Он не войдет к ней в беспокойстве, он не доставит ей забот своим волнением. Он слишком ценит ее, даже такую, лежащую без движения и без единого намека на возможность возвращения – уже целый год…
Он не войдет к ней в беспокойстве, он не доставит ей забот своим волнением. Он слишком ценит ее, даже такую, лежащую без движения и без единого намека на возможность возвращения – уже целый год…
Я был увлечен внешностью Янь Лин, потому неосознанно подстраивался под ее поведение. Я вообще довольно быстро увлекаюсь. И не всегда успеваю вовремя включить голову,
Мы боимся всего нового, боимся даже подумать, что кто-то, кроме нас, может взобраться на вершину мира и начать решать важные вопросы. Это признак деградации.
Была ли я высокомерна, решив, что могу со всем справиться? Безусловно – была. Выходит, и на всех заклинателей я смотрела свысока, не отдавая себе в том отчета.
Она злится. Наверное, я могу это понять, – отвечаю, отводя взгляд.
– Она боится. Неизвестности боится. Одиночества боится, – произносит названый брат, и я вновь проникаюсь к нему теплыми чувствами.
