Йема прокляла бы ее за то, что посмела явиться к родне с пустыми руками (воспоминание Наимы: в тех редких случаях, когда Йема приезжала к ним, вернее, ее привозил кто-то из детей, она всегда брала с собой килограммы сладостей и миндаля — это не художественное преувеличение, действительно несколько килограммов, — и Хамид, хоть и вздыхал на эту архаичную традицию, всегда принимал пузатые сумки).
