Таня разглядела его счастливую, уставшую улыбку искорки в темных глазах, брови домиком, будто удивленные всегда, словно этот мир не уставал поражать его. «Творческая натура», — подумала Таня вдруг без прежнего восхищения, но с гордостью, — и вдруг почувствовала жалость.
