В Талмуде сказано: «Кто спасает одну жизнь, спасает весь мир». Мы спасли шестерых человек. Пусть из них выжили только пятеро. Да, кто-нибудь может сказать — всего-то пятеро… Нет… Мы спасли целых пять миров…
Всё выглядело следующим образом. Андрей заводил машину, включал первую передачу, автобус трогался и постепенно набирал скорость, потом Андрей включал вторую скорость, и машина начинала разгоняться уже всерьез. И когда автобус бежал уже довольно резво, водитель начинал крутить ручкой переключения скоростей туда-сюда, пытаясь поймать нужную передачу.
переключения скоростей туда-сюда, пытаясь поймать нужную передачу. Обычно это ни к чему не приводило. Тогда Андрей кричал: «Димон, держи руль!», и стоящий рядом Димка, который в армии тоже крутил баранку, стоя рядом с Длинным, начинал подруливать здоровенным рулевым колесом. А Андрюха, оконча
Всё выглядело следующим образом. Андрей заводил машину, включал первую передачу, автобус трогался и постепенно набирал скорость, потом Андрей включал вторую скорость, и машина начинала разгоняться уже всерьез. И когда автобус бежал уже довольно резво, водитель начинал крутить ручкой пе
Есть, конечно, у меня удостоверение сотрудника институтской Группы охраны общественного порядка, с ним в любое общежитие на территории Студгородка можно пройти.
— Ну вот! Собирайся и иди! Давай, давай!
Вася взял меня за плечи, развернул и подтолкнул вверх по лестнице в сторону моего этажа.
Всю дорогу до общежития я разговаривал с воображаемой Катей, приводил доводы, пытался разъяснить, задавал вопросы, но почему-то каждый раз наш воображаемый диалог заканчивался тем, что у Кати делалось ледяное лицо, и она отказывалась от дальнейшего разговора. Я не понимал, почему она так повела меня со мной? Конечно, я был виноват перед ней, потому что не сказал о своем отъезде, но ведь, как я думал, меня можно понять…
Я извинялся и умолял, рассказывал и объяснялся, но холодный Катин взгляд все равно почему-то стоял у меня перед глазами. Было уже около десяти часов вечера, когда я вошел в просторный холл общежития ТЭФ на улице Синичкина. Вахтер, толстая пожилая женщина, строго взглянула на меня через старомодные, в пластмассовой толстой оправе очки и спросила:
— А что так поздно? У нас посещения до одиннадцати!
— Да я на минутку. — Я раскрыл у нее перед носом удостоверение сотрудника институтской группы охраны общественного порядка, или сокращённо ГООП,