Оглавление

1. Посвящение Исиды
2. Часть четвёртая: ОБИТАТЕЛИ ПОРОГА
3. Часть пятая: КАМНИ ИТАКИ

Часть четвёртая: П

ПОСВЯЩЕНИЕ ИСИДЫ — 2

Часть четвёртая: ОБИТАТЕЛИ ПОРОГА

1. Когда я проснулся ВТОРОГО декабря, ранним утром, в ДВУХ шагах от меня послышался какой-то странный шорох. Шорох доносился с той стороны, где как раз накануне я под тахтой, которую вручную смастерил несколько лет назад, у одной её ножки, установил мышеловку. Я лежал на кровати с ОТКРЫТЫМИ глазами и боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть появившуюся мышь. Минута прошла в ПОЛНОЙ тишине. Я ждал удара мышеловки, и это держало меня в НАПРЯЖЕНИИ.

И я так раздумывал сам с собою: — Ну, что, Луций, стоишь, чего ещё худшего ждёшь? Смерть, и при том жесточайшая, решена тебе на совете разбойников. Привести это зло в исполнение не стоит никакого труда: видишь, совсем близко высокие скалы, усеянные острейшими камнями, которые в тело тебе вонзятся, и раньше, чем ты умрёшь, на клочки тебя раздерут. Ведь эта знаменитая магия твоя, дав тебе образ и тяготы осла, не ослиной кожей тебя снабдила, а тонкой кожицей, как у пиявки.

АПУЛЕЙ, «Золотой осёл», книга шестая — 26

И нашлись же такие УЧЁНЫЕ, которые дали такое объяснение этому месту: Луций хочет сказать, что острые камни пробьют его толстую ослиную шкуру с такой же лёгкостью, как тонкую кожицу пиявки.

Удара мышеловки я не услышал. По полу в мою сторону что-то направилось. Что-то двинулось к кровати, и это что-то было ОКРУЖЕНО чем-то, что было ПЛОТНЕЕ воздуха. В мою сторону словно повеяло этим движением. Я лежал где-то в семидесяти сантиметрах от уровня пола, а воздух над тем, что двинулось в мою сторону, ко мне, был как ПЛОТНЕЕ и ВПОЛНЕ осязаем.

Эта «мышь» как собралась влезть ко мне на кровать. Меня ОХВАТИЛА НЕОБХОДИМОСТЬ УСПЕТЬ помешать этой мыши, и тут обнаружилось, что я не могу пошевелиться. А «мышь» стала пытаться ПОДТЯНУТЬСЯ наверх ко мне. Мне казалось, что я её вот-вот увижу на краю кровати. Она, как кошка, встала на задние лапы, чтобы, вцепившись передними лапами за край одеяла, которое свисало вниз, стала силиться ПОДТЯНУТЬСЯ ко мне. Мне всё это только всё сильнее начинало не нравиться, и НЕОБХОДИМОСТЬ УСПЕТЬ помешать этой «мыши» влезть ко мне на кровать, только сильнее ОХВАТИЛА меня. Я оказался скован какой-то непреодолимой ТЯГУЧЕСТЬЮ. И меня она всё сильнее начинала злить. Меня злило предательство не подчинявшегося мне моего собственного тела. Я изо всех сил старался заставить моё тело подчиниться мне. Я мог поворачивать головой. Способность двигаться у меня заканчивалась у ключиц.

У этой «мыши» словно возникли какие-то затруднения. Она не смогла ПОДТЯНУТЬСЯ вверх на кровать и двинулась в сторону ног. Я продолжал удивляться тому, что насколько осязаемыми были для меня её перемещения по полу. И она как кошка со стороны ног прыгнула ко мне на кровать. Я даже почувствовал, как просело то место рядом с моими ногами, на углу кровати, под её тяжестью. Она словно собралась по моим ногам начать двигаться к моей голове. Неподвижность моего тела ещё сильнее стал злить меня, потому что она ДЕЛАЛА меня каким-то БЕЗЗАЩИТНЫМ перед какой-то тварью.

Я лежал на левом боку спиной к стене и на себе эту «мышь» так и не почувствовал. По всей видимости, мне, СОПРОТИВЛЯЯСЬ, удавалось ей помешать СДЕЛАТЬ то, что она собиралась СДЕЛАТЬ. Через пару секунд я увидел очертания крысы, которая пробежала мимо моего лица, в пятнадцати сантиметрах от него. С кровати она не спрыгнула. Она бесшумно пропала и всё. Ко мне тут же вернулась власть над моим телом.

В ПЕРВЫЙ раз меня так парализовало в прошлом году, ВТОРОГО августа 1997 года, когда я услышал журчание невидимой влаги. А ДВАДЦАТЬ ПЕРВОГО марта 1994 года моё тело не было парализовано. В нём словно не было того, что могло быть парализовано.

14 декабря 1998 года в 22 часа 40 минут мне пришлось разбудить отца. Во сне он словно оказался в состоянии крайней беспомощности: он так отчаянно и жалобно кому-то что-то хотел сказать или что-то СДЕЛАТЬ. Мы ложились спать в противоположных по диагонали углах дома. И в тот вечер мы легли спать за полтора часа до того, что произошло.

Я что-то почувствовал и проснулся. Затем услышал как отец, словно оказавшись в каком-то крайнем бессилии и в крайней беспомощности, пытался кому-то что-то сказать. Света от Луны ВПОЛНЕ ХВАТАЛО на то, чтобы его можно было видеть. Он лежал на правом боку, лицом в мою

сторону, подложив правую руку ладонью под голову. Левая рука лежала вдоль его тела. Из того, что он пытался сказать, НИЧЕГО нельзя было разобрать. Я смотрел в его сторону и подумал о том, что и со мной во сне может происходить то же самое, когда что-то начинает меня мучить. Когда отец снова и снова в крайнем отчаянии пытался что-то кому-то сказать, я несколько раз, раз за разом, позвал его по имени, чтобы он проснулся.

Он стал рассказывать о том, что с ним произошло. Во сне рядом с его кроватью, на которой он лежал, находилась кровать его отца, и его отца рядом не было. Его отец умер больше ДВАДЦАТИ лет тому назад. И тут он почувствовал, что на него со стороны ног кто-то очень сильный стал наползать с явным намерением сдавить его и задушить. Нижняя часть тела и руки моего отца уже оказались стиснуты какой-то мёртвой ХВАТКОЙ настолько, что он был уже не в силах повернуть свою голову и посмотреть на того, кто стал наползать на него, наваливаясь всем телом. Но он смог понять, что тот был каким-то очень тёмным. Наползавший на него словно поглощал его. Мой отец оказался совершенно беспомощным перед ним и стал отчаянно звать на помощь своего отца, который так и не появился. Тогда мой отец стал звать на помощь своего брата, который тоже так и не появился. В крайнем отчаянии он стал звать Иисуса, в надежде, что Бог ему поможет.

Когда люди оказываются беспомощными и только тогда вспоминают о Боге, в этом что-то забавное было для меня. Мне как-то смешно стало, когда отец сказал о том, что ему пришлось Бога звать на помощь. Но отец заметил, что когда он начинал кого-то звать, тот, кто наползал на него, в это время замирал, но потом снова продолжал наползать на него.

И тут ему показалось, что в соседней комнате находится его мать. Она умерла ещё до моего рождения. Получалось так, что когда я смотрел в его сторону, он это почувствовал. Он стал звать свою мать на помощь. Он кричал ей, чтобы она поскорее взяла какую-нибудь палку и ударила того, кто на него наползал. «Сейчас!!» — услышал он от неё, когда я позвал его по имени. И тот тёмный сразу оставил его и куда-то исчез.

После того, что мне рассказал отец, я подумал о том, что смерть может вот так приходить к людям. Потом отец после того, что произошло с ним, несколько раз говорил мне, что это из-за меня с ним такое случилось. А я обратил внимание на то, что когда в нашем доме что-то появлялось, я уже начинал просыпаться. ВТОРОЙ раз я проснулся до того, как что-то необычное начинало происходить.

Было около десяти часов утра, когда я ДВАДЦАТЬ третьего декабря вернулся с работы домой и увидел сестру. Оказалось, что она приехала к нам накануне вечером. Она приехала за документальным подтверждением наличия у неё российского гражданства. Она с семьёй собиралась в скором времени перебраться жить в Германию. Я обратил внимание на нити, которыми плелась наша судьба. У сестры была такая же тёмная шуба и такая же светлая меховая шапка, как у Татьяны. И её мужу ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно было отправляться в Новосибирск, чтобы сдавать там экзамен на знание немецкого языка.

Вечером сестра во ВТОРОЙ раз собралась спать на том месте, где спал отец. Отец лёг спать рядом со мной. Когда сестра уснула, я решил всё же встать и положить рядом с ней на кровать широкий кожаный пояс с нержавеющими металлическими пластинками, которые я вручную вытачивал, которые были вплетены в пояс тонкими кожаными ремешками. Несколько лет назад в одной радиопередаче рассказывалось о том, что что-то железное может служить ЗАЩИТОЙ от тёмных сил. Я понадеялся на то, что ЗАЩИЩАТЬ будет то, что мне продолжительное время пришлось выпиливать, вытачивать эти металлические пластинки.

Я и отец легли спать одетыми и накрылись одним тонким одеялом. И я опять проснулся среди ночи до того, что стало происходить. И сначала я как НЕ ВПОЛНЕ осознавал то, что стало происходить. Чья-то рука вползла ко мне между бёдрами. И это рука была ВПОЛНЕ осязаемой. Я лежал на левом боку с небольшим разворотом на спину верхней частью тела и никакого страха и беспокойства не почувствовал. Моё и было обращено вверх, к потолку. НЕ УСПЕЛ я ещё как следует проснуться, как кто-то указательным и средним пальцами другой руки взял и сильно надавил мне на секунду сразу на оба глаза. И сразу после этого другая рука СХВАТИЛА мои яйца, сжала их и ПОТЯНУЛА. Это вызвало во мне сильное возмущение, а обнаружившаяся при этом неподвижность моего тела просто разозлила меня. Я ОТКРЫЛ глаза — никого и НИЧЕГО перед собой не увидел. А когда повернул голову влево и увидел выражение ПОЛНЕЙШЕЙ безмятежности на лице отца, меня это уже взбесило. Отец сладко спал на правом боку. Его лицо было обращено ко мне, и находилось в пятнадцати сантиметрах от моего лица. Как он мог так сладко рядом спать и НИЧЕГО не замечать, когда какая-то тварь полезла ко мне с какими-то издевательскими штучками?! Когда к нему кто-то полез девять дней назад, я же вовремя УСПЕЛ к нему на помощь! Девять дней назад он лежал на кровати в дальнем, по диагонали, углу дома, когда я проснулся. А тут он лежал рядом со мной и продолжал сладко спать!

Всё моё тело, кроме головы, мне не подчинялось. Со злостью я несколько раз позвал своего отца по имени, но мои губы только беззвучно шевелились раз за разом. Даже воздуха в ЛЁГКИЕ мне, как следует, не удавалось набрать. Мне удавалось только каким-то очень слабым шёпотом выдыхать имя отца раз за разом. Я только всё сильнее начинал злиться от такой своей беспомощности. Мне НЕОБХОДИМО было как можно скорее УСПЕТЬ избавиться от неё. Я позвал отца ещё раз, потом ещё раз. Парализованность моего тела прошла, но злость моя на отца не прошла. Я толчком разбудил его и рассказал о том, что произошло, и стал упрекать его в том, что он остался как в стороне от меня и не помог мне.

Сестру никто не побеспокоил. Я не мог себе представить, что как и где находился тот, кто надавил пальцами на мои глаза. Он, что, стоял на полу, и его ноги проходили сквозь кровать? Как ему удалось сквозь одеяло и мою одежду просунуть свою руку ко мне между ног?

Вечером 3 января 1999 года, где-то в половине шестого часа, от ключицы снизу вверх с левой стороны по поверхности кожи у меня пробил как разряд тока. И этот разряд был очень болезненным. Ко времени окончания школы я стал замечать у себя такие болезненные разряды. Они били снизу вверх или в подчелюстную область, или в основание черепа. И в этот вечер через полчаса отец сказал мне, что кто-то пальцами ткнул ему в живот. Он лежал на своей кровати, на спине.

5 января 1999 года я обнаружил жемчужину ДОЛЖНОГО во сне. Страшная угроза в этом сне заставила меня проснуться через час и ДВАДЦАТЬ минут после полуночи. Этой ночью я оказался в стороне от села, на склоне холма за прудом, из которого вытекал ручей, который протекал совсем недалеко от нашего дома. На склоне холма за мной погнался человек огромного роста. Он был таким же чёрным, как та крыса, которую я увидел ВТОРОГО декабря 1998 года. Ни глаз, ни лица у него не было. Ему я НИЧЕГО не мог СДЕЛАТЬ, потому что он был сильнее любого человека.

Страха я не чувствовал. Мне удавалось убегать от него, заворачивая резко вправо или влево. По прямой он точно меня бы догнал. А так, он терял скорость на поворотах. Бежали мы как по ПЕРВОМУ выпавшему снегу. Эти несколько сантиметров снега нисколько мне не мешали убегать от него. Я бежал в сторону села. Но не в это село на Алтае мы забежали, а в тот город, из которого нам пришлось уехать.

С отцом я много раз отправлялся прогуляться по полям за городом. Мы выходили из нашего дома, из пятиэтажки, переходили дорогу, затем почти по диагонали пересекали школьное футбольное поле, потом снова переходили ту дорогу, которая ДЕЛАЛА поворот налево за углом этого футбольного поля, и нам оставалось пройти мимо одного ряда одноэтажных домов, чтобы оказаться за чертой города. И вот с этого места, где мы выходили за черту города, я и этот чёрный человек и забежали на это школьное футбольное поле. Подбегая к пятиэтажке, в которой мы тогда жили, я резко повернул в правую сторону от неё. Это произошло рядом с тем местом, где стояли ДВА деревянных столба с перекладиной, футбольные ворота. Чёрный человек отстал от меня и пошёл шагом в сторону пятиэтажки. Я остановился и посмотрел ему в спину. Мне даже известно было его имя. Откуда я мог его знать? Это был Бао. Рост у него был где-то ДВА метра и сорок сантиметров. На этом месте я ДВАДЦАТЬ или девятнадцать лет назад проснулся.

В то время каждый, кого принимали в пионеры, был ОБЯЗАН выписывать газету «Пионерская правда». Когда я получил ПЕРВЫЙ номер этой газеты, в ней увидел кадр из фильма, который был снят в 1967 году в Калифорнии Роджером Паттерсоном и Бобом Гимлином. Этот фильм длился всего одну минуту. В этом кадре из фильма было видно, как через ОТКРЫТУЮ поляну бежит волосатое существо, чей рост намного превышал обычный человеческий. Когда наступила ночь, во сне я увидел гнавшегося за мной чёрного человека очень высокого роста. Он не был волосатым. Какая-то туманная тонкая и подвижная граница ДЕЛАЛА его мощную фигуру не резко очерченной. И этот сон вызвал у меня сильное ощущение тревоги. Неизбежность какой-то опасности долго не давала мне покоя.

Рост этого чёрного человека намного превышал рост моего отца. Тогда я решил, что его рост был где-то 180 сантиметров. И судил я об этом относительно своего роста. А какой рост был у меня ДВАДЦАТЬ лет назад? 135 сантиметров? Когда этот чёрный человек ДОЛЖЕН был погнаться за мной, рост у меня ДОЛЖЕН был быть не 135 сантиметров, а 180 сантиметров. И это выяснилось через ДВАДЦАТЬ лет. И выяснилось, что рост чёрного человека намного больше. Я был ниже этого чёрного человека на четверть от его роста.

135 / 180 = 0,75

180 / 240 = 0,75

¾ = 0,75

Когда я с ОБЛЕГЧЕНИЕМ подумал, что Бао отстал от меня и что он больше за мной не погонится, он тут же развернулся и бросился ко мне. Я почувствовал всю несокрушимую его мощь. Мне оставалось бежать только в сторону газовой котельной через дорогу. Но в этом месте с дороги на обочину сгребли столько снега, что моим ногам уже слишком глубоко пришлось бы уходить в него. Глубокий снег меня задерживал. УСПЕТЬ убежать от Бао, от той смертельной опасности, которая исходила от него, я уже не мог. И я сильно закричал. Крик остался ЕДИНСТВЕННЫМ, что я ещё УСПЕВАЛ СДЕЛАТЬ, что УСПЕВАЛ оставить после себя. Мне нужно было оставить какое-то свидетельство тому, что вот-вот могло произойти.

2. У хозяйки пекарни что-то вызывало такое раздражение, что она срывалась на заявления о том, что их малое частное предприятие скоро ЗАКРОЕТСЯ. Этим она словно хотела сказать, что все те, кто там работал, останутся без работы. Хозяева пекарни продолжали наживаться и богатеть, а работавшие на них оставались такими же, какими и были. Но хозяева после того, как их подожгли, оказались как в ДОЛГУ перед теми, кто помогал им восстанавливать пекарню на другом месте. Хозяевам было нужно, чтобы всё было наоборот, чтобы те, кто на них работал, оставались в постоянном ДОЛГУ перед ними за предоставленную возможность работать и получать какие-то деньги. Хозяйка смотрела на тех, кто у них работал, как на каких-то паразитов, которые завелись у них, и от которых нужно было избавляться. Я замечал, как она горлом удерживала какой-то нажим и сдавливание. Она собиралась ОБЯЗАТЕЛЬНО удержать что-то за собой, и не собиралась отказываться от какой-то возможности что-то СДЕЛАТЬ. Мне часто приходилось слышать вопрос, который задавали друг другу те, кто работал на пекарне: «А куда деваться?», — так, словно не было никакой НЕОБХОДИМОСТИ отвечать на него. И так всё было ясно. Деваться было некуда. Я оставлял себя в постоянной готовности уйти оттуда прежде, чем меня СДЕЛАЮТ там в чём-то ВИНОВАТЫМ.

Вечером 11 января обнаружилось, что дома у нас хлеба не осталось, и я решил сходить и купить пару буханок хлеба, и на выпавшем в этот день снегу заметил следы от колёс грузовика, который заехал за ворота пекарни. Если грузовик заезжал за ворота, значит, привозили муку, которую нужно было выгружать. Мне об этом НИЧЕГО не было известно. Получалось, я ПРОПУСТИЛ разгрузку трёх тонн муки. Мне самому ради сохранения за собой рабочего места нужно было позаботиться о том, чтобы всё знать заранее? Этого я НЕ СДЕЛАЛ и остался в этом ВИНОВАТЫМ. И это при том, что хозяева удерживали нажим и сдавливание в горле так, словно они постоянно чего-то не договаривали и не собирались чего-то говорить?

Утром я не стал заходить на пекарню, остался стоять на дороге рядом с ней в ожидании появления хозяев с готовностью заявить им о своём уходе прежде, чем они могли бы дать ход своим ОБВИНЕНИЯМ. Но старший сын соседа появился раньше их. Он ДОЛЖЕН был прийти на работу только на следующий день. Я спросил у него о том, что почему он пришёл на работу на день раньше. Он сказал мне, что пришёл разгружать машину, и позвал меня зайти в ту комнату, где топилась печь, посмотреть, что ПОКАЗЫВАЮТ по телевизору. Оказалось, накануне он привёз отремонтированный чёрно-белый телевизор, чтобы время для нас с вечера до утра не так мучительно ТЯНУЛОСЬ.

С 12 января 1999 года у меня снова появилась возможность смотреть телевизор. Где-то в середине 1992 года у нас сломался телевизор, и я вместе с отцом стали обходиться без него всё это время. С этого дня у меня начался отрезок, когда жемчужины ДОЛЖНОГО обнаруживались мной с помощью телевизора.

ПЕРВУЮ жемчужину ДОЛЖНОГО на этом отрезке я обнаружил в этот же день, вечером. В этот день ПОКАЗЫВАЛИ серию из фильма «Поющие в терновнике» (1983). Я обнаружил что-то давно мне знакомое тогда, когда один мужчина, который стал снимать с себя у какого-то дома сильно намокшую от дождя одежду. Когда он принялся вытирать своё ПОЛНОСТЬЮ обнажённое тело, его увидела какая-то пожилая женщина, и она сказал ему: «Вы — самый красивый мужчина на свете, Ральф Де Брикассар.» Где-то лет ДВАДЦАТЬ назад я это уже видел и слышал.

Вечером 15 января ПОКАЗЫВАЛИ фильм «Потерянный рай» (1994), который в нескольких местах оказался давно мне знакомым. Когда я, где-то лет ДВАДЦАТЬ тому назад, во ВТОРОЙ раз посмотрел фильм «Земля Санникова», то в нём как НЕ ХВАТАЛО посоха, похожего на лопату или на весло. У жреца как ДОЛЖЕН был быть такой посох. Но его не было. 15 января 1999 года я увидел этот посох в фильме «Потерянный рай». Ударом этого посоха был убит старик, у которого жрец обнаружил запрещённую для ловли рыбу. То, что я увидел в фильме «Земля Санникова», помогло мне увидеть то, что ПОКАЗЫВАЛИ в фильме «Потерянный рай». И в том, и в другом фильмах действовали сыновья вождей, девушки, и что-то было СВЯЗАНО с водой и дымом. Одно помогло увидеть другое, что-то похожее.

«Безумие», — мысленно произнёс я, когда услышал вопрос одного старика, который решил ОТЪЕДИНИТЬСЯ на этом острове от остальных, и который задал этот вопрос сыну вождя: «Ты видел это?» И меня поразило то, что именно это слово услышал в следующую минуту в этом фильме.

ДВАДЦАТЬ ВТОРОГО января, на исходе этих суток, в самый последний час, который оставался до наступления полуночи, меня разбудил звук какого-то удара по чему-то такому, что находилось рядом с домом. Когда я выглянул в окно, увидел ЛЕГКОВУЮ машину, которая врезалась в нашу ограду. Желание выйти у меня стало пропадать по мере того, как я принялся развязывать длинный браслет из кожи с такими же пластинками, которые были вплетены в тот ремень, который положил на кровать рядом со спящей сестрой ДВАДЦАТЬ третьего декабря. Ущерб от «Волги-24» был не настолько велик, чтобы прибавлять к тому, что уже случилось, ещё несколько неприятных минут разговора с её водителем. А браслет был слишком заметным, и мне не хотелось, чтобы кто-то его увидел. Я почувствовал присутствие той силы, которая была направлена против меня и которая помогла «Волге» СДЕЛАТЬ занос в сторону нашей ограды. Расшнуровка браслета заняла у меня слишком много времени, и я решил его себе на руку больше не надевать.

30января 1999 года я ВПЕРВЫЕ увидел одну из серий «Секретных материалов», и сильно знакомым оказалось то, как одного человека ЗАТЯНУЛА струя воздуха из-за включившегося авиационного двигателя. А включил этот двигатель другой человек, который подобно мне мог увидеть то, чего ещё не было. Этим человеком управлял другой разум.

По телевизору часто ПОКАЗЫВАЛИ музыкальный ролик с Валерией Лесовской, которая пела: «Алло! Алло! Звоню опять… А я набираю номер твой…» Где-то с мая 1977 года или 1978 года мне было знакомо то, как она пыталась к кому-то дозвониться, и то, как у неё с головы вместо кудряшек волос свисали разноцветные пружины от телефонных аппаратов.

Но эта жемчужина ДОЛЖНОГО не шла ни в какое сравнение с тем, что обнаружилось вечером 11 февраля 1999 года.

Когда я к пяти часам вечера стал подходить к пекарне, то увидел перед самым входом в магазин огромную КУЧУ снега, которая сначала скопилась на крыше, а затем под собственной тяжестью сползла по гладкой оцинкованной поверхности и свалилась вниз у деревянного столба с бетонным пасынком прямо перед входом в магазин. Хозяину до моего прихода начал отбрасывать свалившийся снег через дорогу, чтобы СДЕЛАТЬ для покупателей проход в магазин. Всю оставшуюся массу снега убирать нужно было мне. Хозяин сказал мне, чтобы я начал перебрасывать всю оставшуюся КУЧУ снега через дорогу к ограде детского сада, когда людей станет поменьше.

Через пару часов на этой дороге стало достаточно безлюдно, и я, наклонившись, стал перебрасывать снег через дорогу. И через несколько минут стал обращать внимание на то, что происходит что-то очень хорошо и давно знакомое мне, и сразу вспомнил тот сон, который приснился мне в середине лета 1983 года, пятнадцать с половиной лет назад. В этом сне я словно в воздухе низко завис, вниз животом, над заснеженной дорогой, не понимая того, что, на самом ДЕЛЕ, стою, сильно наклонившись к ней. Когда я приподнял голову, увидел какую-то тёмную заснеженную улицу и понял, что это где-то в России. Но для меня совершенно НЕПОНЯТНЫМ осталось то, что я там ДЕЛАЛ, когда парил над землёй.

Так я получил ещё одно подтверждение тому, что мне суждено было работать на этой пекарне, что это было ПРЕДОПРЕДЕЛЕНО. Когда большая часть от свалившейся с крыши КУЧИ была переброшена через дорогу, я решил дать себе передохнуть. И когда выпрямился во весь рост и посмотрел на переброшенный снег, опять увидел то, что было в точности давно для меня знакомым. Я решил зайти в то помещение, где в тепле лежали сложенные у стены мешки с мукой, то через несколько минут обнаружил очень крупную жемчужину ДОЛЖНОГО. В эту ночь хлеб предстояло выпекать Нине. У неё были коротко подстриженные волосы, и она предпочитала краситься под блондинку. И она носила очки на пол-лица. И только она из пекарей переодевалась на работе в белую одежду из штанишек и блузки.

Минуты через четыре после того, как я зашёл в это помещение, и она решила СДЕЛАТЬ перекур и вышла из той большой комнаты, где стояли электрические печи в эту же комнату. Она закурила и села не на стул, а прямо на мешки с мукой, спиной прислонившись к стене. Я сразу вспомнил то время, когда это ВПЕРВЫЕ увидел. Где-то осенью 1972 года я долго смотрел на включенную лампочку в ванной, потом увидел сон, в котором какая-то блондинка в очках и в белой одежде сидит у стены в какой-то комнате, которая освещена была желтоватым светом. Лампочка не свисала с потолка, а была вкручена в патрон, который был прикручен к верхней части стены, как у нас в ванной. И эта лампочка светилась над крашенной блондинкой.

Эти ДВА моих сна были РАЗДЕЛЕНЫ толщей времени в десять лет, но то, что я в них увидел, обнаружилось в течение получаса 11 февраля 1999 года.

Вечером 13 февраля и утром 14 февраля я обратил внимание на то, что чувство спокойствия, которое прежде словно ОПИРАЛОСЬ на ПЛОТНОСТЬ сытого желудка, оказалось выше и уже находилось на середине груди. ПЛОТНОСТЬ спокойствия размером с РАСКРЫТУЮ ладонь находилась на середине груди между солнечным сплетением и горлом. Шёл уже шестой месяц после того, как я стал по утрам и вечерам улавливать носом запах табачного дыма. Этот запах иногда становился похожим на запах печёного лука. Бывали дни, они были довольно редкими, когда я не замечал этот запах. Гриппом я не болел уже ДВА года. Этот запах не мог не обращать на себя внимание, потому что он обычно появлялся после того, как я заболевал гриппом и начинал выздоравливать.

Когда наступило 16 февраля, меня в ДВА часа ночи разбудили чьи-то шаги. Кто-то прошёл совсем рядом с нашим домом. Я совершенно отчётливо услышал чьи-то шаги по скрипевшему снегу. Кому это среди ночи вздумалось зайти к нам за ограду и пройти рядом с домом?! Я сорвался с кровати, быстро обулся и вышел из дома. Никого снаружи не было. И в этом было что-то неожиданное. До меня ДОЛЖНЫ были доноситься хотя бы звуки чьих-то удалявшихся шагов. И ночью очень многое далеко становится слышным. Но я совсем никаких звуков не услышал. Тишина стояла мёртвая. Ещё с минуту я стоял и прислушивался, потом вернулся в дом. Обувь не стал снимать, когда лёг животом на кровать. На кровати лежал облокотившись. Предплечья обеих рук находились перед моей грудью. Я лежал в ПОЛНОЙ готовности сорваться с кровати и выбежать наружу, если что-то произойдёт. НИЧЕГО не происходило. Через пару минут меня ПОТЯНУЛО в сон, и тут послышался мышиный шорох. Что-то направилось по полу ко мне, вызвав знакомую мне возвышавшуюся над полом волну движения в мою сторону. Опять кто-то с пола собрался влезть ко мне на кровать, что мне сильно не понравилось. И опять мне НЕОБХОДИМО было УСПЕТЬ кому-то помешать взобраться ко мне на кровать. И опять я стал злиться из-за того, что не мог пошевелиться. Но какая-то «мышь» с какой-то настойчивостью стремилась взобраться ко мне. Она опять, как кошка, вцепилась за край свисавшего с кровати одеяла и старалась ПОДТЯНУТЬСЯ вверх.

Моя голова лежала повёрнутой как раз в эту сторону, и мне начинало казаться, что я вот-вот увижу эту «мышь». Она ДОЛЖНА была ПОКАЗАТЬСЯ из-за края кровати, к которому изо всех сил ТЯНУЛАСЬ. Она и в самом ДЕЛЕ ПОКАЗАЛАСЬ. Я увидел мышь какого-то пепельного цвета с размытыми очертаниями. Она двинулась к моему правому локтю с намерением подняться от него к плечу и к голове. Я пытался изо всех сил заставить себя СХВАТИТЬ эту «мышь» левой рукой, злясь на предательскую парализацию своего тела, которую не получалось преодолеть. Кисть левой руки как раз находилась у меня рядом с локтем правой руки. Как только эта «мышь» поднялась к моему правому плечу, кто-то прикоснулся ко мне сзади, к лопатке моей правой руки. Тут же прошла парализованность моего тела, и «мышь» сразу исчезла. Я ОТКРЫЛ глаза и удивился тому, что эту «мышь» увидел сквозь сомкнутые веки.

В этом году НИЧЕГО подобного со мной больше не происходило, но зато в следующем, ДВУХТЫСЯЧНОМ, году, начиная с 19 января и до 28 декабря, я пятьдесят четыре раза оказывался парализованным. Мне стало ясно, что не стоит торопиться выходить из дома, потому что так я только помогал кому-то пробраться в дом. И в ДВУХТЫСЯЧНОМ году мне пришлось познакомиться с разнообразием тех бесплотных существ, которые полезли ко мне.

3. На тот случай, что кто-то мог заболеть, было бы лучше, чтобы хлеб выпекали четыре женщины, а не три. Но их, как всё равно, оставалось трое. Через каждые ДВЕНАДЦАТЬ часов одна из этих женщин приходила на работу, чтобы сменить ту, которая уже отработала свои часы, затем приходила третья. Я не мог себе представить того, что как они могут у себя дома что-то УСПЕВАТЬ ДЕЛАТЬ. Им же нужно было время и для того, чтобы дать себе отдохнуть после работы. Я поражался их выносливости и, когда ОПИРАЛСЯ взглядом на то, как они ВЫПОЛНЯЛИ свою работу, мне становилось тяжело. Я оказывался под гнётом той работы, на которую смотрел. После того, как они заканчивали выпекать хлеб, им нужно было ещё браться за мытьё полов. Неужели у хозяйки не было лишних трёхсот рублей, чтобы нанять «техничку»? С течением времени мне стало ясна та причина, по которой «технички» не было. Мытьё полов для меня всё больше начинало выглядеть каким-то наказанием для этих женщин. Их словно оставляли постоянно в чём-то ВИНОВАТЫМИ.

НИЧЕГО неожиданного при такой нагрузке не было в том, что выпекавшийся хлеб иногда, случалось, оказывался подгоревшим. Хозяйка считала нужным высчитывать за каждую подгоревшую буханку по четыре рубля, по розничной цене. И для этих женщин было лучше СКРЫВАТЬ «сожженный» хлеб и уносить его домой. И за то, что как и сколько им приходилось работать, они считали себя вправе уносить с собой несколько буханок хлеба даже тогда, когда он не подгорал. Получалось, что мытьём полов они отрабатывали стоимость того, что уносили или что могли унести домой.

Я обратил внимание на то, что у этих женщин на предплечьях какие-то красные полосы находились рядом с теми, что выглядели посветлевшими, и рядом с совсем светлыми. Это были следы от ожогов. Недавние следы от ожогов выглядели красными полосами. Когда они заживали, становились светлее. А совсем светлыми полосами были уже оставшиеся у них шрамы.

Формы с испечённым хлебом эти женщины вытаскивали в многослойных хлопчатобумажных рукавицах, которые очень быстро прогорали. Для хозяев эти рукавицы прогорали и становились ДЫРЯВЫМИ что-то очень подозрительно быстро. И эти подозрения словно помогали им ТЯНУТЬ с тем, чтобы выдавать новые для тех, кто их как специально прожи гал. Может, эти подозрения даже помогали им не видеть следы ожогов на руках этих женщин?

Эти подозрения в воровстве и причинении ущерба нисколько не мешали хозяевам наживаться на наёмном труде. «Субботники» как ДОЛЖНЫ были остаться в прошлом, частью которого они стали. Но хозяева не собирались отказываться от того, чтобы организовывать «субботники», чтобы не платить за СДЕЛАННУЮ лишнюю работу.

27 февраля мне в третий раз пришлось участвовать в «субботнике». На этот раз, кроме уборки в самой пекарне, нужно было скинуть снег с крыши и убрать его с территории. Снег вывозился на грузовике. В этот день моя обувь насквозь промокла. На следующий день мне стало ясно, что я заболел. 5 марта я уловил слабый запах печёного лука и подумал, что начал выздоравливать. Но на следующий день вместо того, чтобы усилиться, он пропал. Моя болезнь оказалась такой тяжёлой и продолжительной, как никогда прежде. Кашель, мучавший меня всю ночь, каждое утро проходил, но к вечеру появлялся снова и начинал усиливаться. Голос мой дошёл до хрипоты. Болели и горло, и уши, и ДВА ряда, верхний и нижний, коренных зубов. Каждую ночь в течение трёх недель я мучился от сильной зубной боли. Болезнь словно не собиралась оставлять свою ХВАТКУ.

Хорошо, что отец к этому времени получил часть денег из накопившейся за полгода ЗАДОЛЖЕННОСТИ по зарплате. Пятьсот рублей он отдал за лекарства и лимоны, чтобы я стал выздоравливать. В очередной раз мне стало ясно, что в одиночку я бы не выжил. Отец потратил больше, чем я мог заработать за месяц. Болезнь лишила меня возможности получить за март несчастные триста рублей. Хозяева, конечно же, не собирались оплачивать мне такой ПРОПУСК после их «субботника». Они с самого начала не собирались оформлять меня на работу, чтобы не оплачивать такие ПРОПУСКИ. Им же нужно было на всём «экономить». Эта работа оборачивалась для меня больше ущербом и убылью.

Гриппом отец заразился от меня. Несмотря на болезнь, он всё равно решил поехать к своей дочери, чтобы попрощаться с ней. Она с семьёй уезжала жить в Германию. Уехал он 13 марта, а вернулся 17 марта. Вернулся он с оставленным нам чёрно-белым телевизором и с ДВУМЯ большими сумками, набитыми кое-какими вещами.

18 марта я отправился на почту, чтобы получить заказанный мной месяц назад ДВУХТОМНИК «Мифы народов мира». Томик стихов Лонгфелло наводил меня на мысль, что мне нужно искать кое-какие ответы в стихах настоящих поэтов.

Месяц назад, когда Галя ДОЛЖНА была в течение ночи выпекать хлеб. Я заговорил с ней о том, что насколько же обманчив ОКРУЖАЮЩИЙ нас мир; что иной раз бывает трудно разобраться в том, как нужно поступать; о том, что самые верные ответы приходиться искать в самом себе; и о том, что даже те, кто уже жизнь прожил и постарел, не могут дать нужных ответов, словно они и не жили в этом мире. Заговорил я и о том, что, возможно, есть такие книги, которые помогают найти нужные ответы. Галя сказала мне, что может принести один каталог, в котором такое множество книг, что в нём ОБЯЗАТЕЛЬНО могут быть такие книги. Когда я высказал предположение о том, что эти книги могут очень дорого обойтись, потому что КРУГОМ такие цены, что боишься что-то покупать, она заверила меня, что цены в этом каталоге ниже, чем на рынке. Через день она пришла на работу и принесла с собой этот книжный каталог.

Я заказал ДВА тома энциклопедии «Мифы народов мира», книгу «Омар Хайам в созвездии поэтов» и «Искусство джиу-джитсу» на сумму в ДВЕСТИ рублей. Заказ был СДЕЛАН с небольшим опозданием, и мне за все книги пришлось на почте отдать триста рублей, весь мой месячный заработок.

Мне по-прежнему становилось страшновато от мысли, что я сам себе только больше помогал ЗАТЯГИВАТЬСЯ ДАЛЬШЕ в какой-то гибельный обман, растрачивая столько денег и времени, которых мне может НЕ ХВАТИТЬ ровно настолько, насколько они были потрачены, чтобы выбраться из какого-то плена, в котором продолжал оставаться. ДВА тома энциклопедии были такими большими и толстыми, что прочтение этих книг могло отнять у меня немало времени. Мне не хотелось, чтобы чтение этих книг оказалось всего лишь ПУСТОЙ тратой времени.

Когда я взялся читать эти ДВА тома, то в ПЕРВУЮ очередь стал останавливаться на ИЗУЧЕНИИ статей, СВЯЗАННЫХ с мифами Древнего Египта, Древней Греции, Древней Индии. Моё внимание привлекла большая статья о значении поэта. В этой статье было сказано, что поэт — это «персонифицированный образ сверхобычного видения, обожествлённой памяти коллектива», что «он знает всю вселенную в пространстве и во времени, умеет всё назвать своим именем». Он, «как и жрец расчленяет первоначальное единство вселенной; устанавливает природу разъятых частей». «Сверхвидение его есть мудрость». «Память о прошлом связывает его с нижним миром». «Он подобен шаману», и «как последний, несёт в себе печать иного царства».

Когда прочитал статью о боге Сете, то решил, что всё его могущество я почувствовал в тот день, когда приехал в Новосибирск и остановился у железнодорожного вокзала. Бог Тот мог иметь отношение к жемчужинам ДОЛЖНОГО.

Приобретай мудрость, приобретай разум; не забывай этого, и не уклоняйся от слов уст моих.

Не оставляй её, и она будет охранять тебя; люби её, и она будет оберегать тебя.

Главное — мудрость: приобретай мудрость, и всем имением твоим приобретай разум.

Высоко цени её, и она возвысит тебя; она прославит тебя, если ты прилепишься к ней;

Возложит на голову твою прекрасный венок, доставит тебе великолепный венец.

БИБЛИЯ, Притчи Соломона (4: 5—9)

И я, конечно же, не мог ПРОПУСТИТЬ статью о богине Афине. О ней было написано, что она — «мысль Зевса, осуществлённая в действии»; что «её место ближайшее к Зевсу»; что «она мыслилась как судьба, что её священные деревья маслины считались «деревьями судьбы».

Именно эта богиня помогала Одиссею в его многолетних странствиях, «которые представляли собой инициацию, которая заключается в выводе за пределы привычного устоявшегося мира, в пребывании какое-то время вне его и в возвращении. И временное отсутствие Одиссея означало его временную смерть. Инициация (посвящение) осуществлялась через переплывание вод смерти и через возвращение на корабле, символе нижнего мира, «преисподней-чревом, куда всё уходит после смерти и откуда всё возрождается вновь». «Инициация осмысляется как смерть и новое рождение и, как правило, мучительная, с потерями, испытаниями».

4. Когда болезнь оставила меня, я вернулся на работу. И только в течение ПЕРВОЙ недели я не чувствовал той угнетённости, которую испытывал там. Со ВТОРОЙ недели она начала наваливаться на меня. Хозяйка чуть ли не насильно всунула мне в руку пятьдесят рублей: так она возмещала мне потраченные на лекарства деньги.

«Маг появляется таковым из материнского чрева; прочие же, присваивающие себе это назначение, будут несчастны».

Из книги Дугласа Монро «Практическая магия друидов»

4 апреля по телевизору ПОКАЗЫВАЛИ фильм «Я люблю человека в униформе» (1993). И этот фильм оказался местами мне давно знакомым. Из-за одного нежелания ДАЛЬШЕ продолжать оставаться СОУЧАСТНИКОМ происходившего в мире беззакония, материальных зависимостей и выгод происходит «расшатывание устоявшегося привычного мира» человека и «выпадение» его из общества. Несмотря на то, что отец этого человека был прикован болезнью к больничной кровати, он оставался для него какой-то ОПОРОЙ. После смерти отца он ПОТЯНУЛСЯ к одной девушке, которая могла стать для него ОПОРОЙ, но она стала отстраняться от него. Он мог ПОТЯНУТЬ её за собой. Опасения чего-то худшего останавливали её. Она СДЕЛАЛА выбор в другую сторону, где ей приходилось соглашаться даже на то, чтобы сниматься в постыдных сценах. И этот человек оказался в ПУСТОТЕ и закончил жизнь самоубийством. Он пошёл по пути, который не мог быть для него ОПОРОЙ. НИЧЕГО не говорилось о пути ДОЛЖНОГО и в романе Джека Лондона «Мартин Иден», в котором всё закончилось гибелью главного героя.

Когда по телевидению стали объявлять о скором начале ПОКАЗА фильма «Одиссея», я собрался ОБЯЗАТЕЛЬНО посмотреть его. В этом фильме могло быть что-то такое, что могло ОТКРЫТЬ мне понимание чего-то очень важного для меня.

19 апреля поздно вечером ко мне на работу зашёл сторож из детского сада, тот самый, который ВПЕРВЫЕ зашёл ко мне на пекарню 9 октября 1998 года. Недели через три он зашёл ко мне во ВТОРОЙ раз утром как для того, чтобы рассказать мне о том, как «Кот» заходил к нему. Ему как ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно было рассказать мне о том, как «Кот» сидел у него за тем же столом, за которым и я сидел, и о том, как он, уходя, стащил у него с этого стола будильник, и о том, что он вовремя заметил пропажу и побежал догонять «Кота». Он с таким возмущением стал выкрикивать те слова, какими стал называть «Кота», когда забрал у него свой будильник назад, что эти его выкрики можно было услышать во всей пекарне. Хозяева пекарни как раз к этому времени и приходили туда. Этот сторож не мог знать того, что хозяевам сильно не нравилось, когда на пекарню заходили посторонние. Он ушёл до их прихода.

Несколько раз я замечал этого сторожа, когда он издали с какой-то настороженностью и робостью посматривал в мою сторону. Мне что-то не верилось в рассказанную им историю про «Кота» и будильник. Он приходил для того, чтобы покричать, чтобы об этом доложили хозяевам, чтобы я потерял работу. Он приходил для того, чтобы мне так нагадить, и поэтому с такой опаской издали смотрел в мою сторону. Подобных ему ТЯНУЛО заходить к «беженцам», чтобы изо всех сил постучаться в двери тех домов, в которых они поселились, и поздно вечером, и среди ночи. Когда дверь перед такими тварями ОТКРЫВАЛАСЬ, они вели себя как ни в чём не бывало, словно никакого грохота и не было. Звук пропадал бесследно, и получалось так, словно НИЧЕГО плохого они НЕ СДЕЛАЛИ. Их как не получалось в чём-то ОБВИНИТЬ. Подобные приёмы были на вооружении у многих.

Когда этот сторож заметил, что я по-прежнему, как ни в чём не бывало, продолжал работать на пекарне, он отважился зайти ко мне ещё раз. По всей видимости, у него опять было что мне рассказать. В этот вечер по телевизору ДОЛЖНЫ были ПОКАЗАТЬ очередную серию из фильма «Горец» с Кристофером Ламбертом, и я надеялся увидеть в этом фильме что-то важное для себя.

Говорить этому сторожу на этот раз было как не о чем. Ему приходилось вспоминать о чём-то, о чём можно было сказать хоть несколько слов. Он на этот раз был подвыпившим и стал отнимать у меня время ещё до начала фильма. Сторожу всё больше и больше времени нужно было для того, чтобы сказать мне о чём-то ещё. Я надеялся, что он уйдёт, когда все слова у него закончатся. Но он не уходил. Что-то его удерживало. И почти осязаемым для меня было то, что его удерживало. Я пытался понять, что же его может так удерживать. В этом фильме я НИЧЕГО важного не заметил, потому что этот сторож время от времени мешал мне его смотреть своими бессмысленными вопросами. Сторожа что-то продолжало удерживать, когда и фильм уже закончился. Когда ему уже совершенно нечего было сказать, он стал пытаться изображать на своём лице мимикой и кривляниями то, что у него не получалось сказать. Мне хотелось, чтобы он всё-таки сам ушёл.

Наконец, он как вспомнил что-то и стал ПРОТЯГИВАТЬ мне небольшую пластиковую бутылку с самогоном, и так, словно на произнесение каких-то слов его уже НЕ ХВАТАЛО, а ещё через какое-то время его НЕ ХВАТИТ на то, чтобы продолжать вот так ПРОТЯГИВАТЬ мне эту четверть литровую бутылку. Бутылочка была НАПОЛНЕНА самогоном больше, чем наполовину. «Зачем она мне? … Оставь её у себя, потом допьёшь», — сказал я ему. А он продолжал молча мне её ПРОТЯГИВАТЬ. Когда я решил взять её у него, чтобы он перестал её так держать, он тут же отдёрнул от меня эту руку и ВПОЛНЕ отчётливо выругался в мой адрес. Голос был его неуверенным и сдавленным от того, что он ВПОЛНЕ понимал, что ДЕЛАЛ. Он явно не настолько был пьян, чтобы так мне ответить.

Это ему ОБЯЗАТЕЛЬНО надо было СДЕЛАТЬ?! Он не мог уйти, НЕ СДЕЛАВ этого или что-то подобное? Когда он в ПЕРВЫЙ раз зашёл ко мне, уже тогда им было уже задумано ОБЯЗАТЕЛЬНО мне как-нибудь нагадить. Когда он пришёл во ВТОРОЙ раз, то уже постарался нагадить. Я сорвался с места, на котором сидел, и дал ему пару пощёчин, затрещин. Он сразу СКРУТИЛСЯ в позу зародыша на настиле из досок, на котором можно было сидеть и лежать, и выронил на пол бутылку, которую прижал к себе, когда отдёрнул от меня ПРОТЯНУТУЮ ко мне руку. Ни минуты больше я не собирался терпеть присутствие этого НИЧТОЖЕСТВА. Сначала я подобрал с пола упавшую бутылку, врезал ею пару раз по его голове, чтобы он лучше запомнил, что она к нему вернулась, потом СХВАТИЛ его за шиворот и сдёрнул с настила прямо на пол и потащил его волоком через порог наружу. Снаружи я поволок его к калитке по хорошо утоптанному обледеневшему снегу. За калиткой я протащил его по дороге половину расстояния от неё до калитки в ограде детского сада и оставил его прямо на середине дороги. На нём не было ни шапки, ни кирзовых сапог. Сапоги, скорее всего, слезли с его ног, когда я его тащил. Я решил вернуться назад за сапогами и шапкой, чтобы для этой твари НИЧЕГО не осталось такого, за чем ЕЙ самой нужно будет возвращаться, и обратил внимание на то, что из окна пекарни за происходившим наблюдала Татьяна. Она не могла не слышать тех слов, которые выкрикивал этот сторож, когда во ВТОРОЙ раз он зашёл ко мне на работу. Сторож как раз и рассчитывал на то, что она или кто-то другой расскажут хозяевам про крики, но этого не произошло.

Когда я вернулся к продолжавшему лежать на дороге сторожу, сначала швырнул в него его шапкой, потом запустил в него один сапог, затем — другой. После этого вернулся назад и зашёл к Татьяне, которой стал рассказывать о том, что произошло. Через занавешенное наполовину окно было видно, как сторож стал продолжать ПОКАЗЫВАТЬ себя опьяневшим до какого-то безумия. Он стоял босиком, в одних носках, на снегу и приказывал своим сапогам подняться. Потом он босиком направился в нашу сторону, к калитке. «Вот, скотина!! Ему, наверное, мало. Сейчас я ему ПОКАЖУ!» — вырвалось у меня, когда я собрался выбежать наружу. Снаружи мне нужно было пробежать метров пять до угла, за которым можно было увидеть калитку. У калитки никого не было. Эта неожиданность меня не остановила, и я пробежал ещё метров десять-одиннадцать до самой калитки. И там увидел сторожа, который оказался уже за оградой детского сада и уходил уже от их калитки. Разве пьяный человек сможет пробежать расстояние большее, чем то, которое мне пришлось пробежать? Он же сразу бросился бежать в обратную сторону, чтобы УСПЕТЬ СКРЫТЬСЯ от меня за оградой детского сада.

А его шапка и сапоги так и остались лежать на середине дороги. Я решил подобрать эти его вещи, чтобы он потом мог бы зайти на пекарню и забрать их. У него не было столько денег, чтобы он мог позволить купить себе другие сапоги и шапку.

Утром этот сторож, уже пожилой человек, прошаркал по дороге мимо пекарни без шапки и в каких-то старых ботинках без шнурков. Я решил сказать хозяйке о том, что этот сторож может зайти за своими вещами, чтобы кому-то другому не пришлось как-то объяснять появление на пекарне какого-то постороннего. «Пусть приходит… Пусть забирает всё, что ему нужно! Не нужны мне его сапоги! Пусть забирает!» — хозяйка с такой поспешностью стала отвечать мне, чтобы поскорее СКРЫТЬСЯ от меня за той дверью, к которой она сразу направила свои шаги. Она сразу постаралась отстраниться от меня и от произошедшего. Она раз уже оставила меня один на один с болезнью, и вот уже во ВТОРОЙ раз постаралась оставить меня один на один с произошедшим. А если бы произошло что-то похуже, чем это, и с последствиями, которые могут оказаться намного худшими, что тогда? Эти хозяева тем более постараются ОБЯЗАТЕЛЬНО остаться в стороне? Зачем им чьи-то проблемы? А зачем мне нужна была такая работа?

ДВАДЦАТЬ ВТОРОГО апреля утром я узнал от Гали, что вечером будет «собрание», на котором всё ДОЛЖНЫ были ОБЯЗАТЕЛЬНО присутствовать. Это новость вызвала у меня раздражение в крови. Зачем мне это «собрание»? К чему оно было: к худшему или лучшему? У нас что-то могло прибавиться или, скорее, убавиться? Если сами хозяева позволяют себе отстраняться от всего, что считают лишним для себя, зачем мне нужно было их «собрание»? Я, может быть, и не пошёл бы на пекарню ради какого-то «собрания», но в этот вечер как раз мне и так нужно было приходить на работу.

По всей видимости, хозяева посчитали, что их положение стало достаточно прочным, и решили пойти в наступление на ту сторону, которую собрались оставить ВИНОВАТОЙ за союз с чем-то преступным. Хозяйка сорвалась с ОБВИНЕНИЯМИ в ту сторону, где стояли нанятые ими люди. Она стала говорить им, чтобы они не считали, что она с мужем деньги лопатами гребут. Она несколько раз ПОВТОРИЛА, что они не могут платить больше.

Мне не понравилось, что эта пекарня стала выглядеть таким местом, где хозяева решили ДЕЛАТЬ жизнь по своим ПРАВИЛАМ. Мне не понравилось, что хозяйка стала говорить так, словно она ВПОЛНЕ могла решать, как и с кем ей поступить, словно её решения могли имели какую-то судьбоносную роль.

Конечно, они не могли платить больше. Их дочь УЧИЛАСЬ в краевом центре, получала высшее образование на платной основе. Ей же нужно было покупать экзамены. К ней же нужно было чуть ли не каждый месяц ездить на машине, которую далеко не каждый мог себе позволить купить, если не ДВА раза в месяц, чтобы отвезти ей ПОЛНЫЙ багажник продуктов и деньги. У них ещё и сынок подрастал. Ему же нужно будет и купить машину, и дом построить. И дочке нужно будет дом построить и машину купить. На пекарне все работали на благосостояние одной семьи. И у этих, кто там работал, словно не было ни семей, ни детей, и никаких трат, чтобы эти дети могли УЧИТЬСЯ в школе. И в школе не было никаких поборов с родителей.

Чем больше эти хозяева говорили, тем больше у меня стали усиливаться подозрения, что они решили избавиться от всех, кто помогал им восстанавливать пекарню на новом месте после поджога и кто никакой платы за это не получил. Хозяин на этом «собрании» решил, что настало самое подходящее время для того, чтобы сказать им за всё СДЕЛАННОЕ только «спасибо».

На этом «собрании» все остальные молчали. И я молчал. Мне НИЧЕГО не хотелось говорить. И я стал спрашивать у самого себя о причине своего молчания. На этом «собрании» звучал язык денег и язык выгоды. Я НИЧЕГО не мог сказать на этом языке. Язык справедливости не мог звучать на этом «собрании», его, всё равно, бы не услышали. Ему там не было хода. Зачем хозяин сошёл с языка денег и сказал «спасибо»? Ради сохранения собственной выгоды?

Когда «собрание» закончилось, я бросился наружу, чтобы забежать в ту комнату, где стол телевизор, чтобы включить его. К этому времени прошло минут ДВАДЦАТЬ с начала ПОКАЗА последней серии фильма «Одиссея» (1997). И в том отрезке фильма, который ещё оставался, я обнаружил несколько жемчужин ДОЛЖНОГО.

С самого начала моей работы на пекарне я раз за разом задавался вопросом: смогу ли я по-прежнему СДЕЛАТЬ такой выбор, какой постоянно ДЕЛАЛ или из-за опасности ПОВТОРЕНИЯ всего того, что нам пришлось пережить в 1995 году, уже не смогу на это решиться? После «собрания» я собрался уйти с этой работы и не собирался с этим ТЯНУТЬ. И при этом мне прекрасно было известно о том, что другую работу найти не получится. Хотелось доработать до конца месяца, чтобы получить все триста рублей, а не ДВЕСТИ. Но мой уход в конце месяца выглядел бы не таким, как утром. Из-за каких-то ста рублей мне не хотелось начинать превращаться в СОУЧАСТНИКА того, что происходило на «собрании». Впереди у меня была ещё ночь, чтобы утвердиться в принятии окончательного решения.

Утром раньше всех пришла та, кого на «собрании» СДЕЛАЛИ ВИНОВАТОЙ настолько, чтобы уволить её в ПЕРВУЮ очередь. Ей после увольнения нужно было отработать ещё ДВЕ недели на пекарне. Она ПЕРВАЯ пришла на работу, и я ей ПЕРВОЙ сказал о принятом мной решении уйти с этой пекарни раньше, чем меня самого СДЕЛАЮТ в чём-то ВИНОВАТЫМ.

— Так ты прямо сейчас хочешь уйти? Сегодня? — спросила она меня так, словно то, о чём я ей говорил, оставалось ОТДЕЛЬНО от остального.

— Да. Сегодня. Уходить нужно вовремя. С одной стороны нужно остаться, чтобы ПОЛНОСТЬЮ получить месячную зарплату, но с другой — не хочется терять что-то более важное из-за каких-то ста рублей. Нужно именно сегодня уходить, чтобы дать этой хозяйке понять, что она не держит в своих руках чьи-то судьбы, что её деньги не имеют никакой ОПРЕДЕЛЯЮЩЕЙ силы, что мир намного больше этого её «острова». После таких «собраний» нужно ждать только какие-то придирки чуть ли не на каждом шагу. Из-за этих ста рублей потерь будет только больше. И этими ста рублями столько ДЫР ЗАКРЫТЬ не получится. Чувствуется какое-то волнение… Может, оно возникает из-за понимания, что именно сегодня НЕОБХОДИМО уходить? Мне нужно только сказать: «Я больше не приду». Сказать эти слова очень просто. Никакое волнение не сможет помешать сказать эти слова. Сначала я натаскаю мешки с мукой, а потом скажу эти слова.

К девяти часам приехал муж той, с кем я разговаривал, кого решили уволить. Её мужа приняли на работу вместо того, кого уволили в начале октября прошлого года. Ему нужно было загрузиться лотками с хлебом, который отвозился в ещё одно место, где его продавали. И он решил не останавливаться на дороге рядом с магазином, а заехал в двор пекарни, чтобы не таскать лотки наружу через узкий коридор в магазин, в котором было тесновато и нужно было поворачивать то в одну сторону, то в другую. Ему уже проще было с лотками пройти только через ДВА дверных проёма к машине, чтобы загрузить её.

Обычно, хозяйка заходила через магазин на пекарню, но в это утро она зашла с той стороны, откуда заехала машина.

— Почему ворота ОТКРЫТЫ? — набросилась она на меня с таким вопросом, слово обнаружила какое-то преступление.

— Олег заехал хлеб грузить.

— Почему он здесь его грузит?! — спросила она меня с какой-то враждебностью.

— Наверное, ему так удобнее грузить.

— Тю-тю-тю-тю… тю! — она с таким раздражением передразнила меня, словно я решил кого-то ПОКРЫВАТЬ, а из неё ДЕЛАТЬ дуру.

«Значит, я не ошибся, когда решил именно сегодня уходить», — подумал я.

Когда я стал на себе таскать мешки с мукой из склада в то помещение, которое находилось рядом с тем, где находились печи, хозяйка как раз стояла там, у входа, вместе с уборщицей. Эту уборщицу наняли на работу недели ДВЕ назад. Когда притащил мешков десять, я обратился к хозяйке:

— Тамара Витальевна, я больше не приду.

— Как?! Ты не хочешь здесь работать? — влезла со своим вопросом эта уборщица, которая, по всей видимости, собиралась угождать хозяевам.

— Нет, — мне пришлось ответить ей.

— Он ещё подумает, — сказала ей обо мне хозяйка так, словно моё решение не могло быть окончательным.

— У меня было время подумать, — я вернулся к разговору с хозяйкой.

— Ты, наверное, обиделся?

— Нет. Мне не на что обижаться.

— Тогда почему?

— Не по душе мне эта работа. И усталость какая-то накопилась.

— Ну, отдохни недельку.

— Мне, наверное, ЦЕЛЫЙ год нужен, чтобы отдохнуть.

ПЕРВОЕ время после того, как я ушёл с работы, на которую в тот же день поспешила устроить своего сыночка, меня продолжали тревожить мысли относительно того, что верен или нет был этот мой шаг, что не лишился ли я ОПОРЫ своего пути. Очередная жемчужина ДОЛЖНОГО могла подтвердить верность шага, который я СДЕЛАЛ.

Утром 6 мая отец отправился на работу. Он через каждые ДВОЕ суток сторожил в «дорожном». Вечером в этот день я решил зайти к отцу на работу. Мне нужна была одна металлическая пластина, которую надеялся найти в КУЧЕ металлолома, на которую обратил внимание там. К отцу на работу стал заходить один «полковник». Когда я увидел этого «полковника» у него ВТОРОЙ раз, потом ещё раз, мне это не понравилось. Этот «полковник», скорее всего, стал приходить из таких же побуждений, которые приводили ко мне сторожа из детского сада.

Когда я подходил к воротам дорожного, опять увидел «полковника», который стоял за ними и о чём-то говорил с моим отцом. Он был человеком довольно крупного телосложения. «Эй! … Дай закурить!» — заревел в мою сторону «полковник», когда мне оставалось СДЕЛАТЬ четыре шага до ворот. Он меня не узнал? Он ко мне так обратился, потому что узнал меня и мог одним таким обращением меня вместе с отцом, обоих за раз, превратить в НИЧТО перед собой. Меня это сразу разозлило. «Полковник» находился совсем рядом с воротами, и я просунул свою руку, когда подошёл к ним ВПЛОТНУЮ, между их прутьями, и дал ему затрещиной пощёчину по его наглой морде.

— Не понял?!

— Потом поймёшь, скотина!! — ответил я ему и тут же влепил ему ещё одну пощёчину.

— Не понял?!

«Полковник» ещё раз ПОВТОРИЛ: «Не понял?!», когда отец стал возмущаться моим поведением. Мне пришлось пройти мимо этих ворот и вернуться домой без нужной мне пластины. Мне нужно было просверлить в неё ДЫРОЧКИ, чтобы укрепить в одном месте ограду, где собирался прибить эту пластину гвоздями.

30 мая время ПОКАЗАЛО мне, что одного раза для «полковника» было мало, что ему и ВТОРОЙ раз нужно было надавать пощёчин. В этот день сработал закон парности. Когда я шёл домой, увидел Славика, который направлялся в ту же сторону. Он попросил меня СДЕЛАТЬ ему ручку на колун. Он не мог СДЕЛАТЬ её сам, потому что никаких инструментов у него для этого не было. Он даже дом свой не запирал на замок, потому что у него и так брать было нечего. Мне нетрудно было СДЕЛАТЬ ему ручку на колун, и я пошёл вместе с ним к его дому.

«Полковник» жил в том доме, мимо которого мы прошли, поднимаясь по переулку на ПЕРВУЮ за мостом улицу. Славик стал искать колун, который припрятал где-то во дворе и который так и не нашёл. Мне без колуна пришлось возвращаться назад. На переулке я заметил «полковника», который стал подниматься вверх по дороге, по которому мы срезали угол, когда взяли вправо за мостом. Мне пришлось пойти ДАЛЬШЕ по улице, на которой жил Славик, к повороту, за которым мог направиться к мосту. Мне не хотелось лишний раз самому создавать конфликтные ситуации, и этим только помог «полковнику» расхрабриться ещё больше.

Позднее Славик рассказал мне, что «полковник» сначала подошёл к нему и стал спрашивать у него о том, что я это или не я. Когда Славик стал утверждать, что это не я, «полковник» стал храбриться и распаляться ещё больше.

Когда я уходил от Славика, до меня стал доноситься какой-то разговор, который становился всё громче. Но этот разговор оставался для меня каким-то неразборчивым. Я не стал оборачиваться. Через несколько шагов очень хорошо знакомым для меня оказалось то, как мне навстречу шли ДВОЕ парней и одна девушка. И тут до моего слуха отчётливо донеслись слова «полковника»:

— Эй!! Скажите ему… художнику, что ли… чтобы он остановился!

Он кричал тем, кто проходили мимо меня.

— Это тебя зовут, — сказал мне один из проходивших мимо парней.

И мне пришлось развернуться и двинуться в обратную сторону. «Полковник» нёсся навстречу мне по пояс обнажённым. Свою майку он держал в правой руке, которой размахивал, догоняя меня. Он так бросился меня догонять, что со стороны ВПОЛНЕ могло ПОКАЗАТЬСЯ, что он, ещё немного, разорвёт меня на кусочки и тряпочки. Тут жемчужина ДОЛЖНОГО СДЕЛАЛАСЬ очень заметной.

— Это не ты тогда меня вот так… вот так… по лицу бил?!! — он раскричался так, словно готов был разорваться от возмущения, которым был ОХВАЧЕН. Он даже ударил себя по щеке раз потом ещё раз, когда напал на меня с вопросом, чтобы ПОКАЗАТЬ мне то, что я СДЕЛАЛ, чтобы распалить себя ещё больше. И это оказалось в точности давно знакомым мне.

— Ты чего на всю улицу так раскричался?!! Что тебе ещё не ясно?!! — набросился на него в ответ я и дал ему ещё ДВЕ пощёчины, которыми остановил его. Он сразу растерял весь свой пыл, когда остановился.

— Ты опять меня ударил?!! Ты зачем меня опять сразу начал бить?!

— Нечего так орать!! Чего ты так разорался?! — спросил я в ответ в ПОЛНОЙ готовности остановить его уже ударами кулаков, если вдруг он решит наброситься на меня.

— За что ты тогда меня ударил?! За что ты тогда меня по лицу бил?!

— Если бы тебе об этом, в самом ДЕЛЕ, хотелось узнать, времени у тебя было предостаточно. Зачем тебе понадобилось месяц ждать, чтобы теперь спрашивать меня об этом? Всё это время тебе и так всё было ясно, поэтому тебе и не нужно было узнавать. Я тебе не ровестник. Ты бы ещё в детский сад пошёл, чтобы там у малышей попросить закурить. Пусть твои ровесники дают тебе закурить. Я никаких отношений с тобой не имел и не собирался иметь. Я даже другой дорогой пошёл, чтобы даже лишний раз с тобой не встречаться. Зачем ты опять ко мне полез?

Мгновения уже виденного стали продолжаться, когда из-за ограды находившегося рядом дома выбежала какая-то очень пожилая женщина, когда увидела из окна то, что происходило на улице рядом с её домом. Она подошла ко мне с враждебностью, которую вскоре утратила после того, как мне пришлось и ей что-то объяснять. К этому времени подошёл и Славик. И он тоже стал говорить о том, что только проясняло то, что произошло. Этой пожилой женщиной была мать «полковника». Она же не могла не знать того, что позволял себе ДЕЛАТЬ её сыночек.

Где-то в полдень была обнаружена эта крупная жемчужина ДОЛЖНОГО. Всё, что произошло вплоть до этого дня, ДОЛЖНО было случиться. Я обнаружил очередное подтверждение этому. Эта жемчужина служила подтверждением верности принятого мной решения об уходе с пекарни.

5. 14 июня 1999 года, когда до полуночи оставался час, я, наконец-то, увидел ту затемнённую комнату, которую всё никак не получалось увидеть, когда то телевидению снова начинали ПОКАЗЫВАТЬ ДВЕНАДЦАТИСЕРИЙНЫЙ фильм «Семнадцать мгновений весны» (1973). В ПЕРВЫЙ раз, когда его начали ПОКАЗЫВАТЬ, я не видел его начала. Когда во ВТОРОЙ раз его стали ПОКАЗЫВАТЬ, я не увидел эту затемнённую комнату и подумал, что её где-то ПРОПУСТИЛ. Когда этот сериал стали ПОКАЗЫВАТЬ в третий раз, когда я уже не мог НИЧЕГО ПРОПУСТИТЬ, но этой комнаты снова не увидел. В этой комнате находился стол, и над ним висела лампой, которая освещала его и которая могла НАКРЫТЬ собой всю поверхность этого стола.

Прошло четверть века, когда я, наконец, увидел эту комнату, стол и лампу в ПЕРВОЙ серии фильма «Золотые годы Стивена Кинга». В сериале «Семнадцать мгновений весны» много было военной формы, какой-то другой, иностранной, и действия происходили в стенах кабинетов, и это помогло увидеть что-то похожее. Когда внимание генерала в затемнённой комнате со столом и лампой над ним стало ПРИТЯГИВАТЬ то место, где под юбкой сходились женские ноги, куда он с интересом хотел заглянуть, то это место оказалось для меня очень хорошо и давно знакомым. А ведь всё это я увидел, когда этого фильма ещё не было, лет за семнадцать до его появления.

16 июля 1999 года в том запахе, который продолжал улавливать, заметил резкость уксусной кислоты.

Страшно карикатурный «Петрович» тоже оказался уже виденным мной четверть века назад. Когда он стоял за трибуной и говорил: «Уж небо осенью дышало…», — я узнал его. Но в этот день я не оставил отметки в своих записях, этому может быть ошибка в точности. Возможно, вечером 6 августа я его узнал, в день возвращения из отпуска программы «Однако», в которой его ПОКАЗАЛИ таким.

17 августа я с утра пораньше отправился за хлебом в магазин. Когда вернулся домой, обнаружилось, что моего возвращения дожидался Юрка. Ему захотелось вместе со мной сходить на окраину села и поискать шампиньоны. Мы спустились к реке в том месте, где её можно было перейти вброд. Когда я снял сапоги, закатал повыше обе штанины и шагнул с подмытого течением в реку с берега, как со ступеньки, чтобы последовать за Юркой, обнаружил с поразительной точностью ПОВТОРИВШИЕСЯ яркие мгновения уже виденного совсем недавно. То ли 3 августа я во сне увидел эти мгновения, то ли 7 августа. Или 8 августа?

4 сентября, как и накануне, мной улавливался сильный запах табачного дыма. Какая-то сила сзади, со стороны ушей, накануне стала вызывать у меня до тошноты чувство какого-то отвращения.

13 сентября было началом очередной недели этого месяца. До начала этой недели я принялся вспоминать о том, чего ещё не было. Я вспомнил о том, что стоял перед каким-то роддомом, у которого было то ли четыре, то ли пять этажей, но не ДВА. И я кого-то ждал вместе с кем-то ещё, который был довольно высокого роста. Он находился слева от меня рядом с широкой многоступенчатой лестницей, по которой можно было подняться ко входу. Перед роддомом в ряд росли деревья, с которых уже стала осыпаться листва. Было прохладно и сухо. Мне, чтобы не стоять на одном месте, приходилось прохаживаться по дорожке между деревьями и роддомом. Под ногами у меня шуршали сухие опавшие листья. Я помнил о том, что это было, но никак не мог вспомнить того, что с кем именно и кого именно ждал там. Это было осенью, скорее всего, в начале октября.

Вспомнил и о том, что участок дороги, который проходил за школой, которая находилась рядом с кинотеатром «Ширак», вызывал лет пятнадцать тому назад у меня желание найти это место.

27 сентября началась последняя неделя этого месяца. С начала этой недели я стал вспоминать о безуспешных поисках одной длинной и высокой стены, которая ДОЛЖНА была ТЯНУТЬСЯ с левой стороны. Почему-то, у меня ещё в самом начале семидесятых, где-то в 1972 году, появилась уверенность в том, что для того, чтобы добраться до Азатана, до пруда, нужно пройти с правой стороны от какой-то длинной и высокой стены. Когда мы возвращались домой из «старого дома», мы шли с правой стороны от длинной стены авторемонтного завода. Эта стена помогла увидеть мне ту стену, которую я нигде не смог обнаружить. Но эта стена где-то ДОЛЖНА была быть. В пятнадцати метрах от неё с другой стороны находилась другая стена как какого-то предприятия. Она была похожа на ту, которая была ВОКРУГ того завода, на котором работал мой отец. И земля между ДВУМЯ этими стенами была такой же каменистой, как та, по которой мы шли к Азатану. Между этими ДВУМЯ стенами можно было проехать на грузовике. С правой стороны стена заканчивалась, а с левой она ещё продолжалась. Куда же вела дорога между этих стен? К каменистому обрывистому берегу, с которого не видно было противоположного берега. У Азатана берега были илистыми, кроме одной его стороны, где друг на друге лежали большие камни. Эти камни, с помощью которых запрудили воду, помогли мне увидеть те, другие камни, которые лежали в воде рядом с берегом. Я помнил о том, как перепрыгнул с берега на один такой камень, как увидел в прозрачной воде длинную винтовую ракушку, которая лежала на дне, и достал её правой рукой.

Таких ракушек на Азатане не было. Азатанские улитки были с «катушечными» ракушками.

В ПЕРВОЕ время я думал, что эта стена проходила за заводом «Строммашина», там, где нужно было по Ереванскому шоссе ДАЛЬШЕ пройти за завод и свернуть влево. За этим заводом ДАЛЬШЕ находился только пивзавод. Я долгое время думал, что мы обошли раз завод «Строммашина» со стороны шоссе и пошли к Азатану между ДВУМЯ стенами, и больше не стали так обходить этот завод ВОКРУГ.

Когда стал заканчиваться ПЕРВЫЙ УЧЕБНЫЙ год, УЧИТЕЛЬНИЦЕ вздумалось отвести наш класс куда-нибудь за город, где мы могли бы немного поиграть на природе. Это было в конце апреля или в самом начале мая 1977 года, когда ОНА повела нас от школы к железным дорогам. Потом мы перешли шоссе и взяли чуть вправо, чтобы пройти ДАЛЬШЕ за заводской стеной. Сначала я обрадовался возможности увидеть эту стену, но потом оказалось, что там проходила совершенно другая стена, совсем не похожая на ту, которую мне хотелось увидеть. Она ДОЛЖНА была быть и гладкой и более высокой по сравнению с той, которую я увидел. Эта была не та стена.

Когда через несколько лет мы жили в заводском общежитии, я решил пойти к авторемонтному заводу и пешком обойти ВОКРУГ него. Через какое-то время я уже на велосипеде объехал ВОКРУГ этого завода. Нужная мне стена как ДОЛЖНА была находиться где-то рядом, но её нигде так и не смог увидеть. Между кинотеатром «Ширак» и бензоколонкой от Ереванского шоссе отходила дорога, которая выходила за город и пролегала рядом с расположенной за городом военной частью с вертолётами. Я на велосипеде проехал и по этой дороге, надеясь обнаружить за городом эту стену, но нигде её не увидел. Эту стену я искал с почти такой настойчивостью как тот дом, который обнаружил на Алтае. Дом нашёлся. Осталось найти ещё и эту стену.

Ещё один сон долго не забывался. Этот сон я увидел где-то в августе или сентябре 1977 года или 1978 года. Что-то НЕПОНЯТНОЕ было в нём и в том, что я ДЕЛАЛ на полу кухни, рядом с ванной, в которой постоянно царил полумрак. С одной стороны я находился как дома, но что-то не похоже было на то, что это была кухня. Прежде ДОЛЖНО было пройти больше ДВАДЦАТИ лет, чтобы мне ОТКРЫЛОСЬ то, чем же мне пришлось заниматься на полу. 30 сентября 1999 года мне ОТКРЫЛОСЬ содержание того сна.

Из-за того, что денег у нас постоянно НЕ ХВАТАЛО, мне самому приходилось мастерить что-то из мебели. Из лакированного корпуса чёрно-белого телевизора можно было СДЕЛАТЬ ДВЕ дверцы для такого длинного шкафчика, в котором в детском саду оставлялась одежда и обувь. В той части дома, в которой я положил на пол длинный шкафчик, а на него ДВЕ будущие дверцы, чтобы посмотреть, как одно к другому подходит по размерам, нужно было включать свет. Там НЕ ХВАТАЛО света так же, как у нас на кухне, которая находилась рядом с ванной.

В ДВА часа дня и сорок минут я обнаружил эту жемчужину ДОЛЖНОГО, когда увидел то, что разложил на полу. Когда в ДВА часа пятьдесят пять минут стал обрезать этот шкафчик по длине на пять сантиметров, снова обратил на то, что происходившее продолжало оставаться для меня давно знакомым.

В этот день, 30 сентября 1999 года, как и 4 сентября, опять какая-то сила со стороны затылка к шее стала вызывать у меня до тошноты чувство отвращения.

19 октября 1999 года заканчивался ПОКАЗ бразильского сериала «Во имя любви». Когда в самом конце самой последней серии ПОКАЗАЛИ маленькие фигурки тех, с кем пора уже было прощаться, они удалялись по широкой аллее между ДВУМЯ рядами пальм, всё выглядело так, словно былого уже не исправить, всё это оказалось для меня в точности давно уже знакомым. Я сразу вспомнил, что после просмотра в кинотеатре «Ширак» французского фильма «Старое ружьё» (1975), больше ДВАДЦАТИ лет тому назад, всё это уже видел. Фильм «Старое ружьё» начинался с велосипедной прогулки одной семьи, и когда он заканчивался, она снова была ПОКАЗАНА, и она вызывала такое же чувство, что былого уже не исправить.

Откуда мне было знать, что какая жемчужина ДОЛЖНОГО будет мной обнаружена, когда я летом 1982 года качался на качелях в «старом доме», во дворе у своего самого старшего дяди? Качели находились в углу между ДВУМЯ стенами. Один их конец держался за стальное кольцо, которое было высоко закреплено на одной стене, выложенной из тёмного туфа с коричневатым оттенком, а другой — за такое же кольцо, которое было закреплено на такой же высоте в пристроенной стене из серого туфа.

ДВАДЦАТЬ ВТОРОГО октября я решил, что нельзя уже ТЯНУТЬ с тем, чтобы снаружи УПЛОТНИТЬ какой-нибудь ветошью те щели, которые образовались со временем между брёвнами, и для начала разрубил на полосы старый ватник. Когда поднялся по приставленной к стене лестнице с несколькими полосками ткани с ватой и стал забивать её в щели между брёвнами где-то на высоте верхней части окна, то обнаружил в том, что я ДЕЛАЛ, что-то давно мне знакомое. Это случилось, когда на часах было без пятнадцати минут ДВА часа дня.

В ДВА часа тридцать минут мной была обнаружена другая жемчужина ДОЛЖНОГО. Когда я закончил забивать в щели между брёвнами полоски ткани с ватой, решил мокрой тряпкой протереть в доме потолки, которые уже заметно потемнели. У нас НЕ ХВАТАЛО денег и на то, чтобы купить куски извести, чтобы побелить в доме стены и потолок. Полосы, которые оставляла за собой на потолке мокрая тряпка, в точности оказались давно мне знакомыми. Потолок я протирал как раз за тем окном, у которого была приставлена лестница.

В понедельник ПЕРВОГО ноября 1999 года, мной была обнаружена такая жемчужина ДОЛЖНОГО, которая поразила меня. В этот день поздно вечером ПОКАЗЫВАЛИ очередные ДВЕ серии из сериала «Секретные материалы». В 10-м эпизоде («Pаper Hearts») из 4-го сезона этого сериала (1996—1997) я узнал ту стену, за которую собрался перелезть агент ФБР. Сначала для меня было очень похоже на то, что за этой стеной рядами лежали какие-то большие цистерны. Почти четверть века назад, когда я ВПЕРВЫЕ увидел эту стену, то сначала подумал как раз об этом. А это были не цистерны, а старые ПУСТЫЕ троллейбусы. И то, как этот агент ФБР остановился у одного из этих троллейбусов, потом решил войти в него, и то, как он внутри стал двигаться к задней его части, туда, где сидел один мужчина рядом с одной девочкой, с абсолютной точностью мне давно было знакомо. Этот мужчина вырезал сердечки из ткани платьев тех девочек, которых он похищал, которые становились его жертвами.

Где-то осенью 1973 года, если не годом раньше, я всё это увидел после того, как мне пришлось побывать в детской больнице. Мне показалось, что это я оказался рядом с какой-то стеной, что это мне пришлось заходить в почти ПУСТОЙ троллейбус. В то время мне почему-то казалось, что троллейбусный парк находился где-то на окраине города и рядом с этой детской больницей. И в то время мне нередко приходилось садиться в ПОЛУПУСТЫЕ троллейбусы. Я в очередной раз обратил внимание на то, что насколько давно уже видел то, чего ещё не было и долго не могло быть, что могло появиться только через четверть века.

6. Перед наступлением зимы мне опять казалось, что не смогу осилить такую толщу времени, в которой опять придётся по ночам таскать уголь, что эта толща времени меня раздавит. Но когда мне уже несколько раз пришлось просыпаться среди ночи, чтобы отправиться с санками и привезти мешок угля, у меня появилась уверенность в том, что и эту толщу времени можно осилить.

Эта зима оказалась очень снежной. Снег шёл ЦЕЛЫМИ днями. К концу уходившего года его выпало столько, что мне ДВА раза пришлось подниматься на крышу и сбрасывать его оттуда. С ДВУХ сторон от тропинок, которые проходили рядом с домом, которые приходилось чистить, выросли огромные сугробы снега.

5 января 2000 года, где-то за час до полудня, вдруг раздался такой грохот, что я подумал, что это наша ветхая веранда не выдержала тяжести собравшегося на крыше снега и обрушилась. Когда я ОТКРЫЛ дверь на веранду, чтобы выйти наружу и посмотреть на то, что произошло, увидел, что с ней НИЧЕГО не произошло. Когда ОТКРЫЛ ВТОРУЮ дверь, уже наружу, увидел стоявшего за ней как ни в чём не бывало одного знакомого мне человека. ДВА года назад он работал шофёром у одного предпринимателя. Рядом с ним и чуть за ним стоял какой-то пацан лет десяти-ДВЕНАДЦАТИ.

И что всё это могло значить? Что его привело ко мне в начале года? Новый год стараются начать так, чтобы весь год прошёл хорошо. Он пришёл, чтобы меня поздравить с наступившим новым годом? Или он пришёл, чтобы ОБЯЗАТЕЛЬНО нагадить мне уже в самом в начале года? Сторож из детского сада заходил ко мне на работу, чтобы покричать, чтобы СДЕЛАТЬ так, чтобы я лишился работы.

Этот решил зайти уже ко мне домой и в дверь стал стучать изо всех сил так, словно собрался её сломать. И он привёл с собой какого-то пацана, чтобы ему было перед кем себя ПОКАЗАТЬ, чтобы и этого кое-чему НАУЧИТЬ. Мне уже хорошо было известно, что даже большие расстояния, которые приходиться преодолевать пешком, таких тварей не останавливали. ОХВАЧЕННЫЕ желанием нагадить, желанием СДЕЛАТЬ кому-то что-то такое, что им самим могло не понравиться, они были готовы пройти с одной окраины села на другую.

«Ты чего в дом так ломишься?!!» — спросил я у этой твари и, не дожидаясь ответа, не дожидаясь того, чтобы эта тварь что-то нагадила мне ещё и своим ртом, с силой с порога пнул его ногой в грудь. Он свалился на спину в сугроб снега. Когда он поднялся и встал на ноги, начиная меня в чём-то с возмущением ОБВИНЯТЬ, я правой рукой с такой силой нанёс ему пощёчину, что он свалился в левую от меня сторону. Тут пацан бросился бежать за ограду. И этот, свалившийся во ВТОРОЙ раз на снег, поднялся и сразу бросился бежать от меня. И всё это оказалось в точности для меня знакомым. И это ДОЛЖНО было случиться. И мне нужно было СДЕЛАТЬ то, что я СДЕЛАЛ.

В этот день, 5 января, я обнаружил крупную жемчужину ДОЛЖНОГО и сразу вспомнил, когда и после чего в ПЕРВЫЙ раз её увидел. В самом конце 1972 года, когда ДВА или три дня ещё оставалось до наступления Нового года, то ли ДВАДЦАТЬ девятого декабря, то ли тридцатого декабря, где-то примерно в такое же время, в десять-одиннадцать часов, моему отцу нужно было зайти на завод. Он взял меня с собой. Мой отец не направился в сторону Ереванского шоссе, со стороны которого на завод можно было зайти через проходную. Мы пошли в сторону той пятиэтажки, где покупали хлеб, где на ПЕРВОМ её этаже находились и другие магазины. В этот день был хороший мороз. Сначала мы зашли в магазин, где отец купил большой кулёк с полосатыми конфетами «Раковые шейки», потом перешли дорогу, которая ОТДЕЛЯЛА эту пятиэтажку от заводской стены, от угла заводской стены. В этом месте, к углу примыкали гаражи, отец сначала поднял меня вместе с конфетами на крышу гаража, потом сам залез на неё. Потом он спустился с другой стороны и меня спустил с крыши с другой стороны. ДАЛЬШЕ мы пошли вдоль заводской стены до того места, где она обвалилась, где мы и пробрались на завод. Когда я от гаражей шёл следом за отцом по тропинке, которая пролегала в глубоком для меня снегу рядом с заводской стеной, это помогло мне увидеть то, что случиться через ДВАДЦАТЬ семь лет на Алтае. ДВАДЦАТЬ девятого декабря 1972 года была пятница.

19 января 2000 года, в самом начале суток, в пять минут ВТОРОГО часа ночи (в 1 ч. 05 мин., время «зимнее»), снаружи послышался какой-то шум какой-то возни рядом с домом, рядом с той его стеной, которой он был обращён к дороге. Кто это мог быть? Кому это вздумалось среди ночи зайти за нашу ограду и начать какую-то возню рядом с домом? Кто-то из подобных «полковнику», сторожу из детского сада или тому, кто решил подраться с нашей дверью 5 января? Я сорвался с кровати и поспешил выйти наружу. И снаружи оказалось как-то неожиданно тихо. Никого рядом с домом не увидел. Никаких звуков даже где-то в отдалении не было. КРУГЛУЮ луну, которая ярко светилась, нельзя было не заметить.

Я постоял минуты ДВЕ, прислушиваясь, затем вернулся домой и животом лёг на кровать. Лёг с небольшим разворотом на левый бок. Под безрукавкой, которую я сшил из кусков овчины, которая заменяла мне подушку, лежал топорик. Моя правая рука касалась его металлической ручки. Я решил, что металлический топорик будет лучшей ЗАЩИТОЙ, чем браслет.

Когда летом по дороге рядом с домом проезжали тяжело нагруженные машины, заметно становилось, как дрожала и тряслась земля. Грунтовые воды довольно близко подходили к поверхности земли рядом с нашим домом, и это могло ДЕЛАТЬ заметной эту тряску. Зимой земля дрожала слабее, потому что промерзала.

Через какое-то время после того, как я вернулся домой и лёг на кровать, земля задрожала так, словно летом по дороге рядом с нашим домом проехал тяжёлый грузовик. И при этом совершенно не было слышно, что по дороге проехала какая-то машина. И трясло, почему-то, только тот угол дома, где находился я. Какая-то сила вытряхивала из меня способность двигаться.

Пока я соображал, что происходит, время пошевелиться было упущено. Нужно было сразу заставить себя пошевелиться, чтобы ходом своей силы пресечь ход какой-то магнетической силы, направленной против меня. Меня сковала сильная парализация. Сдаваться я не собирался и стал изо всех сил СОПРОТИВЛЯТЬСЯ. Мне нужно было ОБЯЗАТЕЛЬНО заставить своё тело подчиниться мне. Из-за длившегося НАПРЯЖЕНИЯ моего СОПРОТИВЛЕНИЯ могло ПОКАЗАТЬСЯ, что времени ушло больше, чем это было на самом ДЕЛЕ. Прошло секунд шесть, в течение которых я старался не давать ослабеть НАПРЯЖЕНИЮ моего СОПРОТИВЛЕНИЯ, а не ДВЕНАДЦАТЬ, как это могло ПОКАЗАТЬСЯ. Не меньше шести секунд я СОПРОТИВЛЯЛСЯ, и казавшаяся какой-то непреодолимой ТЯГУЧЕСТЬ парализации прошла. Когда я включил свет, на часах было ДВА часа десять минут ночи.

Я заподозрил, что в дом кто-то проник. Что-то вызывало такое же ощущение, на которое я обратил внимание, когда ко мне на работу приходил сторож из детского сада. Я подумал о том, что такие твари и после своей смерти не успокаиваются и продолжают пытаться как-то нагадить.

ДВАДЦАТЬ пятого января, в самом начале суток, когда всего лишь ДВАДЦАТЬ минут прошло после полуночи, я УСПЕЛ вовремя ЗАСОПРОТИВЛЯТЬСЯ той силе, которая вызывала с какой-то ТЯГУЧЕСТЬЮ парализацию. Она НЕ УСПЕЛА меня ОХВАТИТЬ. Но при этом мне пришлось СОПРОТИВЛЯТЬСЯ почти минуту.

Поздним вечером, когда до исхода этих суток оставались ещё три часа, когда я собрался заснуть, всей своей кожей почувствовал, как весь дом НАПОЛНИЛСЯ какой-то осязаемой наэлектризованностью. НИЧЕГО подобного мне не приходилось замечать ни прежде, ни после этого. Я был уверен в том, что без парализации и на этот раз не обойдётся, и настроился ОБЯЗАТЕЛЬНО УСПЕТЬ пошевелиться до её начала.

ДВАДЦАТЬ пятого января 2000 года где-то в ДВАДЦАТЬ ДВА часа кто-то с какой-то необъяснимой злобой стал царапаться по бревенчатой стене дома со стороны дороги. Кто-то по-кошачьи стал так царапать стену, словно старался сквозь неё пробраться в дом. И этот кто-то царапался не где-нибудь, а там, где я лежал, со стороны той стены, к которой я лежал головой.

Что-то я сильно засомневался в том, что это какая-то кошка могла так ДЕЛАТЬ. НИЧЕГО подобного я раньше не замечал. И я решил не выходить из дома, чтобы не помочь этой «кошке» пробраться в дом, и оставлял себя лежать на кровати, с НАПРЯЖЕНИЕМ прислушиваясь к происходившему, и с готовностью сорваться с места и выскочить наружу, если понадобится.

А этот кто-то вдруг перестал царапаться, словно посчитал, что уже СДЕЛАЛ достаточно для того, чтобы я вышел из дома. Минута стала ТЯНУТЬСЯ за минутой, и НИЧЕГО не происходило. Я не собирался выходить. Через несколько минут эта «кошка» с ещё большей злобностью, решительностью и настойчивостью стал царапать стену. Потом я был поражён тем, что насколько осязаемыми были для меня все перемещения этой «кошки», которая находилась от меня за стеной. «Она» стала царапаться со стороны другой стены, вдоль которой лежало моё тело. Эта стена и с той стороны была ПОКРЫТА слоем глины, отштукатурена и покрашена. Я удивлялся тому, как эта тварь могла удерживаться на гладкой поверхности стены с той стороны, где царапалась на такой же высоте, на которой моё тело находилось на кровати. Что-то не получалось у этой «кошки», и «она» решила вернуться к той стене, к которой я лежал головой. «Кошка» была нацелена на этот угол дома.

Когда у этой «кошки» НИЧЕГО не получилось и на этот раз, как то всё стихло где-то на минуту. И тут эта «кошка» уже с бешеной злобой прыгнула на стену там, где за стеной находилась моя голова, словно собираясь разодрать брёвна своими когтями. Такой прыжок на стену выдавал скорее кота, чем кошку. Я подумал, что так прыгнуть сможет только какой-то взбесившийся кот. Выходить из дома после такого тем более не стоило. Я продолжал лежать на левом боку спиной стене в ожидании того, что будет происходить ДАЛЬШЕ.

Этот «кот» не собирался отказываться от своих намерений. «Он» с большей решительностью и настойчивостью снова перебралась к той стене, вдоль которой я лежал на кровати с другой стороны. Эта стена была СКРЫТА верандой, в которую мы не заходили. Вход в дом у нас был со стороны другой веранды.

Меня поразило, что как этот «кот» с намерением пробраться в дом не по стене, а рядом с этой стеной, гладкой и отштукатуренной, плавно поднялся к самому её верху, потом плавно опустился вниз и остановился точно на уровне моего позвоночника. Этот «кот» совершенно не цеплялся за стену, когда поднимся вертикально вверх и спускался вертикально вниз. «Он» каким-то УПЛОТНИВШИМСЯ к центру шаром поднялся и спустился по воздуху. И опустился «он» прямо напротив того места, где у меня между лопатками проходил позвоночник. И этот «кот» стал, как мышь, прогрызаться сквозь стену, нацелившись на мой позвоночник, на то место, где находился шестой грудной позвонок. «Он» прогрызал стену так, словно продавливался сквозь неё, ломая как какие-то вафельные перегородки. И с таким трудом «ему» пришлось прогрызаться сквозь стену, что через пару минут «ему» пришлось отказаться от такого пути, и «он» куда-то пропал. А для меня в это время, когда «он» прогрызался и продавливался сквозь стену, что-то НЕПОНЯТНОЕ в этом было: зачем «ему» нужно было пробираться сквозь толстую бревенчатую стену, отштукатуренную с ДВУХ сторон глиной, если рядом, в ДВУХ метрах, находилась постоянно ЗАКРЫТАЯ дверь? Что мешало «ему» пробраться сквозь дверь или через небольшие щели, которые, всё равно, оставались ВОКРУГ неё? Дверь же была намного тоньше стены.

Рановато я обрадовался тому, что этому «коту» не удалось пробраться в дом. «Он», всё равно, проник в дом, но чуть позже, когда я заснул. Когда сквозь сон почувствовал какое-то изменение своего состояния, стал просыпаться и изо всех сил противиться начавшейся парализации, которая НЕ УСПЕЛА набрать свою ПОЛНУЮ силу. Всё же, я немного запоздал со своим СОПРОТИВЛЕНИЕМ. С огромным усилием воли мне удалось приподнять правую руку и с раздражением, но совершенно беззвучно, проговорить: «Ну, что… со-бака!…» Этим мне хотелось сказать, что, мол, ты тварь такая, смогла меня одолеть? Я лежал на левом боку, а моя правая рука лежала на правом боку вдоль тела. Как только мне удалось избавиться от парализованности тела, я включил свет, чтобы посмотреть время на часах. Всего лишь сорок пять минут прошло после полуночи. ДВАДЦАТЬ шестое января уже наступило. Через пару часов мне нужно было отправляться к отцу, чтобы на санках привезти мешок угля.

5 февраля я сразу УСПЕЛ зашевелиться и даже вскочил с кровати, как только почувствовал начавшуюся тряску, уже знакомую мне, и этим оградил себя от парализации.

14 февраля, в самом начале суток, когда после полуночи прошла всего лишь одна минута, сверху, в углу между потолком и стеной, вдоль которой я лежал, послышался какой-то шум, какой-то шорох. Он разбудил меня. Какая-то крупинка упала на кровать между мной и стеной, за моей спиной. В этом падении я заподозрил проникновение в дом и насторожился, собравшись сразу пресечь ход парализации, как только она начнётся. Затем послышался стук остывавшего железа. Этот стук стал ПОВТОРЯТЬСЯ всё чаще и чаще. И с нараставшей частотой этих стуков в мою сторону повеяло волной движения с совершенно неожиданной для меня стороны: из центра дома. Я вовремя УСПЕЛ ЗАСОПРОТИВЛЯТЬСЯ и оградился от парализации в самом её начале.

С течением времени мне всё больше пришлось убеждаться в том, что каким-то тварям сквозь бревенчатую стену дома труднее было проникнуть в него, чем через потолок, откуда-то сверху. Очень часто где-то посередине дома сверху на пол падала какая-то крупинка, какая-то семечка, с каким-то сухим щелчком. Если взять и отломить от сухой доски щепочку, то звук получался примерно такой. Иногда этот звук был похож на тот, с каким высекается искра.

Мне стало интересно, что именно может падать с такой высоты на пол с таким звуком. Я несколько раз выронил сухую семечку подсолнечника почти с высоты потолка на пол, и звук падения семечки был очень похож на тот, который стал замечать раз за разом по ночам. Но эта семечка каждый раз отскакивала после падения. А то, что пробиралось сквозь потолок ночью и падало на пол, не отскакивало.

Однажды, когда я ел жаренную на подсолнечном масле картошку, у меня маленький кусочек с ложки упал на пол, и послышалось что-то очень похожее на то, что приходилось слышать по ночам. Этот кусочек картошки был в масле и не отскочил от пола. Я предположил, что какая-то маслянистость не даёт той крупице, которая падала с потолка, отскакивать от пола.

Очень часто я просыпался ещё до того, как эта крупица или семечка падала на пол, и объяснял себе это тем, что меня ОКРУЖАЛО то же самое, что ОКРУЖАЛО Татьяну, которое стало видимым, когда начало ВТЯГИВАТЬСЯ в неё. Что-то сначала уменьшалось до размера крупинки, чтобы пробраться в дом, а после падения на пол, снова увеличивалось в размерах. Как могла та наэлектризованность, которая ЗАПОЛНИЛА весь дом ДВАДЦАТЬ пятого января за три часа до исхода этих суток, стать настолько для меня осязаемой? Я предположил, что то, что меня ОКРУЖАЛО, расширилось настолько, что собой ЗАПОЛНЯЛО не только весь дом, но и выступало наружу за его ПРЕДЕЛЫ настолько, что уже на большем расстоянии мог почувствовать что-то враждебное мне. Но при этом я становился заметнее для этих враждебных тварей, которым ОБЯЗАТЕЛЬНО хотелось добраться до меня, даже тогда, когда находился внутри дома.

7. 4 марта около четырёх часов утра я стал просыпаться из-за того, что на себе почувствовал небольшой вес какой-то девушки, чей сероватый силуэт увидел на светлом и каком-то желтоватом фоне какой-то туманности. У этой девушки была короткая стрижка. Увидел я её, НЕ ОТКРЫВАЯ глаз. Я лежал на спине. Мои руки лежали вдоль тела и совсем немного расходились от него в обе стороны. Эта девушка сидела на мне совершенно неподвижно с РАСКРЫТЫМИ и согнутыми в коленях ногами. Она сидела с небольшим наклоном ко мне и держала мои руки за запястья своими руками. Линия её стрижки оставляла ОТКРЫТОЙ её шею. Она не смотрела на меня. Она смотрела в левую от меня сторону. Ей было где-то восемнадцать лет. Она сидела на мне какой-то тенью. Никакой тревоги или беспокойства её присутствие во мне не вызывало. Так прошла минута, на исходе которой я решил всё же пошевелиться. Когда собрался постепенно наращивать своё СОПРОТИВЛЕНИЕ, заметил незначительную парализацию, которая сразу прошла. И эта девушка сразу пропала.

Как оказалось, той твари, которая отважилась заявиться к нам 5 января, одного раза было мало, как «полковнику». 9 марта опять получилось так, что я вместе со Славиком шёл в обратную сторону, домой. Мы проходили мимо магазина молдавана. А эта тварь стояла рядом с магазином вместе с одной молодой блудницей. Славик отошёл от меня и направился к этой твари и заговорил о чём-то. По всей видимости, им приходилось работать на молдавана, и они были хорошо знакомы. Я же прошёл мимо и остановился в нескольких шагах, чтобы подождать Славика. И тут и этой твари очень захотелось узнать о том, что почему же это я его «тогда», зимой, ударил. Прошло ДВА месяца, и вот, наконец-то, этой твари захотелось узнать, за что я её ударил. Что-то ещё НЕПОНЯТНОГО могло оставаться для неё? Во мне такая волна возмущения поднялась, что я двинулся к нему и левой рукой дал ему такую оплеуху, что он, как подкошенный, свалился прямо на дорогу. Хорошо, что в это время на дороге не было машин: он мог упасть прямо под колёса. Я подумал, что сметающая сила айкидо, в самом ДЕЛЕ, существует.

«Пошли», — сказала молодая блудница поднявшейся на ноги твари, взяв его за локоть, и ПОТЯНУЛА уходить от меня, и посмотрела на меня так, словно это я был какой-то такой тварью, с которой уже НИЧЕГО нельзя было СДЕЛАТЬ.

18 марта, в субботу, ПОКАЗЫВАЛИ фильм «Ночь пугала» (1995), который тоже местами оказался уже давно виденным. Самым сильно знакомым местом, оказалось то, где ночью ожило пугало, от которого пришлось спасаться бегством по кукурузному полю. Я сразу вспомнил, что когда мог это увидеть.

Зародыш мой видели очи Твои; в твоей книге записаны все дни, для меня предназначенные, когда ни одного из них ещё не было.

Библия, псалом 138:16

Осенью 1971 года, где-то в сентябре, отец взял меня с собой, когда решил куда-то съездить на «горбатом» «Запорожце», который получил его отец, как инвалид войны. Мы остановились, когда проезжали мимо кукурузного поля. Отец вышел из машины и меня ПОТЯНУЛ пойти следом за ним к краю этого поля. Он наломал несколько початков, и мы вернулись к машине. Когда вернулись домой, ему нужно было уходить на работу. Он в ту неделю работал во ВТОРУЮ смену. Когда он ночью вернулся домой, в ДВА часа после полуночи, я проснулся. Когда я снова заснул, увидел каких-то людей, которые ночью от кого-то убегали по кукурузному полю. Получалось, что тогда я увидел то, чего ещё не было.

7 апреля 2000 года ПОКАЗЫВАЛИ фильм «Золотое путешествие Синдбада» (1974). Несколько раз я видел этот замечательный фильм, и на этот раз с интересом его посмотрел. Фрески, нарисованные на стене в и сохранившиеся только местами в той комнате, которая оставалась СКРЫТОЙ от многих, имели отношение к жемчужинам ДОЛЖНОГО. Я это понял ещё в детстве. Частью корабля была вырезанная из дерева большая фигура женщины. Эта деревянная фигура подчинилась власти колдовства и стала отрываться от корабля. И ей нужно было забрать с собой карту, которая ПОТЯНУЛА Синдбада отправиться в путь. Я подумал о том, что и у меня что-то отрывалось, когда возникала страшная боль. Долгое время я думал, что Синдбад всего лишь запомнил ту нарисованную карту, которую эта большая деревянная фигура всё-таки забрала с собой, но мне стало ясно, что он не запоминал карту, она была в его голове. В очередной раз моё внимание на себя обращало то, что Синдбад во сне увидел какую-то женщину. Её лица он не видел. Во сне он увидел изображение глаза на её ладони, и по этому изображению он и узнал её, когда встретил.

11 апреля я проснулся в начале наступивших суток, в час тридцать пять минут ночи, и стал прислушиваться к доносившемуся до меня какому-то потрескиванию. Я и на этот раз проснулся, когда почувствовал чьё-то присутствие у нас дома. Моё тело ещё не было парализованным. Но я ждал, когда она может начаться, и собирался вовремя УСПЕТЬ её пресечь. Время от времени мне приходилось шевелить пальцами рук и ног, чтобы убеждаться, что моё тело всё ещё подчинялось мне. Когда заметил начавшиеся изменения в моём состоянии, решил сразу встать с кровати. Моё тело с трудом подчинилось мне. Ещё немного, и парализация ПОЛНОСТЬЮ овладела бы моим телом. И на этот раз мне удалось её ОПЕРЕДИТЬ. Дома я был один.

19 апреля, опять в начале суток, я стал просыпаться, когда сквозь сон что-то почувствовал. Во сне увидел под стулом мышеловку, ВОКРУГ которой копошились мыши вместе с какими-то большими, продолговатыми и тёмными жуками. Величина этих жуков раза в ДВА превосходила размеры обычных тараканов. В том, что я увидел, было что-то отталкивающее и вызывающее отвращение, что помогло мне проснуться. Я заподозрил, что у нас в доме снова появилась какая-то невидимая тварь. На часах было половина ВТОРОГО часа ночи, и с этого времени я лежал в ПОЛНОЙ готовности пресечь ход парализации. Время от времени мне приходилось шевелить пальцами ног и рук, чтобы убеждаться в том, что парализация тела ещё не наступила. Время шло, а парализация не начиналась. Я незаметно для самого себя уснул. Когда меня разбудило моё собственное внутреннее СОПРОТИВЛЕНИЕ, всё моё тело, кроме головы и плеч, уже меня не слушалось. Я принялся изо всех сил мотать головой из стороны в сторону, чтобы раскачать моё тело и избавиться от парализации, которая ЗАХВАТИЛА меня с какой-то непреодолимой ТЯГУЧЕСТЬЮ. Я с таким НАПРЯЖЕНИЕМ мотал из стороны в сторону головой, что у меня стал ОТКРЫВАТЬСЯ и ЗАКРЫВАТЬСЯ рот, как у СВЯЗАННОЙ собаки, которая, всё равно, старалась своей пастью УХВАТИТЬСЯ пастью за что-то враждебное или же за что-то спасительное. С величайшим НАПРЯЖЕНИЕМ всех своих сил я боролся с парализацией не меньше десяти секунд. Мне удалось пресечь ход парализации, ход того, что стало подбираться ко мне как можно незаметнее. Когда я включил свет, на часах было один час пятьдесят ДВЕ минуты.

Божественная магия делает из человека бога; человеческая же магия создаёт нового демона.

Из книги «Тайная Доктрина», том III, Е. П. Блаватской

15 мая я проснулся уже тогда, когда кто-то сверху держал меня за руки и при этом упирался своим коленом в моё левое бедро. Кто-то другой находился под кроватью, в которую снизу упирался своими коленками, чтобы сильнее ТЯНУТЬ на себя руки, которые были сцеплены между собой на моём горле, чтобы придушить меня. Я лежал на спине и стал СОПРОТИВЛЯТЬСЯ. Когда парализованность моего тела прошла, то вместе с этим исчезли и тот, чьё-то колено упиралось в моё левое бедро, и тот, чьи руки ТЯНУЛИ меня вниз за горло. Когда я включил свет, на часах было 5 часов 30 минут. В течение всего наступившего дня у меня болело горло от того, что как меня к утру собирались придушить.

ДВАДЦАТОГО мая по телевидению ПОКАЗЫВАЛИ фильм «Паприка» (1990). Само начало фильма было мне знакомо. Где-то с лета 1977 года мне была знакома та комната в с большой кроватью, на которой могла продавать своё тело девушка, устроившаяся на работу в публичном доме. Очень многое в этом фильме перечёркивало меня. Та деревянная женщина, которая оторвалась от корабля Синдбада, чтобы забрать у него карту и лишить верного направления его пути, в очередной раз стала отрываться во мне.

Когда в этом фильме распутная красавица ПОКАЗАЛАСЬ в тёмном, целомудренно глухом до самого подбородка платье, но затем, подчиняясь требованию хозяйки публичного дома, сняла с себя на уроне груди полоску ткани, обнажив свои груди, увеличившиеся во всём их соблазнительном объёме, и когда при этом была ПОКАЗАНА её подруга в светлом платье, в котором ОТСУТСТВОВАЛА такой же полосой ткань уже в другом месте, ВОКРУГ того места, откуда у неё росли ноги, я вспомнил то время, когда это увидел. Я всё это увидел летом 1983 года, когда меня ПОТЯНУЛО спать днём. И то, что приснилось, тогда ПОКАЗАЛОСЬ слишком невероятным для того, чтобы это могло происходить на самом ДЕЛЕ.

В эту ночь я переключал телевизор на другой канал, на котором ПОКАЗЫВАЛИ фильм «Хладнокровный Люк» (1967). И этот фильм местами мне был знаком. И самым знакомым оказалось то, где молодая светловолосая женщина принялась мыть машину. Она нарочно стала мыть машину так, чтобы намокло её платье, чтобы работавшие рядом у дороги узники лучше видели всю соблазнительность её ОКРУГЛОСТЕЙ, чтобы помучить их тем, что было для них недоступно. Это я видел где-то в мае 1977 года.

ДВАДЦАТЬ ПЕРВОГО мая, на исходе суток, много раз и сильно стали сверкать молнии. Они предвещали грозу. Я погрузился в свои раздумья и вскоре задремал. После полуночи совершенно отчётливо послышались чьи-то шаги рядом с нашим домом. В самих этих шагах я почувствовал какую-то нацеленность на наш дом и сразу насторожился. И то, что это мне НЕ ПОКАЗАЛОСЬ, подтвердилось меньше чем через минуту. Дома я был один. Когда шаги затихли, я пошевелил пальцами ног, чтобы убедиться в ОТСУТСТВИИ парализации. Наступила ПОЛНАЯ тишина. Никаких звуков я так и не услышал: ни царапанья, ни шорохов, ни того, что с потолка упала на пол какая-то крупинка, семечка.

— Ты мне родня, и я готова доверить тебе моего милого, — сказала ему Кримхильда, — так знай же, что муж мой, убив у подножия горы дракона, выкупался в его крови и оттого стал неуязвим, но когда он купался, липовый листок упал ему на спину между плеч, и кровь дракона не коснулась этого места. Потому-то и страшусь я за него, когда стоит он в битве под градом копий.

— Так пришей же своей рукой значок ему на платье, — отвечал ей вероломный, — чтобы по тому знаку мог я знать, как мне охранять его во время битвы.

«Песнь о Нибелунгах», XV — «О том, как в Вормсе объявили войну»

Что-то размером с ногтевую фалангу большого пальца совершенно неожиданно для меня сразу в каком-то очень злобном натиске вонзилось мне в позвоночник между лопатками. И это что-то изо всех сил пыталось вдавиться ДАЛЬШЕ, ещё глубже в том месте, где у меня находился шестой грудной позвонок. Я оказался не готовым к такому внезапному нападению и совершенно никакого СОПРОТИВЛЕНИЯ не смог оказать. Что-то вонзилось мне как раз в то самое место, напротив которого за стеной от меня, остановился тот взбесившийся «кот», который пытался прогрызаться сквозь стену ДВАДЦАТЬ пятого января, четыре месяца назад.

Мне НЕОБХОДИМО было заставить себя пошевелиться, чтобы пресечь ход этого злобного натиска, но я НИЧЕГО не мог СДЕЛАТЬ. Мои лопатки сильно СТЯНУЛИСЬ к месту боли, и моя спина при этом сильно прогнулась. У меня от НАПРЯЖЕНИЯ ОТКРЫЛСЯ рот. Во мне что-то само СОПРОТИВЛЯЛОСЬ до сильнейшей дрожи во всем теле. Мне нужно было как-то СОБРАТЬСЯ, но у меня НИЧЕГО не получалось в течение десяти-пятнадцати секунд. За это время сильнейший натиск чего-то враждебного мне, того, что старалось изо всех сил продавиться в меня, стал ослабевать. Чему-то враждебному мне понадобилось СОБРАТЬСЯ с силами для ВТОРОЙ попытки. И тут я сумел заставить себя перевернуться на спину и обратно, чтобы СДЕЛАТЬ моё тело послушным мне. Я не собирался допустить того, чтобы НАПРЯЖЕНИЕ СОПРОТИВЛЕНИЯ ослабело. Перед тем, как что-то враждебное СОБРАЛОСЬ с силами, чтобы со ВТОРОЙ попытки продавиться в меня, я УСПЕЛ преодолеть парализацию своего тела. И то, что подошло к нашему дому и затем уменьшилось до размера ногтевой фаланги большого пальца, чтобы продавиться в меня, оставило меня.

Когда я ПРОТЯНУЛ руку к выключателю, заметил какую-то вспышку со стороны ног. Когда включил свет настольной лампы, на часах было без пяти минут час ночи. Через пару минут с крыши послышался шум капель дождя. Потом, то место между лопатками, куда какая-то тварь силилась продавиться, у меня болело весь день. Только на этот раз мне пришлось СОПРОТИВЛЯТЬСЯ с таким мучительным и чрезвычайным НАПРЯЖЕНИЕМ.

Мне во ВТОРОЙ раз пришлось убедиться в том, что какую опасность в себе может нести надвигающаяся гроза. Она словно помогала кому-то СОБИРАТЬСЯ с силами против меня. В августе 1995 года я не мог выбраться из леса, когда мне совсем немного оставалось для того, чтобы выйти из него.

ДВАДЦАТЬ девятого мая ночью, в начале суток, в ДВА часа и пять минут, что-то опять совершенно неожиданно вызвало парализация моего тела. Но той мощи, с которой она набросилась на меня ДВАДЦАТЬ ПЕРВОГО мая, не было, и мне без особых усилий удалось её преодолеть.

ВТОРОГО июня я опять совершенно отчётливо услышал звуки чьи-то шагов рядом с нашим домом. Эти шаги настолько отчётливо до меня донеслись, что у меня не могло остаться никаких сомнений в том, что к нашему дому, в самом ДЕЛЕ, кто-то подошёл. Я не смог удержаться от того, чтобы ОТКРЫТЬ дверь и выйти наружу. Снаружи опять никого не смог увидеть, и опять тишина была ПОЛНАЯ.

Когда я вернулся в дом и лёг на кровать, обратил внимание на то, что как быстро меня ПОТЯНУЛО ко сну. Это заставило меня насторожиться. Сквозь дремоту я решил заставить себя пошевелиться, чтобы убедиться в ОТСУТСТВИИ парализованности тела. Ни руки, ни ноги меня уже не слушались. И губы свои я не смог СТЯНУТЬ в трубочку, чтобы попытаться свистом избавиться от парализованности. К этому времени я уже стал думать о том, чтобы СДЕЛАТЬ себе свисток и спать с ним, удерживая его ртом. Глаза же я совершенно спокойно ОТКРЫЛ. СОПРОТИВЛЯЯСЬ, я пытался что-то разглядеть рядом с собой, но НИЧЕГО и никого не смог заметить. Когда от моих усилий заставить себя пошевелиться прошла парализованность моего тела, я заметил, что ВОКРУГ стало как-то светлее. Что-то каким-то тёмным облаком меня ОКРУЖАЛО, когда тело было парализованным. Случилось это в три часа и десять минут ночи.

Какие-то силы и ДАЛЬШЕ оставались нацеленными на меня. Остальные случаи ничем особенным НЕ ВЫДЕЛЯЛИСЬ, кроме следующих. ДВАДЦАТЬ седьмого апреля в три часа ночи после парализации послышалось дразнящее «мяу». ДВАДЦАТЬ третьего июля в час и пятнадцать минут ночи послышались какие-то стоны и плач. ДВАДЦАТЬ четвёртого июля кто-то сбоку подошёл к кровати, на которой я лежал и уже не спал, но после этого НИЧЕГО не произошло. По всей видимости, тому, кто ко мне подошёл, стало ясно, что у него не получится меня пересилить.

Отец всё там же продолжал работать, и ему всё так же продолжали задерживать выплаты заработанных денег. С 6 июня 2000 года мы опять не могли позволить себе покупать даже хлеб. В самом конце этого месяца он на работе получил полмешка с вермишелью. Мы стали варить её и есть вместо хлеба. За ДВЕ недели до этого я стал варить зёрна фасоли вместе с нарезанными в кастрюльку ДВУМЯ-тремя стручками острого перца. Фасоль получалась не острой, но заметно было, что она становилась сытнее. На огороде в это время НИЧЕГО из того, что можно было съесть, ещё не выросло.

8. ДВАДЦАТЬ ПЕРВОГО июля, когда время уже подходило к полуночи, по телевизору ПОКАЗЫВАЛИ итальянский фильм «Мотор» («Action») (1979). И очень много мест из этого фильма оказались мне давно знакомыми. В этом фильме говорилось о противостоянии какому-то безумию, которое КРУГОМ восторжествовало, и о том, что такое противостояние приводит к гибели.

Одного актёра, который снимался в каком-то фильме с какими-то бандитскими перестрелками, прогнали со съёмок за то, что он не свалился на землю и не стал корчиться в предсмертных судорогах, когда его подстрелили, а взял и стал КРУЖИТЬСЯ так, словно он ДОЛЖЕН был умереть в таком танце. И это никому не понравилось: что-то ненормальное было для них в этом.

Этот актёр стал сниматься в другом фильме, в котором одну элегантно одетую женщину прямо в туалете ДОЛЖЕН был изнасиловать «Кинг-Конг». Съёмки ДОЛЖНЫ были проходить на уровне какого-то ПРЕДЕЛЬНОГО натурализма. Сценаристу и режиссёру до самой сцены изнасилования нужно было ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОКАЗАТЬ, как из задницы этой женщины в туалете вылезает каловая колбаска. Но актриса, которая ДОЛЖНА была сыграть жертву изнасилования, НИЧЕГО не могла выдавить из себя, при том, что она старалась тужиться изо всех сил. Может, у неё денег НЕ ХВАТАЛО на то, чтобы нормально поесть. Ей дали несколько слабительных таблеток. И это всё было мне знакомо. Хорошо знакомым оказалось и то, как актёр не выдержал всего этого безумия, которое происходило на съёмочной площадке, и разнёс своими ударами сами декорацию той кабины туалета, в которой ДОЛЖНЫ были снять натуралистическую сцену изнасилования. И то, как он зашагал оттуда прочь, и то, как эта актриса поспешила за ним следом, как за ЕДИНСТВЕННЫМ человеком, который оказался нормальным, тоже мне было знакомо. И то, как они проходили мимо какой-то мусорной свалки, где к ним пристали какие-то её обитатели, те, кто даже внешне уже выглядели какими-то ненормальными, было мне знакомо. И то, как туда за этими ДВОИМИ приехала машина, чтобы упрятать их в какую-то психушку, я уже давно видел. В машину забрали только этих ДВОИХ, которые даже одеты были как все нормальные люди. Но оказалось, что именно такие, как они могут представлять угрозу обществу. Каких-то выродков и переродков даже не собирались трогать.

Когда эта молодая актриса решила, что не стоит продолжать такую жизнь, подошла к окну в доме сумашедших и выбросилась из него, и это оказалось с абсолютной точностью мне знакомым.

С такой же абсолютной точностью знакомо мне было ОТРАЖЕНИЕ лица этого актёра, которое исказилось от невыразимого страдания, на оконном стекле, и то, как его обессиленного ПОТЯНУЛО вниз. Он решил зайти к той, кто недавно была его женой, и увидел, чем она занималась. Она называла его «неудачником», а сама, по всей видимости, смогла добиться успеха. С такой же абсолютной точностью мне знакомо было, то, как он по дороге к своей бывшей жене, увидел освободившуюся нагую душу той, которая выбросилась из окна.

Когда я мог это всё увидеть? Это окно выглядело каким-то совершенно новым. Та пятиэтажка, в которой мы жили, была построена где-то в 1969 году. Когда её построили, она стала заселяться. Её балконы были ОТКРЫТЫМИ, и очень многие принялись ДЕЛАТЬ их ЗАКРЫТЫМИ: ставили оконные рамы, а до окон низ выкладывался камнями из туфа. В этой пятиэтажке и стены, и окна были новыми. Где-то летом 1972 года я мог увидеть эпизоды из этого фильма.

Очень хорошо знакомым для меня оказалось и то, что как хозяин бензоколонки узнал из газеты, что этот актёр был в розыске и представлял большую опасность, и то, как он сразу решил позвонить в полицию. Знакомым было и то, как этого актёра смертельно РАНИЛИ, и то, как он стал КРУЖИТЬСЯ прежде, чем упасть мёртвым. Жить ему предлагалось по-другому, и его жизнь закончилась по-другому в сдвинутом мире.

30 июля, в самом начале суток, через пятьдесят минут после полуночи, я сквозь сон почувствовал в трёх шагах от меня что-то очень злобное и страшно раздражённое какими-то неудачами и закричал не от страха, а с готовностью оказать СОПРОТИВЛЕНИЕ, позвав отца на помощь. Отец сразу сорвался со своей кровати и подбежал ко мне.

ВТОРОГО августа, снова в с самом начале суток, через ДВАДЦАТЬ минут после полуночи, я почувствовал начавшуюся парализацию и немного НЕ УСПЕЛ начать СОПРОТИВЛЕНИЕ. Секунд пять мне пришлось оказывать парализации СОПРОТИВЛЕНИЕ. И когда что-то, что было ПЛОТНЕЕ воздуха и размером с кошку, спрыгнуло с кровати на пол, парализованность моего тела сразу прошла. Эта «кошка» находилась рядом со ступнями моих ног.

19 августа, в самом начале суток, через десять минут после полуночи я стал просыпаться, когда сквозь сон почувствовал опасную близость к чему-то злобному и очень враждебному ко мне. С левой стороны от меня кого-то стала сжигать лютая ненависть ко мне. Я в ответ угрожающе закричал, собираясь ЗАЩИЩАТЬСЯ, и сразу поднял левую руку, чтобы УСПЕТЬ оттолкнуть кого-то, кто с бешенной злобой вот-вот готов был двинуться на меня. Я что-то с силой оттолкнул от себя, когда ещё глаза НЕ ОТКРЫЛ. И это что-то снова надвинулось на меня, что я снова с силой оттолкнул с угрожающим криком. Что-то упало на пол, и это что-то снова надвинулось и наклонилось ко мне. Тут я ОТКРЫЛ глаза и увидел подбежавшего ко мне отца, которого разбудил своими криками. Он включил свет. Настольная лампа лежала на полу. Хорошо, что она не разбилась. Она упала с тумбочки. Я отталкивал от себя высокую тумбочку, которая снова и снова ко мне наклонялась. И настольная лампа упала с неё, когда я толкнул её ВТОРОЙ раз. С этой стороны кто-то был, кого я собрался оттолкнуть, но попадал рукой в тумбочку.

В прошлом году, летом, я раз вышел в огород, чтобы посмотреть на наши растения, и дошёл до самой его середины, где обернулся на чей-то взгляд. Соседний дом стоял на возвышении, и рядом с ним я увидел Светку-соседку. Она стояла, уставившись в мою сторону со злобным прищуром своих глаз. Она была ОКРУЖЕНА жгучей ненавистью ко мне, и она сгорала в ней. Её ненависть как каким-то раскалённым воздухом поднималась от земли на высоту до трёх метров. Мне стало страшновато, когда я увидел такую ненависть ко мне. Светка-соседка пожирала сама себя в своей злобе так, словно у неё не получалось чего-то от меня добиться. Я словно отнял у неё то, что она собиралась получить от меня. Я НИЧЕМ не собирался выдавать себя и СДЕЛАЛ такой вид, словно НИЧЕГО необычного не заметил. На следующий день эта «неопалимая» Светка-поганка вела себя как ни в чём не бывало и приветливо улыбалась. А я после того, что увидел, тем более, стал стараться держаться от неё ДАЛЬШЕ. По всей видимости, такая же «неопалимая» тварь оказалась в нашем доме ночью после полуночи.

Обычно, после того, как мне удавалось пресечь ход парализации, ДАЛЬШЕ можно было спать спокойно. Но ДВАДЦАТЬ четвёртого августа после того, как мне через четыре секунды после начала парализации удалось заставить своё тело пошевелиться, когда на часах было ПОЛВТОРОГО ночи, мне снова пришлось СОПРОТИВЛЯТЬСЯ парализации минут через ДВАДЦАТЬ, когда на часах было без десяти минут ДВА часа ночи. Через час (в 02:50) мне ещё раз пришлось СОПРОТИВЛЯТЬСЯ парализации.

31августа, в самом начале суток, через сорок минут после полуночи, попытка парализовать меня оказалась безуспешной из-за моей повышенной готовности пресечь её ход в самом начале. Но рано утром, в шесть часов тридцать пять минут меня парализовало, но не сильно. У какой-то твари словно НЕ ХВАТАЛО сил против меня, и моё НАПРЯЖЕНИЕ СОПРОТИВЛЕНИЯ уже через ДВЕ секунды преодолело парализованность тела.

ПЕРВОГО сентября, в самом начале суток, через десять минут после полуночи, отец проснулся из-за того, что кто-то стал взад вперёд ходить рядом с его кроватью. В ДВА часа ночи я ПРОПУСТИЛ начало парализации где-то на секунду, преждевременно расслабившись, но преодолел её. И снова преждевременно дал себе расслабиться. Через пять минут меня снова парализовало и мне пришлось ещё раз ей СОПРОТИВЛЯТЬСЯ.

Когда начался август, дома до меня уже каждый день стали доноситься какие-то шорохи, шелест, шуршание, потрескивание. 17 августа с трёх часов ночи до половины четвёртого до меня доносилось такое потрескивание, словно кто-то высекал искры или отламывал очень сухие щепочки от какой-то доски. В этот же день, но уже вечером, (в 17:15), когда я забежал в дом за плоскогубцами, моё неожиданное и стремительное появление сильно напугало какую-то собаку. Я услышал испуганное собачье завывание.

С вечера ДВАДЦАТЬ ПЕРВОГО августа я стал оставлять на ночь свет включённым. Из-за постоянного НАПРЯЖЕНИЯ мои нервы уже не выдерживали. Мне стало НЕ ХВАТАТЬ света. Мне стало страшновато засыпать в темноте. На стене у кровати висела лампа «дневного света». Она была наполовину самодельной и включалась не с помощью стартёров, а с помощью ДВУХ тумблеров. И эту лампу я оставлял включенной на всю ночь.

Когда печален я, тогда лишь дух мой ясен.

Когда я угнетён, молчит во мне тоска.

Когда я, как земля, недвижим и безгласен,

Мой стон, звуча, как гром, летит за облака.

РУМИ

Когда заканчивалось ПЕРВОЕ сентября, я продолжал смотреть телевизор. Когда наступило ВТОРОГО сентября, где-то в половине ВТОРОГО часа ночи я собрался ложиться спать. Когда я лёг на кровать, через несколько минут что-то с сильным шипением без труда прошло сквозь стену и зависло надо мной. И то, что сильно шипело, было размером с моё тело и совершенно невидимым.

В этом шипении чувствовалось какое-то НАПРЯЖЕНИЕ. Похожее шипение можно услышать, если убрать радиоприёмник с настройки на какую-то волну. Через несколько месяцев я по радио услышал точно такое же шипение, которое появилось надо мной ВТОРОГО сентября 2000 года. Сначала ведущий предложил радиослушателям угадать, что это за звук, который они через минуту услышат. Я услышал знакомое мне шипение, но не мог угадать, что это и где это можно услышать. Через пару минут радиоведущий сказал, что так звучит Ниагарский водопад (в нижней его части?).

В «Элевзинских мистериях», в египетской «Книге мёртвых» и во всех других трудах на тему посвящения, это «вечное существо» имеет название. У неоплатоников это был Ноус, Аугоэйд, у буддистов — Аггра, у персов — Феруэр. Все они называются «Избавителями», «Заступниками», «Метатронами», и т. п. На Митраических скульптурах Персии Феруэр представлен в виде крылатой фигуры, реющей в воздухе над своим «объектом» или телом. Это есть сияющее Я — Атман индусов, наш бессмертный дух, кто единственный может спасти нашу душу и спасёт её, если мы последуем за ним, вместо того, чтобы позволить нашему телу увлекать нас вниз. Поэтому в халдейских текстах вышеупомянутое читается так: «Мой избавитель, мой возобновитель», т. е. Дух, который возобновит сгнившее тело человека и преобразует его в одеяние из эфира. И именно этого Ноуса, Аугоэйда, Феруэра, Аггра, духа его самого, и увидит восторжествовавший Иов, утеряв свою плоть, т. е. когда он освободится от своего телесного плена, Духа, которого переводчики именуют «Богом».

Е. П. Блаватская, «Разоблачённая Изида», том II

Отца дома не было. Но у меня не было никаких сомнений в том, что дома я был не один. Кто-то невидимый завис прямо надо мной, всё время оставаясь в одном и том же месте, не смещаясь, даже на чуть-чуть, ни в одну из сторон. Шипение было очень сильным, намного сильнее того, которое выдавало появление тех, которые вызывали у меня парализацию (90—100 децибел?).

Я лежал на спине и лежал настороженным. Шипение было очень сильным, и я боялся, что меня может сильно парализовать. Мне приходилось время от времени обращать внимание на наличие во мне ПЛОТНОСТИ спокойствия. Наличие этой ПЛОТНОСТИ обещало мне, что НИЧЕГО плохого со мной не произойдёт.

Я лежал и продолжал убеждаться в том, что это происходит на самом ДЕЛЕ. И думал о том, что тот путь, на котором старался удержаться, привёл меня к этому, что мне, тем более, следует постараться и ДАЛЬШЕ на нём удержаться.

Я опасался ложиться спиной к комнате, потому что через несколько минут со стороны спины кто-то начинал приближаться и вызывать парализацию. Всё время лежать на спине становилось тяжело. Больше часа я лежал на спине, и всё же решил попробовать перевернуться на левый бок. И когда моя голова стала лежать на левой стороне, я заметил, что её правая сторона, которой была обращёна к зависшей надо мной области шипения, стала подёргиваться. Особенно сильными эти подёргивания были ВОКРУГ моего правого глаза.

Вскоре неожиданно лампа «дневного света» погасла. Когда я заморгал в наступившей внезапно темноте, меня стали почти ослеплять возникавшие у меня в глазах вспышки. Эти вспышки мешали мне искать тумблеры, когда мне нужно было снова включить свет. Я обнаружил эти тумблеры на ощупь. Мне, почему-то, показалось, что свет погас из-за кратковременного отключения электричества. На часах к этому времени было уже ДВА часа и пятьдесят минут.

Когда я снова лёг на левый бок, через несколько минут парализация стала набирать силу настолько медленно и потихоньку, что не смог заметить её начала. Когда заподозрил, что со мной что-то не то, попробовал пошевелить ногой и рукой, и не смог этого СДЕЛАТЬ. Тогда я изо всех сил замотал головой из стороны в сторону, СОПРОТИВЛЯЯСЬ сковавшей меня какой-то вязкости, чтобы расшевелить себя и сбросить с себя скованность тела. Через ДВЕ-три секунды НАПРЯЖЁННОГО СОПРОТИВЛЕНИЯ мне удалось преодолеть вязкость парализации.

После этого, в три часа и сорок минут ночи, мне пришлось снова лечь на спину. А находившаяся надо мной область шипения как ни в чём не бывало продолжала оставаться в строгой неподвижности надо мной. Как бы я ни старался НАПРЯГАТЬ зрение, совершенно НИЧЕГО не смог увидеть. Зависший надо мной был абсолютно невидим. Но я чувствовал, что он был размером с моё тело. И эта область шипения лишь изредка потрескивала.

Поясним, знак Дева-Скорпион, который первоначально изображался как, стал просто Девой, а дубликат, или Скорпион, был помещён между Весами, седьмым знаком (который есть Енох, или ангел Метатрон, или Посредник между духом и материей, или Богом и человеком).

Е. П. Блаватская, «Разоблачённая Изида», том II, глава IX: «Веды и Библия»

Больше часа я опять пролежал на спине и сильно устал уже так лежать. Происходящее мне стало надоедать. Я решил взять и перевернуться на живот — и будь что будет. Со стороны спины я был менее всего ЗАЩИЩЁН. Я об этом знал. Мне хотелось узнать, что будет происходить ДАЛЬШЕ: когда лежал на спине, как-то НИЧЕГО особенного не происходило.

Вскоре после этого, в пять часов и десять минут, я спиной почувствовал над собой какие-то волнообразные движения чего-то такого, что стало как собираться и сокращаться. Через минуту над собой я почувствовал образовавшийся шар, который был несколько меньше футбольного мяча. Диаметр этого шара был где-то ДВАДЦАТЬ ДВА сантиметра. Я прекрасно чувствовал спиной размер этого шара. И этот шар медленно-медленно, с большой осторожностью, стал опускаться прямо вниз, плавно раскачиваясь, ко мне. Он понемногу приближался к тому месту, где у меня находился атласный позвонок. А я, вооружившись исследовательским рефлексом, решил подпустить его как можно ближе к себе, оставаясь в ПОЛНОЙ готовности начать СОПРОТИВЛЯТЬСЯ парализации, если она возникнет.

«Питри» суть астрал, осеняемый атма-будхи, падающим в материю: «Pudding-Bags» имели жизнь и атма-будхи, но не имели манаса. Поэтому они были бесчувственны (senseless). Смысл всякой эволюции заключается в приобретении опыта.

Е. П. Блаватская, «Тайная Доктрина», том III

Когда этот шар (Колобок?) спустился к моей шее так низко, что до меня осталось меньше самого диаметра этого шара, я почувствовал, что та вязкость, которая вызывала парализацию, стала заметно нарастать. И я решил резко рвануться в сторону, но никакой резкости у меня не получилось. СДЕЛАННОЕ мной движение получилось сильно затруднённым из-за вязкости, которая уже проникла в мои мышцы. Но мне, всё же, через силу удалось отдёрнуть себя в сторону и развернуться на спину с криками: «Брысь!!! Брысь!!! Брысь!!!»

Я вскочил с кровати и взял со стоявшей рядом тумбочки один из патронов для строительного пистолета, левой рукой сжал его в плоскогубцах, а правой стал бить молоточком по капсулю. А шар в это время уже раскрылся. Тот, кто вернулся к прежним своим размерам, с тем же сильным шипением поднялся на прежнюю высоту над кроватью.

Эти патроны хранились у меня с 1991 года. Я решил попробовать их использовать, когда стало ясно, что те, кто проникал в наш дом, будут и ДАЛЬШЕ вызывать паралич в моём теле. И мне уже несколько раз пришлось уже воспользоваться этими патронами. После громких разрывов этих патронов меня уже никто не смел беспокоить.

После нескольких ударов молоточком по задней части патрона, раздался громкий хлопок, после которого никакого шипения не стало слышно. В течение пары минут я прислушивался к наступившей ПОЛНОЙ тишине. Стало настолько тихо, что я даже подумал о том, что меня самого настолько сильно оглушил громкий разрыв патрона. Но когда это шипение с ЛЁГКОСТЬЮ прошло сквозь стены в этом углу дома и снова заняло прежнее место над моей кроватью, где находилось надо мной в течение почти четырёх часов, мне снова пришлось убедиться в том, что насколько сильно оно нарушало тишину. И в этом шипении было уже какое-то раздражение и недовольство тем, что я себе позволил СДЕЛАТЬ. «Ах, ты, сволочь такая! Ты ещё чем-то недоволен?» — со злостью подумал я и стал взрывать ВТОРОЙ патрон. Опять стало тихо. Через минуту это бесплотное, совершенно невидимое существо снова словно просочилось через этот угол дома и зависло над кроватью. Я не мог не заметить той разницы между тем, как это существо проходило сквозь стену и тем, насколько трудно было СДЕЛАТЬ это другим, тем, кто проникал в дом до него. Я взорвал ещё один патрон, чтобы избавить себя от присутствия в доме кого-то постороннего.

С помощью волнообразных движений это существо как что-то собирало ВОКРУГ себя, сокращаясь при этом, когда собралось спуститься ко мне поближе. Ему нужно было позаботиться о своей ЗАЩИЩЁННОСТИ? Оно чего-то боялось? Оно боялось оскверниться?

Когда я 5 сентября, поздним вечером, стал ложиться спать, было тихо. Через несколько минут послышалось знакомое мне сильное шипение, точно такое же, какое появилось с наступлением ВТОРОГО сентября. На этот раз я сразу встал с кровати и взорвал ДВА патрона, один за другим, чтобы избавиться от присутствия какого-то незваного гостя. Шипение пропало и больше не появлялось.

9. Когда я уснул, во сне вспомнил о ночных кошмарах и о НЕОБХОДИМОСТИ оставаться ЗАЩИЩЁННЫМ от разных тварей, но у меня всё никак не получалось взять какое-то кольцо, которое как раз и могло послужить мне ЗАЩИТОЙ. Это кольцо больше было похожим на женскую серьгу. Я стал просыпаться из-за того, что у меня всё никак не получалось взять это кольцо, и на себе, на своём животе, почувствовал что-то ПЛОТНЕЕ воздуха и с размером с кошку. И я изо всех сил замотал головой из стороны в сторону и стал так набирать воздух в ЛЁГКИЕ, чтобы мой живот надувался. Мне так пришлось расшевеливать себя, чтобы преодолеть какую-то очень вязкую парализованность тела. Мне хотелось прогнать то животное, которое устроилось на моём животе. Секунд восемь мне усиленно пришлось СОПРОТИВЛЯТЬСЯ парализованности тела. Когда я пересилил парализованность тела, сразу встал с кровати и взорвал, один за другим, ДВА патрона. Что-то женское было в этой парализации. На часах к этому времени было уже ДВА часа и тридцать пять минут ночи. Около трёх часов ночи кто-то сначала словно стал стучать по ведру из жести, а потом кто-то двинулся в мою сторону. Но за этим больше НИЧЕГО не последовало.

Шар, который ВПЕРВЫЕ появился ВТОРОГО сентября, появился ещё раз, когда прошло больше года. Я стал просыпаться среди ночи, когда ДВАДЦАТЬ девятого сентября 2001 года послышался знакомый мне звук какого-то шелестевшего шипения. Лежал я на спине с небольшим разворотом на правый бок. Мне захотелось узнать, что будет происходить ДАЛЬШЕ, и постарался продолжать лежать неподвижно. Когда комары нацеливались на меня, я замечал, как они увеличивали частоту взмахов своими крылышками и с другим звуком, более НАПРЯЖЁННЫМ, подлетали ко мне. Шипение, которое зависло надо мной на этот раз, звучало с такой НАПРЯЖЁННОСТЬЮ, которая выдавала какую-то нацеленность на меня. Я лежал с ЗАКРЫТЫМИ глазами и притворялся спящим и на этот раз не заметил никаких волнообразных движений, с помощью которых кто-то, сокращался и УПЛОТНИЛСЯ в шар в прошлый раз. На этот раз шар появился без этих волнообразных движений, и снижаться ко мне он стал без той сильной осторожности, на которую я не мог не обратить внимания в прошлый раз. На этот раз и шар оказался меньше. Он был в диаметре где-то пятнадцать сантиметров.

Я лежал на спине с небольшим разворотом в правую сторону, и голова моя была повёрнута в правую сторону. Моя шея оказалась ОТКРЫТОЙ для этого шара, и он стал спускаться к моей левой ключице. Когда этот шар оказался от меня на расстоянии равном его диаметру, я решил, что подпускать ближе его не стоит, и решил резко отстраниться в сторону от него. У меня не получилось резко отстраниться в сторону, потому что вязкость парализации уже проникла в мои мышцы. СДЕЛАТЬ это мне пришлось не без усилий над собой. Ещё немного, и я мог оказаться ПОЛНОСТЬЮ парализованным. Мне и на этот раз удалось, пусть не намного, но всё же, ОПЕРЕДИТЬ начавшуюся парализацию.

Шар поднялся вверх намного быстрее, чем спускался ко мне. Я усилием воли сумел вскинуть за ним следом обе свои руки с когтисто согнутыми пальцами, собираясь расцарапать и развеять по воздуху этот шар. Тут стало совсем тихо. Через полминуты снова послышалось знакомое шипение. Шар подлетел к моей голове сбоку, со стороны комнаты, и на таком же расстоянии от пола, на котором моя голова находилась от него на кровати. Я взял и сразу всем телом развернулся налево. Шар отлетел от моего лица в обратную сторону. Через минуту его не стало слышно. Я продолжал лежать спиной к стене в ожидании того, что шар может вернуться. Но он пропал, и меня больше НИЧЕГО не беспокоило в этот день.

Если продолжительное время посидеть на корточках и затем выпрямиться в ПОЛНЫЙ рост, то при этом возникают почти такие же ощущения, какие возникали у меня при начале парализации. Я заподозрил, что эти ощущения как-то СВЯЗАНЫ с током крови, с оттоком её от головы. Если сам ток крови не притормаживался, значит, сама кровь чего-то лишалась при парализации. Этих бесплотных тварей могло ПРИТЯГИВАТЬ что-то такое, чем они могли поживиться. А поживиться они могли тем, что было в крови.

Однажды отец однажды отправился в магазин, где купил полкило сосисок и ДВЕ бутылки пива, когда получил деньги. После того, как мы наелись сосисками, отец стал настаивать на том, чтобы мы ОБЯЗАТЕЛЬНО выпили по бутылке пива. И я опьянел после одной бутылки пива. Скорее всего, пиво было не натуральным, а приготовленным из какого-то состава, и в него было что-то добавлено. ЦЕЛЫХ полчаса мне пришлось с раздражением СОПРОТИВЛЯТЬСЯ какой-то вязкости, которая проникла в мои мышцы. И эта вязкость была похожа на ту, которая возникала при парализации. Что-то попало мне в кровь, и она чего-то лишилась.

7 сентября 2000 года я лёг спать где-то в 21:50 спиной к стене, на правом боку. Через несколько минут правая сторона моего лица стала подёргиваться, затем что-то мягкое и нежное НАКРЫЛО мою голову. Мою голову кто-то словно НАКРЫЛ ладонью очень большой руки. Когда прошло минут десять — прошло и это ощущение.

8 сентября в 02:55 я лежал на спине, когда почувствовал рядом со своей головой у правого плеча чью-то очень большую руку, которая появилась со стороны изголовья. Эта рука меня не коснулась. Она легла рядом с моей головой с таким нажимом, словно кому-то нужно было удержаться в этом месте. Вскоре эта рука как сорвалась в этом месте с кровати. После этого мне всю ночь пришлось спать урывками. Отца дома не было.

ДВЕНАДЦАТОГО сентября в 2:22 я через ДВЕ секунды преодолел вязкость парализации, которая УСПЕЛА завладеть только верхней частью тела. Ещё до наступления полуночи до моего слуха стали доноситься какие-то щелчки со стороны ног. А после того, как мне пришлось пересилить парализацию, которая ОХВАТИЛА верхней частью моего тела, над собой услышал шелест-шипение чего-то шарообразного и УПЛОТНЯВШЕГОСЯ к центру. Это существо было раза в ДВА больше моей головы. Поверхности сферы у него не было. Оно УПЛОТНЯЛОСЬ к центру, и самая ПЛОТНАЯ его часть была раза в ДВА меньше моего сжатого кулака. И это существо словно дышало, но без вздохов. Его ритмические выдохи словно раздвигали воздух, который ОКРУЖАЛ самую ПЛОТНУЮ его часть. Казалось, что раздвигавшийся воздух состоял из множества сухих чешуек, которые шипяще шелестели. В доносившемся до меня звуке этих выдохов было что-то очень похожее на сыпавшийся сухой мелкий песок. Один из выдохов, самый ПЕРВЫЙ, был продолжительнее остальных. За ним следовал менее продолжительный выдох, и он словно был направлен как в обратную сторону. Последними были ДВА коротких выдоха, которые были направлены в ту же сторону, что и самый ПЕРВЫЙ. Потом следовала небольшая пауза. А после этого снова ПОВТОРЯЛИСЬ те же четыре выдоха.

Когда эта ОКРУГЛЁННАЯ и всё более и более УПЛОТНЯВШАЯСЯ к центру область дышала на меня, я на своём лице чувствовал холодок сначала на лбу, потом на правой щеке, затем на виске и снова на щеке. Этот холодок словно ласкал меня. В нём не было НИЧЕГО, что могло чем-то мне угрожать. Я расслабился и лишился настороженности. Я лежал на животе, когда в 03:42 вся верхняя часть моей спины оказалась вдруг очень сильно парализованной. Я изо всех сил задёргал ногами, чтобы расшевелить всё моё тело как можно сильнее. Мои ноги парализация НЕ ОХВАТИЛА. Я пресёк ход парализации своими движениями, и после того, что случилось, у меня к таким ласкающим веяниям возникло сильное недоверие.

Самое большое, что они — человеческие духи — могут сделать, это отбрасывать своё эфирное отображение на атмосферные волны и, если иногда, в редких случаях, прикосновение их рук или одежды становится ощутимым для живого смертного, то оно будет ощущаться, как проносящийся ветерок, нежно коснувшийся места соприкосновения, а не как прикасание человеческой руки или материального тела.

Е. П. Блаватская, « Разоблачённая Изида», том I

13 сентября я лёг спать в 23:00. Через полчаса почувствовал знакомый холодок, который повеял на левой кисти моей руки. Я лежал на спине. Когда почувствовал этот холодок, решил перевернуться на левый бок, а руку убрать под одеяло. После этого холодок какими-то ЛЁГКИМИ касаниями переместился на мои губы. Никакой парализации после этого так и не последовало. Холодок и эти касания исчезли так же, как и появились.

ДВАДЦАТОГО сентября в 13:25, ДВАДЦАТЬ ВТОРОГО сентября в 08:35 и в 12:15 и ДВАДЦАТЬ восьмого сентября около девяти часов утра я снова на себе почувствовал веяние этого холодка.

11 октября в 20:20 почувствовал ЛЁГКОЕ прикосновение к моему лбу у той границы, у которой начинают расти волосы. Это прикосновение щекоткой проникло на глубину в один сантиметр в мою голову.

Когда наступило ДВАДЦАТЬ пятое октября, я проснулся среди ночи и услышал над собой шипение, стал думать о том, что оно может мне грозить очередной попыткой парализовать меня. Через минуту меня парализовало. Получилось так, словно я сам ПРИТЯНУЛ на себя вязкость парализации, когда подумал о том, что зависло надо мной с шипением. Мне сразу же пришлось пресекать ход парализации, как только она началась. Случилось это ночью в 04:13.

Я лежал на спине, когда наступило ДВАДЦАТЬ ВТОРОЕ ноября. И в это время в ПОЛНОЙ темноте появилась какая-то большая муха с намерением залезть мне в левое ухо. Голова моя лежала правым ухом на подушке, а левое ухо было обращено к потолку. В это время уже никаких мух быть не могло: в середине ноября в Сибири была уже настоящая зима с морозами. Я заметил, что это была какая-то другая муха. Она была ОКРУЖЕНА чем-то более ПЛОТНЫМ, чем воздух. У этой ПЛОТНОСТИ не было поверхности сферы. С десяти сантиметров в диаметре воздух словно начинал УПЛОТНЯТЬСЯ до ПЛОТНОСТИ большой мухи, от которой у меня не получалось отмахнуться. И что-то магнетическое было в этой ПЛОТНОСТИ. Я включил свет, когда всё же сумел избавиться от назойливости этой мухи, чтобы посмотреть на часы. На часах было 3 часа 40 минут ночи. Откуда прилетела эта муха? С острова Буяна?

ДВАДЦАТЬ четвёртого ноября с десяти часов вечера, когда я уже лежал на кровати, надо мной появилось знакомое шипение. Где-то в 23:20 стали послышались какие-то удары по калитке. Через минуту послышался удар от чего-то, что было брошено в дом. Я вскочил с кровати, и прежде, чем выйти наружу, СХВАТИЛ палку. На этот раз я увидел группу молодых парней. Трое остались стоять за оградой, а ДВОЕ зашли за ограду и остановились рядом с домом в нескольких шагах от ОТКРЫТОЙ калитки. И эти ДВОЕ стояли ПРЕИСПОЛНИВШИМИСЯ наглой правотой. Я заподозрил, что эти гадёныши калитку ОТКРЫВАЛИ пинками.

Сильный мороз не позволял мне останавливаться: я был слишком ЛЕГКО одет для него. Я направился к тем, кто стоял рядом с домом, и спросил, что им понадобилось в столь поздний час. Один из этих ДВОИХ был старше другого и всех остальных года на три, и он мне заявил, что они ищут ДВУХ девчонок, что им сказали, что они живут в этом доме. Я почувствовал эту мерзкую закваску, в которой были уже переквашены эти твари. Наглость, с которой это было сказано, только прибавила мне такой злости, что я с этой злостью сразу ударил палкой и этого, и ВТОРОГО. ВТОРОЙ тут же бросился бежать, но не к калитке, а к ограде со стороны дороги, и перескочил через неё. Я СХВАТИЛ самого старшего из этой группы и поволок за собой. И те трое бросились убегать. Как ни старался ЗАХВАЧЕНЫЙ мной гадёныш вырваться, как ни старался за что-то ХВАТАТЬСЯ, ему НИЧЕГО не помогало. Он своими действиями только помог изорваться своей куртке, за которую я крепко продолжал его удерживать, нисколько не собираясь ослаблять свой ЗАХВАТ. А снег только помогал мне волочить его за собой ко входу в дом, когда этот гадёныш и лёжа пытался СОПРОТИВЛЯТЬСЯ мне.

Когда до входной двери осталось СДЕЛАТЬ шага четыре, этот гадёныш снова сумел вскочить на ноги и УХВАТИТЬСЯ за край ПУСТОГО оконного проёма «летней кухни». Чтобы оторвать его, мне пришлось СДЕЛАТЬ перекрёстный ЗАХВАТ руками на его шее и придушить его настолько, чтобы он ослабел. Когда он ослабел, я рывком оторвал его и ПОТЯНУЛ за собой в дом.

Входная дверь ОТКРЫВАЛАСЬ наружу, и этому гадёнышу удалось УХВАТИТЬСЯ за её край и оказаться за этой дверью от меня. Он стал ЗАКРЫВАТЬ меня этой дверью. И тут я обнаружил, что происходящее в точности было давно знакомым мне. Так обнаружилась ещё одна жемчужина ДОЛЖНОГО.

Я собрался с силами и надавил на дверь в ту сторону, с которой она давила на меня, чтобы ОТКРЫТЬ её настолько, чтобы мне ХВАТИЛО на то, чтобы эту тварь затащить в дом. Мне нужно было обуться и одеться потеплее и не дать этой твари убежать. Когда моя добыча оказалась на веранде, я дал ей пару затрещин, чтобы она присмирела, и ЗАКРЫЛ дверь. Но эта тварь раз за разом, снова и снова пыталась вырваться наружу сразу после того, как я её оставлял. Даже после одной моей затрещины, когда эта тварь упала спиной на пол с широко ОТКРЫТЫМИ глазами, я НЕ УСПЕЛ одеться. Эта тварь сразу перестала изображать потерю сознания, как только я отошёл от неё. Мне пришлось СВЯЗАТЬ её, чтобы обуться и одеться. Я ПОТЯНУЛ его СВЯЗАННЫМ за собой. Мне нужно было, чтобы он ПОКАЗАЛ мне тех, кто направил его ко мне.

Когда мы прошли метров сто, на дороге рядом с нами остановилась машина, из которой выбрался один, кто предложил мне «отпустить пацана». Я не собирался терять время на разговоры и развернулся к «пацану» с ножом, который вдавил ему в горло. «Если тебя милиция не заберёт, то заберёт «скорая помощь» «Я пойду! Я пойду» — испуганно заговорил гадёныш. А тот, кто СДЕЛАЛ мне предложение отпустить его, испуганно повернул к машине, сел в неё и уехал.

Прошлым летом меня забрали в милицию после того, как мне пришлось догнать одну тварь, которую направила против нас «неопалимая» Светка-соседка. Это было днём. Сначала какая-то тварь заорала, затем она побежала в наш огород, который словно собралась перебежать. Какой-то парень добежал до конца нашего огорода и там он согнулся. Его что-то там остановило. А я смотрел на происходившее и обратил внимание на то, что этому парню тоже словно стало что-то мешать уйти. Я же узнал, что мешало уйти тому сторожу из детского сада, который заявился ко мне в пекарню. И мне как нужно было узнать, что же мешало уйти и этому. У этого парня что-то было спрятано за пазухой, и это что-то вот-вот могло выпасть. Выпрямившись, он стал руками придерживать то, что было спрятано у него за пазухой, и тут же стал сильными пинками ломать нашу ограду. Я закричал ему и побежал к нему. Он перескочил через ограду и убежал. Я решил, что этого так нельзя оставлять, и побежал следом, чтобы догнать эту тварь, когда она этого не будет ждать. Подобное могло же ПОВТОРИТЬСЯ. Нужно всё вовремя останавливать.

Я догнал эту тварь на той улице, которая походила мимо автостанции, подбежал к ней сзади и СХВАТИЛ за руку. Когда она развернулась ко мне, ноги словно перестали её держать. Когда она сползла и легла на дорогу, у неё из-за пазухи выкатилась стеклянная бутылка с самогоном. Она покатилась по камешкам на дороге и разбилась. Запахло самогоном. Я заподозрил, что Светка-поганка налила этой твари для храбрости стакан самогона и дала бутылку с самогоном для того, чтобы эта тварь нам что-нибудь СДЕЛАЛА, и врезал палкой пару раз этой твари по спине. Кто-то позвонил в милицию, и за мной приехали и забрали. Потом меня отпустили.

Когда мы проходили мимо военкомата, я решил развернуть в обратную сторону то, чему давался ход против меня. Время было где-то около полуночи. Дверь на мой стук ОТКРЫЛАСЬ, и наружу вышел уже пьяный военком с ещё одним, с кем, по всей видимости, и занимался распитием спиртного напитка. Я сказал тем, кто вышел наружу, чтобы они позвонили в милицию. Мне хотелось посмотреть на то, как они это будут ДЕЛАТЬ.

Военком сразу уставился на меня с какой-то враждебностью как на что-то чужеродное, которое уже в чём-то было ВИНОВАТО перед ним самим. Он вёл себя так, словно ко мне нужно было ОБЯЗАТЕЛЬНО относиться с пренебрежением и безразличием и ОБЯЗАТЕЛЬНО утверждаться в наглой правоте. Он сразу ПРЕИСПОЛНИЛСЯ наглой правотой.

Когда из-за дверей появилась какая-то бабка, которая, по всей видимости, работала ночным сторожем, и она сразу оказалась настроенной против меня. И она стала меня оставлять ВИНОВАТЫМ так, словно этот гадёныш в разорванной куртке сам оказался какой-то НЕВИННОЙ жертвой моего насилия. Я лишний раз убедился в том, что все эти люди были одной закваски.

И всё, что происходило у военкомата, в точности было мне знакомым. В течение получаса мной было обнаружено несколько жемчужин ДОЛЖНОГО. Этот гадёныш от меня получил то, что ВПОЛНЕ заслуживал. Одних затрещин, которые он получил от меня, ДОЛЖНО было ХВАТИТЬ на то, чтобы он не отваживался ПОВТОРИТЬ то, что ему захотелось СДЕЛАТЬ.

До начала декабря 2000 года для меня как-то ОТДЕЛЬНО друг от друга оставались то моё отплытие на рассвете на широкой деревянной доске по гладкой водной поверхности с одного скалистого берега (отплытие, которое мне ещё предстояло) и то, как описывалось отплытие Гайаваты, которым заканчивалась поэма Лонгфелло, посвящённая его жизни и подвигам.

Так в пурпурной мгле вечерней

В славе гаснущего солнца,

Удалился Гайавата

В край Кивайдина родимый,

Отошёл в страну Понима,

К Островам Блаженных, — в царство

Бесконечной, вечной жизни!

Лонгфелло, «Песнь о Гайавате»

Гайавата удалился «в славе гаснущего солнца», а не на рассвете, когда солнце ещё не появилось над линией горизонта, и, возможно, из-за этого одно оставалось для меня ОТДЕЛЬНО от другого. С декабря 2000 года во мне начала расти уверенность в том, что у Лонгфелло описано такое же отплытие, которое предстояло мне, но только на рассвете, и как раз в ту сторону, где ДОЛЖНО было взойти солнце. Мне предстояло отплыть на восток по гладкой, как стекло, водной поверхности.

Не предавайся греху, и не будь безумен: зачем тебе умирать не в своё время?

Библия, ЕККЛЕСИАСТ 7:17

Вот что мне довелось увидеть на исходе суток 15 декабря 2000 года в 23 часа 45 минут. В это время я сидел с правой стороны от стола и спиной к окну и смотрел телевизор, который находился не прямо передо мной, а на три-четыре шага влево от меня у противоположной стены. От телевизора меня ОТДЕЛЯЛО расстояние, которое было в ДВА раза больше расстояния до входной двери. В нижней части стены справа от входной двери и где-то на расстоянии полтора метра от неё что-то зашуршало в какой-то настойчивой возне. Потом что-то стало прогрызаться сквозь бревенчатую стену. До меня стали доноситься такие звуки, словно в стене под натиском кого-то пробиравшегося сквозь стену стали проламываться вафельные перегородки. За стеной у двери на этом месте лежали сложенные в КУЧУ кирпичи, на которых лежали коробки с разными железками и жестяные вёдра. Я подумал о том, что всё это только могло помешать кому-то пробираться в дом в этом месте. Что мешало кому-то пролезть через щели между дверью и дверными косяками? Даже сама дверь была намного тоньше бревенчатой стены, которая к тому же изнутри была ПОКРЫТА ровным слоем глины.

Я стал неотрывно смотреть на то место, где сквозь стену силилось пробраться какое-то существо. У этого места на полу рядом со скамейкой лежали чёрные валенки. Через минуту от того НАПРЯЖЕНИЯ, с каким это существо пробиралось, прогрызалось сквозь толщину ряда бревен и толщу штукатурки, от того сильного НАПРЯЖЕНИЯ, на секунду вдруг ПОКАЗАЛСЯ КРУГ словно из раскалённого воздуха, и затем ОН пропал. Этот КРУГ в диаметре был где-то шестьдесят сантиметров. Когда этот КРУГ исчез, там, где был его центр, я увидел мышь. Мышь эта была какого-то пепельного цвета и с размытыми очертаниями. Она оказалась на самом верху валенка, который лежал с наклонившимся на парном ему. Эта мышь сразу же сползла по нему на пол, забежала за скамейку. После этого её не стало видно.

Точно такую же мышь я увидел с ЗАКРЫТЫМИ глазами в ДВА часа ночи 16 февраля 1999 года. Тогда я отчётливо услышал чьи-то шаги рядом с нашим домом и поспешил выскочить наружу, но никого не увидел и вернулся обратно. Но когда я лёг на кровать, вскоре почувствовал какое-то движение в мою сторону и чьё-то намерение взобраться с пола на кровать, затем на краю кровати увидел точно такую мышь.

В энциклопедии «Мифы народов мира» я прочитал о том, что в мифологии венгров в человеке различаются душа-дыхание и душа-тень, которая способна принимать после его смерти образ мыши. Узнал о том, что душа-дыхание не имеет материального воплощения, и она бессмертна; что душа-тень смертна: она постепенно уменьшается, превращаясь в маленьких водяных жучков, после чего исчезает совсем.

10. Когда в 2000-м году по телевидению начинали ПОКАЗЫВАТЬ многосерийные мультфильмы, то каждый раз в самой ПЕРВОЙ серии мной обнаруживалось что-то давно и в точности знакомое мне. Жемчужины ДОЛЖНОГО, обычно, обнаруживались там, где я оказывался ВПЕРВЫЕ или что-то ВПЕРВЫЕ увидел. Когда я взялся поднимать один угол дома, который в этом месте сильно просел, в этот день по телевизору стали ПОКАЗЫВАТЬ ПЕРВУЮ серию мультфильма «Reboot» (1994). Заботы этого дня отняли у меня много сил, и их НЕ ХВАТИЛО, чтобы СДЕЛАТЬ запись о том, что когда я увидел «Охоту в прериях». Возможно, этот мультфильм стали ПОКАЗЫВАТЬ ПЕРВОГО августа. И то, как мне приходилось забивать клинья под бревенчатую стену, и то, как мне приходилось утрамбовать глину в щели и остававшиеся ПУСТОТЫ — всё в точности оказалось хорошо и давно знакомым для меня.

Когда ПОКАЗАЛИ ПЕРВУЮ серию мультфильма «Дрэккоманда», и в ней многое оказалось хорошо знакомым для меня. В середине семидесятых мне много раз приходилось бывать в дома у «тёти Полины». Она жила в одном из тех домов, ряд которых пролегал между дорогой, которая вела в село Диракляр («Мацунград») и железной дорогой, за которой находился завод железно-бетонных конструкций. У этой «тёти» одна часть большой комнаты была отведена под кухню. И в этой комнате у стены, которая была противоположной той, у которой находилась газовая плита и кухонный стол, на полу на длинных тонких ножках стоял телевизор. Когда летом 1978 года мы в очередной раз побывали в гостях у «тёти Полины», ночью мне приснился сон, в котором на экране этого телевизора мелькали кадры из этого мультфильма. Цветовые ощущения в этой комнате были такими, что СДЕЛАЛИ для меня знакомой ту большую комнату с большой кроватью и умывальником у противоположной стены из фильма «Паприка». ПЕРВУЮ серию мультфильма «Дрэккоманда» («Drak Pac»), скорее всего, ПОКАЗЫВАЛИ ВТОРОГО ноября 2000 года.

18 декабря 2000 года ПОКАЗАЛИ ПЕРВУЮ серию мультфильма «Покемон» (1997). Само НАПРЯЖЕНИЕ из-за НЕОБХОДИМОСТИ не проспать и вовремя УСПЕТЬ рано утром прийти на «стадион» было мне знакомым. В точности оказались знакомыми мне электрические разряды «Пикачу». Такое НАПРЯЖЕНИЕ вызывало у меня НЕОБХОДИМОСТЬ не опоздать в школу. Когда в 1978 году мне приснилось что-то летнее, яркое, солнечное, мне уже не нужно было ходить в школу, потому что уже наступили летние каникулы. Я уже много времени проводил на футбольном поле, которое находилось через дорогу от нашего дома. Это поле было школьное. Но сама эта школа была другая, не та, в которую мне приходилось ходить. Когда мне приснился этот сон, НАПРЯЖЕНИЕ, которое вызывала та, школа, в которую приходилось ходить, во мне ещё сохранялось. Слова «стадион» и «пикачу» из этой ПЕРВОЙ серии словно находились в глубинах моей ПАМЯТИ, и это обнаружилось, когда прошло больше ДВАДЦАТИ лет. Мной были узнаны эти слова.

В точности знакомыми для меня оказались и личина Джеймса Айрона Слика, и ПЕРВАЯ торговая СДЕЛКА с ним, и низкорослые дикари Манджи, которые были похожи на большие маски с маленькими ножками и ручками, из мультфильма «Джуманджи» (1995—1999). ПЕРВУЮ серию этого мультфильма, возможно, ПОКАЗАЛИ 18 января 2001 года. И на этот раз я сразу вспомнил то время, когда мог всё это увидеть.

Когда я УЧИЛСЯ в четвёртом классе, то только в течение этого УЧЕБНОГО года мне и всему нашему классу приходилось ходить в школу во ВТОРУЮ смену. По утрам мне приходилось ходить в универсам и стоять там в длинной очереди за молоком, кефиром, сметаной, которые быстро раскупались. Днём всего этого в магазине уже могло и не быть. Где-то в феврале 1980 года, когда я возвращался домой с кефиром из универсама, мне повстречался одноклассник Андрей с одним своим приятелем. На лице Андрея было такое выражение, которое ДЕЛАЛО его очень похожим на торговца Слика. У Слика уголки глаз были ОТТЯНУТЫ каким-то лукавством и соображениями ОБЯЗАТЕЛЬНО не упускать своей выгоды.

11. 4 февраля 2001 года я и отец легли спать за час до полуночи. Часа полтора мне не удавалось уснуть. Где-то в половине ПЕРВОГО часа ночи уже наступившего 5 февраля я всё же заснул. Когда отец в час ночи проснулся и встал со своей кровати, включил свет в той части дома, где он спал, и вышел наружу, я проснулся и лежал на спине без сна. Через несколько минут отец вернулся в дом, остановился у печки и переставил ведро с водой на тот край, где она бы меньше испарялась. Я лежал в темной части дома и вдруг увидел воровато пригнувшуюся тёмную фигуру, полупрозрачный силуэт, какого-то сорокалетнего мужчины, который пробежал мимо отца в мою сторону. По всей видимости, НЕОБХОДИМОСТЬ УСПЕТЬ пробраться в дом и НЕОБХОДИМОСТЬ УСПЕТЬ СКРЫТЬСЯ вызвали такое НАПРЯЖЕНИЕ, которое СДЕЛАЛО эту фигуру видимой. НЕОБХОДИМОСТЬ не дать этому незваному гостю хода ДАЛЬШЕ сразу ОХВАТИЛА меня, и я поднял левую руку, которой словно собрался ЗАЩИЩАТЬСЯ, и торопливо проговорил: «Кыш!! Кыш!! Кыш!!» При этом я обратил внимание на то, что в меня уже проникла какая-то вязкость, которая помогала меня обездвиживать. Мне, лежавшему на спине, пришлось с усилием поднимать с кровати свою левую руку, подчиняя её всё же своей воле.

Когда всё это произошло, у меня возникло такое ощущение, что с начала года всё это не только ПОВТОРИЛОСЬ, но и ПОВТОРИЛОСЬ уже во ВТОРОЙ раз.

7 февраля 2001 года примерно в ДВА часа дня я опять услышал чьи-то шаги по скрипевшему от мороза снегу рядом с нашим домом. Эти шаги стихли, и никакого стука в дверь не последовало. Я замер, когда услышал эти шаги, затем в течение минуты стал НАПРЯЖЁННО прислушиваться в наступившей тишине, затем решил выйти наружу.

В ДВУХ шагах от крыльца, спустив штаны, сидел «Кот». Он сидел и тужился подобно той женщине, которую по сценарию через минуту тут же, прямо в кабине туалета, ДОЛЖЕН был изнасиловать один «Кинг-Конг» в итальянском фильме «Мотор». Этот «Кот», как и та женщина, по всей видимости, ел мало, поэтому у него как не получалось хоть что-то из себя выдавить. Но он спустил штаны и присел так, словно именно на этом месте из него неудержимо полезло его дерьмо. С этим как НИЧЕГО нельзя было СДЕЛАТЬ.

В том, что происходило, было что-то не то, и это что-то мне не понравилось. Давался ход тому, что шло против меня. Я почувствовал НЕОБХОДИМОСТЬ дать ход тому, что могло пресечь то, чему стал давать ход этот «Кот». Мне уже давно пришлось заметить, что лучшие удары получаются тогда, когда наносятся они уверенно. Для большей уверенности мне нужно было кое-что выяснить.

Себя самого тут спросил Одиссей богоравный:

Сильно ль ударить его кулаком, чтоб он издох на месте?

Или несильным ударом его опрокинуть?

ОДИССЕЯ, песнь XVIII, стих 90—92

— И что же ты здесь ДЕЛАЕШЬ? — поинтересовался я у «Кота». Даже если на заданный вопрос никакого ответа не последует, то и это будет о чём-то говорить и иметь какое-то значение.

— Я уберу, — последовал ответ.

— И как же ты уберёшь?

— Лопатой.

— А лопату где возьмёшь?

— Я, что, лопату не смогу найти?!

Такой ответ, когда всё ВОКРУГ было НАКРЫТО толщей снега, разозлил меня своей наглостью. Он, что, будет искать лопату в сугробах снега?! Где именно? Как и где он сможет её найти, если ему неизвестно, где она может находиться?! Может, он собирался потом постучаться в дом, чтобы я вышел и стал искать для него лопату?! Постучаться я и сам мог, и подъёмом правой ступни нанёс удар ему по лицу. «Кот» свалился на спину. Я подошёл и нанёс ему один за другим три удара по левой стороне его лица. Кровь стала сочиться у него там, куда я нанёс удары. И это место быстро распухло.

— А ну-ка, убирайся отсюда!! Скорей!!! … Вставай!!! … Скорей!!! Вставай и убирайся!

А «Кот» стал очень медленно подниматься. Он стал как задерживаться в том, что был вынужден ДЕЛАТЬ, что только ещё большее раздражение стало вызывать у меня в крови. Моему ПОНИМАНИЮ уже ОТКРЫЛОСЬ то, что он не случайно оказался у нас во дворе. Он шёл к нам с намерением нагадить. И он продолжал гадить задерживаясь так.

— Скорей!!! — вырвалось у меня, и в ту же секунду я СХВАТИЛ «Кота» за шиворот и поволок его по утоптанному снегу к калитке. В очередной раз зверский Геракл убил во мне Эврита и украл его коней. Когда даётся ход одному, ход другого пресекается, и это подобно убийству и присвоению коней. Когда я по снегу выволок из пекарни сторожа из детского сада, и тогда Геракл убил во мне Эврита. Когда я выволок «Кота» за калитку и протащил его ещё метров пять к дороге, на обочине которой оставил его, вернулся назад, чтобы забрать его шапку и шарф. Когда я вернулся к «Коту» с силой запустил в него шапкой, затем бросил в него шарф и пригрозил РАЗДЕЛАТЬСЯ с ним, если он будет искать продолжение против меня.

19 февраля 2001 года я лёг спать поздно вечером, и во сне увидел себя в школе в то время, когда из неё пора было уходить. Прежде чем уйти из школы, нужно было зайти в раздевалку и забрать там сумку со сменной обувью. И в этой сумке вместо обуви оказались очень крупные головки репчатого лука. Лука в сумке было где-то ДВА килограмма. Когда я вышел из школы и заглянул в эту сумку ещё раз, то заметил, что почти в каждую луковицу снизу въелись по одному дождевому червю. Эти черви наполовину были в луковицах и наполовину оставались снаружи. Тут я стал просыпаться и почувствовал, что у меня на лбу у правого виска сидит большая муха. Я с силой замотал головой, чтобы прогнать с себя эту муху. Муха взлетела, описала КРУГ над моей головой, словно собираясь сесть на то же самое место. Она снова села там, где сидела. Я опять замотал головой. На этот раз эта большая муха взлетела и пропала. Я включил свет, чтобы посмотреть на часы. Часы ПОКАЗЫВАЛИ, что ещё восемь минут оставалось до того, чтобы наступила полночь.

4 марта опять надо мной зависло какое-то шипение. Когда я погрузился в размышления о том, что же надо мной так зависло, то словно убрал какую-то ступеньку, с которой, с высоты где-то ДВАДЦАТЬ сантиметров, то, что находилось надо мной, свалилось на меня и сразу вызвало парализацию. И мне пришлось начать изо всех сил СОПРОТИВЛЯТЬСЯ ей, чтобы преодолеть её.

Когда совсем немного времени оставалось, чтобы наступило 13 апреля, в нашем доме стали раздаваться какие-то одиночные щелчки, и слышно было, как с потолка на пол что-то падало по крупинке, по семечке. В доме явно чувствовалось чьё-то присутствие. Надо мной опять сгустилось знакомое мне шелестящее шипение. Я лежал и с НАПРЯЖЕНИЕМ прислушивался. Настороженность, которая ОХВАТИЛА меня, не давала мне заснуть. Я всё же уснул. Когда стал просыпаться, почувствовал какую-то ЛЁГКУЮ парализацию, которой сразу же стал СОПРОТИВЛЯТЬСЯ. На этот раз обнаружилось, что я оказался как в каком-то коконе. Этот кокон распался и растворился сразу после того, как я преодолел парализацию. Я почувствовал, как он распался и растворился в воздухе. Это было в 3 часа 43 минуты.

Вскоре после этого я снова заснул, и во сне увидел множество ос, которые ползли ко мне по полу. А я стоял на полу и стал топтать их одной босой ногой, всё сильнее опасаясь того, что эти осы по одной станут продавливаться в меня, что они станут проникать в моё тело через кожу на пятке. Эти опасения заставили меня проснуться. Рот мой был ПРИОТКРЫТ, я и почувствовал, как в его полости летали несколько мошек, которые часто касались моего нёба своими крылышками. В этом было что-то настолько отвратительное, что я сразу принялся выплёвывать их. Само отвращение усиливалось ощущением сухости во рту. И эта сухость только мешала мне избавиться от этих мошек и только усиливала раздражение в крови. Откуда стали появляться эти мошки и большие мухи? НИЧЕГО подобного со мной раньше не происходило. С какого-то потустороннего острова, о котором написано у Пушкина в одной его сказке?

Однажды, когда прошло уже дней ДВАДЦАТЬ в июне, я вышел после полуночи из дома и увидел нашу калитку оставленную кем-то ОТКРЫТОЙ. Кто-то оставил её ОТКРЫТОЙ, потому что не отважился СДЕЛАТЬ что-то больше этого. Я заподозрил, что снова начало распространяться какое-то жужжание, которое вызывает появление тех, кому нужно будет ОБЯЗАТЕЛЬНО как-нибудь нагадить нам, и решил, что лишним не будет, если начать присматривать за оградой ещё до наступления полуночи.

Четыре раза в неделю, в среду, в пятницу, в субботу и в воскресенье, за ДВА часа до полуночи на расположенном рядом стадионе, в летние месяцы проводилась танцевальная дискотека. Через пару часов мимо нашей ограды проходил поток молодёжи, возвращавшейся с дискотеки.

Когда мимо нашей ограды стала проходить молодёжь, я обратил внимание на одного парня. Его что-то словно стало задерживать. Меня он не мог заметить, потому что было темно и за нашей оградой росли три больших дерева, которые только ещё больше сгущали темноту у нашего дома. Он направился к нашей калитке, ОТКРЫЛ её, зашёл за ограду и развернулся к ней лицом. Мне уже было известно о местных мочетрадициях и сразу стало ясно, что ему ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно было СДЕЛАТЬ. Я подошёл к нему. От неожиданности он вздрогнул и стал изображать себя настолько опьяневшим, что уже с трудом ПОНИМАЛ, где он находиться и что ДЕЛАЕТ. Мне хотелось, чтобы он поскорее убрался и ПОДАЛЬШЕ, и перестал задерживаться в том образе, в который погрузился. Мне НИЧЕМ не хотелось СДЕЛАТЬ так, чтобы его хоть немного что-то стало бы задерживать. Ему нужно было только выйти в ОТКРЫТУЮ калитку и уйти. Я почувствовал какую-то нацеленность в нашу сторону и понял, что нужно ОБЯЗАТЕЛЬНО посматривать за оградой.

Я мог оставаться совершенно незаметным в темноте рядом с тополями, которые росли у нас за оградой перед домом, и в то же время прекрасно мог видеть тех, кто шёл по дороге с дискотеки. Шагов за шесть до калитки у меня рядом с толстым стволом тополя уже лежала палка, когда в следующий раз с дискотеки пошёл поток молодёжи. И на этот раз я увидел ДВОИХ, которые вышли из потока и направились в сторону нашей калитки. Калитку они не тронули, а подошли к ограде в том месте, где от калитки мне пришлось прокопать канаву, чтобы отвести потоки воды, когда начинался дождь и по дороге начинали сбегать ручьи. И каждый из этих ДВОИХ УХВАТИЛСЯ одной рукой за верх штакетника, а другой упёрся в то место, где он был прибит на верхние гвозди. Им оставалось только с силой ПОТЯНУТЬ на себя за верх штакетника, чтобы сломать его сверху. По всей видимости, им очень важно было увидеть: видят ли другие, что они собрались СДЕЛАТЬ и в чём собрались отличиться. И им захотелось задержаться в том, в чём они собрались отличиться, и это их подвело. Мне ХВАТИЛО времени броситься к ограде и подобрать приготовленную на всякий случай палку, когда они повернули свои довольные лица к тем, кто шёл по дороге. Из-за ограды я УСПЕЛ ударить палкой по одной из ДВУХ голов. Эти ДВОЕ оказались поражёнными тем, чего никак не ожидали. Они стояли как вкопанные, когда я выскочил через калитку к ним.

— И зачем это вы собрались здесь ограду ломать?

— Мы не ломали. Мы здесь девчонок ждали.

— И канава для этого самое подходящее место?! Рядом с дорогой на ровно месте нельзя было подождать этих девчонок?

— Мы, правда, девчонок ждали, — продолжал стоять на свой лжи один из этих ДВОИХ.

— Чтобы дождаться девчонок, нужно было одной рукой держаться за верх штакетника, а другой упираться посильнее там, где он прибит?

— Мы девчонок ждали, — снова ПОВТОРИЛ одно и то же этот гадёныш, который НИЧЕГО другого не мог сказать.

— Кого вы дурите?! А что, если я вам мозги вышибу, если ещё раз вот так увижу вас у ограды?! — спросил я и для ясности так взмахнул палкой, чтобы она другим своим концом по касательной задела голову этого гадёныша.

Я ещё раз пристукнул этого гадёныша по голове, когда он двинулся следом за своим присмиревшим приятелем к дороге. Когда он СДЕЛАЛ шага четыре и решил броситься бежать, споткнулся и у всех на виду упал, РАСТЯНУВШИСЬ по земле. Ему хотелось ПОКАЗАТЬ себя, но получилось так, что он только уронил себя и опозорился. Он только ПОКАЗАЛ свою НИЧТОЖНОСТЬ, и после того, что произошло, оказался ОХВАЧЕННЫМ НЕОБХОДИМОСТЬЮ мстить мне за эту свою НИЧТОЖНОСТЬ. И то, чем он был ОХВАЧЕН, стало подпитываться самим числом из подобных ему. И нацеленность в сторону нашего дома только сильнее стала проявляться.

И я оказался ОХВАЧЕННЫМ НЕОБХОДИМОСТЬЮ оставаться в постоянной готовности встретить какое-нибудь проявление враждебности с какой-нибудь стороны, вовремя УСПЕТЬ что-то заметить и нанести решающий удар и не допустить какой-нибудь оплошности. Эта НЕОБХОДИМОСТЬ держала меня в сильном и постоянном НАПРЯЖЕНИИ каждый раз, когда молодёжь начинала собираться у танцевальной площадки. Мне нужно было УСПЕТЬ оказаться с другой стороны ограды и поймать кого-то из тех, кто со стороны дороги начинал бросать камни и называть меня всеми теми словами, которые как раз подходили к ним самим. Ограда мне мешала это СДЕЛАТЬ. Несколько раз мне пришлось занимать позицию с другой стороны дороги, где не было какого-то подходящего места, на котором можно было оставаться незамеченным. Мне оставалось надеяться только на то, что наступавшая темнота будет СКРЫВАТЬ меня.

Те, кто начинал бросать камни в сторону нашего дома и называть меня разными плохими словами, сразу же убегали. Они сильно боялись того, что я всё же сумею кого-то из них поймать. Эти опасения мешали им подойти поближе к нашей ограде и задержаться рядом с ней. Каждый раз, когда начиналась очередная дискотека, на четыре часа и даже больше меня ОХВАТЫВАЛО сильное НАПРЯЖЕНИЕ.

У тех, кто мстил мне за свою НИЧТОЖНОСТЬ, не получалось добиться чего-то существенного, и получалось так, что само время уже шло против них. «Попал!!!» — воскликнула с насмешкой в голосе одна девушка, которая возвращалась домой в потоке молодёжи, когда тот гадёныш, который получил от меня ДВА удара палкой по голове, в ДВАДЦАТИ шагах от неё стал обзывать меня и бросать камни в темноту за нашей оградой. Он только продолжал позориться. И такие оценки такому геройству только мешали ПОВТОРЯТЬСЯ. Ни один камень даже в дом не попал из-за деревьев. Из-за деревьев за нашей оградой было заметно темнее, чем на дороге. Деревья не давали увидеть меня и мешали во что-то попасть.

10 июля где-то около восьми часов утра кто-то постучался в дверь нашего дома. Отец отправился ОТКРЫТЬ её и посмотреть: кто это мог заявиться к нам в столь ранний час. Слов я не разобрал, но не мог не обратить на НАПРЯЖЕНИЕ доносившихся до меня голосов. Отец кого-то стал прогонять. Когда я вышел из дома, увидел калитку ОТКРЫТОЙ. Отец стол у дороги. А на дороге стоял какой-то молодой парень, и он словно никуда не собирался уходить. Враждебность отца выглядела для меня НЕПОНЯТНОЙ. Я подумал, что этот парень не заслужил враждебного отношения.

— Что случилось? — спросил я у него.

— НИЧЕГО, — ответил он так, словно произошедшее не стоило каких-то слов, но, затем, собираясь уходить, он добавил. — Разберёмся.

Отец сказал мне, когда мы вернулись домой, что этот парень чуть ли не потребовал отвести его в туалет и продолжал наставать на этом, когда он его стал прогонять, не собираясь обслуживать его: ни сопровождать его в туалет, ни задницу ему подтирать. Отец сказал мне и о том, что этот парень дружит с сыном Светки-соседки (почему он прошёл мимо соседнего дома?), что он приставал к нему у автостанции с «дай закурить».

Я ПОНЯЛ, что этот парень приходил с таким же намерением нагадить нам, как и «Кот», что он обратился с таким же требованием дать ему закурить, как это СДЕЛАЛ «полковник». Я ПОНЯЛ, что это за звенья и из какой они цепи. «Кот» зашёл к нам полгода назад. Я видел этого парня рядом с «Котом» четыре дня назад. Против нас началось распространяться какое-то жужжание, которое набрало такую силу, которая и вызвала появление этого гадёныша. И эта тварь решила, что ей осталось СДЕЛАТЬ совсем немного, чтобы добить нас.

Меня с такой силой ОХВАТИЛА НЕОБХОДИМОСТЬ СДЕЛАТЬ ответный ход, словно то время для нанесения решающего удара уже наступило. И эта НЕОБХОДИМОСТЬ лишила меня покоя настолько, что дома я не мог оставаться. И на одном месте я не мог оставаться и принялся ходить к калитке и от неё, посматривая на дорогу. Мне нужно было увидеть этого гадёныша. Ещё до полудня я заметил его, когда он проезжал на заграничной машине, сидя рядом с тем, кто ею рулил. Он ехал с таким выражением лица, словно объезжал свои владения.

Где-то в ДВА часа дня я снова увидел этого гадёныша. Он шёл по дороге вместе с одним похожим на него. Они, по всей видимости, возвращались с речки, где купались и плавали. Они шли как раз по тому участку дороги, на которой с дискотеки выходил поток молодёжи. Я вышел за калитку и направился к ним навстречу. Когда мне осталось СДЕЛАТЬ шага три до этого гадёныша, я резко бросился вперёд и весом своего тела сбил его с ног. Когда он свалился на обочине дороги и развернулся, чтобы встать, я правым кулаком нанёс ему удар по затылку. Я ударом вдавил правую сторону его лица в землю, которая была ПОКРЫТА мелкими камешками, затем СТЯНУЛ с него трусы и подобрал уже валявшиеся рядом тапочки. Когда он совершенно голый поднялся, я сказал ему, что свои трусы он получит в обмен на тех, кто вызвал его появление, что я ещё посмотрю, стоят ли они его трусов или нет.

Тот ВТОРОЙ, который шёл с ним рядом, всё время пытался мне помешать, и мне приходилось время от времени отвлекаться на него и своими ударами выбивать у него желание мне противодействовать. Этот ВТОРОЙ как ПРИВЯЗАЛСЯ ко мне со своими вопросами, когда тот совершенно голый, без трусов и босиком, пошёл ДАЛЬШЕ и СКРЫЛСЯ за поворотом. Он снова и снова начинал меня спрашивать о том, что почему я разбил ему губу, что как он в таком виде ПОКАЖЕТ себя перед своей женой. Он словно не слышал, что я ему отвечал. Я ему ещё раз сказал, что он шёл рядом с той тварью, значит, он такой же как и тот, к тому же он всё время пытался мне помешать, значит, он был не на моей стороне, а на другой. Затем я сказал, что если он не перестанет ПОВТОРЯТЬ свои вопросы, мне придётся забивать мои ответы ему в голову, и в подтверждение своих намерений нанёс ему пару затрещин-пощёчин. После этого ему стало всё ясно, и он отстал от меня и ушёл.

Кто роет яму, тот упадёт в неё; и кто покатит вверх камень, к тому он и воротиться.

Библия, Книга притчей Соломоновых 26:27

Этот гадёныш оказался в том положении, в котором собирался оставить нас. И ясно было, что жужжание, которым нас собирались ИЗНИЧТОЖАТЬ, перейдёт на него. То, чему давали ход против нас, пресечь можно было только дав ход тому, что мне пришлось СДЕЛАТЬ. Мне пришлось поступить жестоко.

Около семи часов вечера мимо нашей ограды кто-то прошёл с какой-то старческой походкой, кто через метров пятьдесят повернул затем налево и пошёл по дороге, которая вела к стадиону. Я сначала подумал, что это, и в самом ДЕЛЕ, какой-то пожилой человек прошёл мимо нас. Кепка у прошедшего была надвинута на глаза. На нём был пиджак, который помогал ему выглядеть стариком. Что-то знакомое было в его фигуре. И этот, кто прошёл мимо нашей ограды, как не удержался, обернулся и посмотрел в нашу сторону, когда свернул и пошёл по дороге к стадиону. Прошла где-то минута прежде, чем мои подозрения переросли в уверенность, что это прошёл тот, кто днём ушёл от меня голым, без трусов. Я уже обратил внимание на такое поведение, которого очень многие старались придерживаться: ОБЯЗАТЕЛЬНО постараться снова, как ни в чём не бывало, отважиться и появиться перед теми, кому что-то наобещали, не собираясь при этом ВЫПОЛНЯТЬ никаких обещаний, у кого что-то взяли, деньги или вещь, не собираясь НИЧЕГО отдавать, или теми, кому нагадили или собирались нагадить.

Я вышел за калитку и побежал догонять этого гадёныша. И когда я побежал в кроссовках, которые выслала мне из Германии сестра, по обочине дороги, усыпанной мелкими камешками, обнаружил, что происходящее в точности оказалось мне знакомым. Значит, всё, что произошло и происходило, ДОЛЖНО было произойти.

Когда я догнал этого гадёныша, стал спрашивать у него, сопровождая свои вопросы с затрещинами и пощёчинами, о том, что кто это вызвал его появление, и раз за разом говорил ему, что мне нужно посмотреть на них и на то, что стоят ли они его трусов или нет. НИЧЕГО существенного добиться от него у меня не получилось.

Никого из тех, кого я ожидал увидеть, так и не дождался. Но ещё рано было расслабляться, и нельзя было совершить какой-то промах и что-то ПРОПУСТИТЬ. Мне вовремя удалось заметить нескольких мальчишек, которые КУЧКОЙ подошли к нашей ограде, собираясь что-то СДЕЛАТЬ. Когда они меня увидели, сразу бросились убегать. Было ясно, что их кто-то подослал, что их кто-то подговаривал что-то СДЕЛАТЬ, как-то мне навредить, нагадить.

Спать я ложился не раздеваясь. Даже обуви не снимал. Мне нужно было УСПЕТЬ сразу выскочить из дома, как только что-то враждебное мне даст о себе знать. При себе у меня была рогатка с камнями и нож.

Когда наступило ДВАДЦАТОЕ июля, в ДВА часа ночи кто-то стал ломать нам ограду с угрозами поубивать нас. Отца дома не было. Он находился на работе. Я сразу вскочил с кровати и выбежал из дома. В темноте заметил ДВОИХ. В ответ на мой окрик они поспешно перешли через дорогу, направившись в ту сторону, куда отходила другая дорога, в сторону восьмилетней школы, собираясь СКРЫТЬСЯ. Я бросился их догонять.

Через полсотни шагов в темноте я догнал только одного. Он стоял с левой стороны от той другой дороги и своим видом ПОКАЗЫВАЛ, что это не он ломал нам ограду и грозил нас поубивать. ВТОРОГО я увидел уже в шагах десяти от этой дороги. ОН метался у другой ограды, собираясь что-то выломать себе такое, чем можно было наносить удары. И что-то он НИЧЕГО не смог СДЕЛАТЬ. По всей видимости, штакетник на той ограде был не только прибит, но и ОБВЯЗАН проволокой. И тут снова я обнаружил уже виденное мной.

Я не спешил отрывать этого ВТОРОГО от того, чем ОН занимался, на что ОН растрачивал свои силы. То в одном месте ОН пытался что-то отломить, что-то оторвать, то в другом месте пытался что-то СДЕЛАТЬ. Минуты через ДВЕ я направился к нему. «Ты чего это среди ночи так разорался?! Тебе дня было мало? Может мне тебя сейчас нужно пометить, чтобы потом у тебя не получилось утверждать, что это был не ты? Может мне тебя нужно как-то порезать?» — так я говорил, приближаясь к нему и собираясь сокрушить всё, чему бы он мог позволить себе дать ход. Сильными и безжалостными ударами я опрокинул его на спину. Когда он упал, я изо всех сил стал бить его по его лицу то слева, то справа. От моих ударов его голова разворачивалась то в одну сторону, то в другую. Никого прежде я с такой силой и жестокостью не бил. Я в кровь разбил ему лицо. «Ты его убил?» спросил меня тот, кто остался стоять рядом с дорогой. «Нет. Он притворяется», — ответил я и почувствовал, как обратившийся ко мне с вопросом, стал заражать меня страхом, который ОХВАТИЛ его. Тот, кто лежал на спине, захрипел. Я взялся ДВУМЯ руками за его голову и приподнял, чтобы в темноте разглядеть его лицо. Кожа на его лице ПОКРЫЛАСЬ какими-то пузырьками. В нескольких местах из них сочилась кровь. «Он притворяется», — ПОВТОРИЛ я и опустил его голову.

Когда я поднялся на дорогу, через пару минут этот ВТОРОЙ поднялся и побежал в сторону восьмилетней школы, у которой стал сворачивать в правую сторону, на ПЕРВОМАЙСКУЮ улицу. И оттуда он снова стал с руганью грозить РАЗДЕЛАТЬСЯ со мной.

С утра пошли разговоры о том, что я одного «грохнул». После этого всякая сволочь стала побаиваться ПОКАЗАТЬ себя передо мной. Этот отрезок времени изводил меня крайним НАПРЯЖЕНИЕМ, потому что мне приходилось вести войну в обоих мирах. И сволочь, оставшаяся без плоти, продолжала беспокоить меня по ночам. Лето в этот год было холодным.

Через несколько лет наша ограда всё же пострадала от тех, кто её среди ночи постарался ломать.

12. Какие-то существа, УПЛОТНЯВШИЕСЯ к центру, без сферической поверхности, с наступлением ночи зависали рядом с моей кроватью. Зависали они по одному и в ПОЛНОЙ неподвижности рядом со мной, когда я ночью лежал на кровати. Они различались друг от друга размерами и исходившим от них звуком. В основном диаметр их УПЛОТНЁННОСТИ составлял где-то тридцать сантиметров. Чаще мне приходилось слышать шипение с шелестом. Были и такие, которые гудели как высоковольтные провода. Были и такие, в которых что-то словно вращалось, ПРОКРУЧИВАЛОСЬ какими-то стекляшками.

Самым крупным из УПЛОТНЁННЫХ к центру существ, оказалось то, которое дышало без вздоха. Оно словно только выдыхало. И от выдоха этого существа воздух словно раздвигался во все стороны какими-то мелкими сухими чешуйками. Диаметр его УПЛОТНЁННОСТИ был не меньше шестидесяти сантиметров.

На наш адрес несколько раз отправлялись журналы-каталоги «Мир книги» после СДЕЛАННОГО мной однажды заказа, а потом денег у нас НЕ ХВАТАЛО на то, чтобы заказывать ещё какие-нибудь книги. Когда наступила осень 2001 года, этот журнал-каталог ещё раз был отправлен на наш адрес. Отец сказал мне, что я могу СДЕЛАТЬ заказ где-то на триста рублей. В ПРЕДЕЛЫ этой суммы как раз укладывались и ДВУХТОМНИК британских специалистов, «Словарь символов» и «Словарь мифов», и ДВУХТОМНИК Е. П. Блаватской, «Разоблачённая Изида». Я опять оказался перед НЕОБХОДИМОСТЬЮ выбора.

ДВУХТОМНИК Блаватской преподносился как энциклопедия оккультных наук. У меня не было ясных представлений о том, что же, на самом ДЕЛЕ, представляют собой оккультные науки. Мне, в основном, было известно, что оккультные науки преподносились как лженауки, как что-то СВЯЗАННОЕ с какими-то лживыми представлениями и фантазиями.

Я с новой силой почувствовал страх, что, на самом ДЕЛЕ, только помогаю самому себе ЗАТЯГИВАТЬСЯ в какой-то гибельный обман. Этот страх стал мешать мне СДЕЛАТЬ выбор. К женской половине человечества я испытывал сильное недоверие, но сама толщина ДВУХТОМНИКА Блаватской ПРИТЯГИВАЛА меня и обещала мне, что ОБЯЗАТЕЛЬНО смогу что-то нужное и важное обнаружить в этих книгах. У меня уже был ДВУХТОМНИК «Мифы народов мира», и мне уже пришлось как в чём-то ПОВТОРЯТЬСЯ, если бы стал заказывать ДВУХТОМНИК британских специалистов. Я СДЕЛАЛ выбор.

Заказанные книги можно было получить в течение месяца, но ВЫПОЛНЕНИЕ СДЕЛАННОГО мной заказа ЗАТЯНУЛОСЬ на три месяца. Я уже стал думать, что так и не смогу получить заказанные мной книги. Но ДВАДЦАТЬ восьмого декабря, в пятницу, я получил уведомление и сразу поспешил на почту. Если бы я в этот день не смог получить книги, то ВПОЛНЕ могло оказаться и так, что мне пришлось бы ждать ещё несколько дней и получить свой заказ только после новогодних праздников.

До ЗАКРЫТИЯ почты оставался ещё час, но на двери уже висел замок. Я решил посмотреть, что ОТКРЫТА ли ещё другая дверь, с другой стороны. И та другая дверь оказалась ОТКРЫТОЙ. Я постучался, зашёл и получил нужные мне книги.

То ли ДВАДЦАТЬ ВТОРОГО января наступившего 2002 года, то ли ДВАДЦАТЬ пятого января, когда я читал уже ВТОРОЙ том, обнаружилось, что мне в точности знакомы страницы 338 и 339, на которых приводились диаграммы развития вселенной согласно индусской доктрине и согласно халдейской доктрине, где-то с 1980 года. Я обнаружил подтверждение того, что не ошибся в выборе книг, и подтверждение того, что такая задержка с получением книг ДОЛЖНА была произойти.

Эти книги ОТКРЫЛИ мне то, что иначе так и могло остаться для меня каким-то НЕПОНЯТНЫМ. Я узнал о том, что в древности существовала ПЕРВОНАЧАЛЬНАЯ религия мудрости, что существовала наука о духовном человеке, что не может существовать никакой философии без духовных устремлений, что различные преображения одной и той же ПЕРВОНАЧАЛЬНОЙ силы, исходящей из ЕДИНОГО центра и меняющей свои свойства, многими стало преподноситься как проявление какого-то многобожия.

Когда я прочитал в ПЕРВОМ томе «Разоблачённой Изиды, в самом начале пятой главы, о том, что «все эти различные названия одного и того же (Хаос древних; зороастрийский священный огонь Антас-байрам парсов; огонь Гермеса; огонь св. Эльма древних германцев; молния Кибелы; горящий факел Апполона; пламя на алтаре Пана; неугасимое пламя в храме на Акрополе и такое же пламя в храме Весты; огненное пламя на шлеме Плутона; блистающие искры на головных уборах Диоскуров, на голове Горгоны, на шлеме Паллады и на жезле Меркурия; на египетском Пта или Ра; на греческом Зевс Катабайт (нисходящий); огненные языки св. Троицы; неопалимая купина Моисея; огненный столб в «Исходе» и «горящий светильник» Авраама; Вечный Огонь «Бездонной бездны»; пары Дельфийского оракула; звёздный свет розенкрейцеров; Акаша индусских адептов; астральный свет Элиафаса Леви; аура нервов и флюид магнетизёров и т. д.), — мне стало ясно то, что же мне самому довелось увидеть.

Я находился на службе в армии, когда в Армении 7 декабря 1988 года произошло сильное землетрясение. Меня отправили в отпуск в середине этого месяца. Возвращаться обратно на службу можно было только на самолёте. Вылететь из Армении я мог только через десять дней после того, как у меня заканчивался отпуск. Пришлось поехать в Ереван, чтобы там попытаться купить билет на самолёт, который мог вылететь на несколько дней раньше. Когда я подъезжал к Еревану, обратил внимание на то, что ПОКРЫТАЯ льдом горная вершина Большого Арарата была ОКРУЖЕНА каким-то раскалённым воздухом. Такой воздух может подниматься с дороги, ПОКРЫТОЙ асфальтом, летом под знойным солнцем. В знойной ПУСТЫНЕ можно увидеть марево. Как можно увидеть марево там, где всегда лёд? Зимой на вершине этой горы воздух не мог так сильно нагреваться. Я тогда подумал, что увидел «живой Огонь», что далеко не случайно эту гору считали священной, что не случайно и другие горы считали священными. Тогда я даже представить себе не мог, что пары Дельфийского оракула выглядели точно так же, что это не какие-то газы, которыми дышали и одурманивали своё сознание жрицы этого храма. Случилось это примерно ДВАДЦАТЬ шестого декабря.

Из-за того, что в Библии написано, что тот куст, на который обратил внимание Моисей, горел и не сгорал, я представлял себе его ОХВАЧЕННЫМ языками пламени. Я не видел «неопалимой купины», зато увидел неопалимую Светку-поганку, когда она уставилась на меня и стояла ОХВАЧЕННОЙ злобной ненавистью ко мне. Эта так у неё проявилась «аура нервов»?

Когда в конце апреля 1992 года я шёл мимо УЧИЛИЩА, в котором подготавливали водителей, к тому ремонтно-строительному предприятию, расположенному на окраине села, по улице, которая шла вниз по склону, и посмотрел в ту сторону, где поднимался другой склон, поросший деревьями, там находилась «Белоглинка», над деревьями заметил переливы этого «живого Огня». Тогда я увидел подтверждение тому утверждению, что весной можно наблюдать ауру деревьев.

Когда я прочитал в ПЕРВОМ томе «Разоблачённой Изиды», на странице 330: «Целитель, в таком случае, передаёт своему пациенту (который стал его жертвой) нравственную отраву. Его магнетическое прикасание становиться осквернением; его взгляд — профанацией. Против этой предательской заразы у пассивно воспринимающего объекта нет никакой защиты. Целитель держит его в своей власти, зачарованного и бессильного, как змея держит под своим взглядом слабую птичку. Зло, которое такие целители могут причинить, неизмеримо велико; а таких целителей — сотни», в глубинах моей ПАМЯТИ дали о себе знать и те мои посещения глазного врача, и то как стали лечить мою сестру, когда ей было три-четыре года. Сначала «свинкой» заболел я и вылечился, оставаясь дома. Когда после меня «свинкой» заболела моя сестра, почему-то решили, что ей лучше будет лечиться от этой болезни в больнице. Через неделю ей поставили какой-то поразительный и чудовищный диагноз: энцефалит вроде минингита. Хорошо, что её вовремя забрали оттуда, чтобы продолжать ДЕЛАТЬ ей уколы дома.

Её била сильная дрожь, и глаза у неё оставались какими-то ОКРУГЛИВШИМИСЯ, когда я её увидел. Она была сильно напугана тем, что ей приходилось испытывать в больнице. По всей видимости, та женщина, которая ДЕЛАЛА ей уколы в больнице, ДЕЛАЛА это с каким-то злодейским удовольствием, была рада самой возможности вгонять иглу в ту, на которую смотрела как на свою жертву, у которой нет никакой ЗАЩИТЫ против неё. Через пару дней моей сестре стало заметно лучше.

Для того, чтобы проходить строевую службу в армии, нужно было пройти медицинское освидетельствование. Это освидетельствование проводилось в одном из помещений военкомата, где «люди в белых халатах» расположились за столами, к которым нужно было подходить. Меня поразила осязаемость какой-то ощутимой угрозы чего-то враждебного мне при том, что даже никаких взглядов на меня не было направлено. Такая угроза могла исходить от КУЧИ агрессивно настроенных парней. Я не видел такой КУЧИ и не видел никого, от кого могла с такой силой исходить враждебность ко мне, и дал ход сомнениям относительно того, что мне НИЧЕГО не показалось. Но время шло, и его ход, и ход моих сомнений НЕ ДЕЛАЛИ меньше эту ощутимость чего-то враждебного мне. Когда у меня стали проверять давление, оно оказалось очень высоким: 180 на 90.

На странице 437 в том же, ПЕРВОМ, томе «Разоблачённой Изиды» я обнаружил объяснение тому, что же мне помогло СДЕЛАТЬ выбор в 1991 году, безошибочность которого была подтверждена самим временем: «Его совесть соединена с его духовной половиной и служит безошибочным водителем среди натиска чувств, ибо совесть выражается во мгновенном ощущении, что правильно и что неправильно, и это ощущение может дать только дух, который, будучи частью божественной мудрости и чистоты, абсолютно чист и мудр. Подсказывания совести независимы от рассудка и могут чётко проявляться тогда, когда им не препятствуют низшие влечения нашей двойственной природы».

С расстояния пройденных лет возможность того, что когда-то, где-то и что-то могло сложиться иначе, стала выглядеть ещё страшнее. ВПОЛНЕ же могло сложиться так, что мы где-то могли повернуть не в ту сторону. И таких поворотов, на которых можно было повернуть куда-то не туда, ХВАТАЛО.

Шофера, которых отправили из Душанбе в зону бедствия, предлагали отцу поехать в их сторону. Начальник штаба ОТДЕЛЬНОГО радиолокационного батальона предлагал мне остаться на сверхсрочную службу в армии. Что было бы с нами, если мы оказались в Таджикистане или в Туркменистане?

В Янгиюле мне довелось увидеть несколько домов, которые были построены из камня и которые продавались. И там для нас ОТКРЫТА была возможность оказаться в другом месте, где неизвестно что могло происходить после распада страны. Безошибочность моего выбора подтвердилась с течением времени, когда из Армении уехали не десятки тысяч, а сотни тысяч людей.

А что бы произошло, если для меня было ОБЯЗАТЕЛЬНЫМ поступление в высшее УЧЕБНОЕ заведение? Что бы я сохранил? На что бы себя разменял? Не было бы того пути, отмеченного путевыми знаками и того, что мне пришлось пережить. Мне осталось бы истлевать в ПУСТОЙ суете жизни. Вот тогда был бы настоящий ужас.

13. Тем бестелесным существам, которые полезли ко мне, лишь ненадолго и иногда удавалось ДЕЛАТЬ меня парализованным. В основном, ПОВТОРЯЛОСЬ одно и то же, и поэтому стоит приводить лишь некоторые случаи.

Когда я сорвал ногтями со своей головы, с темени, какого-то тёмного жука, сначала мне было НЕПОНЯТНО: то ли он собрался влезть ко мне под кожу, то ли он вылез из-под кожи. Когда я почувствовал, что на том же месте появился ВТОРОЙ жук, уже стал понимать, что жуки вылезали у меня из-под кожи. Когда содрал и этого жука, стали появляться, как грибы, ещё жуки, сначала по ДВЕ-три штуки, потом по пять-шесть штук. Я с нараставшим НАПРЯЖЕНИЕМ продолжал сдирать их со своей головы, и когда посмотрел на ладонь левой руки, она вся была в крови. Тут я проснулся и сразу же посмотрел на часы. Ровно полтора часа прошло после полуночи. Случилось это, когда наступило 5 мая 2001 года.

10 мая, в самом конце этих суток, когда до наступления полуночи оставалось совсем немного времени, какая-то крыса залезла ко мне на кровать со стороны изголовья и совсем близко сзади подобралась к моей голове. За этим НИЧЕГО не последовало. Крыса исчезла.

ДВАДЦАТЬ восьмого ноября 2001 года после восьми часов утра, после пробуждения, меня опять сильно ПОТЯНУЛО спать. Вскоре я почувствовал, как кто-то стал СТЯГИВАТЬ меня со стороны ног с кровати вместе с матрасом, НАПРЯГАЯСЬ изо всех сил. Просыпаясь, я, лёжа на животе, УХВАТИЛСЯ руками за оба края матраса с той стороны, на которой лежал головой, и решил подбросить своё тело и сдёрнуть матрас под собой в обратную сторону, упираясь пальцами ног в край кровати. ОХВАЧЕННЫЙ НЕОБХОДИМОСТЬЮ УСПЕТЬ ВОСПРОТИВИТЬСЯ какому-то магнетическому СТЯГИВАНИЮ с кровати, я упёрся одной ногой не в край кровати, а в шею какого-то мужчины. Этот мужчина, согнувшись, ТЯНУЛ меня вместе с матрасом с кровати, словно ради какой-то забавы. И тут послышался какой-то смех. Кто-то ещё находился в доме и наблюдал за тем, что происходило. Смех был женским. Рядом с женщиной находился ещё кто-то, скорее всего, ещё ДВОЕ. Они стояли сбоку от кровати.

Тот, кто СТЯГИВАЛ меня с кровати, словно сам оказался на моём месте, когда я толкнул его ногой. Я даже почувствовал себя ВИНОВАТЫМ за какую-то злую шутку.

Сразу после этого я оказался придавленным сверху чем-то таким, что было заметно ПЛОТНЕЕ воздуха, что вызвало у меня несильную парализацию, которая длилась пару секунд. Мне пришлось пресечь её ход ходом своего СОПРОТИВЛЕНИЯ. Тут я уже окончательно освободился из-под власти ОХВАТИВШЕГО меня сна и услышал над собой знакомое мне шелестящее шипение. Такое шипение появлялось надо мной каждый раз перед попыткой парализовать меня.

Меня опять очень сильно ПОТЯНУЛО в сон. Я решил не прилагать усилий, чтобы СОПРОТИВЛЯТЬСЯ этому, как отдаваясь во власть шелестевшему надо мной шипению. Было уже одиннадцать часов утра, когда проснулся и почувствовал, как одна маленькая мышка тыкалась своей мордочкой в густоту волос у основания черепа. Я решил узнать, что будет ДАЛЬШЕ происходить, и решил не шевелиться. Но эта мышь только и ДЕЛАЛА, что тыкалась своей мордочкой мне в волосы на одном и том же месте. Тогда я решил двинуть головой назад, сметая её, чтобы она убралась прочь. Сразу после этого исчезли и мышь, и шелестящее шипение. И у меня сразу пропало желание спать.

Однако иногда оператор, имеющий высокую степень посвящения, вместо соединительного луча, направленного к человеку, с которым он хочет установить контакт, формирует на его конце астральное животное, имеющее частичку его собственного сознания. Эта животная форма называется «наблюдателем».

Дион Форчун, «Психическая самозащита»

Мне приходилось замечать не только крыс и мышей, но и кошек.

18 июля 2001 года в 2:30 я лежал на спине, когда стал просыпаться и стал СОПРОТИВЛЯТЬСЯ слабой парализации своего тела. На нижней части моего живота сидела кошка или сидел кот. Я прекрасно чувствовал размеры этого зверька и вес, который был намного меньше того, каким он ДОЛЖЕН был быть. Когда я пошевелился, этот зверёк исчез.

19 февраля 2002 года в 21:05 я из освещённой части дома, из той, где топилась печка, где спал мой отец, зашёл в ту, где сам ложился спать. Я вздрогнул от неожиданности, когда вдруг увидел в шагах трёх от меня ДВА светящихся кошачьих глаза. Я увидел одни лишь глаза. Самой кошки или кота не было. Эти глаза смотрели на меня. Они пропали, когда я решил всмотреться в них внимательнее.

Когда наступило 7 марта 2002 года, я проснулся среди ночи из-за того, что какая-то кошка сидела рядом с моим лицом и вылизывала себя. Прошла минута, затем другая, а эта кошка всё продолжала вылизывать себя. Меня это стало раздражать. Я взял и рукой сдвинул от себя эту кошку, так, как если бы она и в самом ДЕЛЕ была настоящая. Она исчезла.

Я старался избегать ложиться спиной к комнате, старался ложиться спиной к стене. Иногда мне становилось тяжело лежать на одном и том же боку. ДВАДЦАТЬ шестого февраля 2003 года в восемь часов утра я лёг спиной к комнате, несмотря на то, что чувствовал свою уязвимость с этой стороны, через минуту какая-то кошка запрыгнула с пола на кровать, оказавшись за моей спиной. Через минуту она исчезла.

18 марта 2002 года я лёг спать поздно вечером, и мне всё не удавалось заснуть. Когда до наступления полуночи оставалось меньше получаса, мне в голову продолжали лезть разные мысли. Лежал я на спине. Минут через ДВАДЦАТЬ между мной и стеной, вдоль которой я лежал на кровати, с потолка упала какая-то крупинка. Она упала в ДВАДЦАТИ сантиметрах правее от моего правого тазобедренного сустава. «Сейчас начнётся…» — подумал я, заподозрив в этом падении чьё-то проникновение в наш дом, и лежал уже в НАПРЯЖЁННОМ ожидании того, что будет происходить ДАЛЬШЕ. Через десять секунд эта крупинка сильно увеличилась и пронеслась надо мной, разворачиваясь к голове, широкой магнетической волной. От этой волны у меня ПЕРЕХВАТИЛО дыхание точно так же, как это бывает от падения с высоты на качелях, или на машине, которая на большой скорости съезжает вниз по крутому склону. Эта волна словно ПОТЯНУЛА за собой мою диафрагму. От головы эта волна развернулась к ногам и исчезла. Она не вызвала во мне парализации. Она словно меня осмотрела. На часах было без пяти минут полночь. Я ещё немного полежал в ожидании того, что она может вернуться. Она больше не появлялась.

9 мая 2002 года я увидел сон, в котором рядом со мной шёл одноклассник Андрей, что-то удерживая в себе, что-то СКРЫВАЯ от меня с такой же скользкой расчётливостью, какая была у Джеймса Айрона Слика. Мы зашли на ПЕРВЫЙ этаж какого-то недостроенного многоэтажного кирпичного дома. Все стены были без штукатурки. За одной стеной оказался туалет, в котором весь пол был ПОКРЫТ чьими-то испражнениями. Мы едва не наступили на них. Я стал просыпаться и почувствовал чьё-то присутствие у нас дома. Было слышно, как поскрипывали в темноте под чьими-то шагами половые доски. И тут что-то, что было заметно ПЛОТНЕЕ воздуха, придавило меня сверху и вызвало парализацию. Мне пришлось секунды четыре СОПРОТИВЛЯТЬСЯ. Когда я пресёк её ход, посмотрел на часы. Они ПОКАЗЫВАЛИ: 5 часов 10 минут.

Через пару часов проснулся отец и стал рассказывать мне о том, что кто-то заговорил с ним об этом Андрее и сообщил, что он умер. И моему отцу снились человеческие испражнения, которые нужно было убрать. Лет через семь выяснилось, что это сообщение о смерти было ложным. Этим существам не нужно верить. Нет у них мудрости.

Пару раз я заметил, что оказывался ОТДЕЛЬНО от своего тела. ПЕРВЫЙ раз это случилось, когда уже наступило 7 января 2002 года. Я лежал на левом боку, когда заметил усиливавшееся магнетическое воздействие на локоть правой руки. Это проникающее воздействие было направлено сверху. Правая рука лежала сверху на правой стороне моего тела. Я вовремя начал СОПРОТИВЛЯТЬСЯ начавшейся парализации, и ходом своего СОПРОТИВЛЕНИЯ мне удалось её ослабить. Я даже собрался пустить в ход свою правую руку. Но вязкость парализации настолько глубоко проникла в мою руку, что у меня не получилось махнуть ею по зависшей надо мной области шелестевшего шипения. Я подумал, что смогу ослабить эту область, прорезав её взмахом руки. Мне пришлось движением всего тела попытаться подбросить хотя бы для начала эту руку, пусть совсем ненамного. Когда я сумел подбросить эту руку, мне удалось ненамного поднять её ещё и ненадолго удержать её ОТДЕЛЬНО от тела. Вес ВЫТЯНУТОЙ руки ПОТЯНУЛ её вниз. И со ВТОРОЙ попытки мне не удалось разогнать то, что с шелестом шипело надо мной. Только на третий раз мне удалось поднять эту руку повыше, удержать её подольше и даже помахать ею над собой, чтобы разогнать это шипение. Что-то женское было в этом шипении. После этого я решил посмотреть на часы — это стало для меня уже привычным ДЕЛОМ. Но этого мне почему-то как не удавалось СДЕЛАТЬ. Я продолжал лежать так, как лежал. Тут во мне начало расти беспокойство из-за того, что мной не было ВЫПОЛНЕНО то, что ДОЛЖНО было быть СДЕЛАНО. И тут я очнулся и заподозрил, что мне, на самом ДЕЛЕ, так и не удалось поднять свою руку и помахать ею, что моя рука находилась вне тела, когда изо всех сил пытался разогнать что-то женское над собой. Когда я включил свет и посмотрел на часы, они ПОКАЗЫВАЛИ, что после полуночи прошло сорок пять минут.

ДВАДЦАТЬ четвёртого августа 2002 года мне пришлось в ещё большей мере оказаться вне тела. Я опять лежал на левом боку. Ноги у меня были полусогнуты. Просыпаться стал от того, что кто-то стал дёргать одеяло перед моими коленками. Я сразу приподнялся, чтобы посмотреть на то, что так сильно теребило одеяло, и увидел три или четыре каких-то шара под одеялом перед моими ногами, и что-то похожее на белое полотенце, которое свисало сверху в темноте. Это белое «полотенце» одним своим углом словно УХВАТИЛОСЬ за одеяло перед моими коленками и теребило его. А шары под одеялом были размером с футбольные мячи.

Я стал хлопать правой рукой по этим шарам, решив, что они могут лопнуть как пузыри, но эти мои усилия никаких видимых результатов не давали. Тогда я ПОТЯНУЛСЯ этой же рукой к выключателю, уже сомневаясь в том, что у меня получиться включить свет. Я несколько раз нажимал на кнопку выключателя и не смог включить свет. После этого во мне стало расти сильное беспокойство из-за чего-то НЕВЫПОЛНЕННОГО мной. Это беспокойство помогло мне проснуться. Я не сомневался, что видел эти шары и белое «полотенце», и заподозрил, что, приподнявшись, оказался вне верхней части своего тела, поэтому у меня и не получалось включить свет и как следует хлопнуть по этим шарам. Когда включил свет и посмотрел на часы, они ПОКАЗЫВАЛИ 4 часа 55 минут.

8 августа 2002 года в 2:45 я лежал на животе и стал просыпаться, когда верхней частью спины почувствовал какую-то магнетическую жгучесть. Опасаясь парализации, решил сразу перевернуться на спину. А шелестевшее надо мной шипение продолжало оставаться зависшим надо мной.

10 августа в 23:25 я опять верхней частью спины почувствовал магнетическую жгучесть «живого огня», который на этот раз не только соприкасался со мной поверхностью сферы, диаметр которой был не меньше метра, но даже пронизывал меня в глубину моего тела между лопатками сантиметра на три. Осязаемой эта сфера была только с нижней стороны. Я опять развернулся, нанося при этом КРУГОВОЙ удар кулаком по тому месту над собой, где находилась сфера «живого огня», чтобы прогнать её прочь от себя.

16 августа 2002 года в 2:05 сфера «живого огня» зависла над моей головой, касаясь её. Я стал просыпаться, почувствовав магнетическое жжение на голове. На этот раз диаметр сферы был меньше, сантиметров сорок. И на этот раз она была осязаемой для меня только с нижней стороны: я чувствовал только половину сферы. Мои чувства ПОЛНОСТЬЮ НЕ ОХВАТЫВАЛИ эту сферу. На этот раз я решил лежать, как лежал, чтобы узнать, что будет происходить ДАЛЬШЕ, и думал о том, что наступит парализация или нет, и о том, что УСПЕЮ вовремя развернуться на спину или нет. Сфера висела неподвижно и продолжала обжигать мне голову. Через три минуты я решил развернуться на спину, чтобы больше не думать о том, что УСПЕЮ или НЕ УСПЕЮ развернуться на спину.

Ночью 10 января 2003 года мне из-за чего-то не спалось, а днём из-за того, что в доме было сильно натоплено, меня ПОТЯНУЛО спать. Спал я совсем немного и проснулся из-за того, что мне приснилось что-то отвратительное, и из-за того, что почувствовал рядом какую-то крысу. Было тихо, и с минуту другую я продолжал лежать неподвижно. И тут со стороны моего левого уха ко мне приблизилось что-то сильно гудевшее. Так гудят линии высоковольтных передач. Что-то УПЛОТНИВШЕЕСЯ к центру было размером с кулак, и оно гудело со свистом. И сразу заметной была какая-то магнетическая мощь у этой гудящей УПЛОТНЁННОСТИ. Я, опасаясь парализации, сразу отдёрнулся в сторону от подлетевшей к моему левому уху УПЛОТНЁННОСТИ, которая отлетела и исчезла. На часах было 13:35.

ПЕРВОГО июня 2003 года я проснулся в ДВА-три часа ночи. На этот раз я лежал на спине под мощным магнетическим растиранием всей поверхности моего тела, обращённого к потолку. «Живой огонь» был направлен вертикально вниз множеством каких-то пальцев, которые змеились по поверхности моего тела. Эти «пальцы» описывали по мне ПОЛУКРУГИ, разворачиваясь каждый в свою сторону на длину пальцев. И полосы тех дуг, которые описывались на мне, были с толщину моих пальцев. Может, это и были «дактили»?

Я пролежал так несколько минут в ожидании того, что за этим может последовать. Через несколько минут этот растиравший меня «живой огонь» просто исчез. Никакой парализации он не вызвал.

ВТОРОГО июля 2003 года я ещё раз оказался под растирающим магнетическим действием «живого огня», которое закончилось иначе. Заснуть у меня долго не получалось. Но когда я, всё же, заснул, башенный кран поднял меня на большую высоту на сложенных в большую пачку досках. Я лежал на этих досках. Кран высоко пронёс меня над землёй и опустил. Я остался лежать на ДВУХ сомкнутых между собой толстых досках. Между ними осталась щель, вдоль которой проходила линия моего позвоночника.

Я продолжал лежать на спине. Когда магнетическое воздействие «живого огня» было направлено сверху на меня, и по поверхности моего тела зазмеилось множество пальцев, которые разворачивались каждый в свою сторону, описывая дуги, кто-то снизу, УХВАТИВШИСЬ за левую доску, стал её трясти и пытаться вертеть подо мной. Из-за того, что в прошлый раз под действием «живого огня» меня не парализовало, на этот раз парализация оказалась для меня неожиданной. Кто-то тряс подо мной одну доску и этим вытряхивал из меня возможность пошевелиться. Я заметил это с опозданием, и парализация на этот раз оказалась очень сильной и очень вязкой. Мне пришлось изо всех сил её преодолевать. С крайним НАПРЯЖЕНИЕМ всех моих сил мне удалось преодолеть её за пять секунд. Когда я посмотрел на часы, они ПОКАЗЫВАЛИ 3 часа 20 минут.

В бодрственном состоянии психическая энергия человека распределена в его физическом теле с концетрацией в некоторых областях, обладающих повышенным сознанием, таких как глаза, уши, рот, кисти рук, ноги, и пр. Когда же человек засыпает, почти вся его энергия стягивается к солнечному сплетению, а затем по невидимому жгуту перетекает в его энергетический дубль.

Из написанного на обратной стороне одного из листков отрывного календаря. Автор А. К. Соборов (?)

6 декабря 2003 года в 1:10 со мной произошло что-то поразительное, что больше НЕ ПОВТОРЯЛОСЬ. У меня и на этот раз долго не получалось заснуть. Я ворочался, переворачивался с левого бока на спину и обратно под зависшим надо мной шипением. На этот раз это шипение было НАПОЛНЕНО нацеленностью на меня и желанием что-то от меня получить. Я это явно почувствовал мощь этого желания.

Когда я в очередной раз развернулся и лёг на спину, решил выяснить, чего же этому шипению от меня было нужно получить, и несколько минут старался лежать неподвижно. Вдруг совершенно неожиданно я почувствовал, как из моего солнечного сплетения прямо вверх ВЫТЯНУЛСЯ какой-то узловатый жгутик на высоту где-то ДВАДЦАТЬ сантиметров. Этот жгутик СОЕДИНИЛСЯ с тем, что с шипением оставалось зависшим надо мной, что стало для меня уже осязаемым в своей нижней части, которая спустилась ко мне неглубокой воронкой.

После этого я уже лежал с повышенной готовностью пресечь ход парализации, если она возникнет, и был уверен в том, что УСПЕЮ вовремя дать ход СОПРОТИВЛЕНИЮ. После того, как из меня вверх ВЫТЯНУЛСЯ жгутик, секунд через десять ВОКРУГ него воздух словно УПЛОТНИЛСЯ в трубу. Я почувствовал поверхность этой трубы и её ОКРУЖНОСТЬ на своём теле. Сантиметров девять в диаметре была эта ОКРУЖНОСТЬ. Эта труба вызывала у меня болезненные ощущения, и я не смог долго её терпеть. А мне и не пришлось долго её терпеть. Через секунду, в любом случае не больше, чем через ДВЕ, то, что шипело надо мной, из меня за секунду по жгутику, который был ПЛОТНЕЕ стенок той трубы, которой был уже ПРИКРЫТ, что-то из меня было ВЫТЯНУТО так, что я оказался парализованным. Какой-то отлив сразу вызвал у меня парализацию. Я НЕ УСПЕЛ дать ход СОПРОТИВЛЕНИЮ. Мне не пришлось начинать СОПРОТИВЛЯТЬСЯ даже с опозданием, потому что этот отлив быстро ЗАПОЛНИЛСЯ тем, чего в моём теле ВПОЛНЕ ещё ХВАТАЛО.

После того, что произошло, шипение продолжало оставаться надо мной, но оно стало заметно тише звучать. Через час с левой стороны ко мне подлетело что-то ПЛОТНОЕ и, коснувшись меня, вызвало у меня такую вязкую парализацию, против которой мне пришлось изо всех сил СОПРОТИВЛЯТЬСЯ.

Потом у меня весь день болело то место ВОКРУГ солнечного сплетения, где находился нижний край той трубы, которая образовалась ВОКРУГ ВЫТЯНУВШЕГОСЯ из меня жгутика.

31 декабря 2003 года в 2:27 я стал просыпаться из-за того, что на меня сверху под небольшим углом был направлен желтоватый луч. Он был направлен на меня из одной точки и расширялся конусом, ЗАХВАТЫВАЯ поверхность моего тела над сердцем и поверхность у левой подмышки. Этот луч рассеянно жёлтого цвета прекрасно различался мной по всей своей длине, несмотря на то, что глаз своих я НЕ ОТКРЫВАЛ. Того, что находилось за этим лучом, я уже не чувствовал. Луч был ПЛОТНЕЕ того, из чего он исходил.

Астральному зрению телепатическая связь представляется как луч света, светящаяся нить или какая-нибудь подобная мыслеформа, потому что именно в таком виде её обычно формирует человек, создающий магнетическую связь.

Дион Форчун, «Психическая самозащита»

ВТОРОГО февраля 2004 года в 5:55 я опять стал просыпаться из-за того, что такой же луч с такой же высоты (не меньше, чем 60 см) «обжигал» меня на правой лопатке, немного ЗАХВАТЫВАЯ левую сторону моего тела за позвоночником. На этот раз я лежал на животе.

Настоящий маг облачён в белые одежды очищенного тела, в безмолвие и спокойствие гармоничного существа. Он предлагает живые подношения — свои повседневные труды, и с помощью гласных и согласных небесного алфавита, озвученных собственным существом, сияет живым именем, призывающим все вещи.

Холл Мэнли Палмер, «Священная Магия»

3 декабря 2002 года вечером я побывал у отца на работе и, когда вернулся домой, не снимая валенок и верхней одежды, сел на тот стул, на котором, обычно, и сидел. На этом стуле в июле 1995 года чья-то мысль в моей голове сложилась в слова: «Это тебе нужно». Через ДВА года в начале августа 1997 года с этого стола на пол с журчанием пролилась невидимая влага. Через десять-пятнадцать минут затрещали сухие доски, ветки и что-то с шумом приблизилось к нашему дому. У меня от неожиданности внутри сразу всё похолодело. Я подумал, что в нашу ограду в очередной раз въехала какая-то машина. Треск был такой, словно через нашу ограду кто-то протащил какое-то сухое дерево, которое за всё цеплялось своими ветками.

Из дома я не торопился выходить и в течении пары минут с НАПРЯЖЕНИЕМ стал прислушиваться. Никаких звуков я больше не услышал и решил взять фонарик перед тем, как выйти из дома. Снаружи оказалось как-то неожиданно тихо. И ограда была ЦЕЛА. Всё выглядело так, словно НИЧЕГО не произошло. Когда я вернулся домой, посмотрел на часы. Они ПОКАЗЫВАЛИ 18 часов и 35 минут.

ДВЕНАДЦАТОГО января 2006 года в 1:30 я проснулся из-за того, что земля стала так подрагивать, словно по дороге вот-вот ДОЛЖНА была проехать очень тяжело нагруженная машина. Но, почему-то, не было слышно мотора этого нагруженного грузовика. Земля подрагивала от тяжёлого топота чьих-то шагов. Пока я соображал, что происходит, стал замечать, что с каждым шагом только больше и больше теряю возможность пошевелиться. Поздновато, но, всё же, я УСПЕЛ дать ход СОПРОТИВЛЕНИЮ парализации, которая стала меня ОХВАТЫВАТЬ. Опять послышался такой треск множества сучьев, словно кто-то протаскивал сквозь нашу ограду, сквозь какие-то кусты ветвистое дерево. Было слышно, как зашуршало множество веток, когда они заскользили по доскам веранды. Кто-то огромный подошёл к тому углу дома, где находилась моя кровать, и остановился у стены, к которой я лежал головой. Около четырёх метров был рост у того, кто подошёл к дому.

30 апреля 2006 года в 4:10 я, как только услышал такой же топот тяжёлых шагов, от которых подрагивала земля, сразу заставил себя пошевелиться. Так могло идти только какое-то ДВУХНОГОЕ существо. Опять послышался сначала треск сучьев, затем то, как множество сучьев заскользили по стенам дома. Это было какое-то ветвистое человекоподобное существо огромного роста. Кто это был? Рост у него был как у Ога Вассанского. Может, это был Мирддин-Кернуннос? Если он будет идти в лесу, где одни кусты и деревья, то ВПОЛНЕ можно будет подумать, что у него большие оленьи рога. Но не рогами он цепляется за ветки. Он сам весь был из веток.

От тяжёлых шагов подрагивала земля, но, почему-то, никаких следов на снегу не оставалось. Я не слышал, чтобы это ветвистое существо уходило. Оно только приходило, останавливалось, стояло несколько минут, затем исчезало. Три раза оно приходило ко мне.

Часть пятая: КАМНИ ИТАКИ

Почему же мне так НЕОБХОДИМО было обнаружить тот дом? Почему его местонахождение на ПРОТЯЖЕНИИ четырнадцати лет не оставляло меня в покое? Зачем мне ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно было его увидеть? Какое это могло иметь для меня значение?

Я увидел его тогда, когда стал насыщаться и ПЕРЕПОЛНЯТЬСЯ внутренней тревогой из-за «грохота волн похоронных, не умолкавших в душе», когда оказался перед НЕОБХОДИМОСТЬЮ СДЕЛАТЬ безошибочный выбор. Мне тогда нужно было ОБЯЗАТЕЛЬНО выбрать один из ДВУХ возможных путей.

Хорошим примером подобного восходящего движения может служить буква Y, которую называют «Пифагоровой буквой» (сам Пифагор называл её символом течения жизни). Это очень древний магический символ. Он означает человека, стоящего на развилке двух дорог, одну из которых ему предстоит избрать, чтобы определить своё будущее развитие. «Энциклопедия символов», В. М. Рошаль

Он оказался там, где мне оставалось только «взять билет в один конец». В одной из сказок братьев Гримм, «Госпожа Метелица», рассказывалось об одной девушке, которой пришлось прыгнуть следом за упавшим в колодец веретеном. Зачем она подошла к колодцу с этим веретеном? Больше негде было ей устроиться? Веретено раздумий привело её к этому колодцу, и она прыгнула следом за ним. И я оказался там, куда ПОТЯНУЛИ меня мои раздумья. Что это за колодец? Колодец Мудрости, аравийский Зем-Зем? Греки в древности называли его «Ахероновым лоном»?

Быстро бежит там Пирифлегетон в Ахероново лоно

Вместе с Коцитом, великою ветвию Стикса; утёс там

Виден, и обе под ним многошумно сливаются реки.

ОДИССЕЯ, песнь Х, стих 513—515

Этот дом оказался тем камнем у развилки, к которому в русских сказках выводила дорога в тридевятое царство, которого нет на этом свете. И я почувствовал себя заживо погребённым, под поверхностью того мира, в котором у меня уже не получалось удержаться. И там, куда я повернул от этого камня, мне ОТКРЫЛОСЬ то, что каким великим человеком был тот, кто написал «Илиаду» и «Одиссею». Такое мог написать только тот, кто испытал и преодолел великие трудности.

Великие-то становятся такими благодаря тому, что решительно одолевают великие трудности, — вот каков смысл слова «великий».

Сомадева, «Океан сказаний», волна сто первая

В своём духовном, сокровенном значении магия, Magia, означает «Великая Жизнь», или божественная жизнь в духе.

Е. П. Блаватская, «Тайная Доктрина», том III, стр. 579

Если прежде я замечал жжение на поверхности кожи, то там, в «колодце», жжение проникло в меня. Во мне что-то умирало. Когда Смерть опалила мои внутренности, меня стали замечать те мыши и крысы, которые полезли ко мне. Их было меньше, чем в той сказке про Щелкунчика, в которой они в огромном множестве появились в Рождественскую ночь. Почему в Рождественскую ночь? Потому что противоположностью Смерти является не Жизнь, а новое рождение?

Мы все истекаем кровью на тайных жертвенниках, мы все горим и жаримся в честь старых идолов.

Но так хочет наш род; и я люблю тех, кто не ищет сберечь себя. Погибающих люблю я всею любовью: ибо они переходят на ту сторону.

НИЦШЕ, «Так говорил Заратустра»

А кто завис надо мной ночью ВТОРОГО сентября 2000 года? Что-то, не очень он торопился со мной увидеться: мыши и крысы раньше его полезли ко мне. Кто это был? Во ВТОРОЙ главе Евангелие от Матвея говорится о волхвах, которые не могли заметить появления звезды. Этот «пернатый человек» что-то не торопился засвидетельствовать своё почтение. Крысы и мыши раньше заметили появление звезды, и они пришли раньше, и не для того, чтобы хоть что-то дать, а отнять. Они, наверное, привыкли брать налоги там, где что-то у кого-то появляется.

Разве не о том, как я замечал падение крупинок-семечек, написано в сказке Андерсена «Принцесса на горошине»? А о чём была другая его сказка: «Дикие лебеди»? В этой сказке сестре одиннадцати братьев, которые были превращены в лебедей, нужно было из волокон крапивы СДЕЛАТЬ нити, чтобы СВЯЗАТЬ одиннадцать кольчуг, и хранить молчание с самого начала работы до самого её конца. И только та крапива, которая росла рядом с пещерой, где она стала жить, и та, которая росла на кладбище, годилась для такой работы. Когда я рылся в глубинах прошлого, просматривал отрезки пройденного, разве НЕ ОТКРЫВАЛИСЬ во мне РАНЫ прошлого, разве не вырастала на этих РАНАХ такая же крапива?

О чём говорится в сказке «Гензель и Гретель»? О возвращении домой по путевым знакам?

А не получал ли я такие же ожоги, какой получил спящий Амур, когда к нему подошла Психея с бритвой в одной руке, с лампой в другой? «Наглая» и «дерзкая» пылающая лампа брызнула маслом на плечо Амура. Сестры Психеи, женские свойства души, подталкивали её отрезать у Амура голову. Разве ко мне не лезли такие люди, которыми рулили женские свойства души?

С женщинами ЛЕГКО не бывает. Когда женишься, это особенно становиться ясным. Апулей назвал богиню, которая вела его к Посвящению, Исидой.

— Вот я пред тобою, Луций, твоими тронутая мольбами, мать природы, госпожа всех стихий, изначальное порождение времени, высшая из божеств, владычица душ усопших, первая среди небожителей, единый образ всех богов и богинь, мановению которой подвластны небес лазурный свод, моря целительные дуновения, преисподней плачевное безмолвие. Единую владычицу, чтит меня под многообразными видами, различными обрядами вся вселенная. Там фригийцы, первенцы человечества, зовут меня Пессинутской матерью богов, тут исконные обитатели Аттики — Минервой Кекропической, здесь кипряне, морем омываемые — Пифийской Венерой, критские стрелки — Дианой Диктинской, трёхъязычные сицилийцы — Стигийской Прозерпиной, элевсинцы — Цецерой, древней богиней, одни — Юноной, другие — Беллоной, те — Гекатой, эти — Рамнузией, а эфиопы, которых озаряют первые лучи восходящего солнца, арии и богатые древней учёностью египтяне почитают меня так, как должно, называя настоящим моим именем — царственной Изидой. Вот я пред тобою, твоим бедам сострадая, вот я, благожелательная и милосердная.

АПУЛЕЙ, «Золотой осёл», книга одиннадцатая, часть пятая

Исиде пришлось собирать все части разрезанного на куски тела Осириса, которые были разбросаны по разным местам и далеко друг от друга. Через тысячи лет УЧЁНЫЕ-египтологи пришли к выводу, что миф о том, что как было разрезано на части тело мёртвого Осириса и разбросано в разных местах, был создан для того, чтобы объяснить такое множество храмов, построенных в разных местах.

Почему Ницше написал о том, что Бог умер? В мифах разных народов говориться о поколениях людей, которые умерли, но при этом они не прекратили своё существование. И я стал понимать слово «умер» со значением СКРЫЛСЯ из виду. Разве не умер тот, кого уже нельзя увидеть, с кем нет общения?

Что известно об Осирисе? То, что он есть «вчера». Разве все отрезки моей жизни находились в одном месте? Разве квартира номер ДВА на ПЕРВОМ этаже пятиэтажного дома; школа; завод; заводское общежитие; палатка; одна военная часть, другая, третья, четвёртая; дом, который пришлось купить, леспромхоз могли находиться в одном месте? Все отрезки, все острова, моей жизни и составляли части тела Осириса. Исида возвращала меня в прошлое, в котором я просматривал раз за разом его отрезки, и она породила Гора, который есть «сегодня». Гор оставался каким-то НЕПОНЯТНЫМ для меня до тех пор, пока я не понял, что он — не «небесная высь», не «небо», а «внутреннее небо». После этого Сет стал пониматься мной, как враг вечной власти Неба, как бог Дворца, который угнетает Храм, как бог, способный превращать камни в песок, а жизнь — в ПУСТЫНЮ.

Анубис долго оставался для меня НЕПОНЯТНЫМ богом несмотря на то, что он считался одним из самых великих богов древнего Египта. Его называли и «ОТКРЫВАТЕЛЕМ путей», и «ПЕРВЫМ бойцом Осириса», но эти названия мне НИЧЕГО не говорили. У Гора было око, которое отличало истинное от ложного. Куда не повернись — с любой стороны можно увидеть дорогу, на которой это око будет отличать истинное от лживого. Куда идти-то с этим оком? К чему можно прийти с этим оком? Око Гора не даёт направления. До меня дошло, что Анубис — это бог верного направления.

Когда барон Мюнхгаузен зимой ехал на лошади, запряжённой в сани, за ним погнался волк. И этим волком, который перепрыгнул через сани, УХВАТИЛСЯ за заднюю часть лошади, стал на бегу пожирать эту лошадь до тех пор, пока её ПОЛНОСТЬЮ не съел, был Анубис. И барон Мюнхгаузен, самый правдивый человек в мире, ДАЛЬШЕ поехал на волке.

Анубисом был и тот Серый Волк, который в русских сказках тоже сначала съедал лошадь, а потом на себе возил царевича, отправившегося в тридевятое царство. «Горний человек поглощал дольнего» так, как волк ДЕЛАЛ с лошадью.

Ибо все, водимые Духом Божии,

суть Сыны Божии.

Библия, Послание к римлянам 8:14

Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир.

Библия, Евангелие от Иоанна 16:33

Не будь побеждён злом, но побеждай зло добром.

Библия, Послание к римлянам 12:21

Каким добром можно побеждать зло? Не «добром», а благом предначертанного пути, оставаясь ЗАЩИЩЁННЫМ путём, который нужно пройти, можно победить зло. Вне пути зло будет одолевать.

Мудрость, а не смерть, является вознаграждением за добровольную жертву, при которой человеческая душа, подвешенная в мире иллюзий и размышляющая о своей нереальности, вознаграждается достижением самореализации.

Холл Мэнли Палмер, «Священная Магия»

Таинственность всегда свойственна: многим женщинам, которые прибегают к тайнам, а о своих любовных делах пытаются умалчивать; таинственность свойственна духовенству, которое бахвалиться тем, что они, якобы, обладают никому недоступным откровением; она свойственна всем тем, кто следует в жизни не истинному пути, а ложному.

Будда

Что-то НЕПОНЯТНОЕ было для меня в слове «царь». Всё же, я пришёл к пониманию, что это имя «Цезарь» было настолько обезображено. В чём было величие Цезаря? В том, что для него стало НЕОБХОДИМОСТЬЮ ПОЛНОСТЬЮ и окончательно УНИЧТОЖИТЬ друидов? В том, что он даже посмел нацелиться и на Александрийскую Библиотеку в 48 г. до Р. Хр.? В том, что он ПОЛНЫМ ходом собирался утверждать могущество земной власти?

Земная власть — страшная сила.

XIV 1. По приказанию правителя воины схватили Иссу и двух разбойников и отвели их на место казни, где пригвоздили к врытым в землю крестам.

2. Весь день тела с капающей кровью Иссы и двух разбойников оставались висящими под охраной воинов; народ стоял вокруг; родственники казнённых молились и плакали.

3. При закате солнца страдания Иссы кончились. Он потерял сознание, и душа этого праведника отделилась от тела, чтобы идти смириться пред Божеством.

4. Так окончилось земное существование отблеска Вечного Духа в образе человека, который спас ожесточённых грешников и перенёс страдания.

5.Однако, Пилат убоялся своего дела и приказал отдать тело святого его родственникам, и они похоронили его близ места казни. Толпа ходила на его могилу и наполняла воздух рыданиями и стонами.

6. Три дня спустя правитель, опасаясь народного возмущения, послал воинов похитить тело Иссы и похоронить его где-нибудь в другом месте.

7. На следующий день толпа нашла могилу отрытой и пустой; тотчас распространилась молва, что Высший Судия послал Своих ангелов похитить смертные остатки святого, в которым на земле пребывала часть Божественного Духа.

8. Когда этот слух дошёл до Пилата, он разгневался и приказал под страхом смерти и рабства, никогда не произносить имени Иссы и не молиться за него Господу.

9. Но народ продолжал оплакивать и громко прославлять своего Учителя; за это много людей было уведено в рабство, подвергнуто пытке и казнено.

10. И ученики святого Иссы покинули страну Израилеву и разошлись во все страны к язычникам, проповедуя, что им нужно оставить грубые заблуждения и думать о спасении своей души и полном блаженстве, которое ожидает людей в невещественном и полном блеска мире, где в покое и во всей Своей чистоте обитает в совершенном величии великий Творец.

11. Язычники, цари и воины слушали проповедников, оставляли свои нелепые верования, покидали своих жрецов и их идолов, чтобы воздавать хвалы премудрому Творцу вселенной, Царю царей, сердце которого исполнено бесконечного милосердия.

Жизнь Святого Иссы, Наилучшего из Сынов Человеческих

Много ли желающих пойти по этому пути, на котором человека преобразовывает не то, что он может узнать, а то, что он сможет пережить?

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:

— Блаватская Е. П. Разоблачённая Изида в 2-х томах. — М. Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001

— Блаватская Е. П. Тайная доктрина, в 3-х томах. — М. Изд-во Эксмо, Харьков: Изд-во «Фолио», 2003

— Библия в 2-х томах, Библейские комиссии «Духовное Просвещение», 1991

— Омар Хайам в созвездии поэтов: антология восточной лирики. — СПб. КРИСТАЛЛ. НЕВСКИЙ КЛУБ. 1997

— Омар Хайам. Рубаи. Сад желаний. Спб. Азбука-классика, 2008

— Ницше Ф. Так говорил Заратустра. СПб. Издательский Дом «Азбука-классика», 2007

— Платон. Диалоги. СПб. Издательский Дом «Азбука-классика», 2007

— Вольтер. Орлеанская Девственница. Ленинград. «Художественная литература», 1988

— Будда. Жизнь, учение, афоризмы. Минск. Современное слово. 2002

— Энциклопедия Мифы народов мира в 2-х томах. М. «Большая Российская энциклопедия». 1997

— Энциклопедия символов. — М. СПб. АСТ — издательство СОВА. В. М. Рошаль. 2005

— Древнеегипетская Книга Мёртвых. М. ЭКСМО. 2003

— Гомер. Одиссея. Москва. Белый город. 2004

— Королёв К. Энциклопедия Символов, знаков, эмблем. Москва. Эксмо. СПб. Терра Фантастика. 2003

— Чарльз Маклин. Страж. СПб. Изд-во «Азбука-классика», 2004

— Апулей. Метаморфозы или Золотой осёл. АСТ. Москва. 2003

— Мэтьюрин Ч. Р. Мельмот Скиталец. М. «ТЕРРА». 2001

— МИФЫ и ЛЕГЕНДЫ народов мира. Древняя Греция. М. Мир книги. 2006

— МИФЫ и ЛЕГЕНДЫ народов мира. Древний Египет. Месопотамия. М. Мир книги. 2006

— Дион Форчун. Психическая самозащита. — М. ООО Издательский дом «София», 2006

— Египетская мифология. Энциклопедия. — М. Изд-во Эксмо. 2004

— Холл М. П. Священная Магия