Выражение сущности, по А.Ф. Лосеву, иерархийно: сущность явлена в эйдосе (энергия), эйдос явлен в мифе, миф – в символе, символ – в личности, личность явлена в энергии сущности
Лосев рассматривает миф «с точки зрения самого мифического сознания», для которого миф – наивысшая по конкретности и максимальной напряженности
Психику можно рассматривать как орган, который чувствует и вмещает в себя душу, но не тождествен ей: различие между психикой и душой сродни различию между цивилизацией и культурой, которая вторгается в цивилизацию и отдается ей. Цивилизация проявляет себя в ирригационных системах, памятниках, победах, строительстве городов, испытании на долговечность, в богатстве и власти, как сила, связующая все в общую цель. Культура гнездится в закрытых, порой изолированных местах: ее родина — деревня, монастыри, кельи, диссидентские котельные и сторожки, кухонные посиделки интеллигентов. Культура — это социальные дрожжи; зарождение и гниение происходят здесь одновременно, и процессы эти трудно отличимы друг от друга. Цивилизация работает, культура расцветает. Цивилизация смотрит вперед, культура оглядывается назад. Цивилизация становится историей, культура оборачивается мифом. Психика преимущественно обитает в городе, душа по большей части обнаруживает себя в деревне…
Но если он выражался, так сказать, мифически, то он хотел сказать, что мы обрели возможность превратить наш фатум в судьбу на пути становления тех, кто мы есть. Битва длиной в жизнь с неотвратимыми жизненными силами происходит по мере того, как мы обнаруживаем их внутри. Они могут принимать любые формы, какие нам и не снились, и открывать на нас самую яростную охоту.
Для Юнга, у которого теория о психической энергии, текущей через, между и из-за противоположностей, является базой «анатомии» души, дух и материя, взаимопроникающие друг в друга в человеческой воплощенности, получают благоприятную возможность для гармонизации и трансцендирования каждого психического компонента. Напряжение, вызываемое напряжением каждого, гарантирует стимуляцию сознания конфликта и поиска его разрешения. Эго является верховным руководителем в этом психическом процессе достижения успеха, так как душа, по определению, сама является трансцендирующей силой, которая должна контей
Он рассматривал комплексы как относительно автономные, т. е. активирующиеся по своей собственной «прихоти» и обладающие собственными склонностями и пристрастиями. Однако он также утверждал, что они выглядят как принадлежашие Эго. Это указывает на то, что они могут легко стать осознанными, что их энергия направлена в сторону сознания, что они несут животворную энергию Эго и обладают рефлективным качеством, повышающим уровень сознания.
Душа была рождена муками осознания, шоком инсайта, вспышкой откровения, отделившего нас как от божественного, так и от материального и в то же время соединившего нас с обоими началами, продемонстрировав тем самым нашу двойственную природу. Человеческая душа в этой истории изображена как падшая, униженная, лишенная милости, обреченная на страдание, оставленная в острой тоске и смятении, в болезненном устремлении обрести свой путь обратно – или вперед? – в Эдем, к единству, ясности и свету.
есть психическая доля во всем, что нас окружает. Мы здоровы и целостны только в той степени, в которой заботимся о нашем окружении и способны взять на себя ответственность за мир, в котором живем.
Границ души (psyche) тебе не отыскать, по какому бы пути ты ни пошел: столь глубока ее мера (logos)» (Фрагменты ранних греческих философов, 1989, с. 231).
В гераклитовском образе «глубока» обозначена специфика души и сфера душевной деятельности: она имеет собственное измерение, не укладывающееся в понятие физического пространства.
историю. Это и есть тот самый образный (имагинальный) мир. С