автордың кітабынан сөз тіркестері Новая структурная трансформация публичной сферы и делиберативная политика
В политической публичной сфере делиберативный характер формирования мнений и воли избирателей определяется качеством дискуссии и представленных позиций, а не стремлением к консенсусу, который все равно не может быть достигнут; напротив, ориентация участников на истину должна побуждать их к открытому спору, из которого проистекают конкурирующие общественные мнения. Эта динамика продолжающегося несогласия в публичной сфере формирует равным образом конкуренцию между партиями и антагонизм между правительством и оппозицией, а также разногласия между экспертами; задействованный таким способом арсенал аргументов может послужить основой для принятия обязательных процессуальных решений в соответствующих звеньях политической системы.
1 Ұнайды
Наконец, это обращает внимание на шаткие отношения между демократическим государством и капиталистической экономикой, которая имеет тенденцию усиливать социальное неравенство. Поэтому третье условие успеха режима, достойного именоваться демократическим (на этом уровне абстракции), — уравновешивание социальным государством противоположных функциональных императивов.
1 Ұнайды
одной только удовлетворительно функционирующей политической системы недостаточно для легитимации правительства, поскольку без признаваемой связи демократического голосования с тем, что избиратели на самом деле «получают», политическая власть превращается в патерналистский режим. Другими словами, как только политическая публичная сфера чахнет и перестает функционировать, государство теряет свою демократическую сущность, даже если «верховенство закона» остается нетронутым и правительство более или менее удовлетворяет своих избирателей. В современных крупномасштабных политических сообществах эту скрытую опасность можно предотвратить лишь в той мере, в какой медийная инфраструктура публичной сферы позволяет самому населению более или менее делиберативно выражать свое мнение и волю. Артикуляционная сила независимых СМИ должна быть достаточно мощной, чтобы не допустить разрыва обратной связи между политической и коммуникативной властью, создаваемой гражданами, — единственной «властью», которая «исходит» от народа.
Вопреки распространенному искаженному представлению о демократической политике, она не должна исчерпываться ни простым уравновешиванием интересов эгоистичных граждан и организаций, ни безоглядным компромиссами и сделками. Скорее речь идет о балансе между субъективными свободами, которыми пользуются граждане как бенефициары формально равных прав, и солидарностью, которую граждане обязаны проявлять друг к другу как созаконодатели.
больше не способна направлять внимание граждан на актуальные, требующие политического решения проблемы и не может гарантировать формирования конкурирующих, то есть качественно отфильтрованных голосов общественного мнения.
по прежним меркам их нельзя причислить ни к публичным, ни к частным, скорее они относятся к сфере коммуникации, которая раньше была предназначена для частной переписки, но затем расширилась до публичной сферы.
отличаются от принципиально инклюзивного характера публичной сферы — и контрастирующего с частной сферой — тем, что отвергают диссонирующие голоса, а созвучные ассимилирующиеся голоса включают в собственный, хранящий свою идентичность, ограниченный горизонт предполагаемого, но нефильтрованного профессиональными редакторами «знания».
Однако в ходе более или менее эксклюзивного использования социальных медиа восприятие публичной сферы у части населения могло модифицироваться настолько, что строгое разделение между «публичным» и «частным», а значит и инклюзивный характер публичной сферы исчезает.
В определенных субкультурах публичная сфера больше не воспринимается как инклюзивная, а политическая публичная сфера — как коммуникационное пространство для обобщения интересов, охватывающих всех граждан.
Андреаса Реквица об «обществе сингулярностей» [72],