Она через столько прошла, но мысль покончить с собой никогда не приходила ей в голову. Сама возможность «выйти из игры» раньше времени казалась слабостью и жульничеством
2 Ұнайды
– Моя прелесть, – снова шепнул он в тёмную макушку. – Никому не отдал.
– А хениху?
Дрейк с подозрением воззрился на хитрую детскую мордашку.
– Одли говолит, что у всех девочек есть хенихи.
– А бабушку Одри, – торжественно пообещал Дрейк, подпуская в голос строгих ноток, – мы не пустим дальше порога.
– А подалки? – расстроенно спросила Ори, поникая всем телом.
– Пускай оставляет за дверью, – великодушно разрешил он.
– Ула! – закричала она и захлопала в ладоши.
За окном раздался звук подъезжающей машины, и Ори первой расслышала его.
– Мама! Мама!
1 Ұнайды
– Ну уж нет! Я тоже хочу пострелять. И, возможно, всучить тебе выигранную мягкую игрушку.
Дрейк возвёл глаза к небу и наигранно тяжело вздохнул:
– Ох уж эти современные женщины…
Словно в противовес своим словам, он обнял её за талию и привлёк к себе.
– Не холодно?
– Нет, – покачала головой Миа и прижалась к его тёплой груди, потершись об неё щекой. – И метка не болит.
1 Ұнайды
– Значит, я зря притворялся спящим последние полчаса?
Она подняла голову и встретилась со смеющимся взглядом Дрейка. Раздражение тут же отпустило её, и губы невольно растянулись в улыбке.
– Боюсь, что так, – Миа развела руками и ткнула лопаточкой в его сторону. – Но завтрак был почти у тебя в кармане, так и знай.
Дрейк наигранно-тяжело вздохнул и, подойдя к ней, обнял со спины.
– Это станет одним из самых страшных разочарований моей жизни, – заверил он.
Миа прерывисто
1 Ұнайды
к себе ещё ближе. Его язык нагло, властно проник в её рот, подчиняя себе. Миа застонала и открылась ему так доверчиво, что его звериная сущность возликовала.
Поцелуй длился так долго, что когда они отстранились друг от друга, оба тяжело и часто дышали.
– Грега ты целуешь с таким же пылом?
Он не знал, зачем эти слова сорвались с языка. Он давно уже не мальчишка, чтобы его можно было уязвить, но рядом с Миа чувства вечно брали верх над разумом.
– Что?
Она посмотрела на него ошарашенно и, казалось, совсем не понимала, о чём идёт речь.
– Неважно, – досадно бросил он и снова притянул её к себе.
Плевать на Грега, сейчас она с ним.
– Подожди-подожди!
Маленькая ладошка упёрлась ему в грудь, а мягкие губы ловко увернулись от нового поцелуя. Дрейк раздражённо рыкнул.
– Что ты имеешь в виду?
Миа глядела на него в упор, встревоженно и серьёзно. Из её тёмно-карих глаз медленно уходила дымка желания.
– Я вас видел вместе, – небрежно ответил он, жалея, что начал этот разговор и выставил себя идиотом. – Ты садилась в его машину.
На лбу Миа пролегла глубокая складка, и ему захотелось провести по ней языком.
– Он подвозил меня на днях, – припоминая что-то, ответила Миа. – До метро. На улице начинался дождь, а я была без зонта и плаща.
– Почему до метро?
– А надо было до дома?
Он молчал, пытаясь справиться с эмоциями. Ревность всё ещё клокотала в нём, не давая поверить словам Миа.
– Послушай, – настойчиво сказала она, обхватив его лицо ладонями и повернув к себе, – между мной и Грегом никогда ничего не было и не будет.
– Почему? – глухо спросил Дрейк, удерживая её взгляд
1 Ұнайды
– Вы сами к этому много раз призывали, – с отчаянием напомнила Миа.
– Какой я молодец, – пробормотал тот и ослабил галстук, будто ему стало душно.
1 Ұнайды
– Всё в порядке?
– Да, – отмахнулась она, приходя в себя, и уверенно солгала: – Думаю о том, что на работе будут недовольны моим внезапным «больничным».
Дрейк так быстро метнулся из другого конца кухни к ней и прижал её к стене своим телом, что она испуганно выдохнула, взирая на него снизу вверх. Он грозно навис над ней, его грудь соприкасалась с её грудью, в потемневших глазах сверкали молнии, а из груди вырывалось рычание. Миа запаниковала, но какая-то её часть, до этого момента молчавшая, всё равно отметила, что именно сейчас Дрейк выглядит особенно сексуально.
– Кажется, я говорил, что тебе нельзя выходить на работу?!
От его властного тона подкашивались ноги, хотелось пригнуть голову и подчиниться воле альфы. Миа на чистом упрямстве, чувствуя, как по спине катятся капельки пота, подняла взгляд и, глядя Дрейку в глаза, отчётливо проговорила:
– Я не ребёнок, чтобы мне можно было что-то запрещать. И не собака, которой достаточно сказать «фу, нельзя!»
Казалось, её слова отрезвили его. Его волосы, вставшие дыбом на макушке, улеглись обратно, он перестал скалить зубы и выпустил её из своей мёртвой хватки, но не сделал шаг назад. Миа по-прежнему была зажата между ним и стеной.
– Ты не понимаешь, – медленно сказал Дрейк, словно подбирая слова. – Так будет лучше, прежде всего для тебя самой.
– Кто это сказал? – гневно прошипела Миа, прищурив глаза. – Ты, твой инстинкт?
1 Ұнайды
Дрейк устало потёр подбородок. Щетина на нём неприятно кольнула пальцы. Ему самому неплохо было бы привести себя в порядок. Он вздохнул, но не сдвинулся с места. Миа так сладко прижалась к нему, что он замер, боясь любым неосторожным движением разбудить её или завести себя ещё сильнее.
Наверное, усталость всё-таки дала о себе знать, потому что ему удалось задремать. Во сне его преследовали мягкие тёплые губы Миа, её гибкое тело в его руках и её тихие, полные мольбы стоны. Эти видения были такими яркими, что в конечном итоге он проснулся именно от них и режущего чувства неудовлетворения.
Реальность тоже оказалась впечатляющей. Миа, закинув на него ногу, безмятежно спала, уткнувшись ему в грудь. А вот ему стало не до сна.
Холодный душ. Ему нужен холодный душ и прямо сейчас, пока он ещё в силах себя контролировать.
1 Ұнайды
Дрейк неосознанно прижал её к себе ещё теснее и коснулся губами лба. Жар был, но небольшой. Варлес говорил, что незначительное повышение температуры вполне возможно и не должно пугать. Естественная реакция организма на происходящие с ним изменения, не более.
Миа дышала глубоко и ровно, будто неожиданно уснула посреди разговора. Дрейк всматривался в её лицо, нахмуренное даже во сне. Казалось, Миа почти не улыбается в жизни, впрочем, учитывая, через что ей пришлось пройти в детстве… Удивительно, что она вообще выросла нормальным адекватным человеком.
Не зная зачем, он осторожно провёл указательным пальцем по её лбу, разглаживая пролёгшую на нём складку. Миа завозилась и немного сменила положение, уткнувшись носом ему в шею. Её дыхание щекотало кожу и посылало по телу волны будоражащего кровь желания. Он прикрыл глаза, борясь с собой, и спустя несколько минут изнурительной борьбы, заставившей его покрыться испариной, разум победил.
Чтобы отвлечься, он вновь и вновь возвращался к рассказу Миа. Подумать только, он считал своё детство несчастливым, но на фоне переживаний Миа его собственные казались незначительными, несерьёзными и частично надуманными.
Ему досталась удивительная пара. Он не мог не признать, что её упорство в достижении цели восхищает, но ещё большее впечатление производит её умение проходить через грязь, не пачкаясь в ней. Что-то ему подсказывало, что смерть соседки по комнате, конечно, одно из самых тяжёлых впечатлений, но далеко не единственное в череде свалившихся на неё потрясений. Но она выжила в этом аду и пошла дальше.
Невероятная сила воли.
Совершенно не похоже на слабых и податливых омег.
1 Ұнайды
далёкого прошлого, когда Дрейк порывисто притянул её к себе.
– Ты… что делаешь? – выдохнула Миа, не в силах пошевелиться в его объятиях.
– Ты дрожишь всё сильнее. Озноб усиливается. Со мной
1 Ұнайды