Эта книга не рождалась в тишине уютного кабинета. Она писалась на коленке, в полумраке ночных автобусов, под шум закипающего чайника и вой сирен за окном. Она собиралась по строчкам, как рассыпанные бусы, которые я долго искала в темноте.
Четыре года. С 2022-го по 2026-й. Четыре года, которые для многих стали временем потерь, переосмыслений и попыток удержать себя на плаву. Для меня они стали временем записывать. Я не ставила себе цели стать поэтом — я просто не умела молчать. Когда внутри шторм, единственный способ не захлебнуться — говорить. Или писать.
Здесь нет ничего придуманного. Каждая страница — чей-то ушедший, несделанный звонок, несъеденный ужин вдвоём, неслучившееся утро. Каждое стихотворение — попытка поймать за хвост ускользающее, назвать по имени то, что не имело имени: одиночество в переполненном вагоне, холод в разгар июля, любовь, которая уже не любовь, но всё ещё болит.
Я часто думала, зачем это всё. Кому нужны чужие слёзы, запертые в рифмы? Чьё сердце отзовётся на боль, которая даже не моя до конца, а общая — наша, выстраданная этим поколением? Ответ пришёл позже, когда кто-то впервые написал мне: «Я думал, я один такой». Вот тогда я поняла.
Эта книга — не исповедь. Не дневник. Не манифест. Это просто попытка быть честной. До хруста, до скрежета, до той степени, когда уже неважно, как ты выглядишь со стороны. Потому что, если не быть честной с собой, зачем тогда всё?
Если вы держите эти страницы в руках — значит, мы встретились. Неважно где: в книжном, у друга, в электронной читалке. Важно, что теперь эта тишина — на двоих. И, может быть, в ней станет чуть теплее.
Спасибо, что читаете. Спасибо, что остаётесь. Спасибо, что дышите.
Ваша Ксения Николаевна Елизарова
