А второй? Такой же, как ты, только враг? Он тоже существует?

— Что? Какой враг? — не понял сначала Элберт. Но потом догадался, кого имела в виду Мэг. — Джейсон, что ли? Нет, он вовсе не враг, наоборот. Лучший друг.

Услышав это, Меган резко вдохнула от удивления и поперхнулась чаем.

— Как же так? — откашлявшись, спросила она. — Он ведь из темных! Полудемон? Как ты — полуангел? Нет?

— Я сейчас опять скажу это, — Элберт грустно улыбнулся, отхлёбывая чай. — Всё, как всегда, сложно. Мы с ним выросли вместе, он мне почти как брат. Да и не враги они… Все мы делаем общее дело.

Он поднял взгляд и посмотрел на Мэг. Та молча глядела на него круглыми от изумления глазами, не зная, что сказать.

— Я понимаю, — продолжил Эл. — Сейчас это звучит странно. Но мы плавно приближаемся к новому видению законов вселенной. Я вырос в другом мире, где давно все иначе. Там уже нет таких понятий, как друг, враг… Через несколько тысячелетий мы тоже придем к тому же, ведь всё ради этого и существует. А пока… Вот для чего мы нужны? Все мы: и ангелы, и демоны. Это неочевидно, и всегда преподносилось иначе, но постепенно наступят реалии, когда наше сознание перерастет все старые предрассудки. В итоге мы все трудимся на благо приближения человеческой души к божественному, и в этой борьбе мы меняемся тоже. Вот, например, между ангелами и демонами сейчас уже не такие отношения, какие были тысячу лет назад. Они, я бы сказал, становятся более упорядоченными, что ли. Конечно, тысячелетняя вражда пока неискоренима в сердцах, но, как говорил мой учитель Мардокс, мы две противоположности одного единства. Искушения, страдания, испытания — не будь тьмы, мы не могли бы выполнять свою работу, не могли бы показать душе истинный свет.

Мэг слушала его, затаив дыхание. Наконец, словно очнувшись, она сказала:

— Ты рассказываешь очень интересно, но я пока не совсем понимаю, прости.

— Ой… Это ты меня прости, — опомнился Элберт. — У тебя итак сегодня сложный день и куча информации для размышления, а тут я еще со своими философствованиями…

— Да… Сегодня самый необычный день в моей жизни — это уж точно! — усмехнулась Мэг, скидывая в раковину посуду, как вдруг раздался звонок в дверь. Она никого не ждала и вздрогнула от неожиданности. — Это, наверное, Кевин, мой парень, — растерянно произнесла она, направляясь к двери. — Странно, почему так рано…

«Конечно… — подумал Эл. — Её парень. А как же иначе… И сейчас он меня увидит и… Надеюсь, не подумает ничего плохого, и их отношения не испортятся. Не стоило мне подниматься… Надо уходить. Вот ведь незадача…»

Он тихонько прошел в коридор и увидел, как Мэг обнимала высокого тощего юношу в идеально выглаженной рубашке. Тот заметил Элберта, и улыбка стала медленно сползать с его лица. Кевин нахмурил брови, в глазах, казалось, затаился шторм, готовый вот-вот разразиться.

— Кто это? — пробурчал Кевин.

Не дожидаясь её ответа, Эл решил действовать сам.

— Привет, я Элберт, — улыбаясь, он дружелюбно протянул руку, но Кевин не отреагировал, лишь смерил его с ног до головы подозрительным взглядом и снова посмотрел на Мэг.

— Практику отменили, — произнес он холодно. — Неожиданно, да?

— Элберт — мой новый коллега… по работе, — начала было оправдываться Мэг. Но замолчала. Какой работе, она же не работала! Как объяснить Кевину, что произошло с ней сегодня? И что учеба в колледже теперь отойдет на второй план и, в общем-то, больше ей не нужна. И что Элберт это не какой-то её новый ухажёр, которого она специально пригласила, зная, что Кевина в это время не будет дома.

В воздухе повисла неловкая напряженная тишина.

— Ладно, я лучше пойду, — наконец пробормотал Эл и протиснулся за дверь. — До свидания, рад был познакомиться!

— Пока! — крикнула в ответ Мэг, и дверь захлопнулась.

Вернувшись домой, Элберт обрадовался, что Хэфи уже ждала его, свернувшись калачиком в любимом кресле. Хотелось рассказать ей, как всё прошло, и та, выслушав подробный рассказ, вынесла вердикт.

— Ох, молодежь… Что, понравилась она тебе? Да?

— Хэфи! Ну почему сразу понравилась? Мы с ней просто будем работать вместе. И вообще, у неё есть парень. И мне жаль, что так неудобно получилось сегодня… Надеюсь, это недоразумение никак не повлияет на их отношения.

— Отношения… Их отношения обречены.

— Почему?

— Потому что она больше не принадлежит прошлой жизни. Это невозможно. Я знаю.

— Ты? Откуда?

— Знаю… Проходили…

Хэфи никогда не говорила ничего о себе, но сегодняшний рассказ Эла почему-то откликнулся в ней сильнее обычного, её голос казался серьезным, как никогда. Было очень интересно узнать, кто она и как жила раньше, и эти её слова были первыми крохами информации о чем-то личном.

— Ты? Хэфи, расскажи!

— Как-нибудь в другой раз, — промурлыкала белая кошка и направилась к подоконнику. — На сегодня дело сделано. Не забудь поужинать!

Она запрыгнула на подоконник и исчезла в темноте за окном.