Весь же кошмар ситуации дошел до меня только тогда, когда мне отдали последних рабов, и я повел три десятка человек в караван-сарай, который был битком забит сидящими, стоящими и разговаривающими друг с другом уже не рабами, а свободными людьми, которые, правда, еще об этом не знали.
— Господин, десять рабов сбежало, — ко мне подошел слуга постоялого двора, — наша охрана не может следить за таким количеством сразу.
— Ничего страшного, — отмахнулся я, — хотят, пусть бегут.
Завидев меня, люди замолчали, понимая, что сейчас только я решаю их дальнейшую судьбу.
— Кто хочет стать свободным? — Я встал на повозку посередине двора и громко заговорил, чтобы меня слышали все.
