Альцест лягнул Аньяна, но, к счастью, в такое место, где у него нет очков. Правда, Аньян всё равно заплакал и закричал, что ничего не видит, что его никто не любит и что он хочет умереть.
Я видел, что учительнице очень хотелось надрать Жоффруа уши, но они были внутри банки, и ей не за что было ухватиться. Всё-таки классная вещь этот марсианский костюм!
В этот момент пришла мама Аньяна. Сначала она совсем ничего не сказала, только открыла глаза и рот, потом стала кричать, сняла с Аньяна очки и дала ему оплеуху, а потом взяла нас за руки и повела в ванную отмывать.
Он мне скажет, что сам он всегда был в классе первым учеником, и что его собственный папа гордился моим папой, и что он приносил из школы целую кучу похвальных грамот, и что он мне бы их все показал, но они потерялись во время переезда, когда он женился на маме.
