Запахи хвои слышишь, птичьи трели, ветер в ушах свистит. Круто? Круто. Но главное – пока идешь, голова очищается от всякой ерунды: от мыслей про невыученные уроки или ссору с соседом. Ты настраиваешься на волну красоты и тишины. Гора все… как бы это сказать? Фильтрует.
1 Ұнайды
– Виктор Михайлович, а правда, что прототип Волка – это ваша собственная собака?
Писатель поправил очки, немного смущенно глядя на Волка.
– Нет, это, так сказать, собирательный образ.
«Собирательный образ» чуть слышно заворчал.
– А если на меня кто-нибудь нападет, ты защитишь?
– А чего их защищать? – удивился Волк. – Пусть сами убегают. Это и есть настоящая забота об окружающих.
Это был их единственный и бесценный козырь – время на передышку.
Все это промелькнуло в голове уставшего мальчика. И Петя высказал единственную мысль, которую смог связно сформулировать:
– Ладно… Может, зайдем домой поедим, а там подумаем…
– Покушайте, покушайте, – подхватила Евфема. – Дети должны быть сытые. От этого и голова лучше работает, и настроение улучшается.
И дело не в трусости! Это была кристально чистая логика, доступная любому уставшему и голодному подростку (и Волку).
Во-первых, они умирали от усталости – и физически, и морально. Ноги подкашивались, веки слипались.
– Какие все поэтичные, – вздохнул Волк. – Сравнения. Эпитеты. А тут нужен глагол…
– Глаголы, мальчики-девочки, это по вашей части, – заявила Пифия.
Петя почувствовал себя полным иди… не очень умным мальчиком, в общем. Они с Волком столько всего преодолели, где только не побывали, а теперь им дают туманные намеки и советуют думать самим.
– Ты чего вредничаешь, животное! – возмутился Кот Ученый. – Это ваш шанс! Смотрите скорее, где там наша Царевна и ваша Муза.
– От животного слышу, – буркнул Волк. Но голосу разума внял.
– Да, кстати! – Петя вдруг вспомнил, что не задал Волку один очень важный вопрос. – А как вы вообще здесь оказались? И ты, Волк! Я помню, как тебя похитили: посадили в машину два каких-то амбала.
– Не «амбала», и не в машину. Это Двое из ларца, одинаковых с лица. А машина у них для маскировки, – очень серьезно объяснил Кот Ученый. – Сунули в свой ларец, тут выгрузили. И титанов, и Волка, и вообще что угодно. И кого угодно.
– Эти двое работают так же, как… ну, я и шкаф. Чего ты ухмыляешься? Я открываю порталы, а у них ларец и есть портал. И они не люди, Петя, они – инструмент.
– Какие люди! – Волк улыбался во всю пасть. Выглядел он при этом как заправский злодей. – Быстро вы, однако, управились. Что, уже успели все царство обыскать?
Конечно, богатыри не испугались какого-то Волка и какого-то мальчишку. А то, что позеленели, так это был тактический прием: они просто слились с окружающей травянистой местностью.
– Ну, это… как сказать… – Старший богатырь поковырял пальцем край полотна. – Мы охватили стратегически важные объекты.
– Трактиры? – уточнил Петя самым невинным тоном.
– Мы отработали на совесть! – заявил другой богатырь, гордо вскинув голову. – Проверили каждый темный угол! Заглянули под каждую лавку!
Вот видите, как полезно бывает иногда смотреть не прямо, а… К чему это я? Ах да. Так вот, мораль сего мифа: во-первых, никогда не злите богинь мудрости. Во-вторых, всегда имейте при себе хорошо начищенный щит. В-третьих, от некоторых взглядов действительно можно окаменеть. Особенно от взгляда учителя, когда он видит, что ученица не слушает! Советую запомнить это получше, а не то на следующем уроке придется повторять все сначала. С каменным лицом. Есть вопросы есть? Нет? Отлично».